Готовый перевод The EDGE Chronicles: The Immortals / Воздушные Пираты/Хроники Края: Бессмертные: The Edge 81-85; Край 81-85

ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ. КРАЙ

ГЛАВА ВОСЕМЬДЕСЯТ ПЕРВАЯ

Евдоксия оглядела великий Колючий Тоннель. Ее зеленые глаза засверкали, а лицо забурлило красками от волнения, когда она начала все это впитывать: запутанную массу колючих деревьев, сиявшие в свете светопосохов путешественников, покрытые росой шиповники, и бесконечная темнота позади светлого туннеля, прорывавшегося через дикий лес. С играющей на губах улыбкой она повернулась к Нату.

-Это невероятно, -произнесла она. –Абсолютно невероятно... На ее лбу появились хмурые морщинки. - Если подумать, я путешествовала по великому колючему лесу , не зная об этом ничего…

-Ты была очень больна , Евдоксия, - сказал Нат, когда болезненные воспоминания снова нахлынули, - Иногда даже были моменты, кода я сомневался, что ты справишься.

-Но, я справилась, Нат, - сказала Евдоксия, забегая вперед и оборачиваясь к нему , улыбаясь волнению друга, - Я справилась. Посмотри на меня! Я никогда не чувствовала себя лучше – и это все благодаря тебе, Нат! Ты спас мою жизнь.

Нат кивнул и заулыбался, гладя на Евдоксию. Она была просто живой иллюстрацией прекрасного здоровья , и так же элегантна как всегда , не смотря на старую серую шинель Ополчения Улья , которую она продолжала носить поверх нижней курточки и славных тонких бриджей, которые она приобрела на Рыночных Уступах Риверрайза. Она протянула руки к Нату, и он ухватил ее и сжал в объятиях.

-Я бы не смог этого сделать без Зельфиуса Дакса , сказал он, подтягивая рюкзак на своих плечах и шагая вперед. – И без Гомбера и Гилморы …

Евдоксия поравнялась с ним, и теперь они шли вместе по тоннелю к Колючим Вратам.

-И Фелдерфорфа, нашего гида, - добавила Евдоксия, заразительно улыбаясь.

-Вы слишком добры, - прозвучал голос Фелдерфорфа в головах Ната и Евдоксии , когда вейф гид догнал их , его усики подрагивали от напряжения. – Воды Риверрайза бесспорно добавили энергии вашему шагу , Мисс Евдоксия. Благодаря этому, мы будем у Колючих Врат , когда прогорит еще полторы сальных свечи. ..

Нат и Евдоксия встретились с вейфом у Ночной Арки за три сальные свечи до этого момента. С того момента, как Нат открыл шлюзовые ворота , и новость о кончине Голдэрэйса распространилась в городе , прилив и отлив были отменены, так же как и власть попечителей. Теперь жители Риверрайза в открытую встречались в амфитеатре, источник воды был доступен для каждого, и ночи и дни снова измерялись сожженными сальными свечами.

-Я бы узнал эти мысли где угодно, - пошутил Фелдерфорф, когда они встретились около сияющей арки . Вейф подошел к Нату и тепло пожал его руку. –А вы должно быть Евдоксия, - повернулся он к девушке, идущей рядом с Натом . – И ваши глаза зеленые, как я вижу. –Он пожал руку и ей.- Теперь вам двоим пригодится гид для прохода по Вейфову Пути.

-Если ты не возражаешь, – сказал Нат.

-Мне будет очень приятно проводить вас обратно в Колючую Гавань , - ответил вейф. – И благодаря той неоценимой услуге, которую вы оказали Городу Ночи, вы долго будете жить в наших мыслях.

Они отправились почти сразу же. У утра пораньше Гомбер и Гилмора упаковали рюкзаки Ната и Евдоксии всевозможной провизией для предстоящего пути , и все это напоминало о необходимости прощаться . Гилмора всхлипнула , ее глаза на концах стебельков были полны грусти , когда она крепко обняла Ната и Евдоксию . Гомбер стоял в стороне , его лицо немного выдавало его эмоции , потому что глаза на стебельках смотрели сквозь прорези в шапке и все же подрагивали.

-Вы оба принесли свет в наши жизни, – сказал старый балабол, - и дали нам более светлое будущее.

-Заботтесь друг о друге… - окликнула их Гилмора, когда они были готовы тронуться в путь.- И приходите снова навестить нас…

Когда их голоса стихли, Нат обернулся через плече на двух пожилых балабол, их глаза блестели в свете светопосохов , которые они держали , склонившись друг к дру и держась за руки . Нат поднес ладони ко рту.

-Мы придем! – крикнул он им . – Я обещаю! –он обернулся к Фелдерфорфу. - Как ты думаешь, они услышали меня?

-О да,- кивнул вейф , и они услышали отголоски его смеха в своих головах. – Они уже думают над тем как организуют банкет в честь вашего возвращения!

Они втроем быстро шли сквозь Ночные Леса. Для Ната путешествие было кардинально иным , по сравнению с тем путем, что они проделывали по направлению в город. Каждый шепот, который он слышал, каждый налитый кровью взгляд , который он видел сквозь тени, наполняли его беспокойством. Однако теперь, когда Евдоксия шла рядом, его настроение улучшалось. Более того, дикие вейфы из Ночных Лесов, казалось, чувствовали , и не трогали его и Евдоксию - и Фелдерфорфу оставалось только продолжать вести их вперед сквозь темный промозглый лес. В то время, когда они шли по Колючему Тоннелю, вейф гид тоже был в приподнятом настроении.

-Вейфов Путь снова будет процветать , - сказал Фелдерфорф. – Теперь, когда старого тирана Голдэрэйса Одноглазого больше нет, и поток Риверрайза снова течет свободно . - Он улыбнулся и усики на концах его рта весело задрожали . –И до чего же приятно слышать настоящие мысли во время пути , вместо тех фальшивых дум , которые использовали, чтобы маскировать настоящие… Он нахмурился, его большие темные глаза расширились , когда он смотрел на дорогу , а потом указал на удаленный свет впереди костлявой рукой. –Вот они, - произнес он, - Колючие Врата.

Евдоксия не могла совладать с собой. Отведя руки назад, чтобы придерживать рюкзак, она побежала вперед. Нат посмотрел на Фелдерфорфа и пожал плечами.

-Не волнуйся обо мне, Нат, - сказал он. – Мы еще увидимся в Колючей Гавани. Иди, не упускай свою юную госпожу… – хихикнул он. – Если, конечно же, сможешь!

Подтянув лямки на своих плечах, Нат устремился за Евдоксией. Он бежал вперед по упругой земле , уклоняясь и поворачивая между линиями путников, его взгляд был приковал к золоту волос Евдоксии , светящихся в свете светопосохов. Он пробежал мимо группы полудюжины дрыгтроллей , каждый из которых тянул тяжело нагруженные деревянные сани, и с другой стороны Колючие Врата раскрывались перед ним.

Евдоксия дожидалась Ната, и схватила его за руку, когда он догнал ее. Она посмотрела на него с ослепительной улыбкой.

-Я хочу, чтобы мы прошли через Колючие Врата вместе, – сказала она.

Рука об руку, они шагнули под возвышающейся аркой и вышли на поляну. Все пространство было объято суетой. Так же как и все прибывшие обратно из Риверрайза , они тоже , а может быть и больше , торопились отправиться по Вейфову Пути. Эти две группы - прибывающих и уходящих, собрались вместе в огромном вихревом водовороте, подобно двум облачным потокам.

Те, кто возвращался из Города Ночи выглядели утомленными, но счастливыми , сани и подносы, которые у них были нагружены коробками снадобий , ящиками мазей и тоников , а так же глиняными горшками с бесценной водой источника Риверрайза. В контрасте с ними, выражения лиц тех, кто собирался отправиться по Вейфову Пути, выражали смесь ожиданий и беспокойства. Там были троги, гоблины , тролли и четверлинги , все с большими рюкзаками и санями. Некоторые шли с вейфом проводником, некоторые только еще осматривались , и Нат шел за Евдоксией сквозь бурлящую толпу , его голову заполнили голоса вейфов, предлагающих свои услуги.

Это было, как он подумал, похоже на пребывание на Рыночных Уступах Риверрайза.

Впереди них несколько вейфов попечителей , которые больше не перемещались в нарядных паланкинах, просто шли, прокладывая свой путь сквозь толпу . Рядом с ними тащились черные и красные карлики.

-Покидаете город? – Насмешливо прозвучал голос вейфов гидов в головах окружающих , триумфальный из за того, что может думать в открытую . – Что ж, хорошего расставания вам и вашим погонщикам рабов!

-Идите, потеряйтесь в дневном свете!

-Воды Риверрайза доступны всем, кто нуждается!

Не далеко от этого места, бесформенные Безымянные стояли в окружении матрон балабол, которые , как Нат смог разглядеть, промывали и аккуратно бинтовали многочисленные раны существ.

-Город Ночи теперь может стать по настоящему великим городом, – прозвучал знакомый голос в головах Ната и Евдоксии , и они повернулись к Фелдерфорфу , смотрящему на них , его огромные глаза сверкали. – Спасибо тебе, Нат Корвад, хорошего тебе путешествия в мире дневного света.

Нат и Евдоксия пожали вейфу руки , прежде чем он растворился в толпе.

-Они ждут вас, - прозвучал голос в их головах, хоть самого гида уже и не было видно.

Впереди них возвышались здания Колючей Гавани , силуэтами на фоне серого неба. Там были складские помещения без окон и балконы на кабинах для отдыха , высокие башни с покатыми крышами , ряды приземистых таверн и магазинов , каждый с круглыми лампами , венчающие торцы и фронтоны, - свет выглядел таким странным для Ната , когда он впервые прибыл в это поселение , но теперь, после Города Ночи, все казалось абсолютно нормальным.

Он посмотрел наверх, на шумные причальные платформы , черные в свете ламп, дрыгтролли и вейфы загружали и разгружали фраксобаржи , пристыкованные там. И, когда он смотрел туда, поймал себя на мысли, что вглядывается в причал, где была привязана «Варисс Лодд», все же надеясь увидеть старомодный корабль, пришвартованный там, и его еще более старомодного интересного капитана , делающего последние проверки паруса из паучьего шелка , противовесы из железного дерева и руль из отстойного дерева…

Но, конечно, Зельфиуса Дакса там не было . Нат видел, как он улетел, своими собственными глазами. К тому же, выступающий причал высоко на швартовочной платформе вообще не был пуст. На месте оригинально выглядящего небохода из Второй Эры Воздухоплавания, с высокими мачтами и белыми парусами, было судно из Третьей Эры.

Это был великолепный фракскорабль , выглядящие совершенно новым , с блестящим лаковым покрытием, изогнутыми бортами и сверкающей фракс котлом, поблескивающим под светом ламп. Переплетающийся поток пара вырывался из трубы. На борту, глядя в Колючие Врата, была высокая фигура в короткой шинели и смятой конусообразной шляпе, приставившая подзорную трубу к глазу.

-Евдоксия, - выдохнул Нат, указывая вперед. – Как ты думаешь, на кого это похоже?

Евдоксия проследила за его пальцем и радостно вскрикнула.

-Профессор! – прокричала она и помахала ему , подняв обе руки над головой, и побежала к широкой лестнице, ведущей на швартовочную платформу. – Профессор! Профессор!

Была ли причина в том, что он услышал ее голос, или в фигуре, машущей руками через мельтешение толпы, Нат не был уверен. Но, в тот же момент Профессор повернулся в их направлении и тоже помахал.

Оба поспешили на платформу . В то время, как они достигли верха лестницы , за плечами Профессора появились и остальные - Шквал Бритвозуб , небесный пират, вытирающий руки о маслянистую тряпку, и Сейрус Полеястреб в великолепно выглядящей черной конусообразной шапке из меха губошлепа на голове. Нат и Евдоксия взбирались по ступенькам так быстро, как только могли, проталкиваясь сквозь поток пассажиров, высадившихся из фракскораблей на других платформах.

-Нат!

-Евдоксия!

Восторженные голоса донеслись, когда они взобрались на платформу , и Нат видел, что их друзья покидают фракс судно, чтобы поприветствовать их.

-Давай я понесу это, - предложил Сейрус Полеястреб, беря рюкзак с плеч Евдоксии .

-Как же хорошо снова видеть вас обоих,- сказал Профессор, обнимая их по очереди.

-Замечательно выглядите! – заметил Шквал , глядя на них вблизи , уперев руки на бедра . – После того, что рассказал нам Библиотечный Ученый, я не знал чего и ожидать!

-«Тяжело больна», как сказал он, - кивнул Профессор, глядя на Евдоксию, - Не уверен, что она даже дотянет до Риверрайза» ,сказал он … И вот, посмотреть на тебя! – Он улыбнулся, указывая на серую шинель на ней, качая головой и с трудом веря. – Евдоксия, - выдохнул он, сверкая глазами. – Нат. Я думал, что потерял вас двоих в Ополчении Улья навсегда...

-Друг Нат! – раздался взволнованный голос с самого конца платформы, - Друг Нат! Госпожа Евдоксия!

Нат и Евдоксия обернулись, чтобы увидеть серого гоблина чистильщика , спешащего к ним , прижимая к груди большой пакет , который он поставил на землю, когда подбежал ближе. Он бросился к Нату и тепло обнял его.

-Слип знал, что снова увидит друга Ната! Он знал это!- радостно восклицал он. А потом повернулся. – И госпожу Евдоксию.- продолжил он. - Слип так счастлив.

Он повернулся к толстолапу Виилуму , машущему позади него , его могучее тело склонялось под весом дюжины , а то и больше, ящиков, коробок и пакетов, связанных веревкой.

-Разве Слип не говорил, что мы снова увидим их? – требовал ответа серый гоблин. – Разве не говорил?

-Вух-вух. – ответил Виилум . 'Тысячу раз и более'- , подтвердил он со снисходительной улыбкой на большом лице.

Нат засмеялся.

- Вух-вух вурра вух! – сказал Толстолап, аккуратно прикасаясь когтями к своей груди , а потом протягивая руку сначала к Нату, потом к Евдоксии. 'Мое сердце переполнено радостью от воссоединения с вами.'

-Да, как он сказал,- усмехнулся Профессор, похлопав Ната и Евдоксию по плечам . – Давайте, вы двое должны подняться на борт «Архимакса»,.

-Так это и есть «Архимакс»! – воскликнул Нат, поворачиваясь к великолепному фракс кораблю , пришвартованному у платформы. – Но, последнее, что я слышал о нем, это то, что «Архимакс» был разбит, прикован к вершине железного дерева.

-Но, больше он не там. – гордо сказал Сейрус Полеястреб, поправляя свою куртку и выравнивая конусообразную шляпу . – Сейчас это самый замечательный корабль, когда либо выпускавший пар.

-Многое успело измениться со времени битвы на Срединных Болотах , - сказал Профессор, и они направились обратно к «Архимаксу». Слип и Виилум , несли провизию , которую они закупили в хорошо укомплектованных палатках Колючей Гавани . -Когда ополчение вернулось, в Улье произошла революция , и Култафт Топорбой и его Совет Кланов были свергнуты . После того как Зельфиус принес нам сведения о вас, мы покидали уже совсем другой Улей , скажу я вам.

-А потом мы прибыли сюда, в Колючую Гавань, - продолжил Сейрус , - это место гудело о твоем подвиге, Нат…

-Свержение Генерала Попечителя , открытие шлюзовых ворот у источника Риверрайза! - восторженно усмехнулся Шквал. – Мы все гордимся тобой , Нат, приятель.

-Мы прибыли сюда так быстро, как только смогли , - сказал Сейрус, поворачиваясь к Евдоксии , - глядя на состояние вашего отца, возможно, он сможет увидеть вас напоследок. Ваш вейф проводник прислал слова о том, что вы приближаетесь...

-Увидеть меня напоследок? –Воскликнула Евдоксия. - Вы имеет ввиду, что мой отец здесь?

Профессор посмотрел вверх и кивнул в сторону «Архимакса» , плавно покачивающегося в легком бризе.

-Ваш отец умирает, Евдоксия… - начал он.

Но, Евдоксия уже отвернулась и побежала вперед . Нат поспешил за ней. Они пробежали по доскам швартовочной платформы к фракскораблю и взобрались на борт. На мгновение Евдоксия осмотрелась , после чего поспешила по новой палубе к кормовой кабине.

-Отец! – выкрикнула она. - Отец!

Она схватилась за полированную ручку свежевыкрашенной двери капитанской каюты , потянула ее, вошла внутрь и остановилась. Каюта была полу-темной, только одна фракс лампа приглушенно светилась в стороне. Потом из тишины до Евдоксии донесся звук. Это был звук дыхания, тихого и дребезжащего, и настолько тихий, что Евдоксия могла принять его за ветер, свистящий сквозь швартовные снасти , если бы не видела поднимающийся пар в свете лампы.

-Отец? – спросила она, и ее голос был больше похож на шепот.

-Ев…доксия? – ответил тихо голос из тени.

Евдоксия шагнула вперед, ориентируясь по голосу. Когда она это сделала, то увидела своего отца, лежащим на койке из отстойного дерева , укрытый толстым стеганым одеялом, а под его головой была подушка, набитая перьями снежной птицы.

-О, отец, – выдохнула Евдоксия.

-Я … видел тебя . – произнес он, и завитки пара из его пораженных легких вылетали сквозь синеватые губы . Он медленно повернул голову. – Из окна… каюты … Я … так счастлив, что … - после того, как Гальстон Прайд произнес эти слова, он зашелся сильным кашлем. Холодный туман вился в воздухе над его головой и его истощенное тело содрогалось от конвульсий, и его глаза, обведенные темными пятнами и глубокие, умоляюще смотрели на дочь.

-Нат, Нат, - сказала Евдоксия, отчаиваясь и поворачиваясь к нему, - Флакон. Дай мне флакон…

Нат расстегнул пуговицы куртки и глубоко погрузил руку во внутренний карман. Его дрожащие пальцы нащупали стеклянный флакон , он достал его и протянул Евдоксии. Кашель старика прекратился , но он не мог говорить , его сил хватало только на судорожное дыхание . Евдоксия вынула пробку из флакона с поблескивающей водой ,и, шагнув вперед, положила руку на лоб отца. Он был холоден как лед.

-Выпей это, папа, - прошептала она, и слеза заполнили ее глаза. –Это из самого Риверрайза.

Она медленно наклонилась к нему , наклоняя бутылочку, давая капле воды упасть в его рот сквозь приоткрытые губы. Потом еще. И еще…

Позади Ната и Евдоксии, остальные тоже пробрались через открытую дверь в каюту. Профессор, Сейрус Полеястреб, Шквал Бритвозуб, Виилум и Слип. Они глядели на Гальстона Прайда , задерживая дыхание и не моргая, а снаружи свистел ветер, покачивая судно из стороны в сторону.

Глаза старика закатились.

Зеленые глаза Евдоксии были прикованы к лицу ее отца. Сначала он выглядел столь же больным, как и прежде, посеревшая кожа была натянута, веки закрыты. Но потом, даже в приглушенном свете фракс лампы, она смогла кое-что увидеть.

-Его губы, - прошептала она. - Они…

Нат кивнул. Это было почти невероятно, но губы Гальстона Прайда теряли металлический голубоватый цвет и постепенно приобретали розоватый оттенок, который, как видела Евдоксия, распространяется по всему его лицу. Его впалые щеки оживились , темные круги около глаз посветлели и вскоре исчезли, как и болезненный сероватый цвет кожи. Вокруг провисающей челюсти и на шее тоже появились признаки выздоровления. Челюсти сжались и вены на шее стали глаже. Под стеганым одеялом , пеленавшем его больное бледное тело, грудная клетка расширилась и положение тела стало более вертикальным. Вскоре, с насмешливым ворчанием Гальстон Прайд поднялся, убирая с себя одеяло . Глаза медленно открылись.

Евдоксия смотрела в его глаза, и ей казалось, словно туман, долгое время застилавший их, теперь ушел. И постепенно его глаза, обращенные к ней, стали наполняться цветом, превращаясь из бледного голубого в темно-зеленый, точно такой же как и ее собственный.

-Евдоксия, - прошептал он, и теперь его слова больше не сопровождались смертельными хрипами и струйками пара . После Гальстон Прайд встал с койки и выпрямился.

-Ощущения чудесные, не так ли? – Спросила Евдоксия . – У меня были такие же ощущения, когда Нат принес мне живительную воду.

-Да, Евдоксия, - сказал ее отец, широко улыбаясь. – Ощущения просто чудесные!

Евдоксия упала в его объятия .
- О, отец, отец, - всхлипывала она. - Я так скучала по тебе…

В тот момент раздался громкий стук, эхом прошедший по всему «Архимаксу», когда ветер ударил его нос о причал.

-Судя по звуку, ветер поднимается, - сообщил Сейрус Полеястреб. - Если мы собираемся в вашу экспедицию, Профессор, тогда нам скоро пора отчаливать.

–Тогда давайте отправляться.- Профессор закивал.

-Экспедиция? –Нат повернулся к нему, - Экспедиция куда?

ГЛАВА ВОСЕМЬДЕСЯТ ВТОРАЯ.

Далеко внизу под «Архимаксом» , фракс шторм сформировал из облаков огромное завихряющееся колесо. Теперь оно вращалось круг за кругом нам Сумеречными Лесами , вырисовываясь на пыльном фоне обманчивых лесов , темные бурлящие облака подсвечивались золотым светом леса под ними.

В следующий момент, сверкнула ослепительная вспышка и заряд молнии вырвался из туч и помчался к лесу.

-Вы это видели? – спросила Евдоксия , вытягиваясь назад и поворачиваясь к отцу, потом к Нату, ее глаза сверкали от возбуждения , как и воздух под ними, содрогающийся от раскатов грома. – Мы с вами только что видели появление грозофракса!

Они втроем стояли на средней палубе фракскорабля. За ними был укрытый штурвал, где Сейрус Полеястреб продолжал уверенно контролировать рычаги , с Виилумом, рядом с ним, порывистый ветер лохматил мех толстолапа. Над их головами пульсировал фракскотел , серый гоблин Слип пользовался длинным металлическим прутом, чтобы счищать лед с охлаждающих пластин. Над ним, на самой вершине, Шквал Бритвозуб – с открытым сундучком с инструментами около него – отвинчивал панель камеры чтобы отрегулировать скрученный плавучий стержень. Евдоксия крепко держалась за борта и продолжала вглядываться в грозу под ними.

-Заряд молнии затвердеет в сумеречном свете лесов там внизу , – сказал Нат . – И уже скоро начнет зарывать сам себя в землю, потому что его часть, попавшая в темноту, станет тяжелеть и утянет весь заряд за собой. Он будет уходить глубже и глубже , разбиваясь на миллионы осколков , до того дня, - он повернулся к Евдоксии , - когда фракс шахтер не найдет их глубоко под землей. Он надорвет себе спину и будет рисковать своей жизнью , выкапывая их… - Он посмотрел на сверкающий лес внизу .-Только для того, чтобы скупой шахтовый сержант заплатил ему гроши, и отправит кристаллы на Великую Равнину.

Евдоксия проследила за его взглядом.
-Где этот кристалл будет стоить во много раз больше, - мягко произнесла она. – девушка повернулась к Гальстону Прайду. – И это является основой вашего состояния, не так ли, Отец?

Прошло три недели с тех пор, как «Архимакс» покинул Колючую Гавань . Три длинные недели, за которые путешественники пересекли Земли Края из одного конца в другой , их капитан Сейрус Полеястреб, поддерживал фракскорабль на полном пару , даже когда им приходилось бороться с сильными не попутными ветрами.

Дважды они приземлялись. В первый раз они сделали это, чтобы пополнить запасы воды, произошла посадка около Четырех Озер , и они заполнили большой резервуар, который размещался ниже кормовых кают, водой, взятой из Зеркала Неба. Пауконогие гоблины собрались вокруг «Архимакса», восхищаясь четкими линиями корабля и красиво спроектированным фракс котлом, и задавали воздушному пирату Шквалу тысячи вопросов. Нату хотелось бы побыть там подольше , чтобы исследовать поселения, окаймляющие великолепные озера и, возможно, даже посетить одного из великих моллюсков, которые жили в глубине озер . Но все они знали, что Профессор хотел добраться до Края без промедления, и это была его экспедиция.

Во второй раз им пришлось приземлиться, когда широкий фронт турбулентного тумана поднялся, делая навигацию практически невозможной , и им просто пришлось опуститься с неба на землю. Туман рассеялся только спустя два дня , и тогда они обнаружили, что приземлились около поселения под названием Теснины , постройки из щебенки и каменные лачуги карьерных трогов с волосатыми спинами, живших там, цеплялись к ущелью, словно воздушные паразиты к бревну ловушке.

Они были тепло встречены этими доброжелательными гигантами , самый низкий из которых был размером с Виилума, и были приглашены на празднование старейшинами поселения. Трогам было интересно узнать о новостях из мире за пределами Теснин , и они слушали с открытыми ртами о битве на Срединных Болотах, о которой рассказали Нат и Евдоксия. Не смотря на частые туманы и проливные дожди, Нат хотел бы побыть в Теснинах и посетить сталагмитовый лес в пещерах под городом. Но, как и в первый раз, Профессор настаивал на продвижении вперед.

Теперь позади них были Дремучие Леса , и «Архимакс» летел на полных парах к самому восточному пределу Краевых Земель , где величественный выступ скалы уходил за пределы неба , и таинственная плоскость скалы утеса погрузилось в темноту далеко внизу.

-Я обязан своему состояние грозофраксу, это правда, - сказал Гальстон Прайд, одергивая рукава пальто из меха губошлепа . Он задумчиво повертел резной тростью с головой свиноморда в руке. – Но так обязан ему и своим разрушением. И я имею ввиду не болезнь легких , хотя, Небо знает, это тоже было ужасно. – Он покачал головой . – Я смог адаптироваться к болезни, даже не задумываясь. Привык останавливаться на пол пути , поднимаясь по каждой лестнице, которую преодолевал. И я притворялся, что наслаждаюсь неторопливыми прогулками вокруг Нового Озера, заставляя себя идти так, потому что не мог двигаться быстрее, и из за этого не обращал внимания на красивые виды озера. Хотя, конечно, эта возможность не была важной для меня…

Он взял ладони Евдоксии в свои, и посмотрел в глубокие глаза дочери.

-Нет, грозофракс доминировал в моей жизни постоянно, - сказал он безрадостно. – Боюсь, я был не очень хорошим отцом для тебя.

-О, отец, - ответила Евдоксия . – Ты делал все, что мог. Ты был для меня замечательным отцом – и я понимаю как не просто это было для тебя после смерти матери.

-И ты, моя дочь, так же добра и прекрасна как была она, - сказал Гальстон, нежно сжимая руки дочери . – Но я позволил Фраксшахте Прайда занять главенствующее место в моей жизни, и добыча грозофракса отравила мои дни так же, как фракс пыль поразила мои легкие. Теперь я должен измениться.

-Но, я люблю тебя таким, какой ты есть , сказала Евдоксия, улыбаясь сквозь слезы, незаметно для нее самой появившиеся на глазах.

-На самом деле, Евдоксия, - сказал он осторожно, выпуская руки дочери , - У меня было очень много времени для раздумий во Дворце Сиропщиков в Улье. Близость смерти помогла увидеть многое в другом свете. Фелфтиса Брака, например…

Евдоксия подняла брови.
-Его! – сказала она и фыркнула.

-Он, конечно, был жуликом , - сказал Гальстон, - Я знал это, когда нанимал его на работу . И я использовал беспринципных амбициозных личностей вроде Фелфтиса чтобы наращивать прибыльность шахты на протяжении многих лет, не задавая лишних вопросов. Как видишь, я был в силах контролировать их. Это были обманщики и мошенники, но, это были мои обманщики и мошенники! Когда болезнь легких стала усиливаться и я ослаб, Фелфтис увидел шанс для себя. – он нахмурился, лицо стало беспокойным. – Но, по правде говоря, был ли я лучше, чем он? Разве это имело бы какое то значение для тружеников шахтеров, что один владелец сменил другого?

Он повернулся к Нату , стоявшему рядом и неловко смотрящему на нижнюю палубу , спрятав руки в карманы бриджей.

-Юный Нат рисковал своей жизнью, добывая грозофракс в моей шахте лишь для того, чтобы ему платили ненастоящую цену.

Услышав свое имя, Нат повернулся , и увидел, что Евдоксия хмуро смотрит на него.

-Это… это было не вашей виной, сэр, - покраснев, сказал Нат, кровь прилила к его щекам. –Это был шахтовый сержант Гринт Граэль…

-Да, Нат, - сказал Гальстон доброжелательно, но твердо. – Но это я назначил Фелфтиса Брака, а он назначил Гринта Граэля , который обманывал и обворовывал тебя и других шахтеров . Я мог сделать что-нибудь, чтобы это остановить - посетить шахту, чтобы посмотреть самому, как там идут дела. Но я решил не вмешиваться. Вместо этого я проводил свое время в поместье у Нового Озера , прогуливаясь вдоль берега и организовывая команды для игры Тысячепалки. Это было просто для Фелфтиса Брака обхитрить меня , когда я отправился рекрутировать игроков для игры. Он знал как я люблю игру и как она отвлекает меня от остальных забот. Я был эгоистичным, недальновидным старым глупцом.

-Но ты был болен, отец. – протестовала Евдоксия.

-Возможно и так, - сказал Гальстон Прайд . – Но теперь, благодаря вам обоим, я снова здоров , и теперь многое изменится на шахте Прайда. Там больше не будет телесных наказаний, не будет удерживания зарплаты за мелкие нарушения - и больше не будет фракс легких, - сказал он. – Никто из шахтеров больше не будет работать в шахте больше пяти, или четырех, или даже трех лет. –объявил он, стукнув тростью по палубе, - и за этот период они будут получать достойную плату за те кристаллы, которые они добывают. – он продолжал, погруженный в эту тему, - каждый шахтер сможет заработать достаточно для того, чтобы построить себе новую жизнь на Великой Равнине – жизнь, которую я и ты, Нат, в состоянии предложить им…

-Я? - удивился Нат. – Но я ведь просто фонарщик.

-Фонарщик, который унаследовал фракскотельную компанию в Меднодреве , - сказал Гальстон Прайд , поправляя серые волосы на лбу. – Это просто предложение. Поскольку я владею шахтой, а ты владеешь фракскотельной…

Он сделал паузу, когда увидел озадаченный взгляд на лица Ната и Евдокии.

-Вы имеете ввиду, что вы не знаете о воле Фристона Долговяза? В таком случае, как же это глупо с моей стороны! – он воскликнул. – Откуда бы вам было знать? Мы были так заняты этой экспедицией Профессора , что я впервые задумался о нашей прежней жизни на Великой Равнине. Я прошу прощения, - сказал Гальстон. – Я хорошо знал Фристона, - он продолжал. - Мы были близкими соседями у Нового Озера на протяжении нескольких лет , и я знал, насколько он ценит тебя, Нат. Я помню, за ужином в один из вечеров , он совершенно неожиданно повернулся ко мне и сказал : «Тебе нравится как звучит «Глемлоп, Долговяз и Корвад?»

Нат сглотнул , вспоминая тот роковой день, когда Фристон Долговяз задал и ему такой же вопрос.

-Он сказал, что ты тот сын, которого у него никогда не было, -продолжил Гальстон.

-Но у него ведь есть сын, - сказала Евдоксия . - И, насколько я знаю Бранксфорда, он не отдаст своего наследия без борьбы.

-Но, он на самом деле это уже сделал, – сказал Гальстон . – Когда он продал свою наследованную фракскотельную компанию Фелфтису Браку , она ему даже не принадлежала. Фристон Долговяз уже назвал имя Ната в своем завещании как единственного наследника в случае его кончины. Это завещание было обнаружено среди прочих бумаг в рабочем кабинете Фелфтиса Брака , когда тот был арестован. Кроме того, - добавил он серьезно, - согласно моим источникам, Бранксфорд Долговяз уже не в состоянии бороться ни за что.

-Не в состоянии? – переспросила Евдоксия.

Ее отец покачал головой.
-Еще до того как «Архимакс» покинул Улей и отправился в Колючую Гавань , я получил известия о том, что на судебном процессе Фелфтис Брак назвал Бранксфорда Долговяза как соучастника в организации взрыва во фракскотельной компании , приведшего к гибели несчастного Фристона Долговяза. В тот же самый день, Бранксфорд попытался сбежать в Западные Пущи на своем фраксокатере , но был сбит с неба патрульным кораблем. Он упал вниз огненным шаром.

-Бедный Бранксфорд, - сказала Евдоксия . - Он был слабым и испорченным, и причинял много вреда, но, он не заслуживал такой смерти.

На мгновение все замолчали. Гальстон был тем, кто нарушил тишину.

-Это только мое предложение, - сказал он. - Когда наше путешествие будет окончено , мы создадим судостроительную верфь фракскораблей. И не только фракскораблей. – сказал он с возбужденным блеском в глазах . – Нет, мы создадим наилучшие и самые инновационные фракскорабли во всей Великой Равнине. Еще в Улье, когда я был болен, я наблюдал за тем, как Сейрус и Шквал работали над реставрацией «Архимакса» .- он обвел руками широкую дугу.- Только посмотрите вокруг, – сказал он. – В одном этом судне больше инноваций, чем во всем флоте Великой Равнины. С фраксшахтой Прайда и компанией Глемлопа, Долговяза и Корвада, работающими вместе «Судостроительная Верфь «Архимакса» сможет изменить саму природу полетов – и пусть с этим смирятся надменные ученые Облачного Квартала. Они больше не будут контролировал фракс флот, потому что мы откроем небо для всех! Что ты скажешь об этом, Нат?

-Это… звучит захватывающе, - ответил Нат, голова которого уже плыла.

-Так оно и будет, – сказал Гальстон , уверенно стуча тростью по палубе ,- Когда небо будет открыто для всех, поселения будут разрастаться . Теснины , Поросячий Кряж, Четыре Озера , Северные Рубежи и сотни других превратятся в большие города благодаря нам. Кто знает, - улыбнулся он , глядя на Сумеречные Леса , - это может стать началом Четвертой Эры Воздухоплавания!

Гальстон обнял свою дочь.

-Давай оставим юного Ната подумать и пойдем проверим, как идут дела у Слипа на камбузе, - сказал он. – Это мне только кажется, или на самом деле пахнет жаренным мерцающим луком?

Евдоксия рассмеялась, и они вдвоем пошли назад по палубе, а Нат обратил свой взгляд к носу корабля . На расстоянии он видел край Сумеречных Лесов , уступающих место зеленым травам Топей , ослепительно блестящим в лучах солнца. Он уже собирался развернуться и возвратиться в кабину, к своей шкатулке воспоминаний, как он и собирался – как вдруг кое что привлекло его внимание.

Это был Профессор.

Высокая, слегка сутулая фигура стояла на носу фракскорабля, одиноко вглядываясь вдаль. Профессор повернулся и заметил, что Нат смотрит на него.

-А, Нат, - сказал он, снимая очки в тонкой оправе и дыша на их линзы , перед тем, как аккуратно протереть их о куртку. – Ты обнаружил меня, потерявшимся в мыслях о том, что ждет нас впереди.

Нат подошел к носу корабля.

-Утес Края? – спросил он, присоединяясь к Профессору.

Сначала его друг просто молчал. Он снова надел очки и устремил взгляд на переливающийся зеленый пейзаж под ними. Когда он заговорил, его голос звучал тихо, но решительно.

-Утес Края. Да, Нат, - сказал он, глядя вперед. – И незаконченное дело.

-Ваш брат, – догадался Нат.

Профессор кивнул. - Иффликс был одним из лучших ученых своего поколения , и я должен узнать, что же произошло с ним, – сказал он.- В конечном счете, я многим ему обязан . Низкое солнце отражалось на его очках, а на губах появилась хмурая улыбка. – Ты называешь меня Профессором, – засмеялся он. – В то время, как я не более чем притворщик.

-Но… - начал было Нат.

-Это правда, Нат, - сказал он. – Я могу назвать тебе имена всех Высочайших Академиков , кто правил древним Санктафраксом в Первую Эру. Я могу перечислить названия академий и средних школ. Я возможно смогу назвать сотни деревьев, произрастающих в Дречучих Лесах. Но, что до истинного стремления к знаниям, то это абсолютно другая вещь. –его лицо помрачнело. – Я забросил все это много-много лет тому назад. –Вздохнул он. – Я был хорошим учеником . Лучший в своем выпуске – как мой старый профессор Кассикс Магнестоун , доброжелательно напомнил мне не так давно. Загадки Утеса Края всегда зачаровывали меня так же, как они зачаровывают и наших друзей архивариусов из Академии Отстойного Моста. Какие это были воспоминания, когда эти двое изучали образец горной породы утеса со световой лупой и говорили о глистерах! А я это все бросил…

Он утомленно покачал головой.

-И я растратил свою жизнь на азартные игры и драки, и на лекции для изнеженных четверлингских матрон в плавучих корзинах на Небесных тавернах. –он с трудом улыбнулся Нату. – Просто замечательный «профессор» из меня получился... – его лицо вытянулось и глаза сузились, глядя сквозь стекла очков. – Но мой брат Иффликс был совсем другой. Он был готов рискнуть всем, чтобы приоткрыть завесу тайны , спускаясь в кромешную темноту. Ты можешь себе это представить, Нат? – сказал он, его глаза смотрели изумленно . – Спускание с утеса Края как такового , в реальность мифа и древних предрассудков , чтобы узнать, что же находится там на самом деле…

Он опустил голову. Нат посмотрел вдаль. Позади него желтое солнце утопало за горизонтом за Сумеречными Лесами. Под Архимаксом за трубой оставался след из пара , качающиеся лопасти над гутой травой создавали иллюзию воды , и легкий бриз помогал этому.

-Я благодарен тебе, - сказал Профессор. – Благодарен всем вам за то, что отправились со мной в эту экспедицию , чтобы узнать о судьбе моего брата. Я знаю, что я казался отдаленным и отвлекающим время от времени, Нат, давил на вас, когда вы хотели подольше побыть в местах, где мы останавливались , но, это все потому, что я принял решение.

-Какое? –поинтересовался Нат.

-Как и мой брат , Иффликс, - сказал Профессор, - Я должен стать спускальщиком.

ГЛАВА ВОСЕМЬДЕСЯТ ТРЕТЬЯ,

-Я начинаю спуск! – голос Сейруса Полеястреба прозвучал со стороны штурвала . – Это может быть нашей последней возможностью набрать воду до того, как мы достигнем Края.

Евдоксия появилась из кормовой каюты и поспешила на нос корабля, чтобы присоединиться к Нату и Профессору.

-Не хочу такое пропустить, - возбужденно сказала она. Они втроем смотрели на колышущееся море зелени под ними.

Шквал Бритвозуб спустился с фраксокотла на палубу, Слип встретил его внизу, снимая фартук и вытирая о него руки.

-Слип считает, что ужин может немного подождать, когда такое происходит, - улыбнулся он.

Позади него Гальстон Прайд с тростью в руке согласно кивнул. – Действительно, не каждый день видишь спуск на переродившуюся заброшенную пустошь , - сказал он.

-Виилум, к якорной лебедке, - Сейрус скомандовал толстолапу, и тот устремился к железному вороту в центре передней палубы. – Шквал, приготовь фракс якорь , и пожалуйста, с широким захватом, подходящий для грязи.

-Да-да, капитан,- ответил старый воздушный пират , присоединяющийся к Нату, Евдоксии и Профессору на носу корабля.

Согнувшись, Шквал поднял крышку люка и сделал шаг назад , чтобы уравновешенная фракспушка поднялась на свое место. Под кареткой орудия крепились различные массивные якоря , от сильно зазубренных с колючками для крепления за горные породы и тройных крюков для лесного швартовки до широкого пятигранного захвата, используемого для мягкой почвы. Когда Нат и остальные отошли назад , Шквал подогнал грейфер с подвесом и протащил цепь сквозь его вал , прежде чем зарядить его в отверстие фракспушки.

Осмотревшись, Нат догадался куда они метятся: круглый пруд чистой воды , покоящийся в пушном ковре травы Топей.

-Приготовься выстрелить якорем! – скомандовал Сейрус . – Приготовьтесь к швартовке.

-Вух-вух! – отозвался Виилум , следящий за тем, чтобы цепь, заправляемая в фракспушку ни за что не зацепилась и крепко держал спицы ствола мощными когтями.

Медленно «Архимакс» стал спускаться. Когда спуск начался, большие стаи красных и синих птиц поднялись из травы и заполнили собой небо , суматошно хлопая крыльями и громко возмущенно крича. Со стороны штурвала раздался громкий щелчок , Сейрус потянул рычаг до упора и стал внимательно маневрировать, опуская фракскорабль на более низкий уровень. Он поднял отвесы корпуса, затем аккуратно выровнял рычаги полета.

-Огонь! – скомандовал он.

Тщательно прицелившись, Шквал выстретил из фракспушки . В облаке волнового пара фракс якорь вылетел с «Архимакса» в заданном направлении , таща за собой тяжелую цепь.

Он приземлился с тяжелым хлюпающим ударом и утопил сам себя в густой матовой растительности рядом с прудом. В следующий момент «Архимакс» остановился , паря над Топями , цепь сильно натянулась , фракскотел гудел более мягко , и тусклая ленточка белого пара медленно вылетала из трубы.

- Подтягивай нас, Виилум! – скомандовал Сейрус от штурвала , и, прикладывая все усилия, могучий толсолап стал крутить ворот.

По мере того, как цепь наматывалась, «Архимакс» опускался в направлении Топей , до тех пор, пока не оказался парящим в нескольких футах от пышного травяного покрова.

-Теперь давайте заполним водный резервуар , - сказал Сейрус от штурвала. Он повернулся к экипажу. –Слип, помоги мне в водной трубой. Виилум – к помпе, пожалуйся - и Шквал , следи за клапаном цистерны.

Когда серый гоблин, толстолап и воздушный пират отправились выполнять данные им поручения, Гальстон Прайд и Профессор опустили лестницу из отстойного дерева с носовой части.

-Не отходите слишком далеко, - крикнул Сейрус, когда они вдвоем стали спускаться по лестнице вслед за Натом и Евдоксией . – Топи могут быть обманчивым местом.

-Так и сделаем, - сказал Нат через мгновение, помогая Евдоксии спуститься с последней ступени на землю.

Он посмотрел вокруг , ошеломленный необъятностью и бесконечностью травяного ковра. Евдоксия взяла его за руку и повела прочь от корабля и пруда, а Гальстон в это время был занят тем, что рассказывал Профессору о своих планах , связанных с судостроительной верфью.

Нат и Евдоксия продолжали идти , поднимаясь и опускаясь по возвышавшейся и снижавшейся заросшей земле , в то время, как со стороны пространство казалось ровным. Но теперь, когда она были внизу то видели, что Топи оказались местом из низких холмов и скрытых низменностей . Земля под ногами была мягкой и пружинистой , а иногда, когда они опускали свои ботинки, она пузырилась грязной водой.

Они прошли мимо огромного старого скелета головонога – опасного хищника, обитавшего на Топях в то время, когда здесь повсюду были бесцветные болота. Коренастый панцирь головонога громоздился на бочкообразных ребрах ,на хвосте был заостренный шип, и кости шести коротких и толстых ног подпирали его, каждая из которых заканчивался клешней , острой, как рапира. Сейчас скелет был наполовину утоплен в травяном холме.

-Я думаю, мы зашли уже достаточно далеко, - сказала Евдоксия, оглядываясь вокруг.

Около нее, Нат медленно обернулся. Травяной ковер простирался везде, куда падал взгляд, казалось, что бесконечная зелень единственное, что есть здесь, и ветер шелестел листьями , то обнажая острые верхушки , то закрывая все нижней зеленью , которая почти светилась в лучах заката. И птицы! Так много птиц сделало своим домом это необжитое место Края . Те красные и синие птицы, стаю которых они потревожили при швартовке, были лишь одним из множества видов, живущих здесь.

С заходом солнца все больше их появлялось. Маленькие желто-коричневые щебечущие птички хватали стебли травы и склевывали семена с обеих сторон , фиолетовые птицы с золотыми хохолками и лироподобными хвостовыми перьями скользили по поверхности травы , хватая болотных мошек и светлячков, роящихся там; и длинная линия высоких не летающих птиц , с крыльями, короткими как обрубки,с угловатыми оранжевыми ногами и широким плюмажем, похожим на мех, кричащих оттенков бирюзового и фиолетового, выискивали внизу болотную рыбу и выхватывали ее желтыми клювами. По мере того, как небо медленно темнело , воздух заполнялся какофонией чириканья, щебетания, протяжных воплей и криков , которые эхом носились по всей заросшей земле.

-Евдоксия, - сказал Нат мягко. – Помнишь, что я рассказывал тебе об источнике Риверрайза?- начал он.

-Да, конечно, - ответила она, поворачиваясь к Нату и видя странное волнение на его лице. – Ты сказал, что Голдэрэйс пытался убить тебя , но ты оттолкнул его, и тот упал и разбился , а после ты набрал живительную воду и открыл шлюзовые ворота , и теперь они могут течь свободно вниз, из источника Риверраайза…

-Да, но это не вся правда, - произнес Нат с сомнением.

-Не вся? – спросила Евдоксия, вглядываясь в его лицо, чтобы разгадать, о чем он думает.

-Нет, – ответил Нат . Я не рассказал всего сразу, потому что это было настолько невероятно, что я сам с трудом верю в то, что произошло. Я думал о том, что случилось в Садах Жизни снова и снова, чтобы составить полную картину в своей голове, но, это до сих пор выглядит словно сон.

-Но так что? – спросила Евдоксия. - Что там произошло на самом деле, Нат?

-Если я расскажу тебе, ты пообещаешь, что не будешь смеяться и не посчитаешь меня сумасшедшим? – спросил он.

Евдоксия уставилась на Ната сверкающими глазами. – Я бы никогда так не сделала! –горячо заявила она. – Ты мой лучший друг из всех, что когда-либо были, Нат Корвад, и я обязана тебе своей жизнью. Что бы там не произошло в Садах Жизни, я поверю тебе, обещаю.

-Голдэрэйс не упал и разбился насмерть, - сказал Нат. –Правда куда более странная. Огромная Птица Помогарь ринулась с неба и отбила дротик, брошенный Голдэрэйсом в меня взмахом крыла и направила его обратно. Дротик полетел в самого Голдэрэйса, и когда он попал в него, вейф рассыпался в прах у меня на глазах. После Птица-Помогарь улетела. - он потряс головой . – Но, это еще не все…

-Продолжай, - сказал Евдоксия сосредоточенно.

-Там были еще кое-кто, помимо Голдэрэйса, - продолжил Нат.

-Еще кое-кто? – переспросила девушка.

-Они сами назвали себя «Бессмертные», - ответил Нат с взглядом, устремленным куда-то далеко . – Двое древних людей из Первой и Второй Эр . Голдэрэйс держал их пленниками в Садах Жизни на протяжении веков. Один из них – легендарный воздушный пират , Прутик Верджиникс, о котором Шквал иногда говорит. Другой – Плут Кородер , Вольный Улан о котором однажды рассказывал Профессор . Я видел их, Евдоксия, так же ясно, как вижу тебя сейчас, и мы разговаривали. А после к пику Риверрайза примчался мощный шторм , и они поднялись внутрь него.

-Поднялись? –спросила Евдоксия озадаченно.

-Я знаю, это звучит невероятно , - сказал Нат, - но они начали светиться , а потом поднялись в шаре света в самый центр шторма , и снова стали юными… И там были не только они. В световом шаре появилась третья фигура.

-Третья фигура? Кто это был? – спросила Евдоксия.

Нат потянул шнурок , висящий на шее , и достал миниатюрный портрет из под куртки.

-Это был он, - сказал Нат, показывая портрет Квинтиниуса Верджиникса своей удивленной подруге.

-Но, ведь это тот портрет, что дал тебе отец, который ты хранил в шкатулке воспоминаний . Передаваемый из поколения в поколение в твоей семье, портрет из Первой Эры, - произнесла Евдоксия, - что означает…

-Я родственник Квинтиниуса Верджиникса, рыцаря академика , - сказал Нат , его глаза сияли. – Если, конечно, все это мне не приснилось.

-Ты говоришь, что это тот, кого ты видел внутри шторма , - вымолвила Евдоксия, поворачивая портрет в своих руках и выпуская его вновь, чтобы он вернулся на свое место на шнурке вокруг шеи Ната , - значит, я верю тебе.

-Вы видели его?

Голос раздался из за высокой зелени, совсем близко от них. Нат и Евдоксия обернулись и увидели две фигуры, появившиеся из травы у подножия холма и глядящие на них.

Это были женщина и девочка , обе с рюкзаками за спинами , к которым крепились тюки вещей, кастрюли, банки воды и прочая кухонная утварь . Они были худыми, с тонкими лицами , их волосы темно-синего оттенка торчали хохолками из головы и были заплетены пучками ароматной лесной лаванды и грозовым папоротником. На них были кожаные камзолы и бриджи , на каждой был высокий ребристый воротник и плащ тканого мха, который доходил до их ног.

Это было тем, что заставило взгляд Ната и Евдоксии устремить вниз . Ноги были тонкие и похожие на птичьи , на них были длинные пальцы вокруг узловатой ступни, колени сгибались назад , и голень поднималась к колену, как у тильдера или пустошского кролика. Когда они приблизились , Нат смог заметить, как они обе делали пружинистые прыжки на своих любопытно выглядящих ногах. В дополнение к прочим вещам за плечами, женщина держала за спиной широкий ручной ткацкий станок с гребнями и прочими принадлежностями для тканья.

-Видели кого? – спросила Евдоксия , прикрывая глаза от закатного солнца.

-Путеводителя, - просто ответила женщина , запрыгивая на низкий холмик , и малышка запрыгнула за ней.
-Мы куриноги с Северных Рубежей , простые ткачи и торговцы , и он ведет нас к новой жизни в сказочном городе на краю света. Я Вьювер, это моя дочь Туманушка … - она вытянула тонкую костлявую руку и коснулась рукава нижней куртки Евдоксии. –О, мисс, благослови вас Небеса, почему вы носите нижние вещи из бархата , сотканного куриногами вроде нас, сделанные по фасону Риверрайза, под этим – я имею ввиду вашу шинель. Она очень низкого качества, должна вам сказать…

-Я ношу ее из сентиментальных соображений, - сказала Евдоксия, поглаживая старую шинель Ополчения Улья. – Я боюсь, мы не видели вашего путеводителя, не так ли, Нат?

Нат покачал головой.

Маленькая куриножка выглядела такой худой и изнеможенной. Она присела около ног матери и глядела на них с испуганно-умоляющим выражением лица.

Слезы выступили на глаза Вьювер. –Нас более трех сотен, из деревни куриногов на Северных Рубежах , - сказала она. - Наступили тяжелые времена для простых ткачей , это из за дымных фабрик с их туманными колесами , питающими станки энергией. Они могут прясть паучий шелк , ткани из коры и мха с помощью фраксмашин в десять раз быстрее , чем мы. Мы голодали, когда к нам прибыл проводник и пообещал новую лучшую жизнь…

Она опустила голову ,Туманушка прижалась к ней плечом и тоже стала всхлипывать.

-Я не могла бросить свой ткацкий станок , даже зная, что мы идем в город сверкающих шпилей , где никто не голодает - но это замедлило нас с Туманушкой , и мы, видимо, потерялись.

-Мы идем у Краю , - сказала Евдоксия , нагибаясь и поглаживая руку безумно огорченного куринога . – Вы можете отправиться вместе с нами, если захотите.

ГЛАВА ВОСЕМЬДЕСЯТ ЧЕТВЕРТАЯ,

Ночью над Топями поднялся густой туман , и теперь травяное пространство было укрыто белым покрывалом. Все вокруг «Архимакса» с наступлением темноты наполнилось странными криками и эхом птичьих звуков в тумане, похожих на шепот вейфов в Ночных Лесах.

Нат поежился и застигнул пуговицы на своей зеленой лётной куртке, рядом с ним на палубе Евдоксия сделала то же самое со своей армейской шинелью. Их гости куриноги свернулись на носу корабля , окруженные своим имуществом , плащи из моховой ткани распределились над широкими воротниками как своеобразные палатки. Не смотря на все старания Ната и остальной части команды, они решили остаться ночевать под открытым небом, на палубе.

-Это всего лишь туманное одеяло , ничего страшного. – сказала Вьювер , оглядываясь, и видя Ната и Евдоксию.- Не то, что морозные туманные грозы на Северных Пределах.

-Проводник говорил нам , что в городе сияющих шпилей всегда тепло и солнечно , - показалась Туманушка. – И не будет нужды в колючих воротниках и моховых плащах, сказал он.

-А проводник сказал вам название города, в который вы держите путь? – спросила Евдоксия, морща нос и засовывая замерзшие руки в карманы.

Вьювер отрицательно покачала головой, капли росы полетели с ее волос на воротник, когда она это сделала.

-Нет, к сожалению, - ответила она с улыбкой. – Он просто сказал, что он на краю мира , и бедным народам, таким же как мы, там всегда будут рады, не важно откуда мы пришли.

Когда Нат и Евдоксия появились накануне вечером в компании с двумя куриногами , Сейрус Полеястреб был заинтригован их историей.

-Нам очень не хотелось бы потеснить вас, сэр, -сказала Вьювер, - но, просто мы потерялись, и нам больше негде притулиться.

-Никаких проблем, - сказал им капитан. – Пожалуйста, вы и ваша дочка, располагайтесь как вам будет удобно. Город сверкающих шпилей, вы сказали?

Он посмотрел вопросительно на Профессора. Тот покачал головой в ответ.

-Мы будем рады взять вас с собой у Краю, - сказал им Сейрус, - Мы запустим двигатель на рассвете, но, что до вашего города …

Сейчас, когда мутный диск солнца проглядывал сквозь туман , фракскотел «Архимакса» начал потихоньку гудеть и пар начал выходить из трубы. Медленно, после того как фраксоякорь был поднят, фраксосудно поднялось в воздух и двинулось на восток.

По мере того, как корабль продолжал движение по небу, туман посветлел, потом потускнел, но, окончательно не рассеялся. Прошло уже несколько часов, когда серый гоблин Слип прокричал с носа корабля.

-Ряд огней , - его голос эхом пролетел по всему кораблю. - По правому борту.

Шквал Бритвозуб , стоявший возле фракскотла, проверяя охлаждающие пластины, огляделся. Около него Виилум держал наготове разные инструменты, чтобы подать воздушному пирату нужное, тоже посмотрел туда.

-Это должна быть остальная часть вашей компании, - сказал Профессор , воротник которого был высоко поднят , защищая от холодного воздуха , - Хотя, пока еще трудно определенно сказать.

Нат и Евдоксия посмотрели вниз сквозь туманный воздух на колонну размытых желтых огоньков , движущихся линией под ними. Туманушка захихикала , когда они пролетали над ними, и от возбуждения стала бегать кругами по палубе, ее странные ножки ритмично топотали по планкам.

-Это они! – выкрикнула она , ее лицо сияло от радости. – И мы прибудем туда еще до них, первыми!

Немного позже, высокие темные очертания начали появляться в закрученном тумане под ними – очертания, которые, по мере приближения и снижения «Архимакса», оказались останками высоких стен и рушащихся башен, заросшие пышной растительностью, украшенные широкими листьями и опутанные лианами.

Стоя возле капитана у штурвала, Профессор громко присвистнул сквозь зубы.

-Так перед нами Старый Нижний Город,- сказал он. - По крайней мере, то, что от него осталось. Как-то слишком для сверкающих шпилей…

«Архимакс» пускал пар над странными затуманенными руинами, покрытыми растущими папоротниками и ползущими лозами , издали напоминающими очертания безымянных. Когда туман сгустился, руки Сейруса Полеястреба продолжали танцевать по рычагам управления , ослабляя пульсирующий воздуховод и отправляя фракскорабль свободно парить. На корме Шквал выстрелил двойным якорным крюком. Он зацепился за растительность под ними, и Виилум стал натягивать цепь. С тихим свистящим вздохом «Архимакс» спустился на несколько футов к тому, что когда-то было городской площадью.

Теперь, прекрасные здания были не больше чем щебенкой, оплетенной плющом, в то время как тротуарные плитки были покрыты ковром из мха. Сейрус скомандовал опустить лестницу из отстойного дерева , и команда «Архимакса" спустилась вниз, к мрачным руинам, за ними спускались тяжело нагруженные куриноги.

-Каменные Сады и водопад Реки Края находятся на востоке, над этими курганами щебня , - сказал Сейрус, указывая на череду седых хребтов, которые простирались за туманом слева от них. – Само русло Реки Края проходит где-то под нами, а здесь остатки старых канализационных коллекторов, насколько я помню...

Он продолжил осматриваться.

- Мы сейчас стоим на том, что в прошлом было рыночной площадью, на юге города , неподалеку от дворца Лиг старого Нижнего города.

Нат смотрел вокруг, видя низкие , покрытые сорняками груды разваленной каменной кладки и пытался представить оживленные улицы , заполненные магазинами и ларьками которые, должно быть, когда-то существовали в этом заброшенном месте на краю света.

-Мама, - прошептала Туманушка , подрагивая в своем моховом плаще , глядя вокруг широко раскрытыми испуганными глазами . – А где же город с сияющими шпилями?

Вьювер наклонилась и обняла дочку , ее глаза тоже были полны сомнений и неуверенности. – Наш путеводитель знает, - сказала она. – Он скоро будет здесь с Вегверном и Моллвером, и со всеми остальными , и тогда он покажет нам…

Сейрус и Профессор обменялись взглядами , в то время как Шквал, Слип и Виилум неуверенно переминались с ноги на ногу.

-И мне было бы тоже интересно встретиться с вашим путеводителем, - прорычал Шквал, - и спросить его зачем он приводит простой трудолюбивый народ в необитаемое место с обещанием лучшей жизни. Возможно, на самом деле он какой-то проходимец из Дремучих Лесов…

-Он не такой! – протестовала Туманушка, подпрыгнув на своих птичьих ногах и сжав маленькие кулачки, она говорила старому воздушному пирату.- Он не такой! У него было мудрое лицо и добрые глаза. Он понимал и выслушивал каждого из нас, даже маленьких, таких как я.

-Возможно, вы не будете возражать, Профессор, - сказал Гальстон Прайд , шевеля своей тростью ворох широколистых сорняков , - могу я посоветовать немного отложить нашу экспедицию к водопаду до тех пор, пока наши друзья не воссоединятся со своей компанией ? Виилум мог бы сплести простое укрытие от ветра, Шквал мог бы развести для них костер, а Слип и я могли бы приготовить немного чая из щетинника.

Сейрус согласно кивнул. –Каменные Сады близко от нас , и процессия, над которой мы пролетели, должна появиться здесь не позже, чем через час . Я за это время могу проверить противовесы корабля. Что скажите, Профессор?

- Очень хорошо, - сказал Профессор, отмечая для себя по взглядам Ната и Евдоксии, что они тоже согласны с предложением Гальстона . – Как и Шквал, я бы хотел поговорить с этим проводником кое о чем. – Он снял запотевшие очки и протер их , перед тем как надеть обратно, - Пока мы ждем, я бы хотел осмотреться здесь. Возможно, мой брат и его компания могли оставить здесь что-то, что скажет о месте их пребывания… Нат, Евдоксия, не хотите составить мне компанию?

-Не уходите слишком далеко от «Архимакса», - сказал Сейрус со своей обычной осторожностью. – Особенно в такой туман.

Евдоксия обернулась и присела около встревоженной малышки . – Не волнуйся, Туманушка, - сказала она. - Мой отец и мои друзья присмотрят за вами, пока остальные куриноги не придут , и потом мы решим что лучше всего делать дальше.

Туманушка торжествующе закивала, оборачиваясь поплотнее своим моховым плащом. Евдоксия погладила ее по плечу, а потом встала на ноги и поспешила за Натом и Профессором , фигуры которых уже терялись за туманом.

Она настигла их спустя несколько моментов, и они втроем продолжили углубляться в пугающую тишину заброшенного города, где завивающийся туман опутывал пышную растительность . Продвижение было проблематичным. Под их ногами, замшелые камни были скользкими от влажного воздуха, и торчали из земли под самыми разными углами; сучковатые скрученные корни и толстые древесные побеги выбивались из под них. Некоторые плиты были разбиты вдребезги упавшими частями окружающих разрушенных зданий , создавая полный щебневый беспорядок.

Из каждой трещины и щели пробивалась растительность - высокие и плотные кустарники с шипами переплетались с присосками смолянистого шиповника и черно-пестрые кусты с широкими плоскими листьями, корни которых прорастали между камнями разрушавшегося монумента ; бледные изящные папоротники, сгустки степных серебролистов, скопления лимонного мха и высокие колючие кусты с темной пятнистой листвой… Выглядело все так, словно луговая растительность покрыла и захлестнула загрязненные Топи, и теперь восстанавливала собой руины Нижнего Города. Заброшенный город преобразовался в дикий сад.

Все пространство было устелено закрученным туманом , части которого напоминал пальцы , оплетающие разбитые окна и сломанные арки , между разрушающимися столбами и потрескавшихся и склонившихся башен, замутняющие углы разбитых зданий и глазируя каждый лист шип и лиану , оставаясь на них каплями росы. И с тем, как трое путешественников углублялись в пространство руин города , опустив головы вниз, чтобы прокладывать свой путь среди разбитых тротуарных плиток и валунов , туман опадал на них мелким дождем.

-Здесь так тихо, - сказала Евдоксия. – И так жутко. Это не столько город, сколько город призрак…

-Он был заброшен очень давно , - сказал Нат, - где-то во Второй Эре, я думаю.

-Верно, - сказал Профессор, становясь на большой каменный блок и глядя вокруг, глаза сверкали за стеклами его очков. – Но что за невероятное место это должно быть было. Только представьте! – сказал он. – Тогда, в Первую Эру Воздухоплавания , это был самый крупный город Края, или, вернее, один из двух городов близнецов. Поскольку, пока здесь был могучий Нижний город, с верфью воздушных кораблей , фабриками и легендарными пиратскими тавернами, над ними был великолепный Санктафракс , построенный на огромной летучей скале и прикованный массивной цепью…

-Огромная летающая скала, - сказала Евдоксия , глядя вдаль . – Как бы я хотела подобное увидеть!

-Якорная цепь была перерублена, верно, Профессор? – спросил Нат. – И весь город улетел в Открытое Небо.

-Великая трагедия. – сказал Профессор рассеяно, после чего наклонился и поднял что-то, лежащее около его ботинка. – Позже, во Второй Эре , - продолжил он, - сам Нижний город был разрушен чудовищным штормом . Черная буря, как это было названо. Но, еще до этого большая часть жителей смогла спастись и они отправились в Дремучие Леса , вместе с легендарным Плутом Кородером , чтобы обосновать то, что стало нашим собственный городом Великой Равниной.

Услышав имя Плута Кородера, Нат и Евдоксия обменялись взглядами , но, кажется, Профессор не обратил на это внимания . Вместо этого он сошел с каменного блока, внимательно разглядывая объект в своих руках.

-Это похоже на равник, - сказал Нат, глядя на маленькую золотистую монету на ладони Профессора.

-Это и есть равник, - сказал Профессор. – Кто то с Великой Равнины был здесь. И не так давно. Посмотрите, какой он яркий и блестящий…

- Вы думаете, это мог быть ваш брат? – спросила Евдоксия. – Или еще кто-то из команды спускальщиков?

-Возможно, - задумчиво ответил Профессор.

Он убрал монету в карман, и они втроем продолжили путь по руинам города , задумываясь о его необычном прошлом. Густой туманный воздух свистел , закручиваясь сквозь трещины полуразрушенных зданий , словно сотни шепотов и вздохов тех, кто когда-то жили здесь , призрачно вернулись и напоминали о себе сейчас, прячась в тенях.

Они подошли к остаткам того, что некогда должно было быть прекрасным высоким дворцом. Под их ногами земля была покрыта бесчисленными обломками камня, которые, после того как с их поверхности счистить густой мох , оказывались фрагментами – пальцами , ушами; частями разбитых голов и волнообразными частями одежд , остатками сотен статуй, которые некогда украшали фасад.

–Кто-то разводил здесь костер. – сказал Нат , пиная ногой пепел и обгорелые угли, лежащие, окруженные камнями.

Профессор кивнул. –По виду похоже на костер лесных троллей. – носком ботинка он подтолкнул один из углей , не обгоревшая половина которого напоминала голову и переднюю часть туловища ежеобраза. – Видите, как расположены камни, чтобы предотвратить взлет горящих бревен?

Евдоксия увидела что-то среди зарослей сорняков , шагнула ближе и подняла находку.

-Это какая-то разновидность обуви, - сказала она.

Нат и Профессор посмотрели на нескладную на вид туфлю в ее руке, с коротким широким запятником , деревянной подошвой и широким плетеным кожаным верхом.

-Это принадлежало матроне глыбтрогу , - сказал Профессор, беря туфлю в свои руки и поворачивая ее, - Такой вид башмаков часто носят жители пещер, - он добавил, - И это определенно не могло принадлежать никому из команды моего брата…

Только после этого они услышали звук гудка в туманном воздухе.

-Это «Архимакс» , - сказала Евдоксия. – Должно быть, куриноги прибыли!

Они развернулись и поспешили назад тем же путем, которым они пришли к мрачным развалинам. Спустя немного времени, туман перед ними стал прозрачнее и они сквозь заросли вышли к засыпанной обломками площади, над которой заякорился «Архимакс», сейчас окруженный прибывшими путешественниками.

Нат уставился на куриногов вокруг него. Как Вьювер и Туманушка, они стояли на своих птичьих ногах с чешуйчатой кожей и тремя длинными когтистыми пальцами . У всех них были вытянутые точеные лица и глаза без бровей , и копны пышных волос, поднятых вверх над головой , оплетенные душистыми травами и папоротниками . И, так как и Вьювер и Туманушка ,нагруженные тем, что Нату казалось тяжелыми рюкзаками на их спинах, вновь прибывшие тоже были весьма загружены.

Огромные рюкзаки покоились на их плечах под моховыми плащами , из каждого выпирали тысячи предметов , и снаружи тоже крепилось множество , спальные принадлежности и кухонная утварь, веревки, фонари, фраксмушкеты, и, как заметил Нат, ткацкие станки, с помощью которых они плели знаменитый шелк из паутины ночного паука и саму мерцающую тонкую ткань. Было похоже, что куриноги запаковали всю свою прежнюю жизнь в эти рюкзаки , когда они покидали Северные Пределы , и принесли все это с собой сюда, в заброшенные руины города.

Сердце Ната беспокойно забилось. «Что же, во имя Неба, они будут теперь делать?»- подумал он.

Потеснив их, Гальстон Прайд направился к Нату, Евдоксии и Профессору.

-Они простой славный народ, - сказал он, - который шел за своим гидом с Северных Пределов . Но, как только они достигли Нижнего города, их так называемый путеводительисчез за туманом, сказав, чтобы они ожидали его возвращения. Все они говорят о каком-то банкете – приветственном, видимо , который гид им пообещал…

Куриноги разбрелись по площади утомленными группами , а Шквал, Виилум и Слип ходили между ними, предлагая свежий чай из щетинника из чайника, который они наливали в деревянные кружки и колбы, которые протягивали им.

Рука Профессора потянулась к фракспистолю на поясе. – Мне это не нравится, - сказал он, его глаза сузились, и он внимательно смотрел на руины вокруг площади . – Скорее всего, это путеводитель никто иной, как разбойник с бандой воров , выжидающих в засаде несчастных ткачей, чтобы их ограбить. Возможно, от нападения их удерживает только то, что мы находимся здесь. Я встречал много мошенничества в своей жизни, но это переходит все границы.

Профессор сделал паузу. Подул свежий ветерок , благодаря которому туман наконец-то рассеялся и ушел на запад, открывая вид на заброшенный город, опутанный зеленью. На площади наступила тишина, все головы поднялись вверх , взгляды устремились в голубое небо на восток, прикованные к невероятному зрелищу, открывшемуся им.

Сквозь толпу Туманушка возбужденно выскочила вперед , ее лицо сияло и глаза блестели.

-Смотрите! Смотрите! – окликнула она Евдоксию , указывая в небо. - Город сияющих шпилей!

ГЛАВА ВОСЕМЬДЕСЯТ ПЯТАЯ

Великая летучая скала парила в воздухе над Каменными Садами, огромная и все же больше похожая на сновидение, как будто в любой момент она могла исчезнуть за завитками густого тумана, который клубился рядом.

На вершине скалы, сверкая в ярком солнечном свете, находился великолепный город элегантных шпилей, зубчатых башен и высоких минаретов, которые возносились в воздух над сверкающими академиями и дворцами, золотыми на фоне синего неба. Сразу бросались в глаза две огромных выдающихся вперед платформы, по одной на каждой стороне большой скалы, с подвешенными корзинами на канатах тяжелых лебедок на концах. И наряду с массивными свисавшими противовесами, которые стабилизировали гигантскую скалу, внизу расположилась длинная толстая цепь, что тянулась по воздуху к Каменным Садам на земле.

- Санктафракс, - выдохнул Профессор в смятении. - Он вернулся.

Везде на разрушенной площади происходило движение; суетясь и царапаясь, подпрыгивая и ныряя, куриноги собрали свои вещи. Те, кто сидели на одеялах, разложенных на моховой брусчатке, вскочили на ноги, в то время как те, которые уже стояли, лихорадочно паковали рюкзаки и скатывали свои спальные мешки и кастрюли в болтающиеся лямки и узы. Огонь был потушен, шерстяные накидки и капоты были одетыи, и под настойчивые крики различных старейшин куриногов, толпа деревенских жителей численностью в триста душ начала собираться в аккуратноую колонну - матери и отцы, старики и дети, младенцы на руках.

На глазах у Ната один за другим - все они повернулись лицом к великому воздушному городу Санктафраксу, их глаза сверкали, их волосы, с солнцем за ними, походили на светящиеся нимбы, их странные ноги постукивали по земле с волнением. В задней части колонны с улыбками на лицах стояли Вьювер и Туманушка.

- Давайте, - сказал Профессор, как будто отрываясь ото сна. - Мы должны взойти на борт «Архимакса» сейчас же!

Они поспешили через площадь, за исключением Евдоксии, которая остановилась на мгновение рядом с ребенком куриногов.

- Путеводитель говорил правду! - Туманушка воскликнула торжествующе, устремив глаза на воздушный город. И мы будем ждать здесь, чтобы он пришел к нам, так же, как он обещал!

- Оставь ее, Евдоксия, - мягко сказал Профессор. - Кто бы ни был этот путеводитель, я думаю, что мы найдем его там.

Евдоксия неохотно попрощалась с малышкой-куриногом и последовала за Натом и Профессором к парящему фраксокораблю, труба которого уже посылала тонкий извилистый шлейф белого пара в воздух. Нат подержал лестницу из отстойного дерева, чтобы Евдоксия поднялась, а затем поспешил вверх по ступенькам сам.

- Вух-вух, - толстолап Виилум встретил его радостно, когда Нат сошёл на палубу, и вместе они стали наматывать сдвоенные якорные шипы на корме.

У штурвала Cейрус Полеястреб, устремив глаза прямо перед собой, потянул полетные рычаги. В начале ленто-подобная струйка пара из трубы утолщилась до вздымающегося облака. Затем пропускающая труба начала реветь - в результате чего некоторые куриноги в передней части толпы крикнули от удивления и защитили свои лица руками от тепла от взрыва. В следующий момент с небольшим креном "Архимакс" начал подниматься.

На вершине фраксокотла Шквал Бритвозуб ободряюще похлопал жужжащий металлический шар. - Устойчиво идёт, - он сообщил Сейрусу Полеястребу. - Мы будем там в кратчайшие сроки.

Капитан кивнул, оттянув центральный полётный рычаг медленно назад. Евдоксия поспешила к носу фраксокорабля, чтобы присоединиться к своему отцу, она неотрывно глядела на большой город в небе впереди. Несколько мгновений спустя, Нат и Профессор присоединились к ним.

Когда "Архимакс" пролетал над руинами Нижнего Города, Нат посмотрел вниз и понял, что крошечную область он и двое других исследовали. Город ниже был обширен и размашист, распространялся с одного утёса Края до другого.

Обветшалые фабрики и литейные заводы окаймляли его западные границы, где Река Края исчезала, чтобы потечь через сломанные коллекторы ниже. На севере и юге были крошащиеся башни и дворцы, кусты и молодые деревья, цепляющиеся за их сломанные стены и вырастающие из их крыш; в то время как посмотрев на восток, Нат увидел, что Нижний Город, должно быть, однажды был вдвое больше, чем руины, которые они сейчас пролетали, поскольку случайный резкий шпиль или выступающий кусок кладки показали, что половина более половины города лежало под смешанной массой из растительности и щебня.

Когда они приблизились к огромной летучей скале в небе впереди, щебень ниже уступил место каменистому тротуару Каменных Садов, в которых Река Края пузырилась еще раз, возобновляя своё направление к губе скалы на самом краю.

Однажды Каменные Сады были живы. Без растений, но с самими скалами, которые проростали из земли, одна на другой, становясь все более и более плавучими по мере роста. Они формировали большие кипы, которые поднимались всё выше, пока скала на вершине не становилась настолько большой и плавучей, что её можно было собирать и использовать в небесных галеонах Первой Эры Воздухоплавания. Но когда ударила Каменная Болезнь, обратив чудесные летучие скалы в пыль, то Сады превратились в бесплодный тротуар, на которой Нат смотрел теперь свысока.

"Архимакс" подошел ближе к летучей скале, и с носа Нат и его спутники могли ясно видеть, где теперь находился конец могучей Якорной Цепи. В точке, где водный поток грохотал с кончика Краевого утёса и падал в пропасть ниже, находился один торчащий выступ. Этот самый кончик Края, вокруг которого текла вода, как раз и зацепил большое железное кольцо на конце цепи, словно каменный палец через золотую ленту.

У штурвала Сейрус Полеястреб сражался с полётными рычагами, поскольку "Архимакс" оказался схвачен турбулентных ветрами. Они толкали и шатали. Шквал Бритвозуб провел поспешную проверку над хрупкими зубчатыми линиями и шплинтами, соединяющими элементы управления у фраксокотла, в то время как Слип метнулся туда-сюда, задраивая открытые люки и фиксируя каждый свободный элемент, который грозил быть снесённым непредсказуемыми порывами.

Они медленно поднялись, капитан делал постоянные перестановки полетных рычагов и корпусных противовесов для этого. Перед ними нависала лицевая сторона могучей летучей скалы. Её рябизна блестела на солнце, пока тень "Архимакса" скользила возле. Они миновали подвесные корзины, которые свисали с небольшого причала, потом другого. И, глядя вверх, они увидели выступающие доски, восходящие подпорки и рифленые столбы огромной Западной Пристани, вырисовывающиеся на фоне неба над ними.

- Готовь те швартовы, Виилум, - Сейрус Полеястреб приказал от штурвала. - Шквал на носовой палубе. Слип - к корме.

- Так точно, Кэп! - отозвались они, разбегаясь.

"Архимакс" вознесся мимо самой широкой части скалы. Нат затаил дыхание. Ветер притих. В следующий момент, когда они неуклонно поднимались вверх над уровнем большой деревянной Западной Пристани, Сейрус Полеястреб ловко переключил полетные рычаги, один за другим, и перестроил корпусные противовесы. Фраксокорабль повернулся, пока его нос не стал параллелен выступающей причальной платформе.

- Сейчас! - проревел он.

По его команде Слип и Шквал Бритвозуб прыгнули на причал. Виилум бросил первый швартовый поперек, а затем, торопясь обратно по палубе, второй, который они прикрепили к стойкам Западной Пристани. С тихим вздохом фраксокотел прекратил свой гул и "Архимакс" остановился рядом с широкой платформой.

- Так же, как причаливание у Срединных Деков, - беззаботно сказал Сейрус, обеспечивая блокировку руля и отходя от штурвала.

Но его команда была слишком занята, чтобы заметить хвастовство их капитана. Они последовали за Слипом и Шквалом через борт, и теперь стояли на полированных досках великой Западной Пристани Санктафракса, глазея на окружение с недоверием.

Только толстолап Виилум остался на борту "Архимакса", отказываясь сдвинуться с места от штурвала, его глаза расширились от страха, ноздри раздувались, а маленькие ушки дрожали.

- Вух-варгх! Вух-варгх! - буркнул он, раскинув лапы по сторонам.

Он говорит, что не войдёт в город, - перевёл Нат остальным. Он говорит, что там пахнет смертью ...

- Вы пойдёте вперед, - решил Шквал. - Я останусь здесь с моим другом, Виилумом. Мы будем ждать вас по возвращении.

- Город выглядит покинутым, - высказался Профессор, выхватывая фраксопистоль и отправляясь вперед по платформе, - но я всё же предлагаю действовать с осторожностью.

Следуя за ним, Нат, Евдоксия и Сейрус оголили свои фраксопистоли, в то время как Слип отцепил охотничий лук со своего плеча и вставил стрелу из колчана у себя на поясе. Позади них Гальстон Прайд раскрутил свою резную трость и обнажил заключенный в ней меч.

В конце пристани они прошли между двумя высокими зданиями с покатыми крышами и, под их ногами на другой стороне, тяжелые доски резко уступили место широкому проспекту из красной, белой и черной плиток, положенных в сложных узорах. По обе стороны от них, выравниваясь в большую улицу, стояли высокие здания, большинство из которых были построены из камня. Каждый казался более величественным, чем предыдущий, богато инкрустированный декорациями и замысловатыми украшениями, которые были невероятно красивы на солнечном свете.

- Посмотрите на эти солнечные часы, - сказала Евдоксия, указывая на огромный круглый диск, состоящий из линий и цифр, которые были смонтированы на стороне высокой решетчато-стенной башни справа от нее. Элегантный гномон в её центре отбрасывал длинную кинжалоподобную тень, которая пересекла полпути между номерами три и четыре.

- Красиво, - пробормотал Нат.

Справа от них было круглое здание, его волнистая крыша поднимается до вершины; далеко левее, за пределами вереницы низких башен находилось высокое округлое здание с большой чашей на крыше, из которой каскадом вниз текла вода.

- Школа Фонтанный Дом, - озвучил Профессор, поражаясь при виде её. - Это место, где отпрыски академиков начинали свое образование. Посмотрите на это! Прекрасно сохранилось, после того, как все это время ...

- А те? - спросил Нат, указывая своим пистолем на два обширных проволочных шара в верхней части невероятно высоких и изящных башен-близнецов.

Туман закручивался вокруг любопытных сфер, казалось бы, вытканных из скрученных проводов, издающих мягкое мелодичное гудение.

- Это башни-близнецы Аналитиков Дымки, одна из старейших академий в Санктафраксе, - пояснил Профессор, явно очарованный всем, что видел.

И прекрасных зданий было превеликое множество. Некоторые обладали луковичными башенками, какие-то имели игольчатые шпили; другие были куполообразные и инкрустированные замысловатые мозаичными зеркалами и полудрагоценными камнями. Некоторые из них, как башни, увиденные Евдоксией, были украшены солнечными часами, соседние имели часы с тяжелыми противовесами, свисающими по стене под их полированными поверхностями, в то время как третьи были колокольнями, огромные бронзовые колокола свисали между наборами элегантных белых арок. Одно зубчатое здание имело небольшие круглые окна, глазированные тысячами маленьких панелей; его величавый сосед имел более широкие окна, с вьющимися подоконниками и огромными одиночными стеклами, которые нашли отражение здания напротив.

Нат знал, что учёные в Первой Эре были одержимы погодой, - как одержимы были, к примеру, сегодняшние учёные с Отстойного Моста Улья отстойным деревом, а другие, в Облачном Квартале Великой Равнины - свойствами фракса, - и индивидуальная архитектура академий и школ вокруг них должна отражать конкретное поле интересов. Туман. Дождь. Ветер. Снег …

Тайные куски атрибутики украшали каждую стену и каждую крышу. Пропеллеро-образные изгибы полированного металла и сетки, изготовленные по дуге из чистых серебряных петель; кованые отвесные весы и калиброванные циферблаты, флюгера и ветряные носки и, свисавшие с высокого округлого здания с выступающего причала, сто или более синих бутылок, прикрепленных друг под другом на всю длину плетеного кабеля и торчащие в разные углы.

Нат мог только гадать, какая дисциплина изучалась в том здании.

Они продолжали продвигаться через заброшенный город. Обширные пешеходные дорожки, стягивая воздух, взлетали над ними; скручивающиеся лестничные пролеты и изогнутые проходы от одной широкой террасы к другой и возвышенные виадуки, окаймленные ступенями, растянулись вдаль на сколько хватало взгляда.

Профессор оглядывался, его глаза блестели под стёклами очков. Он снял шляпу и взял её в руку, поправил волосы и водрузил ту на место. Он покачал головой.

- Это невероятно, - произнёс он, медленно и настойчиво. - Никаких признаков ущерба, нанесенного ураганом, без каких-либо ударов молний, коррозии от града или морозного травления. - Онописал рукой широкую дугу. - Это так же великолепно, как и все истории свитков, которые я прочитал, и все же ... - Он покачал головой. - Я не знаю, - сказал он, на мгновение будто растерявшись. - Как это может быть?

- Город явно был сохранен в поразительной степени, - согласился Гальстон Прайд, - хотя нам еще предстоит столкнуться с каким-нибудь жителем.

- Этот город прекрасен, будь уверен, - сказал тихо Слип с бока Ната. - Но Слипу не нравится ...

Пока они шли дальше, их шаги эхом разлетались вниз по мощеным улицам и поперек широких открытых площадей, которые открывались перед ними. И когда друзья говорили, их голоса растворялись, как будто город спал, и это его не беспокоило. Их приглушенные шепоты растворялись в глубокой тени, или отскакивали назад от сверкающих стен - укрепляя мнение, что, несмотря на отличную сохранность, древний летающий город, по-видимому вернулся к Краю без единой души.

Они шли по продуваемой площади, с фонтаном в центре. Вода на ближнем свету после полудня выглядела как жидкое серебро. Она хлынула вверх из тисненой розетки в верхней части фонтана и полилась через боковые носики.

- Как это происходит? - Нат спросил вслух. - Я имею в виду, как она течет? Здесь, наверху, в парящем городе ...

- Летучая скала пористая, с резервуарами воды глубоко внутри, - ответил ему Профессор. - По мере расширения скалы, силы выталкивают воду вверх в родники и колодцы по всему городу.

Нат кивнул, его мысли вернулись снова к Зельфиусу Даксу, который тосковал по временам до укрощения силы фраксокристаллов, открывших Третью Эру Воздухоплавания. Теперь, стоя в центре этого необычного города с Первой Эры, Нат считал, что старый библиотечный ученый мог иметь причину для этой тоски. Да, в последнее время они расширились далеко в когда-то, казалось бы, бесконечные Дремучие Леса, отправив свои фраксосуда в самые отдаленные уголки всего Края - но, несмотря на всё, что было приобретено, так много, очевидно, было потеряно ...

Вытянув шеи, когда они проходили мимо высокой башни, Нат посмотрел на остроконечную крышу на её вершине, и под ней - круг окон с видом во всех направлениях. Это выглядело как какая-нибудь обсерватория. Группка белых воронов взгромоздилась на выступающем молниеотводе, глядя на них косо и каркая недоброжелательно. Вот, на противоположной стороне перед ними великолепный виадук вытянулся рядом выступающих арок , каждая из которых была крашена ​ небольшими башнями, а также высокими лестницами, установленными между ними в нижней части.

Заметив что-то, Евдоксия вдруг оторвалась от остальных и побежала вверх по лестнице. Нат последовал за ней по пятам мгновение спустя с фраксопистолем наготове. Он догнал ее на вершине ступеней виадука, чтобы найти Евдоксию глядящей на большой четырехугольник на другой стороне. Широкая площадь была украшена сложной круговой мозаикой, с неровными стрелами молний, простирающимися от ее центра, придавая ей вид запутанно построенного колеса.

- Я думала, что видела кого-то, - сказала она, ее лицо покраснело.

Они медленно шли вниз по ступенькам к квадрату, вокруг которого рядами были установлены низкие скамейки.

- Возможно, тут намечается праздник для гостей, - предположила Евдоксия. Она повернулась к Нату. - Один путеводитель говорил куриногам об этом.

Позади них, у основания лестницы стали появляться силуэты остальных, их шаги эхом разносились вокруг квадрата. Нат повернулся, и его взгляд упал на огромное здание в дальнем конце виадука. Оно имело узкие окна, высокие контрфорсы и был короновано огромным куполом. Шаги становились все громче, когда Профессор, внимательно присматривающий за остальными, подошел.

- Так, так, - сказал Профессор, кончиками своих пальцев рассеянно поигрывая бакенбардами. - Судя по всему кто-то ожидает посетителей. - Он осмотрел квадрат. - Тем не менее, город опустел. - Он покачал головой. - Тайна углубляется. - Он поднял фраксопистоль и выстрелил в воздух. Звук выстрела был оглушительным, он пронесся через яркие пустынные улицы, словно гром.

Неожиданно низкие арочные двери, установленные в стену куполообразного здания, на петлях с причудливым узором распахнулись, и к ним навстречу вышла фигура в высокой робе. Купаясь в тени, она, казалось, слегка светилась, её длинные ниспадающие одежды мерцали, когда та подошла к ним.

Это был мужчина. Он был высокий и худой, с темными волосами, небольшой бородой и густыми черными усами, закрученных по краям. Одетая на нём мантия была расшита жемчугом, который сверкал, как градины. Поверх неё расположился подбитый мехом плащ с любопытным взаимосвязанным спиральным узором, сшитым в тяжелую ткань, и с широким шахматным воротничком, накинутым на его плечи. У него на поясе висели различные приборы и медные инструменты; некоторые круглые, некоторые продырявленные, а какие-то с длинными калиброванными древками. На его голове покоилась высокая четырехугольная черно-белая шляпа, а в руке он сжимал вырезанный посох из черного дерева, на золотом диске на его верхушке был тот же узор, что и на четырехугольной мозаике.

- Уберите своё оружие, друзья, - предложил он, доброжелательная улыбка расползлась по всему его красивому лицу, когда он подошел. - Оно не понадобится вам здесь, в городе сияющих шпилей.

Профессор со странным выражением шока и недоверия на лице отступил, убирая пистоль. Гальстон Прайд шагнул вперед, пряча меч-трость и протягивая руку.

- Таким образом, вы, должны быть, путеводитель, о котором мы так много слышали, - сказал он, улыбаясь.

Академик кивнул, но проигнорировал протянутую руку Гальстона. - Один из многих, - просто ответил он.

Отрывая глаза от сияющего лица академика, Нат вдруг понял, что квадрат заполнился другими фигурами, одетыми в мантии каждого цвета и дизайна.

Тут стояли и академики из Школы Света и Тьмы, их мантии были в многочисленных оттенках серого, от аспидно-пятнистого белого до штормового черного; облаковеды в белых, красных и коричневых, академики в робах из Колледжа Дождя и академики в белых и желтых капюшонах из Академии Шквалистых Ветров; были видны глубокие оранжевые одежды Академии Россветов, и узорчатые плащи академий Зефира, Града и Ветродуя, наряду с ярко-голубыми одеяниями академиков из Школ Виадука. Академики молча и улыбчиво смотрели на них.

- Мы ожидали прихода друзей из Северных Пределов, - пояснил академик, - но мы всегда рады принять гостей в наш прекрасный город и поделиться с ними его чудесами. Что бы вы хотели посмотреть? Большой зал? Дворец Теней? Или, возможно, Рыцарскую Академию, где в юности учился великий Квинтиниус Верджиникс?

Нат чуть не подавился от удивления при упоминании этого имени, и академик тепло улыбнулся ему.

- Ах эта Рыцарская Академия. Пожалуйста, следуйте за мной.

Академик повернулся и протопал через квадрат и двинулся вверх по ступеням виадука. И когда они следовали, Нат с удивлением отметил, что наблюдающие академики растаяли обратно в тени ближайших улиц и дверных проемов, так же тихо, как появились.

Когда Евдоксия, Слип, Сейрус и Гальстон Прайд поднялись по ступеням за академиком, Нат прошептал Профессору.

- Я кое-что хотел спросить, - обратился он, - о Садах Жизни. Этот академик упомянул Квинтиниуса Верджиникса и ... - Нат повернулся. - Профессор? Профессор?

Но Профессор ушел.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/31728/197164

Переводчики: TiEl, jjjrrr, vonavy14