Готовый перевод The Raven Boys (Raven Cycle #1) by Maggie Stiefvater / Воронята (Вороновый круг #1): 13

- Мам, а зачем Нив здесь? - спросила Блу.

Как и мать, она стояла на кухонном столе. В тот момент, когда она вернулась со школы, Мора заручилась ее помощью для замены лампочек в плохо спроектированном творении из цветного стекла, которое повисло над столом. Сложный процесс требовал по крайней мере трех рук и имел тенденцию откладываться на потом, пока большинство лампочек не перегорят. Блу не возражала против оказания помощи. Ей нужно было что-нибудь, чтобы отвлечь мысли от вырисовывающегося назначения Гэнси. Или не звонящего Адама. Когда она думала о том, как давала ему свой номер прошлой ночью, она чувствовала себя невесомой и неуверенной.

- Она семья, - мрачно ответила Мора. Она грубо схватила крепящую цепь, когда боролась с упрямой лампочкой.

- Семья, которая приходит домой в середине ночи?

Мора кинула на Блу темный взгляд.
- Ты родилась с гораздо большими ушами, чем я помню. Она просто помогает мне искать кое-что, пока она здесь.

Парадная дверь открылась. Ни одна из них даже не задумалась об этом, так как и Кайла, и Персефона были где-то вне дома. Кайла была менее вероятна, так как она была вспыльчивым, малоподвижным порождением привычек, а Персефона имела свойство быть пойманной за созданием странных эскизов и сматывающейся куда-то.

Перехватив покрепче цветное стекло, Блу спросила:
- Какого рода кое-что?

- Блу.

- Какого рода кое-что?

- Кое-кого, - наконец, ответила Мора.

- Какого рода кое-кого?

Но не успела ее мать ответить, как они услышали мужской голос:

- Какой странный способ вести дела.

Обе медленно повернулись. Руки Блу были так долго подняты кверху, что, когда она опустила их, то почувствовала, будто они резиновые. Обладатель голоса стоял в дверях гостиной, держа руки в карманах. Он был не стар, может, лет двадцати пяти, с копной черных волос. Он был красив тем самым образом, когда смотрящему на него требуется немного подключить воображение и домыслить для себя весь образ. Все черты его лица казались немного слишком крупными.

Мора взглянула на Блу, приподняв бровь. Блу дернула одним плечом в ответ. Он не походил на кого-то, кто здесь для того, чтобы убить или украсть какую-нибудь электронику.

- А это, - сказала ее мать, отпуская доставший ее светильник, - очень странный способ входить в чей-либо дом.

- Извините, - произнес молодой человек. - Там снаружи вывеска, что это место, где ведется бизнес.

Там действительно была вручную раскрашенная вывеска (хотя Блу не знала, чьей рукой), гласившая "Экстрасенс". А ниже это:

- Только по записи, - напомнила Мора мужчине. Она скривилась в сторону кухни. Блу оставила корзину с постиранным бельем на кухонной стойке, и один из сиреневых кружевных бюстгальтеров ее матери находился на самом верху, у всех на виду. Блу отказалась почувствовать себя виноватой. Не то, чтобы она ожидала, что мужчины будут бродить по кухне.

Мужчина сказал:
- Ну, тогда я бы хотел записаться.

Голос с лестницы заставил всех троих повернуться.

- Мы могли бы сделать вам тройное предсказание, - вмешалась Персефона.

Она стояла у основания лестницы, маленькая, бледная и состоящая в основном из волос. Мужчина уставился на нее, и Блу не была уверена, то ли это из-за размышлений над ее предложением, то ли потому что Персефоны было довольно много для первого взгляда.

- Что, - наконец, спросил мужчина, - это такое?

У Блу ушло некоторое время, чтобы понять, что он имеет в виду "тройное предсказание", а не Персефону. Мора спрыгнула со стола, приземлившись с такой силой, что задребезжали стекла в комнате. Блу спустилась более уважительно. В конце концов, она держала коробку с лампочками.

Мора объяснила:
- Это когда мы втроем - Персефона, Кайла и я - считываем ваши карты одновременно и сравниваем наши толкования. Чтобы вы знали, она не предлагает это всем подряд.

- Это дороже?

- Нет, если вы замените эту упрямую лампочку, - сказала Мора, вытирая ладони об джинсы.

- Хорошо, - согласился мужчина, но прозвучало это раздосадовано.

Мора жестом попросила Блу дать лампочку мужчине, а затем обратилась уже не к ней:
- Персефона, позовешь Кайлу?

- Боже мой, - сказала Персефона тонким голосом - голос Персефоны и так уже был тонким, а ее тонкий голос был реально тонюсеньким - но повернулась и поднялась по лестнице. Ее босые ноги переступали беззвучно, пока она шла.

Мора следила за Блу, задавая вопрос своим выражением лица. Блу пожала плечами, соглашаясь.

- Моя дочь, Блу, будет в комнате, если вы не возражаете. Она сделает толкование более четким.

С незаинтересованным взглядом, брошенным на Блу, мужчина поднялся на стол, который немного скрипнул под его весом. Он ворчал, пытаясь вкрутить упрямую лампочку.

- Теперь вы видите проблему, - произнесла Мора. - Как вас зовут?

- Ах, - вздохнул он, толкая лампочку. - Мы можем оставить это анонимным?

Мора ответила:
- Мы экстрасенсы, не стриптизерши.

Блу засмеялась, а мужчина нет. Она подумала, что это было довольно несправедливо с его стороны, может, это было немного дурным вкусом, но это было забавно.

В кухне неожиданно стало светло, когда новая лампочка была вкручена. Без комментариев он спустился сначала на стул, а затем на пол.

- Мы будем осторожны, - пообещала Мора. Она жестом указала ему следовать за ней.

В гадальной комнате мужчина осматривался с беспристрастным интересом. Его пристальный взгляд прошелся по свечам, посаженным в горшки растениям, курильницам, тщательно продуманному обеденному канделябру, неотесанному столу, доминирующему в комнате, кружевным занавескам и, наконец, остановился на фотографии Стива Мартина в рамке.

- Подписанная, - похвалилась Мора с некоторой гордостью, заметив его внимание. А затем: - А, Кайла.

Кайла впорхнула в комнату, ее брови сдвинулись довольно сердито из-за того, что ее потревожили. Она красила губы помадой опасного сливового оттенка, который делал ее рот маленьким, сморщенным алмазом под заостренным носом. Кайла наградила мужчину раздирающим взглядом, который проникал в глубины его души и находил, что хотел. Потом она собрала свою колоду карт с полки над головой Моры и плюхнулась на стул в конце стола. За ней Персефона стояла в дверном проеме, сжимая и разжимая руки. Блу торопливо села на стул в конце стола. Комната казалась намного меньше, чем несколько минут назад. Это была в главной степени ошибка Кайлы.

Персефона попросила добрым голосом:
- Садитесь.
А Кайла поинтересовалась недобрым:
- Что вы хотите узнать?

Мужчина занял свое место. Мора устроилась за столом напротив него с Кайллой и Персефоной (и волосами Персефоны) по обе стороны от нее. Блу, как всегда, просто немного отдельно.

- Я, пожалуй, не скажу, - ответил мужчина. - Может быть, вы мне скажете?

Сливовая улыбка Калы была положительно злодейской.
- Может быть.

Мора двинула свою колоду карт через стол к мужчине и велела перетасовать их. Он проделал это как с мастерством, там и с небольшой неловкостью. Когда он закончил, Персефона и Кайла сделали то же самое.

- Вам гадали раньше, - заметила Мора.

Он только издал неопределенный ворчливый звук, соглашаясь. Блу видела, что он думал, будто любая информация, которую он даст ипозволит им сфабриковать толкование.

Мора придвинула свою колоду назад от мужчины. У нее была эта колода столько, сколько помнила Блу, и края были потерты. Это была стандартные карты таро, только столь впечатляющая, насколько она их сделала. Она выбрала и разложила десять карт. Кала сделала то же самое со своей колодой посвежее - она заменила их несколько лет тому назад после несчастного случая, который заставил потерять ее склонность к предыдущей колоде. Комната была достаточно тиха, чтобы слышать шелест карт по неровной, сучковатой поверхности гадального стола.

Персефона держала свои карты в длинных-длинных руках, глядя на мужчину длительное время. Наконец, она внесла только две карты, одну в начале расклада, а вторую в конце. Блу любила наблюдать, как Персефона раскладывает свои карты, текучее движение ее запястья и появление карты всегда заставляло это выглядеть как ловкость рук или движение в балете. Даже карты сами по себе казались более потусторонними. Карты Персефоны были немного больше, чем у Моры и Кайлы, и изображение на них было любопытным. Небрежные линии и размытый фон предполагали фигуры на каждой карте. Блу никогда не видела другой такой колоды. Мора как-то упомянула Блу, что было тяжело задавать Персефоне вопросы, на которые тебе абсолютно не нужны ответы, и Блу так и не узнала, откуда появилась эта колода.

Теперь когда все карты были разложены, Мора, Кайла и Персефона изучали их. Блу пыталась как-то протиснуться, чтобы рассмотреть карты, которые они закрывали своими головами. Она старалась не обращать внимания, находясь так близко к этому мужчине, что он источал сильный запах мужского геля для душа. Такие обычно продаются в черных бутылях и называются как-нибудь вроде, БОДРЯЩИЙ или ОСВЕЖАЮЩИЙ или НЕПЕРЕДАВАЕМЫЕ ОЩУЩЕНИЯ.

Первой заговорила Кайла. Она перевернула три меча к мужчине, чтобы тот мог взглянуть. На её карте, три шпаги были скрещены на темном фоне и кровоточащие сердце, цвета её губ.
- Вы потеряли кого-то близкого.

Мужчина взглянул на свои руки.
- Я потерял...- начал было он, а потом прежде чем продолжить всё взвесил у себя в уме, - ...много чего.

Мора поджала губы. Одна из бровей Кайлы придвинулась к её волосам. Они переглянулись друг с другом. Блу достаточно хорошо знала обеих, чтобы понять смысл этих переглядок. Мора спросила: "Что думаешь?" Кайла ответила, "Фигня." Персефона ничего не сказала.

Мора коснулась краев пяти пентаграмм.
- Обеспокоенность деньгами, - отметила она.
На её карте был изображен хромой с костылем, который шагал по снегу, а над ним красовалось витражное окно, в то время как женщина закуталась в шаль и держала руки под подбородком.

Она добавила:
- Из-за женщины.

Взгляд мужчины не дрогнул.
- Мои родители имели значительные ресурсы. Мой отец был вовлечен в бизнес-скандал. Теперь они в разводе и денег нет. И у меня.

Он сообщал это каким-то странной неприятной манерой. Сыпя безжалостно фактами.

Мора вытерла ладони о свои штаны. Она показала на другую карту.
- А теперь у Вас нудная работа. Может она и не так уж плоха, но вым она порядком поднадоела.

Его губы сжались в плотную тонкую линию, будто соглашаясь, что сказанное - правда.

Персефона прикоснулась к первой карте, которую она выложила. Рыцарь Пентаклей*. Человек одет в кольчугу и латы, взгляд его холоден. Он восседает на своем скакуне, держа в руке монету. Блу даже показалось, что если она внимательно присмотрится, то сможет разглядеть, что на этой монете изображено. Три кривых линий, длинный, похожий на птичий треугольный клюв. Рисунок, который она видела на кладбище, тот, что нарисовала Мора, и в журнале она тоже его видела.

Но нет, когда она пристальнее посмотрела, то это оказалась слегка изогнутая пятиконечная звезда. Пентаграмма, в честь которой и названа карта.

Наконец, заговорила Персефона. Её детский ясный голосок поведал мужчине:
- Ты что-то ищешь.

Голова мужчины дернулась в её сторону.

На Кайлиных картах рядом с Персефоной также выпали рыцари. Это было необычно, что на двух столах так похоже легли карты. Еще страннее было увидеть, что и у Моры на карте рыцарь пентаклей. Три рыцаря, осматривающие холодными глазами владения простирающиеся перед ними.

Вновь три.

Кайла с горечью сказала:
- Вы готовы сделать все возможное, чтобы отыскать это. Вы долгие годы над этим трудились.

- Да, - резко сказал мужчина, удивив их всех своим жестким ответом. - Но как скоро? Найду ли я?

Три женщины вновь склонились над картами, в поисках ответа на его вопрос. Блу тоже заглянула в карты. Может она и не видела никакого знамения, но она знала значения карт. Её внимание переместилось от Башни, которая означала, что его жизнь кардинально изменится, к последней карте толкования, карте с чашами. Блу взглянула на свою нахмурившуюся мать. Не то, чтобы эта карта несла нечто отрицательное в своем толковании. На самом деле, это была карта, про которую Мора всегда говорила, что именно она представляет Блу, когда она делает толкование для себя.

"Ты - карта с чашами", как-то сказала Мора. "Взгляни на весь этот потенциал, которым наполнен кубок. Гляди, она даже похожа на тебя."

И вновь не обошлось одной картой с чашей. Как и в случае с рыцарями, таких карт выпало в толковании три. Трое молодых людей держали кубок наполненный возможностями, и у всех было лицо Блу. Выражение лица Моры становилось с каждой секундой всё мрачнее, мрачнее и мрачнее.

У Блу мурашки забегали по коже. Неожиданно, Блу почувствовала, как будто не было никакого конца судьбам, к которым она была привязана. Гэнси, Адам, это незримое место в магической чаше Нив, этот странный человек рядом с ней. Её пульс зачастил.

Мора поднялась со стула так быстро, что стул облокотился спинкой о стену.

- Толкование окончено, - резко сказала она.

Персефона удивленно подняла глаза на Мору, сбитая с толку, а Кайла выглядела озадаченной, но явно в восторге от назревающего конфликта. Блу просто не узнавала лица матери.

- Не понял? - спросил мужчина. - Остальные карты...

- Вы её слышали, - сказала Кайла, ядовитым тоном.
Блу не могла разобраться, то ли Кайла тоже увидела нечто такое в своих картах, то ли хочет поддержать Мору.
- Толкование окончено.

- Убирайтесь из моего дома, - сказала Мора. А затем видимо, для того, чтобы как-то сгладить то, что она сказала, добавила, - Спасибо Вам. И всего хорошего.

Кайла двинулась в сторону Моры, чтобы вихрем пронестись мимо той к входной двери. Мора указала мужчине на дверь.

Поднимаясь на ноги, мужчина сказал:
- Меня невероятно оскорбили.

Мора ничего на это не сказала. Как только он оказался за верным проемом, она тут же захлопнула за ним дверь. Из кухни послышался вновь звон посуды.

Кайла подошла к окну. Она отдернула занавески и прислонилась лбом к стеклу, чтобы посмотреть как мужчина уходит.

Мора возле стола расхаживала взад и вперед. Блу подумала задать вопрос, затем передумала, затем снова надумала. Затем опять передумала. Это казалось неправильным, задавать вопросы, когда остальные не о чем не спрашивают.

Персефона сказала:
- Какой неприятный молодой человек.

Кайла позволила занавескам медленно закрыться. Она отпустила замечание:
- Я запомнила номер его машины.

- Надеюсь, он никогда не найдет того, что ищет, - сказала Мора.

Вернув себе две карты со стола, Персефона, с ноткой сожаления в голосе, сказала:
- Он очень сильно старается. Я скорее склоняюсь к тому, что он всё же отыщет, что искал.

Мора повернулась к Блу.
- Блу, если ты когда-нибудь встретишься вновь с этим человеком, просто развернись и иди в другую сторону.

- Нет, не так, - поправила Кайла. - Вдарь ему по яйцам, а затем со всех ног мчись в другую сторону.

Прим. переводчика:
*Рыцарь Пентаклей, из Младших арканов.
значение – Символизирует человека, который привык быть связующим звеном между различными людьми. Он много путешествует, всегда в курсе последних событий и никогда не отказывается поделиться информацией с другими.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/33445/117036

Переводчики: revera, vikaz