Готовый перевод The Raven Boys (Raven Cycle #1) by Maggie Stiefvater / Воронята (Вороновый круг #1): 33

На дворе было уже совсем темно, когда Гэнси покинул дом своих родителей. Он был полон беспокойной, раздосадованной энергии, которая, казалось, всегда проникала в его сердце после того, как он навещал свой дом в эти дни. Надо было что-то делать со знанием того, что дом его родителей больше не был по-настоящему его домом, если вообще был, и что-то с осознанием того, что они не менялись, в то время как он уже не был прежним.

Гэнси опустил стекло и вытянул наружу свою руку, когда подъехал. Радио вновь перестало играть, и снова была слышна только музыка двигателя; Камаро звучал громче после наступления темноты.

Разговор с Пинтером гложил Гэнси. Взяточничество. Так вот к чему они пришли. Он подумал, что чувство, которое он испытывал, было стыдом. Не важно как сильно он старался, он продолжал становиться Гэнси.

Но как еще ему удержать Ронана в Аглионбае и в Монмауте? Он подошел вплотную к тезисам своего будущего разговора с Ронаном, и все они звучали похожими на то, что Ронан не захотел бы слушать. Неужели ему было так тяжело ходить на занятия? Неужели может быть так трудно пережить еще один учебный год?

У него было еще полчаса езды, прежде чем он доберется до Генриетты. Гэнси застрял на красном свете светофора, регулирующем невидимое автомобильное движение, в крошечном городке, состоящем из одних освещенных бензоколонок.

Всё, что Ронан должен делать, это ходить на занятия, записывать лекции, получить аттестат. И тогда он бы был свободен, и он бы получил деньги от Деклана, и делал всё, что ему заблагорассудится.

Гэнси проверил свой телефон. Сигнала нет. Он хотел поговорить с Адамом.

Через открытое окно в автомобиль, салон которого был наполнен душистыми листьями и водой, чем-то грядущим и тайным, проник легкий ветерок. Больше чем что-либо, Гэнси хотел провести больше времени в Энергетическом пузыре, но в ближайшую неделю много времени отнимут занятия (и речи не могло быть о том, чтобы слинять хотя бы с одного из них, после разговора с Пинтером), а после учебы ему еще силком заставлять делать Ронана домашку. Перед Гэнси открывался целый мир, да и Ноа нуждался в нем, и, казалось, появилась еще одна возможность разыскать Глендовера, но вместо того, чтобы "брать быка за рога", Гэнси должен был быть нянькой. Чёртов Ронан.

Загорелся зеленый. Гэнси вдавил педаль газа так сильно, что шины завизжали, и из-под них пошел дым. Свинья сорвалась с места. Чёртов Ронан. Гэнси с силой переключал передачи, быстрее, быстрее, быстрее. Звук работы двигателя заглушил стук его сердца. Чертов Ронан. Стрелка на спидометре подобралась к опасной красной области.

Гэнси стукнул по ограничителю скорости. Машина была способна выжать из себя куда больше. Двигатель работал нормально в этом прохладном воздухе, и он быстр и прост, а Гэнси ужасно хотелось поглядеть, куда его приведет переключение скоростей на остальные передачи.

Он остановился, хватая ртом воздух.

Если бы не Ронан, он бы продолжал мчаться с огромной скоростью. Дело в том, что у Ронана не было никаких ограничений, страхов, границ. Если бы Гэнси был Ронаном, он бы вдавил педаль газа в пол и держал её в таком положении, пока дорога или полицейский, или дерево не остановили бы его. Он бы забил на занятия, чтобы завтра отправиться в лес. Он бы сказал Ронану, что, исключат того или нет, это его, Ронана, проблемы, а что до самого Гэнси, так ему на это плевать.

Гэнси не знал как быть таким человеком.

Камаро под ним резко дернулся. Гэнси отпустил педаль и уставился на плохо освещенные датчики, но ничего не разглядел. Мгновение спустя машина опять дернулась, и Гэнси понял, что "накатался".

Он всего-то и успел найти достаточно ровное место, когда двигатель заглох, точно так же, как на день Святого Марка. Пока машина катилась под горку по заброшенной дороге, он попытался завести ключом машину, но ничего не вышло.

Гэнси позволил себе сомнительное удовольствие выругаться, сказав самое страшное проклятие из всех ему известных, а затем выбрался из машины и открыл капот. Адам научил его основам: замена свечей, слив масла. Если бы под капотом болтался бы свободно ремень или вновь оборванный конец шланга, торчащий из недр автомобиля, он, возможно, смог бы все это починить. Однако сам двигатель был для него загадкой.

Он вынул телефона из заднего кармана и обнаружил, что тот едва улавливал сигнал. Достаточный для того, чтобы подразнить его, но не достаточный, чтобы Гэнси мог сделать звонок. Он несколько раз обошел автомобиль, держа телефон над головой, на манер Статуи Свободы. Ничего.

Гэнси почти с горечью припомнил, как отец предложил забрать внедорожник.

Он толком не знал, на каком находился расстоянии от освещенной АЗС, но у него было такое чувство, что та располагалась где-то на окраине Генриетты. Если он сейчас пойдет прямиком к городу, то телефон сможет уловить сигнал еще до того, как он достигнет бензоколонки. А может, ему просто стоит остаться. Порой, когда Свинья вставала, она потом начинала вновь работать, когда двигатель слегка остывал.

Но он был слишком взволнован, чтобы сидеть на месте.

Он едва успел закончить запирать машину, как позади Камаро появился свет от фар, который ослепил его. Отвернувшись, Гэнси услышал, как хлопнула дверца автомобиля, раздались шаги, хрустящие гравием по шоссе.

Мгновение он не мог признать фигуру, представшую перед ним, гомункул* вместо человека. А затем Гэнси узнал его.

- Мистер Велк? - произнес он.

Баррингтон Велк был одет в темный пиджак и кроссовки, и было что-то странное и напряженное в крупных чертах его лица. Складывалось такое ощущение, будто он хотел задать какой-то вопрос, но не мог подобрать слов.

Он не спросил "неприятности с машиной?" или "мистер Гэнси?" или еще чего-нибудь в таком же духе, что, по мнению Гэнси, он мог бы сказать.

Вместо этого он облизнул губы и сказал:
- Я хочу твою книгу. Да и сотовый тебе бы лучше отдать мне.

Гэнси сначала подумал, должно быть, он ослышался, потому переспросил:
- Прошу прощения?

Велк достал из кармана своего темного пиджака маленький невероятно настоящий на вид пистолет.
- Книгу, которую приносил в класс. И свой сотовый. Живо.

Было так трудно переварить наличие пистолета. Было так сложно уйти от мысли, что Баррингтон Велк был тем, от кого бросало в дрожь, над чем он не раз посмеялся вместе с Ронаном и Адамом, к мысли, что Баррингтон Велк держит пистолет и направляет его прямо на Гэнси.

- Ладно. - Гэнси моргнул. - Сейчас отдам.

Похоже, что сказать-то больше и нечего. Он предпочитал свою жизнь почти всему своему имуществу, за исключением, возможно, Камаро, а Велк и не просит об этом. Гэнси протянул свой сотовый Велку.

- Журнал в машине, - объяснил он.

- Забирай его. - Велк ткнул пистолетом Гэнси в лицо.

Гэнси отпер Камаро.

Последний раз, когда он видел Велка, он участвовал в викторине по склонению латинских глаголов.

- Даже не думай о том, чтобы попытаться смыться, - предупредил Велк.

Гэнси даже в голову не пришло, что если бы Камаро работал как надо, то попытаться спастись на машине было бы неплохим вариантом.

- Я также хочу знать, где ты побывал на этой неделе, - сказал Велк.

- Прошу прощения? - вежливо переспросил Гэнси.
Он уже рылся на заднем сидении в поисках своего журнала, и голос Велка утонул в шелесте бумаг.

- Не провоцируй на меня, - огрызнулся Велк. - В школу позвонила полиция. Поверить не могу. По прошествии семи лет. Теперь возникнет миллион вопросов. И им понадобится всего две секунды, чтобы ответить на многие из них лишь одним моим именем. А все из-за тебя. Семь лет, и я думал, я был... я облажался. А это ты меня подставил.

Когда Гэнси вынырнул из салона Камаро с журналом в руках, он понял о чем толкует Велк - о Ноа. Этот человек, стоявший перед ним, убил Ноа.

Гэнси начал ощущать нечто где-то в районе желудка. Однако это ощущение все еще не было похоже на страх. Это было нечто, сродни натяжению, как веревочный мост, который мог едва выдержать свой вес. Тут же возникло подозрение, что ничего в жизни Гэнси не было никогда реальным, за исключением вот этого самого момента.

- Мистер Велк...

- Рассказывай, где пропадал.

- Высоко в горах, недалеко от Низин, - сказал Гэнси отстранено.
Это было правдой, да и в любом случае было неважно, солгал он или нет, он записал GPS- координаты в свою тетрадь, которую сейчас собирается отдать.

- Чего нашел? Разыскал Глендовера?

Гэнси вздрогнул, и эта реакция удивила его. Каким-то образом он убедил себя, что дело было совершенно в чем-то другом, более логичном, и то, что прозвучало имя Глендовера, шокировало его.

- Нет, - ответил Гэнси. - Мы нашли резной орнамент в земле.

Велк протянул руку, чтобы взять журнал. Гэнси сглотнул.

Он спросил:
- Велк, сэр, вы уверены, что это единственный выход?

Раздался тихий щелчок, который ни с чем не перепутаешь. Это был звук, который можно было легко узнать после продолжительных просмотров приключенческих фильмов и видео игр. Хотя Гэнси его прежде и не слышал вот так, вживую, он знал наверняка, что таким образом пистолет снимают с предохранителя.

Велк приставил дуло пистолета Гэнси ко лбу.

- Нет, - ответил Велк. - Есть и другой путь.

Гэнси испытал то же самое чувство невозмутимости, которое у него возникло в Монмауте, глядя на осу. Он сразу увидел реальность того, что происходит: пистолет, прижатый к коже его лба, такой пронзительно холодный, а также возможность того, что только произойдет: палец Велка тянет курок назад, пуля врывается в его череп, смерть, вместо нахождения способа возвращения обратно в Генриетту.

Журнал оттягивал его руки. Он ему не нужен. Он и без него все знал.

Но этот журнал был им. Он давал всё, что он наработал за все эти годы.

"Я заведу себе новый журнал".

- Если бы вы просто спросили, - сказал Гэнси, - я бы рассказал Вам всё, что есть в нем. Я бы с радостью это сделал. Это никакая ни тайна.

Пистолет дрожал у лба Гэнси. Велк произнес:
- Не могу поверить, что ты хоть что-то говоришь, когда я приставил к твоей голове пистолет. Не верится, что ты бы снизошел до этого.

- Именно так, - возразил Гэнси, - Вы бы поняли, что я говорю правду.
Он позволил Велку забрать у него журнал.

- Ты мне отвратителен, - сказал Велк, прижимая книгу к груди. - Ты считаешь себя не непобедимым. Знаешь, что тоже себя таким считал.

Когда Велк это произнес, Гэнси понял, что учитель латыни собирается его убить. И дело было даже не в том, сколько в нем было ненависти, а в том, какой горечью он наполнил эти слова, держа пистолет и не нажимая на курок.

Лицо Велка напряглось.

На мгновение время исчезло: осталось только пространство между ними, когда один вздох сменяет другой.

Семь месяцев назад Ронан научил Гэнси, как наносить хук**.

"Бей всем телом, а не просто кулаком".

"Гляди, куда наносишь удар".

"Локоть на девяносто градусов".

"Не думай о том, насколько будет больно".

"Гэнси. Я же говорил тебе: не думай о том, насколько это может быть больно".

Он резко развернулся.

Гэнси забыл почти всё, что говорил ему Ронан, но он помнил, что нужно смотреть, и было только это и удача, которая выбила пистолет на дорожный гравий.

Велк издал бессвязный выкрик.

Они оба нырнули за оружием. Гэнси, запнувшись одной ногой, слепо пнул в направлении пистолета. Он услышал, как его нога встретилась с чем-то. Сначала с рукой Велка, а затем с чем-то более солидным. Пистолет полетел в направлении заднего колеса машины, и Гэнси рванул к дальней стороне Камаро. Свет фар машины Велка не достигал её. Его единственной мыслью было найти укрытие, оставаясь в темноте.

С другой стороны машины была тишина. Изо всех сил пытаясь контролировать своё тяжёлое дыхание, Гэнси прислонился щекой к тёплому металлу Свиньи. Его большой палец пульсировал в том месте, где он встретился с пистолетом.

"Не дыши".

На дороге Велк ругался снова, снова и снова. Гравий захрустел, когда он присел рядом с машиной. Он не мог найти пистолет. Он выругался опять.

Вдалеке зажужжал двигатель. Другая машина, возможно, едет в этом направлении. Спаситель или, по крайней мере, свидетель.

На мгновение Велк был абсолютно тих, а потом внезапно бросился бежать, его шаги затихали по мере его приближения к машине.

Наклонив голову, Генси заглянул под Свинью, которая потрескивала, остывая. Он увидел тонкий силуэт пистолета между задними шинами, освещённый фарами Велка.

Гэнси не мог понять: Велк отступает или пошёл за фонариком. Он вернулся в темноту. Затем ждал, пульс стучал в ушах, трава царапала его щёку.

Машина Велка сорвалась с места и с ревом помчалась по направлению к Генриетте.

Сразу следом пронеслась другая машина. Как ни в чем не бывало.

Гэнси довольно долго пролежал в траве канавы, вслушиваясь в гудение насекомых, прячущихся в деревьях вокруг него, и в дыхание Свиньи, которое издавал затихающий двигатель. Его палец уже не на шутку разболелся в том месте, которым он попал по пистолету. На самом деле он легко отделался. Но всё же. Было больно.

И его журнал. Он чувствовал досаду: у него силой отобрали хронику его неистовых желаний.

После того, как машина Велка не вернулась, Гэнси поднялся на ноги и перебрался на другую сторону Камаро. Он опустился на колени и полез под машину, настолько далеко, насколько это возможно, чтобы подцепить здоровым пальцем пистолет. Осторожно, он переключил предохранитель. Он будто слышал голос Блу, когда они нашли тело Ноа: отпечатки пальцев!

Гэнси двигался словно во сне, открыл дверцу машины и бросил пистолет на пассажирское сидение. Было такое чувство, что это другая ночь, другая машина, другой человек покидает дом своих родителей.

Он закрыл глаза и повернул ключ.

Свинья кашляла и отхаркивалась, но затем двигатель завелся.

Он открыл глаза. Ничего не напоминало о том, что ночь была всё той же.

Он включил фары, а после вывернул обратно на дорогу. Давя педаль газа, он проверил двигатель. Тот исправно работал, не заикаясь.

Вжав в пол педаль газа, он бросился по направлению к Генриетте. Велк убил Ноа, и он понимал, что его прикрытие было уничтожено. Куда бы он теперь ни отправился, ему было нечего терять.

Прим. переводчика:
*Гому́нкул, гому́нкулус (лат. homunculus — человечек) — в представлении средневековых алхимиков, существо, подобное человеку, которое можно получить искусственным путём.
**хук - короткий боковой удар левой (в боксе).

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/33445/117057

Переводчики: vikaz, theMeadow