Готовый перевод David Weber Shadow of Freedom – eARC (HH14) / Дэвид Вебер Призрачная свобода (ХХ14): Chapter Twenty-Four

Глава 24

– Простите, что?

Стивен Вестмен, из монтанских Вестменов, сдвинул на затылок свой широкополый безупречно белый стетсон дабы лучше рассмотреть довольно скромно выглядевшего посетителя его личного офиса.

- Я так полагаю, документов, подтверждающих вашу историю, у вас нет? - Продолжил он.

– Увы, мистер Вестмен, – признал его собеседник. – По крайней мере ничего, что Вы сочли бы существенным.

– Ясно. По видимому у Вас есть некое кодовое слово или секретное рукопожатия, которое опознает адмирал Золотой Пик, но по не оглашаемым причинам Вы нуждаетесь в моей помощи для того, чтобы я представил Вас ей, – он покачал головой, его голубые глаза потемнели. – Мистер, я понимаю, что не так давно я позволял незнакомцу вешать мне лапшу на уши, но, знаете ли, даже ковбои способны научиться понимать что к чему. Чёрт, даже Вестмен способен понять, что у Вас нет никакого «тайного знака»!

– Боюсь я не совсем понимаю о чём Вы говорите, – произнёс посетитель с озадаченным выражением лица. – Мне лишь назвали Вас в качестве контакта здесь на Монтане, кто имеет возможность – и готов – связать меня со мантикорским старшим флотским офицером в системе. Всё, в чём я нуждаюсь – это возможностью переговорить с ним, кто бы он ни был. Если этот кто-то – «адмирал Золотой Пик», то тогда именно с ней я и должен встретиться.

Вестмен задумался. Он никогда не видел этого человека, он не мог даже распознать его акцент. Этот тип только накануне объявился в его офисе, который Вестмены держали в Брюстере, столице планеты Монтана, и, предъявив доверенность на ведение дел от лица корпорации «Триада», заявил о своём интересе к приобретению монтанской говядины с целью её экспорта в Систему Мёбиус. Учитывая, что Мёбиус отстояла от Монтаны на расстоянии немногим более ста девяноста световых лет – приблизительно два стандартных месяца для нормального оптового фрахтовика и всего лишь три T-недели для более быстрых судов, обслуживающих перевозки пассажиров и скоропортящихся видов товара – идея действительно имела довольно большой смысл. По словам торгового агента, стоимость говядины в Мёбиусе, где производители домашнего скота были немногочисленны и редко встречающимися, даже мясо генетически модифицированного с целью лучшего приспособления к неблагоприятным местным условиям рогатого скота стоило приблизительно девяносто мантикорских долларов за килограмм в противоположность значительно меньше чем трём долларам за килограмм здесь на Монтане. Мягко говоря, говядина Мёбиуса не была особенно хороша, тогда как качество говядины Монтаны оценивалось в «пять звёзд» по всей галактики (а довольно много гурманов дали бы ей и шесть, если бы им конечно позволили бы), а межзвёздные грузовые тарифы были смехотворно малы. Этот клиент легко мог позволить себе заплатить Вестмену пяти или шести кратную стоимость мяса на срезе космодрома и всё равно остаться с прибылью в пятьсот-шестьсот процентов.

Судя по тому, что младший Вестмен знал о Мёбиусе, ему показалось маловероятным, что средний обитатель этой звёздной системы в состоянии позволить себе подобный уровень цен. И всё же оставалась вероятность того, что служащие межзвёздной корпорации или их лакеи могли надеяться на успех в своём начинании в некой долгосрочной перспективе. Так или иначе – это были совсем не его проблемы и поэтому он вылетел в Брюстер, чтобы лично встретиться с клиентом. И встреча началась с того, что «торговый агент» преподнёс свой сюрприз.

«Вопрос в том, действительно ли он настолько абсолютно не в теме моей «небольшой разборки» здесь, на Монтане, как пытается это показать? Сам посуди, Стиви – это довольно-таки маловероятно, если ему меня рекомендовали как человека готового и способного представить его на столь значимом уровне. С другой стороны, Монтана точно не центр известной вселенной с точки зрения людей, обитающих где-то в другом месте. Возможно всё дело в банальной потере части информации при передаче».

Настоящая проблема, как он признавался себе, состояла в том, что он как лох повёлся на посулы «Искры» – Мезанского провокатора – предложившего свою помощь в поставке оружия для его собственной маленькой войны против присоединения Монтаны к Звёздной Империи Мантикоры [события описываются в романе «Тень Саганами»]. За свою жизнь он успел наделать много глупостей, но вот так, с ходу, он не мог припомнить ничего глупее этого. Во-первых, он с самого начала ошибался не веря словам манти. Более того, он ошибался не веря даже словам Бернарда Ван Дорта, и это стало действительно горькой пилюлей. Но самое неприятное и за что он никак не мог простить себя – это то, что он почему-то верил каждому слову «Искры». И когда он узнал, что на самом деле связался с кем-то столь отвратительным как «Рабсила, Инкорпорейтед»…

«Встряхнись, Стив», – сказал он себе. – «Даже если этот парень знает всё о твоём приступе временного безумия, ни кто не будет столь глуп, чтобы попытаться заставить тебя дважды купить один и тот же тюк сена. Ну, возможно если бы эти некто по настоящему знали тебя, то могли бы попытаться, но если они по умолчанию полагают, что у тебя в голове присутствует функционирующий мозг, то и пробовать бы не стали. Но, тем не менее, дела приобретают сумасшедший оборот, более сумасшедший, чем придурок пытающийся пересечь пешком Ущелье Миссури».

– Простите меня за этот вопрос, мистер Анкенбранд, но вы сказали, что кто-то дал вам моё имя, как человека «готового» представить Вас в определённых кругах. Странно, почему кто бы это ни был, решил, что я могу быть готовым к чему-то подобному? И что заставило этого «кто-то» выбрать меня среди всех остальных сумасшедших на этой планете?

– Боюсь, что не знаю ответов ни на один из этих вопросов, – отозвался «торговый агент». – За исключением очевидного, того самого.

– Очевидного? – Вестмен вежливо улыбнулся. – Простите, что обращаю на это Ваше внимание, но пока ни что не кажется мне «очевидным».

– Жаль, – Анкенбранд вернул ему короткую улыбку. – Я имел в виду, что «Триада» действительно интересуется исследованием рынка Мёбиуса для монтанской говядины. Это означает, что некто может задавать любые вопросы, а в моём случае и лично встречаться с любым, кто экспортирует говядину с Монтаны. Кроме того, я действительно не знаю, почему в списке моих контактов они указали именно Ваше имя.

– И кто эти самые «они»?

– Боюсь, что я не имею права сообщить это никому кроме старшего мантикорского офицера в системе, – тон Анкенбранда казался по-настоящему примирительным.

– Ясно, – прищурился Вестмен. – Должен сказать, так как мне это кажется всё более и более подозрительным, у меня возникло острое желание перепоручить Вашу иномирную задницу – простите мне мой язык – Службе Маршала с рекомендацией как следует расспросить Вас!

– Честно говоря, я предпочёл бы, чтобы Вы не делали этого, – сказал Анкенбранд. – Это не доставит мне удовольствия, но маршалы ничего не смогут инкриминировать мне. С другой стороны, это может доставить мне и многим другим людям на Мёбиусе большие проблемы, если не те люди у меня дома услышат об этом. И, к тому же, я не думаю, что манти будут очень довольны Вами, если это произойдёт.

«Будь я проклят, если он не говорит дельные вещи», – размышлял Вестмен. – «И, судя по его лицу, он действительно говорит правду о тех проблемах, которые он может огрести дома. И он чертовски убедителен заявляя, что манти обязательно захотят пообщаться с ним. Даже если они не ждут встречи с ним!»

– Ладно, – после недолгого молчания вслух сказал он. – Но боюсь, если Вы надеетесь, что я представлю Вас адмиралу Золотой Пик, то Вам не повезло. Я встречал леди, но она и я обычно вращаемся в разных кругах. – На лице Анкенбранда при этих словах проступило откровенное разочарование, но Вестмен неторопливо продолжал. – Тем не менее, кое-что я могу сделать. Я действительно знаю, по крайней мере одного мантикорского офицера, который имеет возможность устроить вашу встречу. Теоретически, конечно. Естественно только в том случае, если Вы сможете убедить его, что это будет хорошей идеей, – по губам монтанца медленно скользнула улыбка. – Имейте в виду, его не так-то просто в чём-то убедить. И всё же, боюсь, что это единственное, что я могу сделать для Вас. Интересует?

Похоже, его слова стали для Анкенбранда потрясением. Тот отвернулся к окну и долгих пятнадцать секунд – явно о чём-то усиленно размышляя – невидяще рассматривал офисные здания на другой стороне улицы, затем вновь повернулся к Вестмену.

– Если это большее, что Вы можете сделать – и если Вы готовы сделать это для меня – я принимаю Ваше предложение с благодарностью, – сказал он.

– Прекрасно.

Вестмен остучал по памяти длинный код на своём персональном коме и, ожидая соединения, рассеянно отвернулся к окну. Установки соединения пришлось ждать несколько дольше чем обычно и всё это время он с лёгкой улыбкой наблюдал за мельтешением аэромобилей над центром Брюстера.

- Привет, Хелен, - произнёс он намного более тёплым тоном с ответившим наконец абонентом. - Поинтересуйся, пожалуйста, у коммодора не найдёт ли он - и ты, конечно - пары часов, чтобы составить мне компанию за обедом в TRS. - Он, по прежнему смотря в окно, прислушался к ответу и фыркнул. - Нет-нет, я не пустился снова во все тяжкие, юная леди! Но, - его голос стал более серьёзным, - у меня тут есть кое-кто с кем он возможно захочет поговорить на подобную тему. - Он вновь замолчал, прислушиваясь к словам собеседницы. - Конечно, я подожду, - проговорил он потом.

В течение нескольких секунд он, насвистывая лёгкую мелодию, оставался у окна. Потом...

- Да? - Он снова прислушался, потом удовлетворенно кивнул. - Прекрасно! Передайте коммодору мою признательность. Я рад буду видеть вас обоих за обедом. Конец связи.

Он отключил ком и вновь повернулся к солларианину.

- Ну вот и всё мистер Анкенбранд. Вы получите эту встрече. Просто имейте в виду, что ни коммодор ни я очень не любим тех, кто пытается играть с нами в игры.

* * *

- Да, Айвар? Ты что-то хотел? - Поинтересовалась Мишель Хенке.

- Это прозвучит немного странно, мэм, - произнёс с дисплея её кома сэр Айвар Терехов.

- Вообще-то в последнее время происходит много чего странного, - ответила она сухо.

- Я имею в виду, это выглядит ещё более странным, даже по сравнению с остальными странностями, творящимися в последнее время, - пояснил он с легкой улыбкой, и она подняла брови.

- Ты меня заинтриговал. Продолжай.

- Ну, примерно час назад энсин Зилвицкая и я вернулись с Монтаны, где обедали с нашим... старым знакомым. И этот знакомый привёл с собой гостя, рассказавшего странную историю. Похоже...

* * *

Прозвучал сигнала прибытия, и Мишель Хенке оглянулась на стоящего у неё за плечом мастер-сержанта Массимилиано Когнассо. Мастер-сержант Когнассо - Милиано для своих друзей - едва ли привык к встречам на коротке с флаг-офицерами, которые кроме всего прочего стояли на третьем месте в очереди на императорский престол. Однако похоже, что двадцать стандартных лет выслуги в рядах королевской морской пехоты Мантикоры позволяли ему чувствовать себя пусть и не очень комфортно, но по крайней мере без особого смущения, в обществе высокопоставленной спутницы.

Также, похоже, это не очень волновало и настоящую причину его присутствия здесь и сейчас. Древесный кот на плече Когнассо, подняв голову и навострив уши, повернулся к входному люку каюты, кончик его пушистого хвоста, призывая к вниманию, вопросительно изогнулся. Как Гвен Арчер выяснил по просьбе Мишель, в Десятом Флот было ровно два кота. Что было на самом деле удивительно много, учитывая насколько вообще мало котов принимало людей, и только Когнассо и Альфредо Гвен сумел заполучить для этой встречи на борту КЕВ «Артемида».

– Вы оба готовы, мастер-сержант? – Задала вопрос Мишель, и Когнассо кивнул.

– Да, мэм, – ответил он.

– Хорошо, – Мишель улыбнулась и перевела взгляд на древесного кота. – Помни Альфредо. Мы не хотим, чтобы он понял, что ты живой детектор лжи.

Пушистый партнёр сержанта взмахом передней правой лапы изобразил знак «Да» и медленно повёл головой вверх вниз, и Мишель вернула ему серьёзный кивок. Затем она нажала кнопку разблокировки замка и расслабилась за своим столом пока Крис Биллингсли вводил сэра Айвара Терехова и цивильного незнакомца в её рабочий кабинет.

– Коммодор Терехов и… гость, миледи, – официально представил прибывших Биллингсли, и Мишель, встав из-за стола, протянула руку для приветствия.

– Сэр Айвар, – произнесла она несколько более сухим тоном, нежели было принято между ними наедине.

– Адмирал Золотой Пик, – ответил он, твёрдо пожимая протянутую руку. – Спасибо, что нашли возможность встретиться с нами настолько быстро, особенно учитывая столь необычные обстоятельства.

– Именно «Необычные», – повторила она. – Действительно, это кажется вполне соответствующим определением. А это, – она, сцепив руки за спиной, перевела ставший пристальным взгляд на гражданского за спиной Терехова, – должно быть тот самый таинственный мистер Анкенбранд.

– Да, адмирал, – Анкенбранд отвесил лёгкий поклон.

Он был одним из самых незапоминающихся людей, которых когда-либо видела Мишель: неплохо одетый и хорошо выглядевший, но со словно испуганным выражением на лице. В общем относился к тому виду людей, кто был ценным винтиком корпоративной машины, но никогда не претендовал на большее.

Это стало её первой мыслью, но потом её зрачки слегка сузились. Согласно предварительному докладу Терехова, Михаэль Анкенбранд ничего не знал о ней до того момента когда коммодор согласился предоставить ему возможность встречи с ней. Ему даже не было известно имя мантикорского старшего флотского офицера в системе, тем более его звание. И всё же, даже при том, что он был очевидно более чем немного взволнован, он был также собран. В его взгляде можно было найти беспокойство в его глазах, но не было и следа паники.

– И о чём Вы хотели со мной переговорить, мистер Анкенбранд? – Спросила она, приглашающим жестом указывая на пару кресел перед её столом.

Пока её гости рассаживались по местам, она взглянула на Биллингсли и кивком отпустила его. Стюард ответил ей неодобрительным взглядом, очевидно не очень довольный мыслью оставить её с незнакомцем после всех этих историй нанотехами-убийцами, но не посмел спорить. Правда, как бы то ни было, прежде чем выйти он обменялся взглядом с мастер-сержантом Когнэссо, видимо решив, что присутствие того является вполне достаточной предосторожностью.

Мишель приложила все усилия, чтобы проигнорировать этот беззвучный разговор, хотя её губы невольно дёрнулись в улыбке, пока она пыталась сфокусировать взгляд на Анкенбранде.

– Ситуация немного… запутанна для меня, графиня Золотой Пик, – с небольшой запинкой произнёс гражданский. – Честно говоря, когда я покидал Мёбиус никто не ожидал, что на Монтане может быть дислоцированна настолько сильная флотская группировка. Система, как предполагалось, должна была стать всего лишь промежуточной остановкой на моём пути к Шпинделю и баронессе Медузе.

Несмотря на всё своё самообладание, Мишель почувствовала как её брови поползли вверх, и он покачал головой.

– Как я уже сказал, всё очень сложно. Тем не менее, в этих обстоятельствах я решил, что у меня нет иного выбора кроме как последовать одному из резервных планов, которыми меня снабдили при отправке.

– Резервных планов? – Повторила Мишель.

– Адмирал, люди, которых я представляю, некоторое время назад установили контакт со Звёздной Империей, – наконец обретя уверенность в себе, твёрдо заявил Анкенбранд. – Коммуникация была не прямая, а, как вы сами понимаете, использующая в некотором роде окольные пути, и я не знаю, насколько вы здесь, так далеко от Мантикоры, информированы об этих вещах.

Его затихающий в конце фразы голос сделал последнее заявление вопросом, и Мишель покачала головой.

– Честно говоря, мистер Анкенбранд, всё что я знаю о Системе Мёбиус в данный момент можно передать следующими словами – «гораздо меньше чем ничего». И никто на Шпинделе – или где-то ещё – не информировал меня о чем-либо касающемся этой системы.

– Я опасался именно такого ответа, – вздохнул Анекенбранд. – Но всё же надеялся, что ошибаюсь.

– Почему? – Прямолинейно поинтересовалась Мишель.

– Потому что я – последняя надежда Мёбиуса, – уныло сообщил Анкенбранд. – Если бы Вы были проинформированы, то могли бы быть готовыми к принятию соответствующих мер. А так как это не так, то…

Он замолчал с поникшими плечами.

Мишель смотрела на него ещё несколько секунд, затем перевела взгляд на свой настольный дисплей, сконфигурированный в режим зеркала и отображающего мастер-сержанта Когнассо и Альфредо. Словно машинально она, взяв со стола хрустальное пресс-папье – подарок команды её первого гиперпространственного корабля – начала крутить его в руках. Мгновение спустя Альфредо небрежно положил левую переднюю лапу на макушку Когнассо.

«Вот так, независимо от того, что творится, этот тип, по крайней мере как он сам считает, говорит правду», – подумала она. – «Которая от этого не стала хоть капельку ясней, не так ли, Мика? О, горькая участь старшего флаг-офицера!»

– Нет, я не была проинформирована, – сказала она спокойно, откидываясь на спинку своего кресла, устраивая руки на подлокотниках таким образом, что она смогла сложить пальцы домиком и опереться на них подбородком. – Тем не менее, если Вы готовы рассказать мне, что происходит, то я более чем готова выслушать Вашу историю. Конечно, поверю ли я Вам и каким образом решу действовать после Вашего рассказа – другой вопрос. Готовы ли Вы на таких условиях рассказать мне всё?

* * *

– Извините миледи, но, по-моему, более смешной истории мы ещё не слышали, – заявила Аплолониа Манминг несколько часов спустя. Потом она, казалось, осознала что именно только что сказала и покачала головой. – Беру свои слова обратно. За последние несколько месяцев мы услышали несколько симпатичных чертовски смешных историй, оказавшихся несколько более точными, чем нам хотелось бы. Так что позвольте мне поправиться – я считаю, что историю этого Анкенбранда несколько затруднительно принять на веру.

– Собственно говоря, адмирал Золотой Пик, лично я бы выразился немного более энергично, – поддержал её контр-адмирал Микаэль Раддок.

Как решила Мишель, рыжеволосый, голубоглазый Раддок, командующий вторым дивизионом эскадры супердредноутов Манминг, выразился ещё более прямо (если это вообще было возможно) чем его начальница. Может быть потому, что был невысок и агрессивностью хотел нивелировать нехватку сантиметров. А может, что более вероятно, потому что был из грифонских горцев… и плевал на свой небольшой рост.

– Я тоже был бы склонен согласиться с адмиралом Манминг и адмиралом Раддоком, – словно размышляя вслух протянул Майкл Оверстиген, – если бы Альфредо и мастер-сержант Когнассо не ручались бы за него.

– Согласна с тобой, – призналась Мишель, втягивая носом ароматный парок исходящий от большой чашки горячего кофе, которую Биллингсли поставил на конференцстол около её локтя. – Но Альфредо действительно ручается за него. Независимо, что там может быть на самом деле, лично он не лжёт. И Альфредо также подтверждает, что его беспокойство по поводу того, что творится на Мёбиусе, является подлинным. – Она пожала плечами. – Как ни странно это звучит, но Анкенбранд действительно выступает в роли связного для группы людей бывшими – или считающими что были, так или иначе – в контакте с представителем Звёздной Империи и получавшими от него тайную поддержку.

– Извините, мэм, – вступила Синтия Лектер, – но это ниже всякой критики. Я имею в виду, что, судя по озвученным им датам, они вступили в контакт с нами даже раньше чем коммодор Терехов прибыл на Монику. – Она, не сводя глаз с Мишель, уважительно склонила голову в сторону Терехова. – В тот момент нас абсолютно не интересовало ничего из происходящего в том районе. Зачем нам, скажите на милость, устанавливать какие-либо тайные контакты с движением Сопротивления, борющимся с Пограничной Безопасностью?

– Нет-нет, Синди, – поправила её Мишель, мягко погрозив той указательным пальцем. – Это не движение Сопротивления против УПБ. Это - движение Сопротивления против тамошнего президента Ломброзо. Он – лакей Пограничной Безопасности, а сама УПБ в отличие от, например, Мадраса не имеет там законной власти.

– Это ничего меняет, мэм, – возразила Лектер с определённой почтительной твёрдостью. – Это всё равно остаётся невероятно глупой, опасной и в конечном счёте бессмысленной для нас затеей. И если бы мы действительно затеяли нечто подобное, и если баронесса Медуза была в курсе этой операции, то Вы думаете, что она послала бы нас сюда, не поставив Вас в известность об ней?

– Нет, Синди, не думаю, – спокойно ответила Мишель. – Но, всё же, это не означает, что они не были в контакте с кем-то. И это не означает, что они не считают, что те, с кем они вступили в контакт, была не Мантикора.

– Но…, какова цель всего этого? – Почти растерянно задала вопрос Лектер.

– Айвар? – Приглашающе кивнула головой Мишель в сторону высокого, белокурого коммодора.

- Те же самые моменты, упомянутые Вами, капитан Лектер, пришли в голову и мне, когда я впервые услышал историю Анкенбрандта, - сказал Терехов, глядя на стол начальника штаба Мишель. - На самом деле, я был склонен, - особенно в отсутствие собственного детектора лжи в виде древесного кота - списать его со счетов как либо полного психа, или подсадного Пограничной Безопасности, пытающейся втянуть нас в неприятности. Честно говоря, я еще не полностью готов, чтобы отбросить вторую возможность. Даже если он считает, что говорит правду, он и все его друзья в Мебиусе, возможно, были созданы УПБ для этой цели. С другой стороны, как вы отметили, есть расписание. Я не могу понять, зачем Пограничной Безопасности было беспокоиться об установке чего-либо подобного прежде, чем мы скрестили мечи на Монике.

- Как и говорил, я уже собирался списать его, когда энсин Зилвицкая намекнула мне на третий вариант. Я понимаю некоторых людей,- он тщательно воздерживался от взгляда в направлении Адмирала Мунминг, - имеющих склонность считать, что ... скажем так, радикализм её отца, может повлиять на ее суждения. Я не думаю, что это вероятно в данном случае, но даже если это и так, ее предположение для меня до сих пор всё ещё имеет смысл.

- И что это за предположение, сэр Айварс?- спросила Мунминг и пристально посмотрела на него, а её тон свидетельствовал, что она уже поняла, куда он клонит.

- Энсин Зилвицкиая предположила, что возможно, нас - и, если на то пошло, движение сопротивления в Мебиусе - направляют, но не Пограничная Безопасность. Как она отметила, очевидно, из передвижений Крэндалл, что Меза, должно быть, ввела ее в игру, в то же время, как они предоставили линейные крейсера Монике. Что, конечно, по чистой случайности, примерно совпало по времени, когда, по словам Анкенбрандта, его организация сопротивления вступила в первый контакт с «Мантикорой». Или, если на то пошло, с тем разом, когда кто-то впервые заговорил с мистером Вестманом здесь, на Монтане и с Нордбранд в Корнати.

- Вы предполагаете, что на самом деле это Мезанское Регулирование, Коммодор?- медленно проговорил Роддик.

- Оригинальная идея не моя, Адмирал, но думаю, что это имеет смысл. Особенно, если скудная информация, которую мы получаем так далеко от дома, является точной и Меза вовлекла нас вместе с Лигой в обострение конфронтации. Если один из местных режимов или само УПБ разобьёт движение сопротивления, все лидеры которого искренне верят, что оно было возбуждено, координировано и снабжалось Звездной Империей, как вы думаете, отреагировала бы Лига еще до нашей текущей конфронтации?

На несколько секунд повисло молчание. Затем Оверстиген кивнул.

- Всегда считал, что у Хелен очень хорошая голова на плечах,- протянул он. - Иногда немного паранойи полезная вещь. И раз уж речь зашла о "параноидальном", кто-нибудь подумал,- предполагая жизнеспособность этого небольшого сценария - что ублюдки остановятся на одном движении сопротивления?

- Не знаю, как "кто-нибудь",- сказала Мишель,- но не я. Предполагая, как вы говорите, что гипотеза Энсина Зилвицкой жизнеспособна. И я очень боюсь, что так оно и есть. В таком случае, боюсь, худшее впереди.- Она подняла голову на коммодора. - Не могли бы вы продолжить и поделиться оставшейся частью ваших неприятных размышлений с остальными, Айварс?

- Мне они абсолютно не нравятся, Мэм,- отметил Терехов . - На самом деле, когда Хелен - Энсин Зилвицкая, я имею в виду - зашла в своих рассуждениях так далеко, другая, угрожающая мысль пришла ей в голову. Если это действительно Меза, и если они связались не только с Мебиусом, но и другими независимыми звездными системами из Протекторатов, таким образом, что происходит, когда воздушные шарики начинают разлетаться? Когда УПБ и Пограничный Флот двинутся, чтобы подавить «бунт», и начнет литься кровь? Это не только вопрос ущерба нашему образу в Лиге. Достаточно плохо, что сотни или тысячи людей будут убиты, но если десятки движений сопротивления начнут отправлять нам послов, типа мистера Анкенбрандта, ожидая открытую помощь и поддержку, которую им обещали, а мы её не предоставим, что случится со склонностью независимых звездных систем доверять нам больше, чем Солли?

- Вот ведь траханые ублюдки, - тихо выругался Раддок, затем одернул себя. - Прошу прощения, Миледи,- сказал он извиняющимся тоном, - просто коммодор Терехов и энсин Зилвицкая превратили мой скептицизм в нечто иное.- Его глаза опасно ожесточились. - Ими можно почти восхищаться. Помимо затраченного времени, посмотрите, как мало стоило им все это подстроить!

- Эта мысль также пришла мне в голову, когда Коммодор Терехов впервые поделился со мной этим увлекательным ходом мыслей,- кисло сказала Мишель. - И это приводит в интересно затруднительное положение, не так ли?

Все головы вокруг стола кивнули, и она резко вдохнула.

- Ладно.- Она выпрямилась, постукивая указательным пальцем по столу, акцентируя внимание на продолжении. - Все это гипотетически, конечно. Хотя я не собираюсь притворяться, будто не думаю, что в этом что-то есть. И, честно говоря, есть несколько возможностей овладеть ситуацией. С одной стороны, хотя не думаю, что подобная стратегия когда-либо на самом деле приходила в голову кому-нибудь на нашей стороне, это действительно чертовски хороший способ заставить Лигу распылить свои усилия. Это одна из вещей, которая сделает наше предполагаемое соучастие настолько убедительным для Солли, когда дерьмо, наконец, доберётся до вентилятора. В то же время, мы не имеем какого-либо способа узнать, сколько других Мебиусов может тИкать в сторонке. А правда в том, что окончательная гипотеза Энсина Зилвицкой является по настоящему страшной. Ущерб, который может быть нанесён репутации Звездной Империи вне пределов Лиги не поддаётся осмыслению.

Она еще раз обвела взглядом собравшихся за столом.

- Итак давайте приступим к разработке плана действий. Не думаю, что корабли стены стоит привлекать для поддержки чего-то вроде Мебиуса, особенно после того, как эффективно эскадра капитана Завала выступила в Сэлташе. Дивизион эсминцев или пара крейсеров должны быть в состоянии справиться со всем, что Пограничный Флот смог выделить для подавления повстанцев. Я не собираюсь распылять мои основные силы, но мне нужны планы высвобождения лёгких сил, для ответа на любое из этих «поддерживаемых Мантикорой восстаний», о которых мы услышим. Мы ничего не можем поделать с теми, о которых не знаем, и я, черт побери, не хочу поощрять еще больше «спонтанных восстаний». Впрочем, в действительности, я предпочла бы выступить в роли миротворца, прежде чем дела совершенно выйдут из-под контроля. В реальном мире, конечно, этого не произойдет, и мы все это понимаем. Так что, как мне кажется, по крайней мере в этом отношении, у нас нет выбора, кроме как танцевать под музыку Выравнивания... предполагая, что Меза действительно стоит за этим, конечно. Я уже послала курьера на Шпиндель с моими выводами, и, откровенно говоря, была бы только рада получить поддержку Баронессы Медузы и Премьер-Министра Альквезара прежде, чем положение здесь станет еще более оживленным. В то же время, однако, я не собираюсь позволить Мезе заклеймить нас не только как зачинщиков бунтов, но и как людей, бросающих свои невольные орудия, когда начинает литься кровь.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/33774/118407

Переводчики: SergUM, Shtymp, assk1ker