Готовый перевод SWAN SONG / Лебединая песнь: ssa024

Как только Кавазе-сан шагнула на берег, она покачнулась и схватилась за Кувагату-сана.

"Мне нехорошо."

Мы не так уж и долго плыли, и плот не настолько качало, чтобы вызвать морскую болезнь, но Кавазе-сан действительно нехорошо.

"Пожалуйста, держись..."

Кувагата-сан тоже бледный.

"А Ароэ как всегда."

Кавазе-сан укоризненно смотрит на Ароэ, которая в это время хлюпает рукой по воде. Время от времени, она заглядывает в свою книжку и что-то бормочет.

"Она не знает, что значит переживать. Я ей завидую."

"Мы, наконец-то, на земле. Наслаждайся."

"Ты ещё бодрее, чем обычно, Таномура-сан."

говорит Сасаки-сан.

"Да я просто доволен. На плоту мы были беззащитны, так что я переживал. Здесь получше."

Таномура-сан посмотрел на разбросанные вокруг обломки.

"И самое главное - теперь я могу курить не глядя на остальных."

"Он рассмеялся и почесал голову, но его левая рука двигается как-то скованно. Я этого не заметил, но вчера пуля задела руку Таномуры-сана. Его пиджак порван и запачкан кровью. Таномура-сан перевязал себя куском ткани и делает вид, что ничего не случилось, но, глядя как он с трудом шевелит рукой, я понимаю, что это больше, чем просто царапина."

Давайте пойдём в больницу Какизаки.

предлагаю я. Я беспокоюсь о ране Таномуры-сана, и есть большая вероятность, что в больнице будут люди. И, самое главное, больница Какизаки находится всего в нескольких минутах ходьбы отсюда.

Когда перед нами открылся вид на больницу, мы поняли, что там есть множество людей, как и ожидалось.

"А это безопасно...?"

Должно быть, Кувагата-сан тревожится после вчерашнего.

"Всё будет в порядке."

улыбается Таномура-сан.

На территории больницы сделаны несколько навесов из листов пластика. Само здание большей частью разрушилось. Всюду стоят самодельные печи, представляющие собой железные бочки, в которых развели костёр.

Под навесами стоят ряды кроватей, на которых спят пострадавшие. Между ними деловито снуют доктора и медсёстры в белом. Ещё я вижу молодёжь, которая носит корзины с деревом и льдом.

"Они такие занятые..."

Сасаки-сан выглядит слегка ошеломлённой.

"Ну, это потому, что тут много раненых. Давно я уже не видел живых людей. Мне гораздо легче, когда народ вокруг меня."

Таномура-сан заговорил с парнем, который нёс коробку. Он обрисовал ему наше положение и спросил, с кем мы можем поговорить.

После получения нужной информации...

"Пойду поговорю с тем, кто тут за всё отвечает, так что подождите пока здесь."

Таномура-сан уходит в направлении, которое показал ему парень.

И он ушёл, а мы остались просто так стоять.

"Мне не нравится стоять тут и ничего не делать..."

прошептала Сасаки-сан, глядя, как все люди вокруг работают. Она права. Все в госпитале по-деловому сновали туда-сюда, и одни мы стояли без дела.

"Эй, посмотри-ка сюда."

Кавазе-сан потянула Сасаки-сан за рукав и показала. Её лицо окаменело.

Она указывает на лежащий на земле лист из голубого пластика, на котором в ряд лежат люди.

"В этом нет ничего..."

Кувагата-сан смолк.

На первый взгляд, раненые просто спят. Но я быстро обратил внимание на несколько странностей.

Они лежат на снегу, и пластик не может уберечь их от холода. Они накрыты тонкими одеялами, которые тоже ни от чего не защищают. И никто, проходя мимо, не обращает на них внимания.

Я приблизился к ним. Все они смертельно бледны. Их глаза пусты, у некоторых открыт рот. Рты пересохли. Мне даже нет необходимости проверять. Для некоторых из них это очевидно.

"Они все мертвы."

говорю я вслух, чтобы подтвердить это. Сасаки-сан, стоящая позади меня, болезненно кивает

Сколько их тут? Поблизости ещё один лист пластика, на котором тоже лежат трупы. Снег припорошил тела, которые выглядывают из-под навеса. Но их лица тоже ничем не прикрыты.

"П-похоже, что за ними никто не смотрит."

Кувагата-сан взглянул на воткнутую в снег ароматическую палочку.

"Им, наверно, рабочих рук не хватает."

"Я понимаю, но... Это же ужасно..."

"Ты прав."

"Тогда, может, нам предложить похоронить их? Мне не нравится просто стоять и ничего не делать."

"Н-но..."

когда я уже пошёл, Кувагата-сан остановил меня.

"Думаю, лучше оставить всё как есть. Прежде чем что-то делать, нам нужно получить разрешение от родственников погибших."

"Да ну?"

Видимо, Кавазе-сан считает по-другому.

"Мне кажется, что родственникам погибших бы больше понравилось, если бы их похоронили, а не держали на снегу, как мороженую рыбу."

"Мороженую рыбу..."

повторяет за ней Кувагата-сан, глядя на трупы, и бледнеет

Ароэ, которая сидела на корточках, и осматривала тело, даёт ему пощёчину и хватает за волосы.

"Э-эй, Ароэ-чан!"

Удивлённая Сасаки-сан тянет её назад и Ароэ падает на неё.

В руке у Ароэ был зажат клок волос юноши, так что мы слышим неприятный звук выдираемых волос.

Лицо Кувагата-сана застыло, и он прикрыл уши руками.

"Блин."

недовольно пробормотала Кавазе-сан, нахмурившись.

"Боже! Нет!"

Сасаки-сан разжала руку Ароэ и вынула волосы из её пальцев.

"Фукасава-сан. Фукасава-сан. Фукасава-сан."

ритмично повторяет Ароэ.

"Этот человек..."

Кавазе-сан побледнела.

"Я его уже видела. В книжке Ароэ есть его фотография."

Я взял блокнот Ароэ и пролистал. Почти в самом конце было фото человека, лежащего передо мной. "Фукасава-сан", гласила подпись.

Да, это он. У него на бейджике тоже написано 'Фукасава'.

сказал Кувагата-сан, глядя на грудь трупа. Там был бейджик с его данными.

"Почему Ароэ-чан ведёт себя как ни в чём не бывало? Она не грустит? Это словно..."

Он замолк.

"Кувагата?"

"Нет, я в норме. Да, нам нужно похоронить его."

У Кувагаты-сана гробовое выражение лица.

"Эй, они сказали, что тут неподалёку есть место, где собрались беженцы."

С этими словами появляется Таномура-сан. Он смотрит на нас, и...

"Что стряслось? Вы такие мрачные."

...Он удивлённо наклоняет голову.

"Да ты у нас здесь вообще единственный весельчак, дурак."

Одёргивает его Кавазе-сан.

"Ха-ха-ха. Спасибо за комплимент."

Таномура-сан с гордостью прикладывает руку к груди, и Кавазе-сан вздыхает.

Кажется, с телами всё же собираются что-то делать. Говорят, что их похоронят. Мы хотели побыстрее отправиться в убежище, но, в силу обстоятельств, решаем помочь.

"Уже довольно темно."

Таномура-сан прекратил работу, посмотрел вверх и выдохнул.

"Может быть, на сегодня хватит."

Все уже копают медленнее, мы явно устали. Даже если мы продолжим, толку большого не будет.

Но Кувагата-сан качает головой.

"Д-давайте поработаем ещё немного."

"Ты такой целеустремлённый, Таку-чан."

Таномура-сан невесело улыбнулся. На их с Кувагатой-саном головах и плечах лежит снег. Я наверняка выгляжу точно так же.

Сасаки-сан с остальными девушками отправилась в убежище. Оно рядом со средней школой. Я слышал, что там живут все, собравшиеся здесь.

Кавазе-сан тоже хотела помочь их похоронить, но когда Таномура-сан убедил её, а Сасаки-сан побранила, она неохотно направилась в убежище.

Я не хотел оставлять Ароэ здесь, и подумал, что было был лучше, если они пойдут вместе и пообщаются там с людьми.

Мы остались и похоронили тела. Не знаю, сколько часов это продолжалось. Мы закопали множество разных видов трупов.

Здесь были трупы маленьких детей и стариков, мужчин и женщин. Были тела совершенно целые на вид, так что мне оставалось только гадать, как они умерли, а были изуродованные, при одном взгляде на которые было ясно, как они погибли. Все уже привыкли к виду мертвецов, так что никому это не казалось чем-то невероятным или отвратительным. Но их нескончаемые ряды угнетали. Работа шла в тишине.

Кувагата-сан выглядел так, будто он убит горем, но работал усердно.

"Я могу продолжать. Не хочу останавливаться сейчас. Мы должны подойти к делу серьёзно, а то у меня останется ощущение, что мы делаем только ради собственного душевного спокойствия."

говорит Кувагата-сан, но мы начали работу до полудня, а солнце уже садится. И мы совсем не отдыхали.

Тогда мы можем сделать это завтра. Я сейчас уже слишком устал.

Таномура-сан смотрит на колени Кувагата-сан, которые судорожно дрожат. Похоже, что он больше беспокоится о Кувагате-сане, чем о себе.

Но, к чести Кувагаты-сана нужно сказать, что это не значит что он слабый. Дрожь в коленях показывала, как усердно он работал.

Если уж говорить о бесполезности, я был самым бесполезным из всех, так как в моей правой руке нет никакой силы. Я не могу ни копать мёрзлую землю, ни таскать носилки.

Я понял, что всё равно не смогу помочь, так что рассказал про травму моей правой руки. Я впервые сказал им об этом, но похоже, что они подозревали что-то подобное.

Таномура-сан сказал мне не издеваться над собой, хотя сам работал с раненой рукой. Из плеча вырвало кусок плоти размером с мизинец. Рану обработали и перевязали, но боль никуда не делась. Однако, лицо его остаётся бесстрастным, и он даже поддерживает уставшего Кувагату-сана.

Работники больницы тоже уже на пределе. Они уже собираются домой, но Кувагата-сан ещё не закончил. Он продолжает настаивать, что нам нужно работать дальше.

"Я понимаю, что ты чувствуешь, но нам не нужно получать травм. Когда стемнеет, не будет видно дороги, так что сейчас нам следует остановиться."

с улыбкой уговаривает Кувагату-сана Таномура-сан.

"Это правда, но..."

Кувагата-сан понимает, что носить тяжёлые носилки по замёрзшей земле небезопасно, так что неохотно кивает.

Мы засыпаем трупы землёй, а вместо надгробия ставим кусок бетона. Мы пишем на нём имена похороненных здесь, но имён гораздо меньше чем тел.Это потому что мы не можем опознать их, а у них нет ничего, по чему их можно было бы идентифицировать.

Если мы похороним здесь неопознанные тела, скорее всего никто и никогда не узнает, что они похоронены здесь.

Мы закончили зарывать их, так что мы воткнули в снег ароматическую палочку и подожгли.

Каждый тихо стал молиться.

Когда мы встаём, Кувагата-сан, пошатнувшись, падает. Поддерживавшая его решимость угасает, оставляя лишь безмерную усталость.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/39521/146615

Переводчики: jan_lete, mamavl