Готовый перевод SWAN SONG / Лебединая песнь: ssa087

"Ох, кажется, эта Рюдзю потрясающая женщина. Но если храм разрушен, разве Обществу Даичи не конец?"

"Не знаю. Если Рюдзю-сан сможет взять на себя лидерство, они ещё могут чего-то добиться."

Таномура и Цукаса разговаривают в часовне о том, что происходило с Цукасой в храме, как он разговаривал с Рюдзю и как убежал во время большого переполоха. Кажется, дело серьёзное.

Я тем временем в той же комнате обтираю Ароэ смоченным в горячей воде полотенцем.

"Онмай тарейя совака, онмай тарейя совака..."

Некоторое время Ароэ бормочет себе под нос одно и то же, затем складывает руки в странном жесте. Наверное, она научилась этому в храме. Остальное меня не волнует, но я хочу, чтобы она перестала читать сутры, потому что это жутко. Но я не пытаюсь её остановить, потому что тогда она наверняка разозлится.

Меня всегда удивляло, что тело Ароэ более развито, чем моё. Раньше меня это не волновало, а вот теперь почему-то волнует. Неужели из-за Таномуры?

Я немного завидую, поэтому щипаю её за сосок. Ароэ радостно смеётся.

"Я хочу, чтобы они перестали сражаться. Пожив вместе с Хибарин, я возненавидел всякие жуткие вещи, вроде смерти. Впрочем, думаю, это естественно. Но я рад, что с вами всё в порядке."

"Пожалуй, вы сейчас в более сложном положении, чем мы. Что вы собираетесь делать дальше? Уверен, сейчас встречаться с людьми из школы опасно."

"Я подумываю уйти из города."

"Уйти из города?"

"Да. Собираюсь перейти горы."

"Но ведь снег ещё глубокий. Это опасно."

"Я знаю, но не хочу сидеть сложа руки. И я хочу, чтобы Хибарин попала домой, это будет справедливо."

"Ясно..."

"Видишь ли, Хибарин может говорить иначе, но она очень волнуется за своих родителей..."

"Это не так! Я просто волнуюсь за свою кошку! Хватит придумывать!"

"Ох, точно. Прости, прости."

Таномура улыбается.

"Я знаю, что мы должны подождать, пока сойдёт снег, но не вижу ни малейших признаков грядущего потепления. На самом деле, температура продолжает падать. Ты это знаешь?"

"Неужели это правда? Ведь уже март."

"Правда. Возможно это связано с тем, что сейчас темно даже днём, но возможно изменился климат. Это жутко."

"Это странно."

"Теперь, когда вы здесь, подготовка затянется. Нам придётся подождать, пока твоя нога не заживёт."

"В этом нет нужды."

"Э-э? Но с такой ногой это будет опасно."

"Я собираюсь вернуться в школу."

"Подожди. Я считаю, в школе сейчас опасно. Ты долго пробыл в стане врага, так что могут тебя заподозрить, если ты просто скажешь им, что вернулся потому что его сожгли."

"Заподозрить меня?"

"Да. Что ты будешь делать, если они скажут, что ты переметнулся к Обществу Даичи, а теперь вернулся потому что они проиграли? Они кажутся истеричными и враждебными к людям извне."

"Тем не менее, я хочу вернуться."

"Я с этим не согласен."

"В школе Юка. Даже если я не могу вернуться сейчас, в конце концов мне придётся это сделать. Что бы ни случилось, я не могу её оставить."

"Я понимаю твои чувства, но Юкаччи в безопасности, понимаешь? А вот у нас всё не так радужно."

"Знаю. Но она одна. Я не хочу бросать её только потому, что изменил ей."

"Хмм, ты настоящий мужик, Цука-чан."

Мне непросто думать о Юкаччи, поэтому я сосредотачиваюсь на Ароэ. Ароэ перестаёт читать сутры и теперь просто смотрит в пространство.

Теперь, когда она успокоилась, я стряхиваю грязь с её тела и оттираю кожу. Её ноги покрыты царапинами и порезами."

"Ты должна содержать себя в чистоте, или не сможешь выйти замуж."

"Ты не сможешь выйти замуж!"

"Эй, ты бы лучше о себе позаботилась."

"Ты бы лучше о себе позаботилась."

"Я не уверена, смогу ли остаться с тобой навсегда, так что лучше бы тебе самой уметь это делать. Ты это понимаешь?"

"Ты это понимаешь? А-ха-ха-ха!"

Ароэ радостно смеётся.

Цукаса решает выждать и остаться здесь, пока нога не срастётся. Мы тоже решаем, что после этого уйдём. Тем не менее, возможно мы не сможем уйти. Мы не можем идти в горы с Ароэ и не можем, да и не хотим, отпустить Цукасу в школу. Наверно, он останется жить здесь, с нами.

Сегодня Таномура ушёл, и я играю с Ароэ. Наверно это из-за того, что она потеряла свою книгу общения, но большинство её слов теперь бессмысленны. Большинство из них - песни или повторение того, что она от кого-то услышала. Мне немного грустно.

Я разрешаю Ароэ играть с трёхмерной мозаикой, что она всегда любила. Она действительно очень нравится Ароэ, так что та погружается в неё с головой. Она уже закончила руку и теперь работает над плечом. Она знает, что это будет полуголый мужик с бородой?

За спиной у Ароэ я высматриваю подходящие кусочки, но у меня ничего не выходит. Но Ароэ подбирает осколки один за другим, напевая что-то себе под нос. Как у неё это получается? Смогу ли я так же, если потренируюсь?

Пока я разглядываю обломки, передо мной падает тень. Я поднимаю взгляд и вижу Цукасу.

"С твоей ногой можно ходить?"

"Да, у меня получается. А почему у тебя такое лицо?"

"О, я просто подражала Ароэ. Я подумала, что если буду внимательно смотреть, то смогу увидеть то, что видит Ароэ."

"То, что видит Ароэ?"

"Она различает все эти кусочки, ты не думаешь, что она видит вещи несколько иначе?"

"Конечно. Но обычному человеку её не понять."

"Точно? После того, как Ароэ исчезла, я много думала..."

"О чём?"

"О проблемах Ароэ."

"Ясно..."

"Не думай, что я глупая."

"Я и не думаю. Так ты додумалась до чего-нибудь?"

"Это только моё предположение. Я могу ошибаться."

"Я всё равно хочу услышать."

"Эмм, я считаю, что Ароэ не понимает концепцию группы."

"О чём ты?"

"Эмм... Возьмём, к примеру, ручку."

"Ты про инструмент для письма?"

"Да. Ручка является чручкой потому что ей можно писать на бумаге. Пока она выполняет эту функцию, она может быть твоей, моей, шариковой или гелевой. Всё это ручки, правильно?"

"Да."

"Итак, слово «ручка» не обозначает каждую из всех этих ручек, ручки - это группа вещей, выполняющих схожую функцию. Ты можешь сидеть на стульях, а вещи, которыми можно накрыть другие предметы, называются крышками."

Да.

"Это значит... Например, предположим, есть предмет, которым мы не умеем пользоваться. Но когда мы прикладываем его кончик к бумаге, он оставляет за собой цветной след. Если мы знаем о группе предметов, называемых ручками, мы можем опознать в этом предмете ручку. Но если мы не знаем предназначения ручки и их группы, мы не сможем определить её как ручку, а если мы не знаем никаких других групп, предмет так и останется неопознанным, верно? Он только оставит в голове неразрешённый вопрос."

"Верно."

"Если ты понятия не имеешь о группах предметов, то всё останется само по себе, как вещи в комнате, где никогда не убирались. Это будет просто мешанина из слов. Предложение имеет смысл потому что слова в нём упорядочены и связаны друг с другом. Но если слова в беспорядке разбросаны по странице, никто не сможет их прочесть, правильно? Смысл будет утерян. Наверное, так Ароэ и видит мир. Она не может связать предметы в группу. Для неё всё беспорядочно."

"Понятно."

"И если так, разве это не страшно? Если всё, что написано в книгах и что говорят люди... Нет, если всё, что ты видишь, похоже на беспорядочную мешанину слов, это будет настолько непостижимо, что я бы быстро сошла с ума."

"Мне это тоже не нравится."

"Правда? Думаю, этим можно всё объяснить. Например, как Ароэ понимает, что будет правильно? Ароэ не понимает значения, но она может постичь форму. Если складывать предметы похожей формы, ты понимаешь, что они группа. Она, наверно, не знает, что это статуя Христа, но понимает, что если сложить фрагменты вместе, получится что-то большое и совсем другое. Я думаю, что эта упорядоченность приносит ей покой. Если говорить о перемешанных словах, в содержимом полная неразбериха, но я думаю, что будет немного легче, если ты можешь по-своему переставлять слова, создавая собственные правила... Эй, так Ароэ пытается понять группы! Так что, да, я не думаю, что она какая-то странная."

Цукаса молча слушает меня, и я продолжаю.

"Наверное, это то же самое, в чём все нуждались после землетрясения и разрушения города. Всем нужен смысл, но Ароэ нужно то, что можно увидеть и к чему можно прикоснуться. Вот почему она складывает камни, соединяя вместе расколотые фрагменты. И это вполне нормально, верно? Глубоко внутри Ароэ такая же, как мы. Никакая она не особенная. Что думаешь, Цукаса? Я ошибаюсь?"

"Я думаю, это потрясающе."

"Согласна. Ароэ с самого рождения ведёт страшную битву. Она в одиночку сражается с беспорядочным миром. Ароэ, наверно, не видит в других людях союзников, и поэтому не может никому пожаловаться. Она просто удивительна."

"Я никогда ни о чём таком не задумывался."

"Н-но я могу ошибаться. Всё же, я глупая..."

"По крайней мере меня ты убедила. Ты всё тщательно продумала, Кавазе-сан."

"Э-это не так. Нечего меня хвалить. Мне просто жалко Ароэ..."

Я быстро тру пылающее лицо.

"А ты можешь говорить и обыденные вещи?.. Всё-таки ты изменился?"

"Правда?"

"Ну, это не так уж и важно."

"Ты права."

Он соглашается так легко, что я в замешательстве.

"Эй, эта твоя равнодушная сторона..."

Едва я начинаю его ругать...

"Уа-а, это просто ужасно! В самом деле ужасно! Снегопад такой сильный! Я нравились снежные женщины, когда я был ребёнком, потому что это звучало довольно эротично, но теперь я собираюсь выйти из числа их поклонников! Согрей меня, Хибарин!"

Возвращается второй идиот.

"Сегодня я ходил посмотреть, что там с храмом, но это просто кошмар."

Потягивая дымящийся кофе, Таномура начинает рассказывать.

"Все здания сожжены, повсюду пепел. Снег уже начинает заметать, но под снегом остались трупы. Я уверен, людей из школы они похоронили, но последователей Общества Даичи бросили просто так. Не хотелось бы вдаваться в подробности, но там полно воронья и бродячих собак, так что..."

"Гх..."

"Это жестоко. Я поискал на всякий случай, но Рюдзю-сан там не было. Впрочем, это ещё не значит, что она жива."

"С-спасибо..."

"Пожалуйста. Я чуть не сошёл с ума, пока откапывал трупы и проверял их. Господи, как же прекрасны живые люди."

С этими словами Таномура начинает гладить моё плечо.

"Н-не трогай меня!"

"Ну давай."

"Цукаса смотрит!"

"Меня это не волнует."

"Меня волнует!"

"Ну и ладно, раз ты такая жадная. Я просто хочу физического контакта. Ароэ-чан, подойди!"

"Ты собираешься приставать к Ароэ?"

"Нет-нет. Я просто нашёл то, с чем она сможет поиграть, так что я просто хочу её порадовать. Попозже я и тебя порадую, Хибарин!"

"Пошляк..."

"У-хи-хи-хи-хи."

Ароэ не подошла даже когда я сказала 'кофе', так что вполне естественно, что она не подошла, когда её окликнул Таномура. Она сидит перед статуей, даже не оборачиваясь. В конце концов, он сам подходит к ней. Он показывает ей ходячую куклу, которая светится и издаёт звуки. Такие продают на кассах в семейных ресторанчиках.

Цукаса вздыхает. Он смотрит в окно. За стеклом расстилается промёрзший город.

Я тоже выглядываю наружу. Тяжёлое небо, по цвету напоминающее свинец, пропускает лишь самую малость солнечного света. Наверное, я настолько привыкла к этому цвету, что уже забыла, как выглядит чистый белый цвет. Слишком уж много я насмотрелась на серый цвет.

А ведь когда мы жили в церкви, я часто разговаривала с Юкаччи о том, как сильно мы бы хотели увидеть голубое небо. Всё ли у неё хорошо? Если бы я знала, что мы встретимся с Цукасой, то заставила бы её пойти с нами. Юкаччи, наверно, осталась в школе потому что там есть фортепиано, но это привело к обратному результату.

Проблема в Кувагате. Многое можно было бы решить, если бы он поступал правильно. Почему он всё это делает? Друзей обманывать нельзя. Таномура об этом не говорил, но я уверена, что он был потрясён. Кажется, каждый день оборачивается для него новой болью. Я не могу просто смотреть на это.

Хоть он и сейчас улыбается этой своей обычной идиотской улыбкой, что-то изменилось. Он должен был понять, что Кувагата - плохой парень, а он всё сделал правильно, но Таномура остаётся нерешительным. Я уверена, он думает, что во всём есть и его вина. Он должен понять, что думать об этом бессмысленно.

"Смотри, Ароэ-чан. Туу, туу."

Он дурачится, но внутренне, наверняка, несчастен.

"Туу, туу, туу, туу. Разве не здорово? Это потрясающе. Я могу принести кучу всего. Туу, туу."

Он выглядит как идиот, но внутри, наверняка, страдает.

"Туу! Туу! В-з-з-з! О нет, авария! Это плохо, Капитан! Ядерная бомба, которую мы везём, сейчас ворвётся! Что!? Эта бомба настолько большая, что разрушит весь мир! Какого чёрта мы везём такую штуковину? Не знаю! Бабах!!"

А может, он просто идиот...

Как бы то ни было, я думаю, всё будет хорошо, если мы сможем поладить с Кувагатой, как это было прежде.

Но я уверена, что теперь он не остановится. Может, для него это и лучше. Что будет с ним, если он поймёт, как он ошибался? Уверена, он впадёт в отчаяние от осознания собственной глупости.

Почему всё так обернулось? Ненавижу это. Почему всем приходится страдать?

Я уверена, все хотят жить счастливо. А если так, всё решится, если мы все будем петь песню о счастье, обнимаясь и смеясь. Так почему мы не можем этого сделать? Мир полон удивительного.

Я отпиваю чая, но он уже остыл.

Цукаса по-прежнему смотрит наружу. Он думает о Юкаччи? Надеюсь, что так. Я не понимаю его, но мне начинает казаться, что он по-своему трудится ради окружающих. Он выглядит глуповатым, но он очень заботливый. Проблема в том, что его забота неправильная.

Наверное, Цукаса тоже не понимает концепцию групп. Он не умеет полагаться на других. Возможно, он куда более жалок, чем казался мне. В этом смысле он похож на Юкаччи. Когда я только познакомилась с Юкаччи, то не понимала её. Наверное, друг друга они понимают очень хорошо.

"Вот блин, Ароэ-чан не нравится моя игрушка."

Вернувшийся Таномура невесело улыбается.

"Одному играть так скучно."

И это он говорит после того, как выглядел таким счастливым, маясь дурью?

"Ароэ полностью игнорирует всё, что её не интересует."

"Да. О, Цука-чан, чего это ты так пристально смотришь на улицу?"

"Эмм..."

Его ответ неожиданно напряжённый.

"Что такое?"

Спрашиваю я.

"Кажется, неподалёку люди."

"Э-э?"

"Они ещё далеко, но их там человек пять. Я не вижу их, но слышу. Они могут быть..."

"Это Таку-чан?"

"Я так думаю."

Может ли такое быть?..

"Э-э? Правда?"

"Может, это и не Кувагата-сан, но они ведут себя подозрительно. Они говорят приглушённо."

Удивлённая, я начинаю вставать, но Таномура хватает меня и усаживает на место.

"Что?"

"Не высовывайся. И говори потише. Цука-чан, насколько они далеко? Думаешь, они нас слышат?"

"Они на берегу озера. Не думаю, что они нас слышат."

"Хмм, тогда мы ещё можем сбежать. Как и ожидалось от Цука-чана. Можете вы с Хибарин забрать Ароэ и убежать? А я останусь здесь и выиграю немного времени."

"Чт—"

Таномура зажимает мне рот.

"Слишком громко."

Я киваю, убираю его руку и говорю тихим голосом.

"Что ты сказал? Ты собираешься остаться здесь?"

"У Цука-чана ещё не зажила нога, а есть ещё и Ароэ-чан. Даже если мы убежим, останутся следы, так что они легко нас выследят. У них есть ружья, верно? Даже если снег нас скроет, я ничего не смогу сделать, если придётся придётся драться против вооружённых огнестрельным оружием людей на открытом месте. Но если драться в помещении, у меня будет преимущество. Я не уступлю. Цука-чан, ты можешь надеть шарф на Ароэ-чан?"

"Хорошо."

"Таномура, но..."

"Всё хорошо. Я сильный. Я не уступлю пяти или шести парням из комитета бдительности, даже если они застанут меня врасплох. Ты ведь знаешь это? Хибарин, собери вещи. Они скоро будут здесь."

Я сдаюсь, но уйти не получается. Я не могу двигаться.

"Ты поняла, что я сказал?"

"Да, но я не могу пошевелиться."

"Не делай такое лицо. Это на тебя не похоже."

Таномура улыбается, запускает руку в карман, достаёт что-то и вкладывает свою ладонь в мою.

"Тогда вот тебе талисман."

В руке у меня холодный металлический предмет.

"Ключ?"

"Да. Вручить тебе ключ от моего дома - знак того, что мы будем вместе. Без него я не смогу попасть в свой дом, так что мне придётся отыскать тебя. Мы несомненно свидимся снова, если ты его сохранишь."

"Это тот неимоверно романтический символ, которые так нравятся девушкам?"

"Знаешь что? Я увидел это в книге своей сестры."

Таномура чешет затылок.

"Ну что, расслабилась? Теперь ты должна суметь двигаться."

"Д-да..."

"Тогда поспеши. У нас нет времени на промедления. Встретимся на том месте, о котором я рассказал тебе на днях. Никаких возражений я не приму."

"Хорошо."

Я кладу ключ в карман и отрываю ногу от земли.

Но не из-за талисмана. Просто не может быть, чтобы талисман этого идиота Таномуры работал. Это моя собственная сила. Я не могу стоять, глядя на его улыбку, скрывающую боль, поэтому я делаю, как он сказал. Тем сильнее будет его благодарность впоследствии.

Я быстро хватаю сумки с самым необходимым и выбираюсь через заднее окно церкви вместе Цукасой и Ароэ.

"Я ушла."

Таномура, сжимающий меч и не сводящий глаз с улицы, машет мне, даже не оборачиваясь.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/39521/146692

Переводчики: mamavl