Готовый перевод SWAN SONG / Лебединая песнь: ssb007

Наша жизнь изменилась в мгновение ока.

Возможно, будет преувеличением назвать это террором и милитаризмом, но именно такая атмосфера царила в школе ещё совсем недавно. Мы боялись врагов, поэтому вооружённый комитет бдительности был нам просто необходим. Но они были такими внушительными и страшными, что все жили словно бы боясь привлекать к себе лишнее внимание.

Но мрачная атмосфера испарилась как лёд под горячей водой, когда вернулись Таномура-сан с остальными.

С другой стороны горы живут люди, и их посланники пришли, желая наладить с нами сотрудничество. Этот город был так одинок, что мы думали, будто все в мире погибли, но появились люди извне. Теперь мы знаем, что в этом мире выжили не только мы.

Это освободило нас из нашего тесного мирка. Кажется, у каждого в школе в сердце зародилась новая надежда.

Люди из Общества Даичи, недавно пришедшие в школу, теперь живут рядом с нами. Недовольных много, и поначалу я была уверена, что будет тяжело, но разговоры с ними показали, что они напуганы сложившейся ситуацией не меньше, чем наши люди. Все куда добрее, чем я думала, и это заставляет меня думать, что мы справимся.

Теперь у нас новый лидер. Я слышала, что история о том, как Таномура-сан убил Хида-сана оказалась неправдой, поэтому комитет бдительности расформировали, а их лидер - Кувагата-сан - находится под надзором. Их судьба ещё не решена, но я уверена, что выбор будет правильным, если его одобрит Таномура-сан.

Пока нами управляет один из пришедших - Хонда-сан - но кажется, что лидером снова станет Таномура-сан.

Когда с беспорядком разобрались, мы собрались вечерком в углу спортзала, чтобы отпраздновать наше воссоединение выпивкой.

"Не знаю, в самом ли деле я стану лидером, но если мне дадут второй шанс, я думаю, что справлюсь лучше."

Лицо у Таномуры-сана красное от алкоголя. Говорит он решительно, да и выглядит куда более надёжным, чем прежде.

Амако-сан на протяжении всей вечеринки сохраняет нервозность. Поняв, почему, я подбадриваю его, и он с радостью уходит в кабинет музыки. Хибари ругается на него, но Амако-сан только улыбается и всё равно уходит. Но был ли он раньше человеком, способным улыбаться в такой момент?

Кажется, Хибари стала куда более отзывчивой, чем прежде, а Ароэ стала ещё милее.

Все словно бы стали сильнее за время, пока я их не видела. Атмосфера в школе изменилась, изменились все, и у меня возникает странное ощущение, будто бы все отдалились от меня.

"Сасаки-сан."

Кажется, я напилась и уснула. Просыпаюсь я от того, что кто-то зовёт меня по имени. Тело кажется тяжёлым из-за множества укрывающих меня одеял. Я бы не простудилась, даже если бы они не навалили на меня столько.

Я думала, что проспала до утра, но ещё ночь. Разбудила меня женщина, вместе с которой я обычно готовлю и веду хозяйство.

"Что такое?"

Она говорит, что собаки сцепились, и они хотят, чтобы я их разняла. Я и в самом деле слышу лай собак на улице.

"Но ведь я не ухаживаю за собаками..."

Впрочем, если подумать, всегда именно я кормлю их, так что, наверно, именно так это и выглядит. Странное чувство, ведь я совсем не люблю собак.

Вздохнув, я натягиваю пальто. Это моё единственное приличное пальто, и оно совсем истрепалось. Придётся переходить на рабочую униформу, как и все остальные.

Вместе с женщиной я выхожу на улицу. Холод пронизывает. Кажется, сейчас ближе к рассвету, чем к полуночи.

"Простите. Мой сынишка говорит, что не может заснуть из-за того, что собаки так расшумелись..."

Голос у неё извиняющийся, и я улыбаюсь в ответ.

Не похоже, чтобы собаки дрались. Они громко лают, но ни одна из них никого не кусает. Они лают, задрав морды вверх. Лают даже обычно тихие собаки.

"Сегодня полнолуние?"

"А?"

"Собаки ведь лают на полную луну?"

"А разве не волки?"

Не знаю, права я или нет. Я смотрю на небо, но луны не видно, поскольку всё загораживают густые тучи. Но собаки лают все вместе, что прекрасно объясняется этим суеверием.

Я не знаю никакого особого способа успокоить собак. Я пытаюсь их покормить, но они даже не смотрят на меня. От человека, который ненавидит собак, это требует немалого мужества, но я заставляю себя погладить их, а они всё не унимаются.

Говорят, что животные предчувствуют стихийные бедствия, и это может оказаться правдой. В тот самый момент, когда я уже собираюсь сдаться, начинается землетрясение.

Поначалу, угроза не кажется такой уж большой, но когда до меня доносятся крики, тряска внезапно усиливается. Ситуация сейчас совсем другая, и я не могу сравнивать его с предыдущим землетрясением, но это настолько ужасно, что они мне кажутся одинаковыми.

Разумеется, устоять на ногах я не могу. Меня катает по снегу как игрушку. Я не могу даже оглядеться и посмотреть, что происходит. Могу только сжаться в комочек и слушать треск крошащегося бетона, лай собак и крики людей.

Наверное, я уже пообвыклась, поскольку это землетрясение кажется короче. Прошлое землетрясение мне показалось вечностью.

Я встаю и вижу город, укрытый искрящимся снегом. Всё те же развалины и снег, но теперь они выглядят более округлыми. Кажется, здания рухнули, и город потерял в высоте.

Я помогаю подняться женщине, лежащей позади меня. Она вывихнула лодыжку и вся исцарапана, но выглядит вполне прилично.

Я не могу быстро осмотреть всех собак, но они выглядят нормально.

Спортзал продолжает стоять, а вот здание школы почти полностью рухнуло. Мне становится неуютно. Судя по всему, несколько человек, ночевавших там, погибли. А Амако-сан, возможно, был в кабинете музыки.

Я расстаюсь с женщиной, которая собирается вернуться в спортзал, и иду к школе. Но стоит мне сделать несколько шагов, как женщина хватает меня за рукав.

"Сасаки-сан, смотрите!"

Она указывает на белые вершины гор.

"А? Что там?.."

"Посмотрите внимательней! Снег!"

Присмотревшись, я вижу, как что-то большое скользит по склону горы. Огромные массы снега обратились в лавину.

Я вспоминаю грязь затонувшего города. Снег идёт, чтобы на этот раз окончательно похоронить город?

От волнения грудь стискивает боль. Я запускаю руку под одежду. Нельзя сейчас терять сознание.

"Пожалуйста, идите и скажите людям в спортзале закрыть все двери."

Говорю я запаниковавшей женщине так спокойно, как только могу.

"Я соберу собак."

Она удивлённо смотрит на меня. Я и сама удивлена собственными словами. Пусть я повторяюсь, но я не люблю собак. Я ненавижу этих честных, послушных, преданных существ, но рот открывается сам по себе.

"У собак и без того жизнь тяжёлая! Не хочу, чтобы хоть одна из них погибла!"

Выпалив это, я подталкиваю женщину к спортзалу и начинаю ловить собак.

Землетрясения они боялись, а вот на лавину не обращают никакого внимания. Я отчаянно пытаюсь собрать беззаботных собак.

"Ты что делаешь, Юкаччи?!"

Я завожу собак в спортзал, и Хибари кричит, едва увидев меня.

"Сама не знаю!"

Грубо отвечаю я.

"Ты сдурела!"

"Может и так..."

Она смотрит поражённо, затем вздыхает.

"Я просто удивилась."

"Извини."

Ничего не поделаешь. Я сама себя не понимаю.

"На этом всё?"

Я добавляю приведённую собаку к тем, что уже здесь.

"О-осталась ещё одна."

Я вспоминаю, что одной собаки не хватает.

"Э-э-э?! Юкаччи!"

Я пихаю собаку к Хибари и снова выбегаю наружу.

Последнюю собаку я знаю очень хорошо. Это очень непослушный пёс. Он одинок, и поэтому пристаёт к другим собакам, чтобы добиться внимания, но когда те обращают внимание на него, скалится и убегает. Он маленький, так что никому ничего не грозит, но из-за характера остальные собаки его не принимают. Они стараются держаться от него подальше. Он всегда держится наособицу.

Но не сейчас же.

Про себя я сыплю проклятиями.

К счастью, пёс оказывается неподалёку. Он сидит возле опрокинутой клетки. Я подхожу к нему, и он смотрит на меня большими глазами и скулит.

"Далеко уходить ты не собираешься, а значит, придётся остаться с нами."

Я вздыхаю с облегчением и поднимаю пса на руки; бегу к спортзалу, но он выскальзывает из рук и падает. Руки все в крови.

"Ты ранен?"

Спрашиваю я, но пёс лежит на снегу и даже не пытается пошевелиться.

Я закусываю губу, борясь со внушаемым кровью отвращением, и снова поднимаю его. Но уже слишком поздно. Накатившая белая волна поглощает меня.

Я думала, что под снегом всё будет выглядеть белым, но на самом деле из-за полного отсутствия света всё абсолютно чёрное.

Конечности скованы снегом, так что я не могу пошевелиться. Снег стискивает тело, и я не могу отличить верх от низа. Поскольку я рефлекторно закрыла лицо руками, немного воздуха у меня осталось. Но я уверена, что он быстро закончится. Кажется моё везение подошло к концу.

Пёс всё ещё у меня в руках.

"Ты жив?"

Тело тёплое, но отклика нет. Этот маленький пёсик ранен, да ещё сверху давит такая тяжесть. Одна мысль, что он может чувствовать, навевает тоску.

"Прости, что не смогла спасти тебя. Но хорошо, что ты не один. Я рада."

Слова звучат как оправдания. Пёсик по-прежнему тих.

Я продолжаю говорить с ним, но вскоре утрачиваю возможность это делать.

Мой враг не только нехватка кислорода. Снег давит на тело, вытягивая силы. Такими темпами, скоро я превращусь в хладный труп. Сейчас для меня в этом нет ничего особенного. Я просто стану одним из множества трупов, что я уже видела.

Единственное, что я чувствую по отношению к своей жизни, это что она была долгой, и больше ничего.

Это как готовиться уснуть. Отличие в множестве ярких образов, проплывающих передо мной. И это не только картины, я могу чувствовать и слышать их.

Говорят, что перед смертью вся жизнь проносится перед глазами. Вот уж не знаю. Множество сияющих картин быстро возникает передо мной, перенося меня из одного места в другое. Эти вспышки жизни прекрасны, и я жалею, что раньше этого не замечала.

Но, в конце концов, сияние растворяется во тьме. Когда свет в голове угасает, становится одиноко, и остатки разума говорят мне, что это конец. Тогда я закрываю глаза. Нет, глаза уже закрыты. Знаю, это странное описание, но я и в самом деле что-то сделала сейчас, с закрытыми глазами, чтобы перестать думать.

Я теряю сознание. Вскоре после этого меня находят, но по словам людей, что меня откопали, я была холодной и безвольной, совсем как труп. Я осталась жива, даже проведя под снегом около часа.

Я не понимаю сложных объяснений, но мне говорят, что такое случается время от времени, когда температура тела резко понижается. Это не что-то обыденное, но и чудом это не назовёшь. На самом деле чудо в том, что меня откопали. Мне говорят больше никогда не поступать так опрометчиво, а мне хочется возразить, что меня похоронило под снегом не потому что я этого хотела.

В любом случае, я довольно долго была в состоянии клинической смерти. И в течении этого времени я с кем-то разговаривала. Возможно, мне это привиделось, но я не думаю, что это был сон.

"Ненавижу это. Всё ненавижу."

Разозлённая девочка отводит взгляд. Кажется, я должна её успокоить.

Для этого мне надо что-то сказать ей, но она продолжает говорить так быстро, что мне не удаётся вставить ни слова.

"Почему по ночам темно и страшно? Почему красивая, яркая луна и звёзды не показываются каждую ночь?"

"Почему летом стоит убийственная жара, а зимой леденящий мороз? Разве не здорово было бы, если бы круглый год были весна и осень?"

"Я ненавижу их, потому что они противные. Я всех ненавижу."

От злости она топает ногой по земле.

"Почему ничего не идёт по-моему? Я не хочу ничего плохого. Все боятся темноты, верно? Никому не нравится мёрзнуть, правильно? Я думаю только о вещах, которые сделают людей счастливыми, так почему идёт не по-моему?"

"Или ни одно из моих желаний не сбывается потому что я плохая девочка? Тогда, как мне стать хорошей? Это несправедливо, ведь никто не говорил мне об этом. Вруны."

"Я ненавижу их, потому что они противные. Я всех ненавижу. Ненавижу их."

Она снова топает по земле, и я пользуюсь этой возможностью, чтобы сказать ей кое-что. Но она, не дослушав, снова заходится в истерике.

"Я этому не верю! Почему ты врёшь? Никто не любит темноту! Никому не нравится холод! Почему ты говоришь о людях, которых не существует? Ты врёшь!"

Я быстро отвечаю.

Это не ложь. Есть в этом мире вещи, которые нельзя увидеть, а есть вещи, с которыми ничего нельзя сделать даже после того, как узнаешь о них. Правда не всегда добра к людям. Она может казаться прекрасной, но может больно ударить. Получается, если с самого начала не быть добрым, будет не так страшно, правильно? Порой страшно пролить свет на всё вокруг и иметь что-то, доброе к тебе.

"Это бессмысленно. Глупо бояться света и думать, что пребывать в уюте страшно!"

В конце концов, ты это поймёшь.

"Ни за что! Но если это правда, я не хочу жить долго. Я хочу вечно любить луну и весну. Я не хочу их бояться!"

Ты можешь бояться их, но это не значит, что ты будешь их ненавидеть. Ты можешь продолжать любить их.

"Тогда почему вы их ненавидите?"

Мы не ненавидим их. Мы просто боимся. Думаю, это потому, что мы неправы. Когда мы неправы, мы не можем не бояться их.

"А почему вы неправы?"

Не знаю...

"Ты же взрослая, так почему не можешь ответить? Ты смеёшься надо мной, потому что я ребёнок? Отлично, я ненавижу тебя! Я всех ненавижу, потому что они такие противные! Ненавижу это место! Если тебе нравится что-то, то ты должен это любить, так что бояться глупо! Это отвратительно!"

Да, я тоже так думаю. Но всё-таки...

"Замолчи!"

Девочка больше не слушает меня. Она продолжает бессвязно говорить, кусая губы и глядя вдаль. Уступив, я могу только смотреть, как она продолжает буйствовать.

Я прихожу в себя в спортзале. Тело укутано чем-то тёплым и мягким. Передо мной взволнованное лицо Амако-сана.

"Я просто..."

Кажется, Амако-сан что-то говорит мне с того момента, как я открыла рот, но я ничего не слышу. Губы Амако-сана шевелятся, как у золотой рыбки, и он выглядит довольно мило. Я улыбаюсь, и его лицо приобретает странное выражение.

"Ты в порядке?"

Наконец, я слышу его голос. Сначала я извиняюсь, а затем спрашиваю о псе, которого завалило вместе со мной. Я хочу знать о судьбе того непослушного пса, которого я держала на руках.

Ответ Амако-сана для меня ожидаем. Но как такое может быть? Я не люблю собак, а произошло именно то, чего я ожидала. Так почему я не могу перестать плакать?

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/39521/146733

Переводчики: mamavl