Готовый перевод Flash Forward / Скачок в будущее: 20 глава

20
День девятый: среда, 29 апреля 2009 года.

"Я хочу тебе кое-что показать," - сказала Карли.

Джейк улыбнулся и жестом руки попросил ее продолжить.

Сейчас они находились в ТРИУМФе - Университете Мезонной Фабрики, канадской ведущей лаборатории в области физики элементарных частиц.

Она пошла вдоль коридора, Джейк следом.

Они миновали двери с табличками-указателями научных областей.

Также обогнали нескольких людей с цилиндрическими дозиметрами, которые и служили той же цели, но выглядели не так, как пленочные, с которыми щеголял каждый в ЦЕРНе.

Наконец-то, Карли остановилась.

Она стояла перед дверью.

С одной стороны от нее находился скрученный пожарный рукав за стеклом, с другой - фонтанчик для питья.

Карли постучала костяшками пальцев в дверь.

Никто не ответил, поэтому она повернула ручку и открыла дверь.

Она вошла и поманила Джейка за собой пальцем и улыбкой.

Он последовал, и как только вошел, Карли закрыла за ним дверь.

"Ну?" - сказала она.

Джейк в беспомощности приподнял плечи.

"Ты узнаешь?" - спросила Карли.

Джейк посмотрел вокруг.

Это была огромная лаборатория с бежевыми стенами и... о, Боже!... Да, сейчас стены были бежевыми, но когда-нибудь в следующие двадцать лет их перекрасят в желтый.

Это была комната из видения.

Там висела периодическая таблица элементов, прямо как и сейчас.

И это рабочее место прямо там... то самое, на котором они занимались этим.

Джейк почувствовал, как его лицо начало краснеть.

"Какой порядок, а?" - произнесла Карли.

"Это оно," - сказал Джейк.

Конечно же, они не могли официально отметить открытие комнаты прямо сейчас. Была середина рабочего дня... Но его видение.

... так, если расчетное время было точным, тогда было 7.21 вечера в Женеве, что означало что? -- 2.21 дня в Нью-Йорке, и ... ну-ка посмотрим --11.21 утра здесь в Ванкувере.

Одиннадцать часов двадцать одна минута утра... в среду.

Несомненно в ТРИУМФе тогда тоже будет рабочий день.

Но как же им удалось заняться любовью в это время в будний день? Да, несомненно, сексуальные нравы продолжили бы падать в следующие двадцать лет, также как упали за последние пятьдесят, и наверняка, даже в отдаленный 2030 год н.э. ты не избежал перерыва на секс со своей любимой во время работы.

Но может быть 23 октября был праздничным днем, может быть никто не работал.

Джейк смутно припоминал что День Благодарения в Канаде отмечается где-то в октябре.

Он ходил по комнате, сравнивая действующую реальность с тем, что было в видении.

Там находился аварийный душ, вполне обычное явление для лабораторий, где используются химикаты, и несколько ящиком с необходимым оборудованием, и небольшая компьютерная станция.

Персональный компьютер на том же самом месте, что и в видении, но намного отличающаяся модель, разумеется.

А рядом с ним...

Рядом с ним находилась установка в виде куба, размером около полуметра в ширину, с двумя пластинками, идущими вверх из середины и обращенными друг к другу лицевыми сторонами.

"Та штука, что была там," - сказал Джейк.

"Я имею ввиду, та штука, что будет там.

Есть идея, что это?"
"Может быть Тахионно-Тардионный Коллайдер?"
Джейк приподнял брови.

"Мог бы..."
Дверь лаборатории распахнулась, и в комнату прошел канадец.

"О, извините", - произнес он.

"Не хотел вам помешать."

"Совсем нет", - сказала Карли.

Она улыбнулась Джейку.

"Мы зайдем позже."

"Хочешь доказательств?" – спросила Мичико.

"Хочешь узнать наверняка, должны ли мы пожениться? Есть один способ для этого".

Ллойд был один в своём кабинете в ЦЕРН, изучая серию распечаток прошлогодних прогонов БАК номиналом в 14 ТэВ в поисках любых признаков нестабильности, предшествующих прогону в 1150 ТэВ, вызвавшему смещение времени.

Мичико только что зашла, и это были её первые слова.

Ллойд посмотрел на неё, подняв брови.

"Способ получить доказательства? Как?"
"Повтори эксперимент.

Узнаешь, можно ли получить те же результаты".

"Мы не можем сделать это", – ошеломлённо сказал Ллойд.

Он подумал о всех тех людях, что умерли в прошлый раз.

Ллойд никогда не верил в философию "есть вещи, которые человечеству не положено знать", но если и был опыт, который не должен повторяться, несомненно это был он.

"Конечно, тебе надо будет объявить заранее о новой попытке", – сказала Мичико.

"Предупредить всех, убедиться, что никто не летит, не ведёт машину, не плывёт и не находится на лестнице.

Убедиться, что вся человеческая раса сидит или лежит, когда это произойдёт".

"Это невозможно.

"Конечно, можно",- сказала она.

"CNN. NHK. BBC. CBC."

"В мире есть места, где до сих пор нет телевидения или даже радио, если на то пошло.

Мы не сможем предупредить каждого".

"Нелегко будет предупредить каждого, – сказала Мичико. – но это можно будет сделать, определённо с девяносто девяти процентной результативностью".

Ллойд нахмурился.

"Девяносто девять процентов, да? Есть семь миллиардов людей.

Если мы пропустим всего один процент, семьдесят миллионов людей останутся не предупрежденными".

"Мы сможем добиться большего.

Я уверена, что сможем.

Мы могли бы снизить это число до нескольких сотен тысяч, кто не получит сообщения, но признай, в любом случае эти несколько сотен тысяч будут в нетехнологических районах.

Никаких шансов, что они будут вести машину или лететь на самолёте".

"Они могут быть съедены животными".

Мичико запнулась.

"Могут быть? Интересная мысль.

Полагаю, животные не теряли сознания при Скачке во времени, так?"
Ллойд почесал голову.

"Мы определённо не видели, что земля усеяна мёртвыми птицами, упавшими с неба.

И согласно выпускам новостей никто не находил жирафов, сломавших ноги при падении.

Феномен кажется связан с сознанием; я читал в Трибьюн, что шимпанзе и гориллы, которых спрашивали на языке жестов, рассказывали о некоем воздействии – многие говорили, что были в других местах, – но им не хватило словарного запаса и психологических критериев, чтобы подтвердить или опровергнуть то, что они действительно видели своё собственное будущее".

"Это неважно.

Большинство диких животных всё равно не будут есть добычу, находящуюся без сознания; они будут думать, она мертва, а естественный отбор давно устранил питание падалью у большинства жизненных форм.

Нет, я уверена, мы сможем сообщить почти каждому, а те несколько, кому не сообщим, маловероятно окажутся в какой-то опасной ситуации".

"Всё это замечательно, – сказал Ллойд. – но мы не можем просто объявить о том, что собираемся повторить эксперимент.

Французские или швейцарские власти остановят нас, если не кто-то ещё".

"Нет, если у нас будет их разрешение.

Нет, если у нас будет всеобщее разрешение".

"О, перестань! Учёные ещё могут заинтересоваться, можно ли повторить результат, но почему другим будет не всё равно? Почему весь мир даст разрешение, если, конечно, не захотят повторения, чтобы выяснить, виновен ли я или ЦЕРН".

Мичико моргнула.

"Ты не думаешь, Ллойд.

Все хотят ещё раз бросить взгляд на будущее.

Едва ли мы одни остались с не сходящимися концами после первых видений.

Люди хотят знать больше о том, что содержит будущее.

Если ты скажешь им, что дашь возможность увидеть будущее, никто не будет стоять у тебя на пути.

Наоборот, они горы свернут, чтобы это стало возможным".

Ллойд помолчал, переваривая это.

"Ты так думаешь?" – наконец, сказал он.

"Я предвижу, будет много возражений".

"Нет, всем любопытно.

Разве ты не хочешь узнать, кто была та женщина?" Пауза.

"Разве ты не хочешь узнать, кто отец моего ребёнка? Кроме того, если ты не прав в неизменности будущего, тогда мы можем увидеть совершенно другое будущее, то, в котором Тэо не умирает.

Или мы увидим другое время, может быть, пять лет спустя или пятьдесят.

Но смысл в том, что нет такого человека на планете, кто не хотел бы ещё одного видения".

"Я не знаю", – сказал Ллойд.

"Ну, тогда посмотри на это вот так: ты терзаешь себя из-за чувства вины.

Если ты попробуешь воспроизвести Скачок во времени и потерпишь неудачу, тогда окажется, что БАК здесь не при чём.

И тогда ты можешь успокоиться".

"Может быть, ты права", – сказал Ллойд.

"Но как мы получим разрешение на повторение эксперимента? Кто может дать такое разрешение?"
Мичико пожала плечами.

"Ближайший город – это Женева", – сказала она.

"Чем он больше всего знаменит?
Ллойд нахмурился, перебирая все подходящие ответы.

И он нашёл его: Лига Наций, предшественник ООН, была основана там в 1920 году.

"Ты предлагаешь отправиться в Организацию Объединённых Наций?"
"Конечно.

Ты можешь поехать в Нью-Йорк и представить свои доводы".

"ООН может ни с чем не согласиться", – сказал Ллойд.

"Они согласятся с этим", – сказала Мичико.

"Это слишком соблазнительно, чтобы отвергнуть".

Тэо поговорил с родителями и их соседями, но никому из них не были известны четкие подробности его будущей смерти.

И так он успел на рейс Олимпик Эйрлайнс 7117 до Международного Аэропорта Женевы "Койнтрин".

Франко делла Роббиа отвез его до самолета и теперь Тео взял такси - по дорогой цене в тридцать швейцарских франков - до студенческого городка.

Поскольку в самолете не кормили, он решил отправится в кафетерий центра управления БАК, чтобы перекусить.

Когда он вошел, то к своему удивлению обнаружил Мичико Комуру, сидящую за столиком у стены.

Тео взял себе бутылочку апельсинового сока и заказал колбасы "лонжоль", и направился прямо к ней, минуя несколько групп физиков, которые ели и обсуждали возможные теории для объяснения "перенесения в будущее".

Теперь он понял, почему Мичико была одна; последнее, что она хотела - это размышлять о том, что за происшествие послужило причиной смерти ее дочери.

"Привет, Мичико", сказал Тэо.

Она подняла глаза.

"О, здравствуй, Тэо.

С возвращением."

Спасибо. Не возражаешь я присоединюсь?"
Она указала рукой на свободное место напротив нее.

"Как прошла поездка?" - спросила она.

"Я не много узнал."

Он думал ничего не рассказывать в дальнейшем, но, ведь она сама спросила.

"Мой брат Димитрий... он говорит, что видения разрушили его мечту.

Он хочет быть великим писателем, но не похоже, что у него когда-либо получится.

"Это грустно", - сказала Мичико.

"Как у тебя дела?" - спросил Тэо.

"Как ты держишься?"
Мичико чуть-чуть развела руками, как будто не существовало легкого ответа.

"Я продолжаю жить.

"Буквально живу те несколько минут, когда не думаю о том, что произошло с Тамико."

"Извини," - сказал Тео уже в сотый раз.

Долгая пауза.

"А в остальном как?"
"Хорошо."

"Просто хорошо?"
Мичико ела пирог с начинкой из голубого сыра.

Также у нее оставалось полчашки чая; она сделала глоток, собираясь с мыслями

" Я не знаю.

Ллойд - он не уверен, что хочет свадьбы."

"Правда? Бог мой."

Она оглянулась, проверяя как они все были одиноки; самый ближайший человек, сидящий через четыре столика, очевидно, был погружен в чтение своего карманного компьютера.

Она вздохнула, затем слегка пожала плечами.

"Я люблю Ллойда-- и знаю он любит меня.

Но его не покидают сомнения, что наш брак лишен будущего"

Тэо поднял брови.

"Хорошо, он вырос в неполной семье.

Очевидно, развод был весьма неприятный".

Мичико кивнула.

"Я знаю, я пытаюсь понять. На самом деле, пытаюсь".

Она помолчала.

"Какой был брак у твоих родителей?"
Тэо удивился такому вопросу.

Он нахмурился, как будто обдумывал это.

"Прекрасный, я полагаю; кажется, они все еще счастливы.

Отец всегда был очень сдержанным, но мама никогда, казалось, не возражала".

"Мой отец умер", - сказала Мичико.

"Но я думаю, он был типичным японцем своего поколения.

Державший все в себе, и его работа была всей его жизнью".

Она помолчала.

"Сердечный приступ, сорок семь лет.

Когда мне было двадцать два".

Тэо искал правильные слова.

"Я уверен, он очень бы гордился тобой, если был бы жив и видел, какой ты стала".

Данное высказывание показалось Мичико искренним. а не банальным.

"Возможно. В его традиционном представлении, женщины не гонятся за карьерой в инженерии". Тэо нахмурился.

Он, на самом деле, многого не знал о японской культуре.

В Японии проводились конференции, где он мог бы принять участие, но несмотря на то, что он объездил всю Европу, и один раз побывал в Америке, и будучи подростком посетил Гонг Конг, его никогда не тянуло в Японию.

Но Мичико была так очаровательна - каждый ее жест, каждое выражение, манера говорить, ее улыбка и то, как она хмурила свой носик и идеальные высокие нотки ее смеха.

И как он мог быть заворожен ей и не восхищаться ее культурой? Не следовало ли ему захотеть узнать, каким является ее народ, что из себя представляет ее страна, каждую толику испытаний, что сформировали ее как личность? Или следовало бы быть честным? Признать правду, что его интерес к ней имеет чисто сексуальный характер? Мичико, безусловно была красавицей...

но в ЦЕРНе работали тысячи людей, и половина из них - женщины; Мичика явно была не самой красивой из них.

И все же в ней было что-то... что-то экзотическое.

Ну и конечно, ей очевидно, нравились белые парни...

Нет, не то.

Не это делало ее обворожительной.

Ни сейчас, когда он поддался этому; ни тогда, когда он смотрел на это ясно, без оправданий.

Самое пленительное в Мичико было то, что она выбрала Ллойда Симкоу, компаньона Тэо

Они оба были одиноки, оба доступны.

Ллойд был на десяток лет старше Мичико, Тео - на восемь лет младше ее.

Не то, чтобы Тэо был трудоголиком, а Ллойд останавливался вдохнуть запах роз.

Тэо частенько арендовал лодки и ходил под парусом на озере Леман; играл в крокет и бадминтон в лиге ЦЕРНа; находил время, чтобы послушать джаз в женевском кабарэ "Черная кошка", участвовал в постановках альтернативного театра "Л'Юсине"; и даже иногда посещал "Гранд Казино".

Но эта очаровательная, красивая, умная женщина предпочла благоразумного, тихого Ллойда.

А теперь, кажется, Ллойд не готов связать свою жизнь с ней.

Разумеется это не было законным оправданием, чтобы хотеть ее самому.

Но сердцу не прекажешь, его реакцию трудно предсказать.

Он действительно хотел ее, и в общем, если Ллойд собирался позволить ей ускользнуть сквозь его пальцы...

"Все же," - произнес Тэо, наконец-то отвечая на комментарий Мичико о том, что ее отец не одобрил бы занятий инженерией, "ему обязательно следовало бы признать твой ум."

Мичиго пожала плечами.

"Ввиду того, что это хорошо на нем отразилось, полагаю он признал."

Она замолкла.

"Но он бы ни за что не одобрил бы брак с белым."

Сердце Тэо пропустило удар... но было ли это из-за Ллойда или него самого, он не смог сказать.

"О".

"Он не доверяет Западу.

Я не знаю, знаешь ли ты, что в Японии среди молодежи модно носить одежду с английскими фразами.

На самом деле не важно, что говорят - главное, что им показали объятия американской культуры.

На самом деле эти слоганы весьма забавны для тех из нас, кто бегло говорит на английском.

"Этим концом наверх".

"Употребить до даты, указанной внизу"

"Чтобы сформировать более совершенные луковицы".

Она улыбнулась той прекрасной улыбкой, когда у нее сморщен носик.

"Луковицы."

До сих пор не могу остановиться от смеха, когда впервые увидела ту надпись.

Но однажды, когда я вернулась домой с блузкой, содержащей английские слова -- только слова, даже не фразы, разноцветные слова на темном фоне: "щенок", "кетчуп", "хоккейная площадка", "очень" и "цель".

Папа наказал меня за то, что я ношу такую рубашку."

Тэо попытался выглядеть сочувствующе в то время как его съедал интерес каким было наказание.

Оставили без карманных денег -- или японские родители не давали детям карманные деньги? Отправили в ее комнату? Он решил не спрашивать.

"Ллойд - хороший человек", сказал он.

Слова возникли прежде, чем он о них подумал; Возможно они появились из-за некоего внутреннего чувства "честной игры", которое он был рад у себя обнаружить.

Мичико обдумала это, тоже; она имела привычку принимать каждое мнение и изыскивать достоверность с обратной стороны.

"О, да", произнесла она.

"Он очень хороший человек.

Он беспокоится из-за этого дурацкого видения, что наш брак может оказаться не вечным. Но есть много всего в том, чтобы быть с ним, о чем, я знаю, мне никогда не придется волноваться.

Он никогда меня не ударит, я уверена.

Он никогда меня не унизит, не приведет в замешательство.

А еще у него потрясающая память на подробности.

Однажды я сказала ему как зовут моих племянниц, так, мимоходом, несколько месяцев назад.

Они возникли в разговоре на прошлой неделе, и он тут же назвал их имена.

Поэтому я уверена, что он никогда не забудет о нашей годовщине или моем дне рождения.

Я и прежде встречалась с мужчинами - двумя японцами и иностранцем - но ни в одном из них я не была так уверена, что он всегда будет добрым и нежным.

Тэо почувствовал дискомфорт.

Он и про себя думал, что он тоже хороший и никогда не поднимет руку на женщину.

Но, все же, у него был характер отца, в споре, если сказать по правде, он мог наговорить таких вещей, которые причинят много боли.

И безусловно, однажды, кто-нибудь так его возненавидит, что захочет убить.

Мог ли Ллойд - хороший Ллойд - когда-либо пробудить подобные чувства по отношению к другому человеку? Он слегка встряхнул головой, гоня эти мысли.

"Ты сделала хороший выбор", сказал он.

Мичико опустила голову, принимая комплимент.

А затем добавила, "И Ллойд тоже."

Тэо был удивлен; быть нескромной - так не похоже на Мичико.

Но следующие ее слова, прояснили то, что она имела ввиду.

Он бы не смог выбрать более лучшего претендента в шаферы."

Я бы не был так в этом уверен, подумал Тэо, но вслух этого не сказал.

Он не мог преследовать Мичико, разумеется.

Она была невестой Ллойда.

И к тому-же...

К тому же, это были не ее прекрасные, очаровательные японские глаза.

Даже не зависть или обаяние, обусловленное ее предпочтением Ллойда вместо него.

Глубоко внутри, он знал настоящую причину своего внезапного интереса к ней.

Конечно же, он знал ее.

Он посчитал, что если начнет некую безумную новую жизнь, возьмет крутой поворот налево, совершит полностью непредсказуемый ход, как например побег и женитьба на невесте родителей, то каким-нибудь образом, судьба протянет ему свой перст, радикально изменит его будущее так, что он никогда не закончит смотря в дуло заряженного пистолета.

Мичико была невероятно умна и очень красива.

Но он не мог ее преследовать, это было бы большим безумством.

Тэо был удивлен, когда раздался радостным смехом, в некотором роде, это было забавно.

Может быть Ллойд был прав - может быть вся вселенная была цельным блоком с неизменяемым временем.

О, Тэо думал совершить нечто дикое и безумное, а потом, посте того как тщательно все пересмотрел, взвесил варианты и подверг сомнению свои собственные мотивы, пришел к тому, что должен делать то что следует, чтобы проблема никогда не возникла.

Картина его жизни продолжила раскрываться, кадр за уже отснятым кадром.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/4063/14751

Переводчики: Anonimka, Timson, Injekcia, remas