Готовый перевод Nobody by Jennifer Lynn Barnes / Никто: Глава 1

Хорошего лета! Оставайся милой! Хорошего лета и оставайся милой!

Клэр Райан читала перестановку этих слов на страницах ее ежегодников

почти так же долго, как она себя помнила, но по некоторым причинам либо оптимизм

либо глупость, она не была уверена-она думала, что средняя школа будет другой. То, что она

будет другой. Что к концу первого курса, кто-то потрудился бы

узнать ее имя, пригласил бы ее после школы или, по крайней мере, попросил бы списать ее

домашнее задание по геометрии. Но даже самые злостные мошенники, казалось, не обращали внимания на

существование Клэр, и в первый день ее пятнадцатого лета, все, что она должна была показать

за год, было прекрасным рекордом посещаемости и полный сладостей ежегодник , бессмысленное

клише.

Ее одноклассники не любили её.Они не были против нее. Их это просто не волновало.

Это не они. Это ты.

Клер наполняли мысли и она села скрестив ноги на полу... Скользя

до конца ежегодника, который был почти не досягаем, она попыталась сосредоточиться на чем-то другом. Ее

руки нашли сотовый телефон, и, прежде чем Клер поняла это, ее палец

набрал знакомый номер, просто чтобы услышать звук исходящего сообщения.

Она практически могла притвориться, сказав - пожалуйста, оставь сообщение, и я вернусь к тебе, как только

это будет возможно - для мамы - Я скучаю по тебе, и папа и я скоро будем дома.

Потом сигнал.

- Привет, мам. Я хотела, чтобы ты знала, что последний день в школе был великолепным. И

вещи здесь отличные. Я ... - Клэр проклинала себя, но не могла остановить поток слов слетающих

с ее языка, - великолепно.

За то время которое она проводила за чтением и просмотром телевизора, она уже должна быть

лучшей врунишкой или хотя бы более творческой.

- Во всяком случае, я надеюсь, что вы хорошо проводите время. Не волнуйтесь обо мне. Я...

Не снова, Клэр сказала себе серьезно. Если вы скажете это еще раз, я клянусь Богу, я

никогда не заговорю с вами снова.

- Я буду в порядке.- Клер избавилась от проблемы отрицания себя, но едва ли. Она

ждала один сигнал, может быть, два, а потом она закончила сообщение, что продолжало идти и идти,

проясняя одну последнюю мысль, которая, возможно, так или иначе избежала сообщения ее матери.

- Гм ... это Клэр. Люблю тебя. Пока.

В момент, когда она повесила трубку, ее телефон присоединился к ежегоднику на полу, и она закрыла

глаза.

Хорошего лета! Оставайся милой! Пожалуйста, оставьте сообщение после звукового сигнала.

- История моей жизни ,- прошептала Клер, и тот факт, что слова прозвучали спокойно, а не

тяжело было первым признаком того, что время валяться может быть близко. Не может быть

чтобы кто-то был не в порядке в этом мире. Здравый смысл говорил, что там

что-то не в порядке с ней. Если бы она только смогла говорить, делать правильные вещи, быть

чуть интереснее ...

Этого никогда не случится.

Клер Райан была призраком, ничем и никем. Невидимой в любом обновлении.

Кислород был невидим, но это то чем мы дышим. Звуковые волны можно услышать. Даже

тайное пуканье легко определить по запаху.

О, Боже. Я завидую пуканью. Клэр не скрещивая ноги упала на спину, что позволило ей

перевести её злость на дверь в спальне. Я завидую вредным газообразованиям

выделяемых человеческим задом. И голова болит.

Это было новым даже для Клэр.

Я должна лежать здесь. Я должна находиться здесь вечно и никогда, никогда не вставать.

Клэр сжала губы и держала в узде эту мысль. После длительного

момента, она заставила себя открыть глаза, села, и достала её телефон и

и ежигодник. Две минуты отдыха, один раз в год. Это было всем, что она получила,

это ближайшее, что она может себе позволить на краю пропасти, не давая ей поглотить ее всю.

Я лучше чем это.

Горло Клэр сжалось, но она не позволила себе заплакать. Вместо этого она поднялась на ноги

и пошла, с ноги на ногу,одна слегка впереди другой, к книжной полке под ее

окном. Она совершала эту поездку много раз прежде, чтобы поместить другие ежегодники в основание

полок и подтянуть старых друзей от более соблюдаемых мест около середины и вершины.

Дерево растет в Бруклине. Игра Эндера. Таинственный сад. Я захватил замок.

Клэр закрыла глаза и провела рукой по корешкам книг на дальних

рядах верхней полки. Как слепой, читающий Шрифт Брайля, она позволяла её пальцам исследовать

трещины и линии на краях книг, пока она не почувствовала резкий поворот, который она искала,

почти бархатная структура тома, который она читала так часто, что обложка была

из мягких, изношенных кускочков.

Энн.

Клэр осторожно достала книгу с полки. Она открыла глаза и почувствовала рваное

дыхание.

Энн из богатого воображения. Энн, которая воспринимала как личное оскорбление, когда люди писали

ее имя без E.

Зная, что она была слишком стара для книги, но не заботясь об этом, Клер откинулась вниз на

пол и открыла ее в середине, где она началась, она знает

где история поднимается.

Девочка-сирота, отчаянно нуждающаяся в семье. Семья, которая надеялась на мальчика. Смелость и драма

и неуважение рыжеволосых.

Клэр почувствовала, что ее тело отошло от суровой реальности. Ее губы изогнулись вверх.

Ее горло расслабилось. И поскольку она потеряла себя в Энн из Зеленых Мезонинов , она думала, возможно,

в тысячный раз, насколько прекрасным должен был бы быть вид девочки, которая смогла разорвать сланец

о голову мальчика , как хорошо должно быть кому-то, кто

делает ошибку в её имени.

Клер или Клэр, это не имело бы значения — пока они говорили или писали или думали об этом вообще.

Никс выскользнул из толпы,которая пересекала ему путь вниз по улице, с незаметным

но смертельным изяществом. Его мягкое прикосновение теплого бриза, тихого, бесцветного,как

жидкость без запаха. Вода по краю дамбы. Черная змея, готовая ударить.

Никто его не заметил. Никто ничего не заметил. И даже если бы они заметили, спустя несколько мгновений, его темные волосы и светлые

глаза, его шрамы и татуировки были бы забыты. Небольшие, стреловидные иглы в

его левой руке исчезли бы из их умов, как след от сухого песка.

Близость его тела к его цели, ловкость рук, которая позволила ему подсыпать яд

прямо в вену сенатора никогда бы не запомнился бы никакому прохожему,больше

чем пустая чашка, уносящаяся вниз по улице.

- Одиннадцать.- прошептал Никс в воздух, зная, что внешний мир

никогда не слышит или не распознает число обозначающее что-то.

Никс с острыми скулами и черными, как смоль, волосами должен был быть поразительным. Никс должен был быть

запоминающимся. Но его не было. Он был ничем. Он был Никто.

И он никогда не был пойман.

- Сенатор Эван Сайкс был доставлен в больницу прошлой ночью после сердечного приступа

после нападения на него в его родном городе Де-Мойна. Доктора делали попытку двойного обхода, но

сенатор из Айовы не пережил процедуру.

Внутренности Клэр покачнулись как баритон диктора, непосредственно перешедший от разговора об Эване

на несвоевременный упадок Сайкса его выживающих семей и потенциальным преемникам, и затем, точно так же, как

всегда, утренние новости заканчивались на местной истории об аквапарке для собак.

Клэр потянулась за пультом и выключила телевизор.

Смерть сенатора. Аквапарк для собак.

Просмотр новостей, как предполагалось, был способом Клэр остаться в действительности, но

она могла чувствовать, что остальная часть мира удалялась всё дальше и дальше. Если сенатора

оценили наравне с собаками на скользящих ’n’ слайдах,то Клэр даже не хотела думать, где бы стояла она.

Мгновение она испытывала желание позвонить своим родителям снова. Рано или поздно они выбрали бы

— законы вероятности были на ее стороне — но Клэр могла лишь ощутить потребность валяться, крушить

стены ее разума и она не собиралась давать ему вход.

Нет.

У нее будет прекрасное лето. Она будет милой. И рано или поздно,

она будет достаточно милой, достаточно независимой, чтобы кто-то другой

заметил, или она бы перестала беспокоиться, что другие люди думают(или, точнее, не

думают) вообще.

Определяясь, Клэр надела купальный костюм. Она вытащила пару шорт.

И, с высоко поднятой головой, она и копия Полного Королевства пробились

в объединение сообществ, готовых взять мир.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/40656/153056

Переводчики: Karikatyra