Готовый перевод Before I Go To Sleep - S J Watson / Прежде чем я засну - Си Джей Уотсон: Monday, 12 November

Часы пробили четыре. Смеркалось. Бен ещё не вернулся. Но как только я начала писать, до меня донёсся гул его автомобиля.

Коробка из-под обуви лежала у моих ног. Из коробки торчала обёрточная бумага, в которую был завернут дневник.

Когда он войдёт в комнату, я положу дневник в шкаф, а ему скажу, что всё время отдыхала. Конечно, это нечестно, но не так критично. Не вижу ничего страшного в том, что мой дневник будет только моим секретом.

Я должна записывать всё, что увидела, узнала. Не хочу, чтобы кто-либо читал мои записи.

Сегодня виделась с доктором Нэшем. Мы сидели друг на против друга.

За его спиной стоял шкаф с картотекой. На шкафу пластиковый муляж человеческого мозга, разделённый словно апельсин, на две половинки.

Он спросил меня о моих успехах.

- Всё хорошо, – ответила я. - Кажется... Было сложно ответить на этот вопрос. С момента пробуждения я отчетливо помнила события только нескольких часов.

Я встретила своего мужа словно впервые, хотя знаю, что это не так, - доктор процитировал мою запись из дневника.

После обеда он заехал за мной и привёз меня сюда, в свой офис.

- Я сделала запись в дневнике, - сказала я. - после вашего звонка. В субботу.

Он выглядел довольным:
- Считаешь, это помогло?

- Думаю, да. - ответила я. Я рассказала ему о своих воспоминаниях. Рассказала о женщине, которую видела на вечеринке, и о том, что узнала о болезни отца.

Во время моего рассказа он делал записи.

- Ты всё ещё помнишь об этом? - спросил он. - Или помнила, когда проснулась?

Я задумалась. На самом деле, я не помнила. Или помнила самую малость. Утром я читала свои записи, которые сделала в субботу: о том, как мы позвтракали с мужем, о поездке на Парламентский холм.

Всё происходящее казалось нереальной выдумкой, не имеющей ко мне никакого отношения. Я поймала себя на том, что перечитывала один и тот же отрывок снова и снова, пытаясь запечатлеть события в сознании, удержать их. На это ушло больше часа.

Я перечитывала то, что Бэн говорил мне о том, как мы встретились и поженились, о совместной жизни....и не испытывала при этом никаких эмоций.

И всё же кое-что имело для меня значение. Например, та женщина. Моя подруга.

Я не могла вспомнить детали того вечера: фейерверк-шоу, когда мы были вместе с ней на крыше, встреча с мужчиной по имени Кит, но моё сознание всё ещё хранило воспоминания о ней. А этим утром, когда я читала и перечитывала свои записи, сделанные в субботу, в голове стало возникать всё больше и больше подробностей.

Помню ее яркие рыжие волосы, её излюбленные наряды чёрного цвета, её пояс с шипами, ярко-красную помаду. Помню, с каким упоением она курила, словно это было самое великое наслаждение в мире.

Имени её я не помню, но в памяти всплывает тот вечер, когда мы познакомились. Помню эту густо задымлённую сигаретным дымом комнату, наполненную оживлёнными присвистывающими и громкими звуками автомата для игры в пинбол и музыкального автомата.

Я попросила у неё огонька. Она прикурила мою сигарету, представилась и пригласила присоединиться к её компании.

Мы пили водку и светлое пиво. А позже, когда меня стошнило в туалете, она была рядом и держала мои волосы.

- Ну, теперь мы точно друзья, - сказала она, смеясь, когда я встала. - Знаешь, я прежде не делала ничего подобного ни для кого.

Я поблагодарила её и, сама не зная почему, как будто извиняясь за то, что только что сделала, рассказала ей, что у меня умер отец.

- Чёрт... - сказала она, и это словно переключило её от пьяных глупостей к проявлению сострадания. Она отвела меня в свою комнату. И мы, до тех пор пока не начало светать, пили чёрный кофе с тостами, слушали музыку и разговаривали о жизни.

У стены и у подножья кровати стояли картины. А вся её комната была завалена альбомами с набросками.

- Ты художница? - спросила я. Она кивнула:
- Учусь в университете.
И я вспомнила, что она рассказывала мне о том, что изучает изобразительное искусство.

- Я стану преподавателем, но ведь мечты никто еще не отменял, правда?
Я рассмеялась.
- А ты? Что ты изучаешь?

Я ответила, что изучаю английский.
- А...Так ты хочешь писать книги или учить? - Она рассмеялась, но не зло. Я не стала рассказывать ей о той истории, над которой работала в своей комнате прежде, чем спустилась сюда.

- Понятия не имею, - вместо этого ответила я. - В этом мы похожи.
Она снова рассмеялась.

- Что ж, за нас! - произнесла она, и мы подняли кружки с кофе. Впервые за несколько месяцев я почувствовала, что всё в конце концов будет хорошо.

Я всё это вспомнила. Попытка восполнить пробелы в памяти с помощью любых крошечных деталей, которые могли бы воссоздать полную картину событий, утомила меня.

Но что стало с воспоминаниями о нашей с мужем совместной жизни? Они стерлись. При прочтении записей об этом в дневнике в голове не возникло ни малейшего воспоминания.

Словно и не было поездки на Парламентский холм, и он мне ничего тогда не говорил.

- Кое-что я помню, - сказала я доктору Нэшу. - Помню о событиях, происходящих, когда я была моложе, помню о том, что я вспомнила вчера.

Эти воспоминания ещё хранятся в моей памяти. Я могу вспомнить больше деталей. Но я совершенно не помню, что мы делали вчера или в субботу.

Я могу воспроизвести события, которые описала в дневнике, но я знаю, что это, на самом деле, не моё воспоминание. Я просто рисую это в своем воображении.

Он кивнул.
- Ты что-нибудь ещё помнишь о событиях субботнего дня? Может быть, какие-нибудь детали, которые ты записала в дневник и всё ещё помнишь?

Например, события вечера?

Я вспоминала, как описала события той ночи. Меня охватило чувство вины...вины за то, что несмотря на всю его теплоту, я так и не смогла отдаться своему мужу.
- Не помню, - солгала я. - Ничего не помню.

Я задумалась о том, что он мог тогда сделать ради меня, чтобы я впустила его в свои объятия и позволила себя любить. Подарить цветы?

Купить шоколад? Приходилось ли ему организовывать романтические прелюдии каждый раз, когда ему хотелось заняться сексом?

Я поняла, насколько малым количеством способов он располагает для моего обольщения. Он даже не мог напеть песню, под которую мы танцевали на свадьбе, или приготовить то блюдо, которое мы ели на первом походе в ресторан, просто потому что я забыла, как всё это было.

В любом случае, я его жена. И он не должен каждый раз соблазнять меня словно мы только что познакомились, когда ему хочется заняться сексом.

Но позволяла ли я ему когда-либо любить себя, или сама хотела его?

Просыпалась ли я когда-либо довольной, с желанием жить?

- Я даже Бена не помню, - сказала я. - Этим утром я даже понятия не имела, кто он такой.

Он кивнул:
- А хотела бы знать?

Я чуть было не рассмеялась.
- Конечно, хочу, - ответила я. - Хочу вспомнить своё прошлое. Я хочу знать, кто я и за кого вышла замуж.

Это две стороны одной медали.

- Само собой разумеется, - сказал он. Он выдержал паузу. Затем поставил локти на стол, сцепил пальцы рук перед собой и принял задумчивый вид, словно размышляя о том, что сказать и как сказать.

- Всё то, что ты сейчас рассказала, вселяет надежду на то, что не все фрагменты в твоей памяти потеряны. Главный вопрос не в сохранении информации в памяти, а в её доступности.

Я призадумалась, а потом спросила:
- Вы считаете, что мои воспоминания существуют, я просто не могу достать их из памяти?

Он улыбнулся:
- Если тебе так больше нравится, то да.

Я расстроилась. Мною овладело рьяное желание:
- Как я могу вспомнить больше?

Он откинулся назад и взглянул на записи.
- На прошлой неделе, - сказал он. - В тот день, когда я дал тебе дневник, ты сделала запись о том, что я показывал тебе фотографию дома, в котором ты провела детство?

- Да, - ответила я.

- Увидев эту фотографию, ты вспомнила намного больше, чем когда я просто попросил тебя описать то место, где ты жила до того, - он сделал паузу.

- И это не удивительно. Но мне хотелось бы посмотреть, что произойдёт, если я покажу тебе фотографии того прошлого, о котором ты точно не помнишь. Интересно, вспомнишь ли ты что-то.

Мною овладели сомнения, ведь я не знала, куда ведёт этот путь, но свернуть с него уже нельзя.

- Я согласна, - сказала я.

- Отлично! Мы поработаем сегодня только с одной фотографией. - Он вынул фотографию, обошёл вокруг стола и сел рядом со мной.

- Прежде чем мы начнём, скажи мне, помнишь ли ты что-то о своей свадьбе?

Я уже знала ответ на этот вопрос. Свадьбы с мужчиной, с которым я проснулась сегодня утром, просто-напросто не было.

- Нет, ничего не помню, - ответила я.

- Ты уверена?

Я кивнула:
- Да.

Он положил передо мной фотографию.
- Здесь ты вышла замуж, - сказал он, указывая на фотографию церкви.

Маленькая, совершенно незнакомая церквушка с низкой крышей и крохотным шпилем.

- Помнишь что-нибудь?

Я закрыла глаза и попыталась очистить сознание от мыслей. Вижу воду. Свою подругу. Черно-белый кафельный пол. И ничего больше.

- Нет. Не думаю, что я видела эту церковь прежде.

Он заметно расстроился:
- Уверена?

Я снова закрыла глаза. Темнота. Я попыталась думать о свадьбе, представить Бена, себя в свадебном платье, стоящей на траве у входа в церковь, но в памяти ничего не всплывало.

Никаких воспоминаний. Меня охватила печаль. Как любая невеста, я должна была изо дня в день только и заниматься предстоящей свадьбой: выбирать платье, искать парикхмахера, думать о том, какой сделать макияж и с нетерпением ждать изменений.

Я представила, как напряженно составляю меню, выбираю песни и рисую себе в голове день, который превзойдёт все мои ожидания.

Но теперь я даже и не знаю, происходило ли это на самом деле. Всё стерлось, не осталось и следа воспоминаний. Всё, кроме человека, за которым я замужем.

- Ничего не помню, - ответила я.

Он отложил фотографию.
- Согласно записям, сделанным во время первой терапии, вы поженились в Манчестере, - сказал он. - В соборе Святого Марка.

Это единственная фотография, которую мне удалось достать. Снимок относительно недавний, но я думаю, что церковь сейчас абсолютно такая же, как и тогда.

- Больше нет никаких фотографий с нашей свадьбы, - произнесла я, и справшивая и утверждая одновременно.

- Нет. Очевидно, они пропали во время пожара в вашем доме.

Я кивнула. То, что он сказал это, утвердило меня в мысли, что всё так и было, сделало эти события более реальными.

Как будто его слова, как врача, были более авторитетным для меня, нежели слова Бена.

- Когда мы поженились? - спросила я.

- Скорее всего, в середине 80-х.

- До несчастного случая.

Судя по виду, доктор Нэш чувствовал себя неловко. Я задумалась о том, рассказывала ли я ему когда-либо о том несчастном случае, который лишил меня воспоминаний.

- Ты знаешь, чем вызвана твоя амнезия? - спросил он.

- Да, - ответила я. - Я разговаривала с Беном на следующий день. Он рассказал мне всё. Я написала об этом в дневнике.

Он кивнул головой.
- Что ты чувствуешь по этому поводу?

- Я не помню, как произошёл сам несчастный случай, и вообще он кажется мне каким-то нереальным, но я ощущаю его последствия.

У меня были именно такие эмоции.
- У меня складывается впечатление, что я должна ненавидеть тех, кто сотворил со мной такое, - произнесла я. - Ведь их даже не поймали и не наказали за то, что они сделали со мной.

Они разрушили мою жизнь. Но самое странное, что я даже не могу испытывать к ним чувство ненависти, так как не могу даже представить, как они выглядят. Словно их и не существует.

Он выглядел расстроенным.
- Ты так думаешь? - спросил он. - Считаешь, что твоя жизнь разрушена?

- Да, - ответила я через мгновение. - Именно так я и думаю.
Он выдержал паузу.
- А разве это не так?

Даже и не знаю, чего я ожидала от него в тот момент. Где-то на подсознании мне хотелось услышать от него, что я ошибаюсь, хотелось, чтобы он предпринял попытку убедить меня в том, что моя жизнь не такая уж скверная.

Но он ничего не предпринял. Он просто пристально смотрел на меня. Я обратила внимание на его поразительные серовато-голубые глаза.

- Извини, Кристина, - сказал он. - Я сделаю всё, что в моих силах. Думаю, что смогу тебе помочь...уверен, что смогу. Ты только поверь.

- Верю, - ответила я.

Он положил свою руку на мою. Его рука была такой тёплой и тяжёлой.

Он сжал мои пальцы. На мгновение я растерялась. Я испытывала неловкость и за себя, и за него. Но заглянув ему в глаза, я увидела, что они наполнены грустью. И тут я поняла, что он просто заботится обо мне, как молодой мужчина о даме старше себя. И не более того.

- Извини, - произнесла я. - Мне нужно в дамскую комнату.

Когда я вернулась, то увидела, что он уже налил нам кофе. Мы сели по противоположным сторонам стола и стали пить кофе.

Кажется, он предпочёл бы перебирать бумаги, нежели смотреть мне в глаза.

Сначала мне показалось, что он был смущён из-за того, что сжал мою руку, но потом он взглянул на меня и произнес:
- Кристина, я хочу у тебя кое-что спросить. У меня есть два вопроса.

Я кивнула.
- Я решил написать о твоём случае.

Это нестандартный случай в нашей практике. И я считаю, что детальное обсуждение в широком научном сообществе принесёт реальную пользу. Ты не возражаешь?

Я взглянула на журналы, небрежно сложенные в стопки. Он что хочет таким образом продвинуться в карьере или утвердиться? За этим я ему нужна?

В какой-то момент мне хотелось сказать ему, что я резко против того, чтобы он выносил мою историю на обсуждение, но потом я просто покачав головой, ответила ему:
- Я не против.

Он улыбнулся.
- Отлично. Спасибо тебе. У меня ещё один вопрос. Скорее даже не вопрос, а идея. Я хотел бы кое-что попробовать. Ты не возражаешь?

- Что именно? - спросила я. Сначала я занервничала, но потом успокоилась, так как решила, что доктор Нэш всё же расскажет мне всё, что у него на уме.

- Согласно твоим записям, после свадьбы вы с Беном поселились в доме на востоке Лондона, - сказал он. На мгновение он смолк.

Откуда не возьмись послышался голос моей матери: "Жизнь во грехе". Слова здесь не нужны - кивок головой говорил о многом.

"А потом где-то через год вы переехали в другой дом. Уже оттуда тебя госпитализировали".

"Это недалеко отсюда". Я начала понимать, к чему он клонит.

"Я подумал, мы могли бы заехать туда по дороге домой. Как думаешь?"

Что я думала в тот момент? Я даже не знаю. Сложно было найти ответ на этот вопрос.

Я знала, что это необходимо. Эта поездка помогла бы мне разобраться в некоторых моментах. Но все же особого желания ехать туда я не испытывала.

Внезапно мое прошлое нависло надо мной словно черная туча. Глупо ехать на то место.

"Я не уверена",-ответила я.

"Ты прожила там несколько лет",-сказал он.

"Знаю, но..."

"Мы можем просто подъехать и взглянуть на дом. Заходить внутрь необязательно".

"Внутрь? Но как?",-спросила я.

"Сначала я написал письмо паре, проживающей в этом доме. Потом мы созвонились.

Они высказали желание помочь и разрешили нам побродить по дому.

Я была удивлена. "Неужели!",-воскликнула я.

На какое-то мгновение он отвел взгляд. Интересно, что он может скрывать.

"Да",-ответил он. "Я не хочу ставить в неловкое положение своих пациентов". Я промолчала. А он добавил, улыбнувшись: "Но поверь, Кристина, эта поездка может помочь"

Что мне оствалось?

По пути я хотела сделать записи в дневнике, но дорога не заняла много времени, и я едва успела дочитать последние записи, когда мы уже припарковались у дома. Я закрыла дневник и подняла голову.

Дом был похож на тот, в котором я живу сейчас: тот же красный кирпич, те же крашеные деревянные конструкции, то же окно с выступом и такой же ухоженный сад.

Но этот дом казался больше, а окно в крыше свидетельствовало о переобрудовании чердака, которого у нас не было.

Я не могла понять, почему мы переехали и выбрали точь-в-точь такой же дом, но в нескольких милях отсюда.

Но мгновение спустя я поняла причину - воспоминания. Воспоминания о прекрасном времени, когда мы были счастливы и жили своей обычной жизнью. Воспоминания до несчастного случая.

Бэн помнит все, даже если в моем памяти не сохранилось ни одного мгновения.

Теперь я была более позитивно настроена. Этот дом мог раскрыть тайны моего прошлого.

"Я хочу войти в дом", -сказала я.

Я остановилась. Я хотела все записать, но ведь всё это слишком важно, чтобы спешить. А Бен скоро будет дома.

Он уже задерживается.Стемнело. Улица наполнилась гулом проезжающих машин - люди возвращались с работы.

За окном медленно ехали машины. Думаю, что скоро приедет и Бэн. Лучше закончить писать сейчас, отложить дневник и надежно спрятать его в шкафу.

Потом допишу.

Я как раз открывала крышку коробки из-под обуви, кода услышала, как Бэн вставил ключ в замочную скважину. Войдя в дом, он громко позвал меня. Я ответила, что спускаюсь через минуту-другую.

И хотя не было никакого смысла притворяться, что я что-то искала в шкафу, я медленно закрыла дверцу и спустилась к мужу.

Вечер был испорчен. Дневник ждал меня.

Во время ужина я все думала, успею ли что-то записать до того, как нужно будет мыть посуду; когда мыла посуду, я все думала, стоит ли придумать головную боль, чтобы сразу после мытья посуды удалиться в комнату и начать писать.

Но потом, когда я закончила убирать на кухне, Бэн сказал мне, что ему надо немного поработать, и пошел в свой кабинет. Я облегченно вздохнула и сказала ему, что пойду спать.

Я в своей комнате. Слышу, как Бен стучит по клавиатуре. И нужно признаться, этт звук успокаивает.

Я перечитала записи, которые сделала до того, как Бен вернулся домой. Теперь я могла снова восстановить картину сегодняшнего дня: я сижу на улице, перед домом, в котором я когда-то жила. Я могу заполнить пробелы в памяти.

Всё произошло на кухне.

Входную дверь нам открыла женщина по имени Аманда. Они пожали с доктором Нэшем друг другу руки, на меня же она взглянула то ли с жалостью, то ли с любопытством.

- Вы, должно быть, Кристина, - произнесла она и, склонив голову, протянула мне свою ухоженную ручку. - Проходите, пожалуйста!

Она закрыла дверь. На ней была блузка кремового цвета и золотые украшения. Представившись, Аманда произнесла:
- Оставайтесь у нас столько, сколько потребуется.

Я кивнула и осмотрелась. Мы стояли в светлом холле с ковровым покрытием.

Солнечные лучи пробивались сквозь окно, очерчивая светом вазу с красными тюльпанами, стоящую на приставном столике.

Долгое молчание было неловким.
- Прекрасный дом, - произнесла Аманда. Казалось, мы с доктором Нэшем были потенциальными покупателями, а она агентом по недвижимости.

- Мы купили его около 10 лет назад. Мы обожаем этот дом. Он такой светлый. Давай-те пройдём в гостиную.

Мы проследовали за ней в гостиную. Комната была просторной, мебелированной со вкусом. Я не испытывала никаких эмоций, словно этот дом был мне вовсе незнаком. Такая комната есть в каждом доме.

- Спасибо большое, что разрешили нам побродить по дому, - сказал доктор Нэш.

- Ну, что вы! - произнесла она, своеобразно рассмеявшись. Я представила, что она могла бы заниматься лошидьми или разведением цветов.

- Вы многое здесь переделали с тех пор, как переехали? - спросил доктор Нэш.

- Кое-что, по мелочи, - ответила она.

Я взглянула на отшлифованные половицы и белые стены, кремовый диван и современные картины, висящие на стенах.

Я подумала о том доме, из которого уехала сегодня утром. Он ведь совершенно другой.

- Вы помните, каким был этот дом, когда вы въехали сюда? - спросил доктор Нэш.

Вздохнув, она ответила:
- Боюсь, что точно не вспомню. Пол был устелен ковром песочного цвета, если не ошибаюсь. На стенах - обои, кажется, в полоску.

Я пыталась представить комнату, которую она описывала. Никаких воспоминаний.

- Здесь был камин. Мы его передвинули. Я хотела оставить камин в его оригинальном виде.

- Кристина, ты вспоминаешь что-нибудь? - спросил доктор Нэш. Я покачала головой. Тогда он снова спросил:
- Может, пройдёмся по дому?

Мы поднялись на второй этаж. Здесь располагались две спальни.
- Джайлс работает дома, - сказала она, как только мы вошли в одну из спален.

Большую часть комнаты занимал стол, шкафы для документов и книг.
- Скорее всего, предыдущие хозяева использовали эту комнату как спальню.
Она взглянула на меня, но я промолчала.

- Эта спальня побольше, но Джайлс не может тут уснуть из-за постоянного гула машин.
Повисла тишина.

- Он архитектор. - Я снова ничего не сказала ей в ответ.
- Удивительное совпадение, - продолжила она. - Человек, который продал нам этот дом, тоже архитектор.

Мы познакомились с ним, когда осматривали окрестности. Кажется, хозяева этого дома совсем не бедствовали. А благодаря удивительному совпадению профессий нам удалось сбить цену на пару тысяч.

Снова повисла тишина. Чего ожидала от нас Аманда в этот момент? Чтобы мы её поздравили?
- Джайлс начинает своё дело.

Архитектор, подумала я, а не учитель, как Бен. Вряд ли Бен продал дом этим людям.

Я попыталась представить, что в этой комнате вместо стеклянного стола стоит кровать, а вместе дощатого пола и выбеленных стен - ковёр и обои.

Доктор Нэш повернулся ко мне.
- Вспоминаешь что-нибудь?

Я покачала головой:
- Нет, не помню ничего.

Мы заглянули в другую спальну, в ванную. Ко мне не пришло никаких воспоминаний. Потом мы спустились на первый этаж, на кухню.

- Хотите чаю? - спросила Аманда. - Не стесняйтесь. Чай уже готов.

- Нет, спасибо, - ответила я. Комната казалась строгой. Кухонная мебель хромированная, а рабочая столешница словно уложена бетоном.

Единственное яркое пятно - чаша с лимонами.
- Думаю, нам скоро пора уходить, - произнесла я.

- Да, конечно, - сказала Аманда. Её оживленное радушие испарилось и сменилось неким разочарованием. Я чувствовала себя виноватой. Видимо, она надеялась, что благодаря ей свершится чудо, которое исцелит меня.
- Можно стакан воды? - спросила я.

Она тут же просияла:
- Конечно! - ответила она.
- Возьмите. - сказала она и протянула мне стакан с водой. И именно тогда это и случилось.

Аманда и доктор Нэш ушли куда-то, а я осталась одна. На столешнице я увидела сырую рыбу. Рыба, мокрая и блестящая, лежала на овальной тарелке.

Я услышала голос. Мужской голос. Мне показалось, что это голос Бен, только молодого.
- Белого или красного вина? - произнёс голос. Я повернулась и увидела, как он заходит на кухню.

Та же самая кухня, на которой я только что стояла с Амандой и доктором Нэшем. Единственное отличие - цвет стен.

У Бена в каждой руке было по бутылке вина. Это был тот же Бен, только худее, не такой седой и с усами.

Он был обнажен. Его пенис был практически в "боевой готовности", комично покачиваясь из стороны в сторону.

У него была гладкая упругая кожа, мускулистые руки и развитая грудная клетка. Во мне разгорелось жгучее желание. Я представляла, как меня охватит страсть, но вместо того лишь рассмеялась.

- Давай белое, - сказал он, расхохотавшись вместе со мной. Затем он поcтавил обе бутылки на стол и подошёл ко мне.

Он обнял меня. Я закрыла глаза. Мои губо непроизвольно раскрылись, и мы слились в поцелуе. Я чувствовала, как его пенис прижался к моей промежности. Моя рука скользнула вниз по его телу.

Даже целуясь с ним, я всё время думала, что мне нужно удержать в памяти это мгновение, мои чувства. Именно об этом я хочу написать.

Я прижалась к нему. Его руки начали жадно искать молнию на платье.

- Перестань! - произнесла я. - Не...
Произнеся эти слова, я чувствовала, что хочу его больше, чем кого-либо на этом свете.

- Пойдём наверх, - сказала я. Мы вышли из кухни, срывая одежду по пути в спальню. Пол в спальне был устелен серым ковером, на стенах - голубые обои с узором. Меня всё время не покидала мысль о том, что я должна записать это событие в следующей главе, что я должна сохранить эти эмоции.

Я замерла. Звон разбитого стекла. Картинка исчезла.

Словно оборвался кадр из фильма, изображения на экране сменились мерцающим светом, и нависло облако пыли. Я открыла глаза.

Я все еще стояла на кухне. Доктор Нэш и Аманда поодаль от меня. Они оба удивленно и настороженно смотрели на меня. Увидев разбитый стакан,я поняла, что это сделала я.

"Кристина, с тобой все в порядке?", - спросил доктор Нэш.

Я ничего не ответила. Я не могла понять свои ощущения. Впервые меня посетили воспоминания о муже.

Я закрыла глаза, пытаясь восстановить картину событий заново: рыба, вино, обнаженный муж. Но все мои попытки оказались тщетными.

Воспоминания,поглощенные настоящим, расстворились и исчезли, словно их и не было.

"Да, все в порядке", - сказала я.

"Что случилось?", - спросила Аманда.

"Я кое-что вспомнила", - пояснила я. Аманда поднесла ладони к губам. Она явно была довольна.

"Неужели? Что Вы вспомнили?", -спросила она.

"Ну", - сказал доктор Нэш. Он двинулся ко мне. Под его ногой хрустнуло стекло от разбитого стакана. Он взял меня за руку.

"Мой муж", - произнесла я. "Он был здесь. Я вспомнила своего мужа"

Воодушевление Аманды погасло. В ее глазах читался только один вопрос: "И это все?"

"Доктор Нэш",-сказала я. "Я вспомнила Бэна!". Меня затрясло.

"Замечательно!", - произнес доктор Нэш.

Аманда и доктор Нэш проводили меня в гостиную. Я села на диван. Аманда дала мне чашку горячего чая и печенье.

Она не понимает. Ничего не понимает. Я же вспомнила Бэна! Себя молодую. Его молодого. Нас молодых.

Теперь я знаю, что мы любили друг друга, а не просто муж пытался меня в этом убедить. Аманда даже не представляет, как это важно.

Всю дорогу меня не покидало ощущение восторга. Я нервничала. Для меня этот мир, казавшийся чужим, странным и непостижимым, теперь не представлял угрозу, а давал возможности.

По мнению доктора Нэша, мы достигли определенного результата. Он казался воодушевленным. Он постоянно повторял: "Все хорошо"

"Хорошо для меня, или для него и его карьеры",- думала я.

Он предложил сделать томограмму и я, не задумываясь, согласилась.

Доктор Нэш также дал мне мобильный телефон, пояснив, что им раньше пользовалась его девушка. Это был совсем не тот мобильник, который мне давал Бэн.

Телефон-раскладушка, меньший по размеру. Запасной вариант, как сказал доктор Нэш.

"Звони в любое время, когда нужно. Пусть он всегда будет при тебе. Я буду звонить и напоминать тебе о дневнике"

С тех пор прошло несколько часов. Теперь я поняла, что он дал мне его, чтобы Бен не узнал, что он мне звонит. В общем-то он так и сказал:
- Как-то я позвонил, и ответил Бен. Это было неловко. Так будет проще. Не возникнет лишних вопросов.

Я вспомнила Бэна. Вспомнила, что любила его. Он скоро вернется домой.

Вечером, когда мы пойдем спать, я исправлю то нелепое недоразумение, которое произошло прошлой ночью. Я была в предвкушении.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/41923/160692

Переводчики: Scherzfrage, Frida123