Готовый перевод Rachel Caine - Fade Out (The Morganville Vampires 7) / Рэйчел Кейн - Исчезнувшие (Морганвилльские вампиры 7): THREE

ГЛАВА 3

Поездка в машине Майкла была похожа на ночной кошмар. Ева принесла кучи одеял и теперь Клер еле дышала под ними, но ей все еще было холодно и становилось все холоднее, как будто ее внутренний термостат сломался. Ее кожа побледнела, а ногти и губы посинели.

Она уже стала походить на.. мертвеца.

Даже если бы она и попыталась посмотреть, куда они едут, ничего бы не вышло. Машина Майкла была для вампиров, а значит с максимально темной тонировкой. Глаза человека ничего не могли различить через такое стекло кроме слабых огней, так что она просто сосредоточилась на своем дыхани - вдох-выход, снова и снова.

- Майкл? - Услышала она голос Евы. - Давай-ка быстрее.

- Я и так уже нарушил все скоростные ограничения.

- Да езжай ты!

Клер вдавило в сиденье, когда он нажал на педаль газа. Шейн держал ее за руку, но она этого не чувствовала. Теперь она перестала дрожать, стало легче, но она очень устала и с трудом сдерживалась, чтобы не заснуть. Раньше она хотя бы могла сосредоточиться на дрожи, теперь же ничего не было, только холод и тишина. Казалось она плывет и не за что было ухватиться.

- Эй! - Она что-то почувствовала - мимолетное тепло на своей коже - и, открыв глаза, увидела напротив лицо Шейна. Он выглядел перепуганым. Его руки были на ее щеках, в попытке согреть ее. - Клер! Не закрывай глаза. Останься со мной. Прошу тебя.

- Хорошо, - прошептала она. - Я устала.

- Вижу. Но не смей оставлять меня, слышишь? Даже и не думай об этом. - Он погладил ее кожу, волосы. Его руки дрожали почти так же, как она недавно. - Клер?

- Да.

- Я люблю тебя. - Он произнес это тихо, почти шепотом, как будто это был их секрет, и она ощутила прилив чего-то теплого в своей груди. - Слышишь меня?

Ей удалось кивнуть и наверно даже улыбнуться.

Майкл резко затормозил машину и успел выскочить, когда Клер поняла, что они прибыли на место.

- Эй! - Воскликнула Ева и последовала за ним наружу. Шейн открыл заднюю дверь, вытащил Клер и взял на руки - вернее вытащил кучу белья, какой чувствовала себя Клер, завернутая почти в полдюжины одеял.

Голубоватый лунный свет освещал траву, деревья и надгробья.

Они были на главном кладбище Морганвилля - Рестленд.

- Черт, - выдохнул Шейн. - Знаете, я не так представлял себе крутой полуночный поход? Клер? Ты с нами?

- Да, - произнесла она. Она чувствовала себя немного лучше и не знала почему. Не лучшим образом, но больше не отключалась.

Впереди она заметила Майкла и Еву, шагающих вместе мимо могильных плит, крестов и мраморных статуй. Вдалеке на вершине холма возвышался большой белый мавзолей, но их путь вел не к нему - они повернули на право.

Клер кажется догадалась, куда они направлялись.

- Сэм, - прошептала она. Шейн вздохнул, затем выдохнул и пошел той же дорогой.

Прошло уже несколько месяцев со смерти Сэма Гласса, дедушки Майкла, который отдал свою жизнь, чтобы всех спасти, но по большей части Амелию. Насколько знала Клер, он был единственным вампиром, захороненным на этом кладбище. У него были настоящие похороны, служба и возможно он был единственным вампиром Морганвилля, которого уважали и любили обе стороны.

Но он любил только Амелию. По вампирским стандартам у Амелии и Сэма были бурные отношения. Он родился в Морганвилле и умер, не прожив даже сотни лет, но Клер успела увидеть, что у них был старомодная пылкая любовь, которую они не единожды пытались отрицать.

Они обнаружили Амелию на коленях у его могилы.

Издалека она была похожа на одного из мраморных ангелов - бледная, в белых одеждах и совершенно неподвижная. Только ее длинные белоснежные волосы были в движении, рассыпаясь волнами вокруг ее лица и ниже по спине, затем холодный ветер снова и снова подхватывал их и теребил как флаг.

Какой бы заледеневшей не чувствовала себя Клер, Амелия выглядела намного холоднее. На ее лице не было печали. Оно ничего не выражало - совсем ничего. Казалось она даже не заметила, что они подошли к ней. Она не шевельнулась, не заговорила и никак не отреагировала на их присутствие.

- Эй, - воскликнул Шейн. - Чтобы ты ни делала, остановись. Ты убиваешь Клер.

- Уверен? - Голос Амелии шел издалека, словно она была где-то не тут, но разговаривала через это тело. - Прошу прощения.

Она не шевелилась. И больше ничего не сказала. Майкл и Шейн обменялись взглядами, и Майкл хорошо понял намек. Если он ничего не сделает, то будет действовать Шейн и это будет неприятно.

Майкл протянул руку, чтобы помочь Амелии подняться. Она повернулась к нему, внезапно полностью ожив и источая злобу и ярость. Ее глаза налились кровью, горя на ее бледном лице, клыки блестели как два острых смертоносносных клинка.

- Не прикасайся ко мне мальчишка!

Он отступил назад, сдаваясь и подняв обе руки вверх. Амелия свирепо смотрела на него - на их четверку - пару секунд, затем отвернулась к могиле перед ней. Краснота ушла из ее глаз, они стали светло-серыми и опять отстраненными.

Гнев Амелии волной прошел через Клер, как лето унеся с собой холод. Она закопошилась на руках Шейна и он опустил ее на землю. Клер сбросила все одеяла кроме последнего и опустилась на корточки напротив Амелии с другой стороны могилы.

Амелия смотрела прямо сквозь нее, даже когда Клер подняла запястье и показала ей браслет. Золото уже снова покрывалось льдом и Клер чувствовала, как возвращается коварный холод.

- Ты трусишь, - сказала Клер.

Глаза Амелии сфокусировались на ней. Никакой другой реакции, но и этого хватило, чтобы Клер захотела заткнуться и забрать свои слова обратно.

Но она не забрала. А наоборот сделала глубокий вдох и продолжила.

- Думаешь Сэм хотел бы, чтобы ты сидела здесь и желала своей смерти? Я знаю, тебе больно. Но это пройдет, как средняя школа.

Амелия нахмурилась, совсем чуть-чуть - лишь небольшая морщинка между бровями.

- Что случилось с твоим лицом?

Ох. Ожог.

- Забудь обо мне. Что с тобой происходит? Я чувствую леденящий холод.

Произнося эти слова, она вдруг поняла, что на руках Амелии было что-то странное. На ней были перчатки.. темные перчатки. Нет, не совсем перчатки. Кое-где белая кожа просвечивала через..

Кровь. Ее руки были в крови. И на запястьях были глубокие порезы.

"Они должны были уже зажить," подумала Клер и ее тело напряглось, затем от шока его сотрясла дрожь. Она не представляла, почему раны Амелии не затягивались и продолжали кровоточить. У вампиров такого не бывает.

Но у Амелии это получилось. Значит она и вправду пыталась себя убить. И это был не манерный крик о помощи. Она не ожидала и не ждала никакой помощи.

Вот почему она была зла.

Клер почувствовала леденящий ужас.

"Что же делать? Что мне сказать?"

Она перевела взгляд на Майкла, но он стоял слишком далеко и позади Амелии, он не мог разглядеть то, что видела она.

Но Ева видела. Она не колебалась, не то что Клер. Она упала на колени на холодную траву рядом с Амелией, схватила вампиршу за левую руку и перевернула ладонью вверх, чтобы получше рассмотреть рану. Что-то торчало из пореза. Клер замутило, когда она поняла, что Амелия засунула серебрянную монету в рану, чтобы та не заживала.

Она выдернула ее. Амелия задрожала и в ту же секунду рана затянулась и перестала кровоточить.

- Глупый ребенок! - Зашипела она и отолкнула Еву, когда та потянулась к другой руке. - Ты не понимаешь, что творишь!

- Спасая вашу жизнь? Нет, я прекрасно поняла вашу идею. Теперь ведите себя хорошо. Укусите меня и я клянусь, что проткну вас.

Глаза Амелии полыхнули красным, затем опять стали обычными, не совсем человеческого серого цвета.

- У тебя нет кола.

- Ого, точно. Может сейчас у меня его и нет, но только попробуй. Укусишь меня и он появится, сука... Я не говорила, что вы сука. Знаете, это просто такое выражение. - Евина болтовня была отвлекающим маневром. Пока говорила, она взяла вторую руку Амелии и вытащила из нее серебрянную монету.

Кровь, струящаяся из руки Амелии на могильную землю, замедлилась, затем остановилась.

Клер почувствовала, как пропадает холод из ее тела, пока Амелия залечивала раны. В конце концов она снова почувствовала себя живой - тепло распространялось по ее телу с каждым ударом сердца. Ей хотелось бы знать, чувствовала ли Амелия внутри все это время такую же безмолвную ледяную зиму.

Если да, то она понимала, почему Амелия была здесь.

На деревьях трещали ветки, белоснежные волосы Амелии закрутились вокруг ее лица, скрыв его выражение. Клер смотрела как раны на руках Амелии сначала стали красными шрамами, затем бледными линиями и наконец исчезли.

- Какого черта ты делаешь? - Спросил Майкл.

Амелия пожала плечами.

- Это старинный обычай, - сказала она. - Смывать потерю кровью. У меня хватило воли и изобретательности, чтобы сделать это правильно.

- Не нужно забывать и про глупость, - произнесла Ева. - Это могло бы убить большинство людей, не говоря уже о вампирах.

Амелия медленно кивнула.

- Могло бы. - Майкл, который был потрясен больше всех остальных, что можно было сказать по выражению его лица, в конце концов нашелся что сказать.

- Зачем? - спросил он. - Зачем вы это сделали? Из-за Сэма?

От этого вопроса она почти улыбнулась, или по крайней мере тень улыбки отразилась на ее бледных губах.

- Твой дедушка был бы очень сердит на меня, если бы он узнал, что причина в нем. Он предпочитал думать обо мне, как о беззащитном романтике.

Ева фыркнула.

- Романтика, драма и идиотизм. Угадай, что больше подойдет.

Улыбка Амелии погасла и ее глазах опять заблестели. Она подняла подбородок, взглянув сверху вниз на Еву.

- А не ты ли просыпаешься каждое утро и накладываешь свой клоунский макияж, зная что это выгодно выделяет тебя из толпы других людей? Как там у вас говорят? Рыбак рыбака видит издалека?

- Уверена, что эти выражения были в ходу примено сорок поколений назад, но я поняла вашу точку зрения. Я могу быть драматичной, но я хотя бы не секач.

- Что?

- Секач. - Ева указала на кровавые запястья Амелии. - Я могу изматывать себя плохой поэзией или плаксивой музыкой, потому что мир ужасен, но это... Понимаете меня?

- Все не так.. - Амелия сделала паузу, затем медленно кивнула, - да. возможно. Возможно именно так я себя и чувствую.

- Ладно, это чертовски плохо, - произнесла Ева с примесью странного холодка в голосе, который удивил Клер. - Вы хотите чахнуть у могилы вашего возлюбленного, валяйте. Я Гот. Я это принимаю. Но не смейте тянуть за собой и Клер или я буду преследовать вас до самого ада и проткну вас там.

Теперь даже Шейн уставился на Еву так, будто никогда прежде ее не видел. Клер открыла рот, чтобы что-нибудь сказать, но даже под страхом смерти она не смогла бы придумать, что это могло бы быть. Молчание затянулось и в конце концов Амелия повернула голову в сторону Клер и сказала:

- Браслет. Он предупредил тебя о моем.. положении.

- Предупредил? Да он почти убил ее, - воскликнул Шейн. - Ты тянула ее за собой. Но ты ведь об этом знала?

Амелия покачала головой.

- Нет, не знала. - Она вздохнула, выглядя при этом очень молодой и очень человечной. И как показалось Клер, очень усталой. - Я позабыла, что такое может произойти, хотя теперь я думаю, что это вполне возможно. Клер, я должна извиниться перед тобой. Тебе уже полегчало?

Клер все еще было холодно, но причиной этого был скорее ледяной ветер и сырая земля, нежели магия. Она кивнула и попыталась не задрожать.

- Я в порядке. Но вы потеряли много крови.

Амелия пожала плечами, просто легкое движение, словно это не имело значения.

- Я восстановлюсь. - Она не очень то об этом волновалась. - Теперь оставьте меня. Мне надо извиниться перед Сэмюэлем.

- Может вы будете истекать кровью на его могиле как-нибудь в другой раз? - сказала Ева. - Перестаньте дамочка. Вставайте. Давайте мы отвезем вас домой.

Она протянула руку и Амелия опять позволила себя коснуться.

"Странно," подумала Клер. "Майкл был вампиром, но в данный момент Амелия доверилась Еве." Майкл тоже почувствовал это. На его лице было противоречивое выражение, по большей части беспокойство.

- Не кусаться, - сказала Ева, когда помогала Амелии подняться на ноги. Вампирша одарила ее испепеляющим взглядом. - Эй, все мои учителя говорят, "повторение - мать учения". Вы на машине или как?

- Нет.

- Хм.. а ваши люди? Скрываются в тенях и скорее всего в лимузине?

Амелия изогнула светлую бровь.

- Если бы я привела свиту, они определенно были против моих намерений.

- Против эффектной сцены смерти? Да, определенно. Ладно, тогда мы вас подвезем. Сначала заедем в банк крови?

- Если ты не хочешь побыть донором.

- Фу. Нет. И даже не смотрите в сторону Клер.

- В мою тоже, - вставил Шейн. - Братаны не играют в эти игры.

- Иногда я поражаюсь, может ли вообще ваше поколение разговаривать на английском, - сказала Амелия. - Но если вы смогли бы подвезти меня до банка крови, это было бы замечательно, там достаточно безопасно. Мои люди.. - она вложила в свои слова достаточно иронии, чтобы они поняли, что она находит их действия забавными. - ..смогут найти меня там.

Они медленно, сплоченной группой направились к машине, оставив могилу Сэма позади, когда у большого мраморного мавзолея на вершине холма мелькнула тень. Это был вампир, но не похожий на тех, что Клер привыкла видеть в окрестностях Морганвилле. Видимо он жил дикарем без душа и предметов личной гигиены.

Вид у него был не вполне здоровый.

- Амелия, - промолвил мужчина - по крайней мере Клер показалось, что это мужчина, но трудно было определить навернЯка из-за спутанных волос, которые не расчесывались с прошлого столетия, и бесформенной массы грязной одежды, скрывающейся под заношеным плащом. - Решили навестить своих крестьян и раздать милостыню, как в былые времена? - У него был сильный акцент, возможно английский, но грубый и совсем не похожий на утонченный выговор Оливера. - О, прошу вас, госпожа, подайте бедным.. - Он вдруг засмеялся. Это был холодный, безцветный смех и он становился громче... пока не окружил их со всех сторон, из темноты.

Тут были и другие вампиры.

Майкл повернулся, вглядываясь в ночь. Возможно он что-то видел, но вокруг Клер были лишь тени, надгробные плиты и этот смех. Шейн обнял ее.

Амелия стряхнула поддерживавшую ее руку Евы и вышла вперед перед их маленькой группой.

- Морли, - произнесла она. - Вижу ты наконец выполз из канализации.

- А вы, миледи, снизошли со своей башни из слоновой кости. - Сказал он. - И вот мы здесь, встретились на помойке, где люди избавляются от своих отбросов. И вы привели обед. Как любезно.

Призрачное хихиканье послышалось из темноты. Майкл развернулся, высматривая что-то, чего Клэр не могла разглядеть. Его глаза покраснели и она поняла, что он уже не был тем Майклом, которого она знала, стал другим, пугающим - Майклом, которого она не знала. Ева тоже это ощутила и отступила к Шейну. Она выглядела спокойной, но ее руки сжались в кулаки по бокам.

- Сделайте что-нибудь, - сказала она Амелии. - Вытащите нас отсюда.

- А как по-твоему мне это сделать?

- Придумайте что-нибудь!

- Ты действительно очень докучливый ребенок, - произнесла Амелия, но ее глаза были прикованы к Морли, пугалу у мраморной гробницы. - Я вообще не понимаю, к чему мне такие хлопоты.

- Вот и я не понимаю, - сказал Морли. - Скажу по секрету, у вашего дорогого почтенного отца был верный замысел. Убить их или запереть ради крови. Жить так на равных не имеет смысла, и вы это знаете. Они никогда не будут ровней нам, понимаете?

- Чел держи карман шире, - сказала Ева, показывая ему палец. Шейн быстро схватил ее руку и опустил вниз. - Вы что теперь мистер "решаю за всех"? А этот день "скажи нет"?

- Просто заткнись, - прошептал Шейн. - Если ты не заметила, их больше нас.

- И? Когда было по-другому?

Клер пожала плечами, когда Шейн взглянул на нее.

- Она права. Все как и всегда.

- Ты не помогаешь. Майкл? - спросил Шейн. - Мужик, есть мысли?

- Неприятности, - ответил Майкл. Его голос также звучал по-другому - глубже, чем Клер привыкла слышать. Мрачнее. - Их по меньшей мере восемь, все вампиры. Будь с девочками.

- Знаю, ты не подразумевал того, как это прозвучало. И я нужен тебе. старик, Амелия слаба, а ты безоружен.

- Уверен? - Майкл сверкнул обезоруживающей улыбкой обнажающей клыки. - Просто оставайся с девочками, Шейн.

- Я бы сказал, что ты отстой, но зачем говорить очевидное? - В словах Шейна был сарказм, но его голос был совершенно серьезен, напряжен и взволнован. - Будь осторожен, мужик. Прошу тебя.

вмешалась Амелия.

- Мы не на войне.

На вершине холма Марли вздернул голову и скрестил руки, большой белый мавзолей светился за ним как кость.

- Неужели?

- Нет, - сказала она. - Ты уйдешь и забирешь своих друзей.

- И зачем мне это делать, когда у тебя с собой такая вкусная компания? Мои люди голодны, Амелия. Для сбалансированной диеты случайной крысы и заблудившегося пьянчужки слишком мало.

- Ты и твоя банда шакалов можете прийти в банк крови, как и любой другой вампир, - произнесла она так, словно владела ситуацией, хотя Клер видела, как она слаба и измотана. - Тебя останавливает только твое собственное упрямство.

- Я не преклонюсь перед такими, как ты. У меня есть гордость.

- Тогда наслаждайся своими крысами, - сказала Амелия и метнула взгляд на остальных. - Мы уходим.

Морли засмеялся.

- Ты правда так думаешь?

- О да. - Амелия улыбнулась так, что казалось температура вокруг понизилась сразу на несколько градусов. - Именно так я и думаю. Морли, ты можешь наслаждаться своими играми и показухой, но ты не настолько глуп, чтобы думать, что можешь перейти мне дорогу без последствий.

В этот раз вокруг не раздалось и смешка. Теперь это был низкий рокочуший звук, подхваченный и пронесшийся по кругу.

Рычание.

- Вы угрожаете нам, - произнес косматый вампир и облокотился о надгробие за его спиной. - От вас пахнет вашей собственной кровью и слабостью. Вы стоите с новорожденным вампиром, вашим единственным союзником, и тремя сочными закусками, которые нужно защищать. Верно? Вы всегда были смелой, моя высокородная миледи, но существует граница между смелостью и безрассудством. Думаю, если вы хорошенько подумаете, то вспомните разницу.

Амелия ничего не сказала. Она так и стояла молча, с ледяным спокойствием, тогда Морли не выдержал и выпрямился.

- Я не служу вам, - произнес он. - Отдайте добычу и я позволю вам и мальчишке уйти.

Клер затошнило, когда она подумала о том, что говоря добыча, он имеет ввиду ее, Еву и Шейна. Шейну это тоже не понравилось. Она почувствовала как он напрягся.

- Что натолкнуло тебя на мысль, что я могу так поступить? - спросила Амелия. Ее голос давал понять, что она теряет интерес к этой проблеме.

- Ты мастер манипуляций. Ты понимаешь, что иногда стоит пожертвовать пешками. - Улыбаясь Морли обнажил коричневые кривые клыки, которые были не менее смертоносны, хотя они никогда не видели зубной щетки. - Это тактика, не стратегия.

- Когда мне понадобиться лекция о стратегии, я проконсультируюсь с тем, кто на самом деле выигрывал сражения, - произнесла Амелия. - А не с тем, кто их избегает.

- Бито, - произнесла Ева.

- Ты знаешь, о чем они говорят? - Спросил Шейн.

- Мне и не нужно знать. Она размазала его так, что даже его мама ощутила это.

Морли тоже почувствовал это. Он сделал шаг в их сторону и обнажил клыки, не пряча их за улыбкой.

- Последний шанс, - сказал он. - Уходи, Амелия.

- Я могу открыть портал, - прошептала Клер, пытаясь быть достаточно тихой, чтобы Морли не мог расслышать ее с семиметрового расстояния. Амелия одарила ее одним из своих ВЗГЛЯДОВ.

- Если я просто убегу таким образом, даже со всеми вами, он может объявить, что победил и прогнал меня, - сказала она. - Побег ничего не решит.

- Совершенно верно, - сказал Морли и захлопал. Это было неожиданно и громко, потому что звук эхом вторил от надгробий. Стая птиц взлетела с деревьев, тревожно щебеча. - Вы должны направить меня по верному пути. А это, моя дорогая сеньора, будет непросто. Одни разговоры без действий, как так любят говорить в этой части мира. Если вы конечно не думаете, что эта троица подойдет для активных действий. Тогда думаю вам стоит продолжать болтовню.

- Мне все это уже наскучило. Атакуй или ничего не делай, как ты всегда и поступаешь, - произнесла Амелия. - Мы в любом случае уходим. - Она повернулась к остальным и сказала таким же холодным, спокойным голосом. - Не обращайте на них внимания. Морли хвастун, трус, выродок и лжец. Он прячется здесь потому, что боится. Если бы он был с нами, то ему бы пришлось признать, что он всего лишь неудовлетворенный прощелыга и..

- Убейте их! - Закричал Морли и размытым движением метнулся к Амелии.

Майкл бросился наперерез и они кубарем полетели через нагробие. Клер завертелась, когда из темноты показались тени, двигающиеся слишком быстро, чтобы четко их разглядеть. Ее сердце бешено забилось, она приготовилась драться.

И затем Амелия произнесла:

- Оливер, пожалуйста, объясни Морли, почему он так сильно ошибся.

Одна из теней показалась в лунном свете и это был совсем не чужак. Оливер, второй по значимости вампир в Морганвилле после Амелии, был в своей милой одежде владельца магазина - галстук и рубашка с логотипом Точки сбора и пара голубых джинс - и седеющими волосами, собранными в хвост, выглядел как типичный хозяин кафе.

Евли не брать во внимание выражения его лица, которое ясно говорило, что он не был рад бежать сюда по первому зову Амелии, и еще меньше рад тому, что надо разбираться с Морли. Фигуры, вышедшие из темноты за его спиной, не были людьми Морли, это были люди Оливера... опрятные, ухоженные вампиры, но было в них что-то такое холодное и отстраненное, отчего Клер пробрала дрожь. Они были вежливы, но они были убийцами.

- Майкл, - произнес Оливер. - Отпусти этого дурака. - Майкл казалось был удивлен не меньше Морли - или Клер так показалось - но он отпустил другого вампира и отступил. Морли вскочил на ноги и замер, как только увидел Оливера и его отряд. - Твоих последователей - если так можно назвать свору голодных собак - убедили уйти. Морли ты один.

- Шах и мат, - тихо произнесла Амелия. - Стратегия, а не тактика. Надеюсь, ты понял смысл.

Морли понял. На миг он застыл в нерешительности, затем бросился в тени между могильными плитами, а потом он просто.. исчез.

Кризис прошел.

- Ну ладно, - произнесла Ева. - Одно разочарование. Обычно в кино в таких ситуациях бывает драка.

Оливер слегка повернул голову и окинул Амелию быстрым оценивающим взглядом, заметив кровь на ее руках. Его губы сжались от брезгливости.

- Ты здесь закончила? - Спросил он.

- Думаю да, - ответила Амелия.

- Тогда я могу проводить тебя домой?

Ее улыбка стала циничной.

- Ты волнуешся за меня, мой друг? Как мило.

- Не стоит благодариности. Рад, что могу быть полезен, защищая твою честь.

- Майкл защитил меня, - сказала Амелия. - Ты опоздал.

"Опять бито," подумала Клер.

Она поняла, что Ева подумала так же. Хотя никто из них не набрался смелости, чтобы произнести это вслух.

Оливер пожал плечами.

- Стратегия и тактика. Я знаю разницу. И в отличие от Морли я выигрывал сражения.

- К сведению, именно поэтому я и полагаюсь на тебя, Оливер. Верю, что и дальше могу в этом на тебя полагаться.

Они пристально смотрели друг на друга, отчего Клер сотрясла дрожь. Морли блефовал. Оливер нет. Он был тем, кто всегда подтверждал слова действием, если думал, что это ему не навредит. И он хотел владеть Морганвиллем. Возможно не достаточно сильно, чтобы убить Амелию и захватить власть, но граница была довольно размытой.

Клер практически видела эту границу в тусклых, исчезающих шрамах на запястьях Амели.

- Майкл и его друзья были достаточно любезны и предложили подвезти меня до банка крови, - сказала Амелия. - Я поеду с ними. Ты мог бы вызвать мою машину и встретить меня там

Улыбка Оливера была такой острой как лезвие ножа.

- Как всегда к вашим услугам.

- Искренне в этом сомневаюсь.

Майкл пристроился рядом с Амелие, и они впятером стали спускаться по петляющей дорожке к их машине. Когда Клер оглянулась, она не обнаружила никаких признаков Оливера и его людей, или Морли. Осталось лишь тихое кладбище и сияющий мавзолей на вершине холма.

- Кто-нибудь еще считает, что это было странно? - Спросил Шейн, когда они забрались в машину. Ева кинула на него раздраженный взгляд. Конечно же они втроем оказались на заднем сидении, Амелия сидела с Майклом на переднем.

- Думаешь? Вообще или временами?

- Странно, что я пережил все это и даже никого не ударил.

Слова повисли в воздухе. Заводя машину, Майкл произнес:

- Ты прав Шейн. Это необычно.

Когда Майкл припарковался у банка крови, служба безопасности Амелии уже была там у лимузина, припаркованного на обочине. Клер ожидала увидеть те маленькие устройства, которые секретные службы носят на ушах, но она предположила, что вампирам совсем не нужна техника, чтобы слышать друг друга. Хотя на них были щегольские черные костюмы и солнечные очки. В ту же секунду, как машина Майкла затормозила, один из них открыл пасажирскую дверь и предложил Амелии руку. Она без какого либо смущения приняла ее, плавно и грациозно, но прежде, чем захлопнуть дверь, оглянулась и произнесла:

- Спасибо. Всем вам.

Вот и все. Хотя из уст Амелии это была небывалая похвала.

- Чур, я спереди! - Сказали Ева и Шейн одновременно и тут же вскинули руки для игры камень, ножницы, бумага. Шейн выиграл, затем на его лице отразилоась странное выражение.

- Иди ты, - сказал он Еве, все еще изображающей ножницы, проигравшие его камню.

- Уверен? - Ее глаза округлились. - Ты уступаешь мне место впереди? Ты ведь выиграл.

- Знаю, - ответил он. - Лучше я останусь здесь.

С Клер. Не теряя времени, Ева выскочила и скользнула на переднее пассажирское сидение, удовлетворенно устраиваясь поудобнее. Майкл улыбнулся ей и она взяла его за руку.

Шейн обнял Клер и она положила голову ему на грудь. Наконец-то тепло. В тепло, безопасности и любви.

- Вот черт, ужин наверное уже остыл. - Сказал он. - Извини. Я знаю, как ты любишь тако.

- Холодным тако тоже неплох.

- Ненормальная. - В хорошем смысле этого слова. - Итак, после тако хочешь посмотрим фильм или есть другие мысли?

Клер издала тихий звук, соглашаясь с ним, закрыла глаза и сама того не желая провалилась в сон у него на руках. Она смутно помнила, как проснувшись слышала голос Шейна.

- Лучше отвезем ее домой, - затем другое расплывчатое воспоминание, как его губы прижались к ее...

Затем пустота.

Следующим утром она проснулась в свой кровати в родительском доме. Первые несколько секунд она чувствовала лишь слабое чуство неудовлетворенности от того, что она упустила возможность побыть с Шейном, но потом все чувства уступили место всепоглощающему жару, от которого горело ее лицо. Казалось она заснула под лампой для загара, если не брать во внимание то, что в комнате царил приятный полумрак.

Клео вскочила с кровати, споткнувшись о кучу одежды на полу - она не помнила, как снимала ее, но на ней была купленная мамой хлопковая ночнушка, а значит ее раздевал не Шейн - и пошла в ванную.

Зажегся ослепительный свет и он был беспощаден. Клер застонала, когда увидела свое красное лицо с белыми пятнышками, которые должно быть были волдырями под ее кожей. Она нерешительно надавила на свое лицо. Было чертовски больно.

- Мирнин, я точно убью тебя, - произнесла она. - И тогда буду смеяться я.

Душ был отвратителен. Горячая вода становилась термоядерной в местах, где попадала на ожоги. Она справилась с трудом, стиснув зубы и бубня возможные варианты убийства своего босса. После этого ей стало немного лучше, хотя ей показалось, что выглядит она хуже. На самом же деле разница не велика.

Она наткнулась на свою маму в коридоре, когда та была уже на двух последних ступеньках лестницы со стопкой акуратно сложенных полотенец в руках.

- О, милая, ты уже встала, - сказала мама и рассеянно улыбнулась ей. - Хочешь, чтобы я поменяла.. Господи, что случилось с твоим лицом?

Мама чуть не уронила бельё и Клер подхватила падающую стопку.

- Все не так уж плохо, - соврала она. - Я, ммм, заснула. На солнце.

- Дорогая, это опасно! Рак кожи!

- Да я знаю. Прости. Это был несчастный случай. Отнести в бельевой шкаф?

- О.. подожди, позволь мне. У меня система. - Угрозой взять акуратно сложенное белье и разрушить систему ее матери она добилась ожидаемого эфекта. Мама оставила в покое обгоревшее лицо Клер и сосредоточилась за том, что было у нее в руках. - Милая, завтрак внизу. Боже дорогая, твое лицо.. может принести тебе крем?

- Нет, у меня есть. Спасибо. - Клер направилась обратно в свою комнату, закончила одеваться и открыла свой рюкзак. По правде говоря рюкзак видал и лучшие дни. Нейлон был порван, местами протерт и в пятнах, про которые Клер с тошнотворной уверенностью могла бы сказать, что это кровь, а ремни уже растянулись, возможно из-за тяжести всего того, что она в него складывала. Она поворошила книги, но в конечном итоге ей пришлось вытащить свой продвинутый курс физики элементарных частиц и очень ветхий томик по основам вычисления матриц, который был наверно самым худшим материалом на эту тему. За ним была гигантская неподъемная книга по английской литературе и несколько разноцветных тетрадей. Под ними лежала еще куча хлама. Алхимия и алхимические опыты, которые были не совсем учебниками, скорее теоретическими исследованиями, доказывающими, что вся эта отрасль была чушью. Мирнин не советовал их брать, но она заказала их по интернету у парня, который был ужасным параноиком. Определенно, если бы он знал то, что знала она, он скорее всего убежал бы с криком, так что паранойя наверно была небезосновательна.

Сзади в специальных карманах на липучках лежали припасы на экстренный случай - те, что для вампиров - пара тяжелых колов с серебрянными наконечниками, которые, как она надеялась, ей никогда не надо будет использовать, пара ручек для инъекции, которые они с Мирнином заполнили сывороткой, которую разработал доктор Миллс. Это на тот случай, если осталась еще парочка вампиров, которые не получили укол и могли быть мягко говоря неуравновешенными. И она не была уверена, что Морли с кладбища не был таким, но также была рада, что не оказалась достаточно близко, чтобы использовать вакцину.

На самом дне был сложенный листок бумаги с последовательностью символов, который дал ей Мирнин. Изо для в день Клер освежила их в памяти. После она проверяла себя, зарисовывая символы и сверяя их с оригиналом. Мирнин наказывал ввести последовательность для перезагрузки только при крайних обстоятельствах, но у нее было такое чувство, что если до этого действительно дойдет, то ей останется только разбирать его каракули.

Она опять уложила сумку, на этот раз убедившись, что может без проблем вынуть и сложить книги обратно, и взвесила его в руке. Лямки скрипнули, затем она услышала еще один тревожный звук. Пора уже купить новый. Хотела бы она знать, где Ева взяла свой миленький лакированный рюкзачок с вышитым на нем розовым котенком или симпатичными черепами. Скорее всего не в городе, догадалась Клер. Моргонвилль не был модным центром.

Завтрак в доме Денверсов был семейным мероприятием, чего Клер ожидала и сегодня. Она не часто возвращалась к обеду или ужину, но каждое утро она проводила со своими мамой и отцом. Мама расспрашивала ее об уроках. Отец расспрашивал о работе. Клер не знала какие обычаи в других семьях Морганвилля, но это казалась вполне.. нормальным. Хотя бы в общих чертах. В остальном все было просто кошмарно.

Закончив завтрак (он как всегда был великолепен), Клер отправилась в школу. Морганвилль был достаточно маленьким городом, чтобы без проблем пройти его пешком, если вам это нравилось, а Клер обычно нравилось. Сегодня из-за ее обоженного лица, пульсирующего на солнце, ей хотелось принять предложение ее отца о покупке машины, даже если из-за этого ей пришлось бы меньше видеться со своим парнем. Она не говорила Шейну, что для нее эти поездки на машине значили гораздо больше. Такое признание некоторые парни находят пугающими.

Клер зашла в первую же открытую лавку - магазин Пабло рядом с университетским городком - и нашла черную кепку с козырьком, которая затеняла ее лицо. Это помогло и она почувствовала себя лучше, чуьб менее изуродованной.. пока не услышала позади сигнал машины. Оглянувшись через плечо, она увидела красный кабриолет медленно скользящий за ней по улице.

Клер отвернулась, смотря вперед, и продолжила путь, ускорив шаг.

- Что это? - услышала она голос, вопрошающий с заднего сидения машины. Джина или Дженифер. Клер никогда не умела различать их по голосу. - Выглядит как человек.

- Я не знаю. Может зомби? У нас ведь тут видели зомби? - Произнес двойник Джины (или Дженифер). - Возможно зомби. Эй, как ты убила зомби?

- Голова с плеч, - произнес третий голос. Не было никаких сомнений, кому пренадлежал этот голос - определенно это Моника. Он был холодный, самоуверенный и властный. - Давайте найдем мозговитую уродку и спосим.. она знает. Эй зомби-гриль. Ты не видела Клер Денверс, девочку-ботаника?

Клер не обращала на нее внимания и продолжала идти. Моника - снова с черными волосами, как всегда выглядящая идеально и прекрасная - была просто смутной тенью на границе ее бокового зрения, и Клер хотела, чтобы так оно и оставалось.

И она прекрасно понимала, что этому не бывать.

На самом деле Моника не любила, когда на нее не обращали внимания. Она разогнала свою спортивную машину, завернула за угол и резко остановилась, чтобы заблокировать Клер пешеходный переход через улицу. Моника и Джина яростно обсуждали что-то друг с другом, возможно спорили о деталях того, как надрать задницу Клер, не сломав ноготь или каблук.

Клер сдалась и пошла через улицу.

Моника сдала назад и опять перегородила ей дорогу.

Они еще пару раз проехали вперед-назад, пока Клер просто не надоело и она остановилась, уставившись на Монику.

Которая смеялась.

- О мой Бог, это же мозговитая уродка. Знаешь? Раньше уродка было лишь оборотом речи. Тебе не обязательно было устраивать представление специально для меня.

- Это новинка. Быстрый загар. Я на полпути к удивительному летнему сиянию. Тебе следует попробовать. - поризнесла Клер. Дженифер по-настоящему засмеялась. И тут же приняла виноватый вид. - Я опаздываю на занятия.

- Хорошо. Двигай, обогни машину сзади.

- Только если ты собираешься опять сдать назад.

- Оооо, вжик, - воскликнула Моника. - Я уничтожена, потому что мозг мое единственное преимущество. Нет, подождите-ка.. а может твое?

Клер вздохнула.

- Что вам надо? - Было очевидно, что они чего-то хотели - и скорее всего это были не просто ежедневные притязания. В конце концов Моника всегда так поступала, по-другому Моника просто не могла.

- Мне нужен репетитор, - сказала Моника. - Я не понимаю эту экономическую ерунду. Ни на грамм.

По мнению Клер, экономика это наука вуду, но она пожала плечами. Математика есть математика.

- Ладно. Завтра. Пятьдесят баксов и пока мы не начали, предупреждаю, что не буду выполнять за тебя тесты, красть ответы или придумывать для тебя другие действенные способы обмана.

Моника изогнула совершенные брови.

- А ты хорошо меня знаешь.

- Да или нет.

- Отлично.

- В три часа в Точке сбора. С тебя мокко.

- Маленькая жадная сучка, - сказала Моника. Деловая сделка заключена, она указала своим совершенным наманикюренным пальцем на Клер, улыбнулась и сказала, - Ты дерьмово выглядишь. Люблю шапки - где ты взяла свою, у кузена Клетуса в микроавтобусе?

Они оставили ее в облаке выхлопных газов и смеха, когда дружная троца умчались по своим обычным делам - устраивать хаос и разрушение.

Клер сделала глубокий вдох, натянув кепку пониже на глаза, и перешла улицу, чтобы войти в ворота Университета Техасских Прерий.

Клер любила занятия. На самом деле не сами лекции, потому что как правило преподаватели были не самыми вдохновляющими личностями. А сами знания. В этом был весь смысл, узнавать столько, сколько сможешь запомнить - на некоторых занятиях даже больше, чем было нужно.

Вот например английская литература, которая шла сегодня последним уроком по расписанию, она до сих пор не понимала, зачем ее взяла. Врядли сестры Бронте могли ей чем-то помочь в ее повседневной жизни. Не то что математика, которая была во всем - от приготовления пищи до планирования полетов на луну. Нет, наука определенно круче.

По крайней мере до сегодняшнего дня, когда ее внимание заняло задание в аудитории.

"Тот, кто раскрывает символ, идет на риск. В сущности, Искусство - зеркало, отражающее того, кто в него смотрится, а вовсе не жизнь. Если произведение искусства вызывает споры, значит в нем есть нечто новое, сложное и значительное. Пусть критики расходятся во мнениях, художник остается верен себе. Можно простить человеку, который делает нечто полезное, если только он этим не восторгается. Тому же, кто создает бесполезное, единственным оправданием служит лишь страстная любовь к своему творению.

Всякое искусство совершенно бесполезно."

Странно было читать подобные слова Оскара Уайльда в начале произведения Портрет Дориана Грея, и думать о Мирнине, произносящем подобные слова, потому что это было страшно похоже на его обычные монологи. Это навело Клер на странную мысль, не встречался ли Мирнин с Оскаром Уайльдом, который при жизни видимо был довольно бесшабашным. Она никогда серьезно не задумывалась о жизни вампиров, но сейчас реально начала и это было странно.

Для Мирнина - Оливера, Амелии и большинства вампиров, которых она знала - описанные в книге события или старые фото были не просто историей. Исторические события вершились на их глазах день за днем. Оскара Уайльд был лишь еще одним событием его жизни много дней назад.

Она могла бы поспорить, что Мирнин встречал его. Возможно одолжил его шляпу или что-то еще в таком же духе.

Погрузившись в размышления, она не услышала, как зазвонил ее телефон. Она поставила его на вибрацию, так что профессор, ходящий между рядами, ничего не заметил. Но сидящие вокруг услышали. Извиняясь она выжала из себя улыбку, выключила звук и проверила имя на экране. Это была Ева. Клер отправила ей смс "ВК" - я в классе. Это был их обычный способ общения. Ева ответила ТС Ж КС. Что означало Точка сбора, жду тебя, как только сможешь.

"911?"

"Нет."

"Шейн?"

"Нет."

"Ну скажи!"

"Нет!"

Клер улыбнулась, убрала телефон и опять сфокусировалась на профессоре, который так ничего и не заметил. Последние десять минут казалось тянулись бесконечно, но она старалась не обращать на это внимания. Если она действительно собирается спросить Мирнина об Оскаре Уайльде, это помогло бы узнать что-то реальное об этом пижоне. Что-то помимо того, что он был элегантен и в некоторой степени гей.

После урока Клер по газону пересекла двор и выбежала через ворота. Была лишь середина дня, так что до заката было еще далеко. Это было хорошо, потому что иногда было приятно находиться на свежем воздухе до прихода, как Ева это называла, времени СЖЧЖ - слишком жарко, чтобы жить - которое продолжалося с июня по октябрь. Дорога до Точки сбора не заняла много времени. Клер шла смотря себе под ноги и закрывая лицо козырьком кепки от проходящих мимо людей, которые в ужасе пялились на нее.

Она дошла до Точки сбора и только тогда поняла, что там может быть перполнено и на нее действительно будут пялиться. Просто великолепно. Ну и ладно, с этим уже ничего не поделаешь.

Клер сделала глубокий вдох, открыла дверь и шагнула внутрь. Ее зрение затуманилось после слепящего на улице солнца. Она проморгалась и огляделась. Конечно же помещение было переполнено - около сорока человек ютились за маленькими столиками и пили свои напитки - мокко, латте или эспрессо. В этот час в основном студенты. После заката им на смену приходили другие любители кофеина.

Каждый глазел на нее, когда она проходила мимо. Клер пыталась сделать вид, что это лишь потому, что она потрясающе красива, но это определенно было выше ее сил и поэтому она так покраснела, что только ухудшило вид ее солнечного ожога.

Ева забилась в самый дальний угол и защищала пустой стул напротив острым взглядом, а если надо, то и резким словцом. Она почувствовала облегчение, когда Клер плюхнулась напротив, прислонив свой тяжелый рюкзак к ножке стола, и вздохнула.

- Я нуждаюсь в кофеине.

Ева несколько долгих секунд разглядывала ее лицо, затем воскликнула:

- И я вижу почему. Эй! Мокко!

Она щелкнула пальцами.

Она щелкнула пальцами Оливеру, который был за стойкой и разливал эспрессо. Он поднял на нее взгляд с нерушимым спокойствием.

- Эй! - Повторил он с ядовитым сарказмом. - Я тебе не официантка.

- Уверен? Мы можем дать на чай, если передумаешь. Ты отлично выглядишь в фартуке с оборками.

Оливер откинул навесную часть барной стойки и вышел, чтобы подойти к их столу и припугнуть своим близким присутствием. И мягко говоря, его вид был устрашающим.

- Ева, что тебе нужно?

- Определенно было бы неплохо, если бы тебя вышвырнули из Морганвилля на блюдечке с голубой каемочкой с сопутствующим приказом убить, но я остановлюсь на мокко для моей подруги. - Ева прошлась своими ногтями фиолетового цвета с металлическим блеском по фарфоровой чашке и спокойно выдержала яростный взгляд Оливера. - И что ты сделаешь Оливер? Выпроводишь меня из своей забегаловки на всю оставшуюся жизнь?

- Уже подумываю так и сделать. - Его ярость частично уступила место любытству. - Ева, зачем ты испытываешь мое терпение?

- А почему бы и нет? Мы же с тобой не друзья, - произнесла Ева. - И к тому же ты придурок.

Он сверкнул не самой своей милой улыбкой.

- И чем же я такое заслужил?

- Ты определенно собирался надуть нас прошлой ночью, а?

Улыбка Оливера изчезла.

- Я пришел на зов Амелии. Как и всегда.

- Пока однажды не придешь, правильно? Рано или поздно она позвонит в свой колокольчик, а верный слуга Олли и пальцем не пошевелит, чтобы спасти ее задницу. Таков план. Смерть по неосторожности и тебе даже не придется марать свои руки.

- Так или иначе, тебе то какое дело? - Глаза Оливера стали темными, почти черными, скрывая внутри свои секреты, и Клер сомневалась, что хотела бы их знать.

- Никакого. Просто ты мне не нравишься. - Ева опять постучала коготками. - Мокко?

Он взглянул на покрытое волдырями лицо Клер и не проявив сочувствия произнес:

- Выглядит довольно безобразно.

- Знаю.

- Через неделю должно пройти. - Верно, но вот что странно, она находила в этом факте утешение. - Теперь мокко. - Но он не сдвинулся с места. Ева выпучила глаза и выглядела раздраженной.

- Что еще?

- Обычно за него положено заплатить.

- О, брось..

- Четыре пятьдесят.

Клер выудила из кармана джинс пятидолоровую банкноту и отдала ее. Оливер ушел.

- Чего ты добиваешься? - нервно спросила она Еву. Конечно же было круто высказать все это Оливеру в лицо, но это было не совсем безопасно.

- Потому что его утвердили на роль Митча, а значит я должна делать вид, будто обожаю этого придурка. Тьфу.

- А-а-а, постановка. Верно. Я просмотрела ее. Ммм. Кажется это интересно. - Клер произнесла это без особого энтузиазма, потому что ей это было не интересно. Это была мелодрама для людей среднего возраста.

- Это правда интересно, - воскликнула Ева и сразу просветлела. - Бланш своим образом показывает женщин, которые сами себя подавляют. Она просто не мыслит жизни без мужчин. А теперь пересмотри все с этой точки зрения. Думаю отдать роль Оливеру было гениальной задумкой.

- Итак.. значит ты играешь женщину, которая не может жить без мужчины?

- В общих чертах, но режиссер хочет сделать постановку в стиле постмодернизма, так что он решил сделать из Бланш и Стеллы готов.

- Готов, много девчонок готов, - повторила Клер. - Я вроде как думала, что ты единственная в городе.

- Не совсем.

- Ева? Это был экстренный вызов или как?

- О-о-о.. Ммм. Да, так и есть. Я хотела, чтобы ты познакомилась с.. о, вот и она! Ким!

Клер оглянулась. Девушка, только что вошедшая в кафе, была не таким закоренелым готом как Ева, но приблизилась к ее образу намного больше, чем любой другой в этом помещении. У нее были крашеные смольно-черные волосы с розовыми как жевачка полосами. На лице чернела только подводка для глаз. Она носила не такие крикливые вещи, но ее одежда определенно была мрачной - черные брюки карго,простая черная рубашка и на запястье черный кожаный браслет, на котором (как же иначе) был вампирский символ.

Очевидно Ким была отмечена вампиршей по имени Валерия. Клер не очень много о ней знала, но, как ей казалось, это было хорошо. Если никто о ней не говорил, значит возможно Валерия придерживалась правил. По большей части.

- Ева привет, - Сказала Ким и уселась на третий стул у их маленького столика. - Кто эта жертва ожога?

Клер ожесточилась на нее, она просто не могал остановиться.

- Я Клер, - произнесла она и выдавила улыбку. - Привет.

- Привет, - Сказала Ким и отвернулась от Клер, как от надоедливого парня, сосредоточившись на Еве. - О мой Бог, ты это слышала? Они одобрили человека на роль Стэнли.

- Нет! Кого? - Ева наклонилась вперед, округлив глаза. - Господи, только не говори, что это тот старшеклассник.

- Нет, вторая попытка.

- Ммм... без понятия.

- Радович.

- Иди ты! - Ева подпрыгнула на своем стуле, схватила руку Ким и они обе испустили дикий, пронзительный крик от возбуждения.

Клер удивилась, когда перед ней со стуком поставили мокко. Она подняла глаза на Оливера, который рассматривал ее своим холодным отстраненным взглядом. Он изогнул брови и ничего не сказав вернулся к своей работе.

- Кто такой Радович? - Спросила Клер таким тоном, словно это была самая захватывающая вещь после изобретения водопровода. Она не помнила персонажа по имени Стэнли, но предполагала, что тот был насильником, избивающим свою жену. Не самая подходящая личность для такой бурной реакции.

- Он управляющий магазина мотоциклов, - сказала Ева. - Огромный байкер, бритая голова, мускулистый торс РКУ.

- РКУ? - Клер наклонила голову. - А-а-а. Ради которых умирают. - Она понизила голос. - Так он.. ну ты знаешь? - Она изобразила клыки. Обе готессы засмеялись.

- Черт, нет, - сказала Ким. - Рад? Он просто крутой и все. Такой опасный. Я думаю, что те из них, кого я уже встречала, выглядят не так устрашающе как он. - И под ними она имела ввиду вампиров.

- Предполагаю, что мы встречали не одних и тех же, - сказала Клер. - Потому что мои определенно были ужасны. - И.. она поняла, что неожиданно стала пытаться переиграть Ким и ей это не понравилось. Ей также не нравилось, что Ева и Ким вдруг стали лучшими подружками, пока она сиделав стороне как жалкий, безнадежный чурбан с уродливым лицом. И даже Оливер принес ей мокко из сочувствия.

Это просто было досадно.

Ким едва взглянула на нее.

- Да? - Ее голос звучал совершенно незаинтересовано. - Эй, Ив, может подбросить тебя на репетицию сегодня? Ты не против?

- Не против. Эй, я могу заглянуть и посмотреть над чем ты работаешь? - Ева быстро улыбнулась Клер. - Ким вроде как авангардистка. Она действительно крута. Мне нравятся ее работы. - Ее глаза блестели от неподдельного возбуждения, отчего Клер похолодела и почувствовала себя немного уязвленной. "Я твоя подруга", хотелось ей сказать. "Я тоже крутая, ясно?" Ну и что, если она не какой-то странный тип художника, который создает шедевры из использованных рулонов туалетой бумаги или куриных костей? В любом случае в чем крутость?

Ева не слышала этот мысленный монолог. Ким упомянула сценарий и обе достали свои копии, перелистывая страницы и разговаривая о смысле произведения, мотивах и вещах, на которые Клер честно говоря было наплевать, потому сейчас она была официально в паршивом настроении.

Она проглотила мокко со всей возможной человеческой скоростью, если брать во внимание то, что Оливер нагрел его до температуры лавы. Она чувствовала себя по-настоящему преданной, но не потому, что Ева затащила ее в Точку сбора с лицом похожим на недожаренный гамбургер, а потому, что та сидела рядом и болтала с Ким, полностью игнорируя присутствие Клер.

Хотя когда Клер поднялась, Ева удивилась и взглянула на нее.

- Ты уходишь?

- Ага. - Клер не удалось смягчить голос извиняющимися нотками. - Мне нужно домой.

- О-о-о. Мне жаль, я посто думала.. думала, что тебе будет приятно познакомиться с Ким. Потому что она клевая.

- Приятно было познакомиться, - произнесла Ким. В ее голосе не было ни грамма искренности, казалось она хотела, чтобы Клер побыстрее убралась отсюда, а она могла вернуться к Еве и их встрече лучших подруг. - Эй девчонки, вы ведь живете в том доме с Майклом Глассом и Шейном Коллинзом, правильно? Горячая парочка!

Клер не понравилось даже то, что Ким упомянула Шейна. Еще меньше понравилось то, что она знала его фамилию. Но похоже Ева была не против.

- Да, они такие. Конфетки. Мы знаем!

Клер схватила свой рюкзак.

- Мне действительно нужно идти.

- Клер, ты в порядке?

- Все отлично, - сказаала она. Ким ухмылялась ей, спрятавшись за свой напиток, и у Клер неожиданно появилось дикое желание вылить этот кофе ей на голову.

Но она этого не сделала.

- До встречи? - Произнесла Ева в полувопросительном тоне. Клер не ответила. Она просто не особо осторожничая пролезла за стулом Ким и направилась к двери.

Позади она услышала ясный голос Ким.

- Вау, что это цапнула ее за задницу?

Клер злобно зыркнула через плечо и заметила хмурившего лоб и наблюдавшего за ней Оливера. Ева выглядела потрясенной, явно удивленная уходом Клер. А Ким.. Ким даже не посмотрела на нее. Она просто повела плечом, как бы говоря, что это ее не волнует.

И вот Клер оказалась снаружи, глубоко вдохнула сухой воздух и подставила свое лицо внезапно подувшему ветерку. Принесенный из пустыни песок скользил по тротуару.

Клер несчастно признавая, что день испорчен, пошла домой с чувством. что все, абсолютно все, на нее смотрят.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/42711/168246

Переводчики: PanTer23