Готовый перевод Redshirts: A Novel with Three Codas / Краснорубашечники: CHAPTER ONE

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Прапорщик Эндрю Даль выглянул в окно "Earth Dock", космической станции Всемирного союза планеты Земля, и взглянул на следующий за ними корабль.

Он смотрел на "Бесстрашного".

— Красиво, не правда ли? — произнёс голос.

Даль обернулся и увидел молодую женщину, одетую в униформу прапорщика звездолёта, тоже глядящую в сторону корабля.

— Да, — согласился он.

— Центральный корабль Всемирного союза "Бесстрашный", — прокомментировала женщина. — Построен в 2453 году в Марс Доке. Стал флагманским с 2456 года. Первый капитан — Женевьева Шан. С 2462 года капитан Люциус Эбернети.

— Вы экскурсовод "Бесстрашного"? — спросил Даль, улыбаясь.

— А вы турист? — улыбнулась в ответ молодая женщина.

— Нет, — сказал Даль и протянул руку. — Эндрю Даль. Я был назначен на "Бесстрашный". Просто жду 1500-й шаттл.

Женщина пожала его руку.
— Майя Дюваль, — представилась она. — Тоже назначена на "Бесстрашный" и также жду 1500-й.

— Какое совпадение, — сказал Даль.

— Ну если то, что два члена экипажа Космического флота Dub U на космической станции дожидаются, когда шаттл Dub U припаркуется около причала, вы называете совпадением, то конечно, — ответила Дюваль.

— Ну, если вы так считаете, — ответил он.

— А почему вы здесь так рано? — спросила Дюваль. — Сейчас полдень. Я думала, что буду единственной, кто дожидается шаттла.

— Я взволнован, — сказал Эндрю. — Это будет моё первое дело.
Майя посмотрела на него, в её взгляде читался вопрос.
— Я пошёл в Академию слишком поздно, — объяснил он.

— Почему? — поинтересовалась женщина.

— Это долгая история, — ответил Даль.

— У нас много времени. Как насчёт обеда, и вы всё мне расскажете?

— Ну... — начал Эндрю. — Я тут жду кое-кого. Моего друга тоже назначили на "Бесстрашный".

— Ресторанный дворик вон там, — сказала Дюваль, указывая на множество киосков через проход. — Просто отправьте ему или ей сообщение. Оттуда мы сможем увидеть, когда он появится. Пойдёмте. Очень хочется что-нибудь выпить.

— Ну, что ж, в таком случае, — заявил Эндрю, — если я откажусь от бесплатного напитка, они меня выгонят из Космического флота.

* * *

— Мне обещали длинную историю, — сказала Дюваль после того, как они взяли свою еду и напитки.

— Я ничего такого не обещал, — ответил Даль.

— Это подразумевалось, — запротестовала Майя. — И кроме того я купила тебе выпить. Теперь ты принадлежишь мне. Развлекай меня, прапорщик Даль.

— Ну хорошо, — сказал Эндрю. — Я поздно поступил в Академию, потому что три года учился в семинарии.

— О, это не очень интересно, — ответила Дюваль.

— В Форшане.

— Вот, уже интереснее, — сказала Майя. — Так ты священник религии Форшаня? Что за схизм?

— Левый раскол, и нет, я не священник.

— Не мог смириться с целибатом?

— Священникам левого раскола не обязательно быть холостяками, — сказал Даль. — Но учитывая, что я был единственным человеком в семинарии, я должен был соблюдать обет безбрачия.

— Некоторые люди не позволяют себя остановить, — сказала Дюваль.

— Может, ты просто не нашёл подходящий ксено.

— Я предпочитаю людей, — ответил Даль. — Позовёшь, когда станет скучно.

— Мне скучно, — сказала Майя, дразня его.

— И ты только что разбила мои личные предпочтения за рекордное время, — заявил Эндрю. — Если так ты поступаешь с теми, с кем только что познакомилась, я могу только предположить, что же происходит с людьми, которых ты знаешь давно.

— О, мне не нравится делать это со всеми, — ухмыльнулась Майя. — Но могу сказать, что ты мне уже нравишься. Так или иначе. Не священник.

— Нет. Моё техническое звание — "Иностранный кающийся грешник". Мне разрешили пройти полный курс обучения и выполнять некоторые обряды, но существовали и некоторые физические требования, которые я был не в состоянии выполнить для полного посвящения.

— Какие например? — поинтересовалась Дюваль.

— Самооплодотворение, к примеру.

— Небольшая, но актуальная мелочь, — хмыкнула Майя.

— А вот ты была бы обеспокоена безбрачием, — сказал Эндрю и большими глотками допил свой напиток.

— Если ты никогда не собирался становиться священником, зачем пошёл в семинарию? — спросила женщина.

— Я узнал, что религия Форшаня действует успокоительно, — ответил он. — Когда я был моложе, это пришло ко мне. Мои родители умерли, когда я был маленьким, и у меня осталось небольшое наследство, которое я взял, чтобы оплатить репетиторов, выучить язык, а затем отправился в Форшань и нашёл семинарию, которая приняла меня. Я планировал остаться там навсегда.

— Но не остался, — сказала Дюваль.
— По-видимому.

— Но как же получить из Форшанской семинарии выпускника Академии? — поинтересовалась Майя.

— Когда Dub U прибыли в качестве посредника между религиозными группировками Forshan, им был нужен переводчик, и я был на планете, — сказал Даль. — Там не очень много людей, говорящих на одном диалекте Forshan. А я знаю все четыре основных.

— Впечатляет, — ответила Дюваль.

— У меня хорошо с языками.

— Ну и кто теперь впереди? — поинтересовалась Майя.

— Миссия Dub U провалилась, и сообщили, что все неместные жители должны покинуть планету, — продолжил Даль. — Их глава заявил, что Космический флот нуждается в лингвистах и учёных, и рекомендовал меня в Академию. Моя семинария была в это время сожжена дотла, и мне некуда было пойти, даже за любые деньги. Академия показалась мне лучшим выходом из этого всего. Я провёл четыре года, изучая ксенобиологию и лингвистику. И вот я здесь.

— Хорошая история, — отметила Дюваль и коснулась своей бутылкой бутылки Эндрю.

Он чокнулся своей.
— Спасибо, — сказал он. — А как насчёт тебя?

— Гораздо менее интересно, — ответила женщина.

— Сомневаюсь.

— Продвижение по службе? — спросил Даль.

Дюваль ухмыльнулась.
— Не совсем. Лучше было бы сказать, что это перевод в связи с кадровыми конфликтами.

Но прежде чем Эндрю смог задать следующий вопрос, его телефон завибрировал от входящего сообщения. Он вынул и прочитал текст. Перед Даль мог копать дальше его телефон гудел. Он вынул его и читать текст на нём. Болван, — сказал он, улыбнувшись.

— Что такое? — поинтересовалась Майя.

— Подожди секунду, — ответил Даль и развернулся на стуле, чтобы помахать молодому человеку, стоявшему в середине дорожной станции. — Мы здесь, Джимми!
Молодой человек улыбнулся, помахал в ответ и направился к ним.

— Полагаю, это тот самый друг, которого ты ждал, — сказала Дюваль.

— Да, это он, — ответил Даль. — Джимми Хэнсон.

— Джимми Хэнсон? — переспросила женщина. — Не связан ли он с Джеймсом Хэнсоном, генеральным директором и председателем "Хэнсон Индастрис"?

— Джеймс Альберт Хэнсон Четвёртый, — ответил Эндрю. — Его сын.

— Как мило.

— Он мог бы купить эту космическую станцию ​​со своими средствами, — отметил Даль. — Но он не из таких.

— Что ты имеешь в виду? — уточнила Дюваль.

— Эй, ребята, — поприветствовал Хэнсон, наконец подойдя к их столику.
Он посмотрел на Дюваль и протянул руку.
— Привет, я Джимми.

— Майя, — представилась Дюваль, протягивая свою. Они пожали друг другу руки.

— Так ты подруга Энди? — спросил Хэнсон.

— Ага, — ответила она. — С давних пор. Целых полтора часа.

— Отлично, — сказал Джимми и улыбнулся. — А мы с ним немного дольше.

— Верю.

— Пойду возьму себе что-нибудь выпить, — сказал Хэнсон. — Вы, ребята, хотите что-нибудь? Могу принести ещё.

— Нет, спасибо, — ответил Даль.

— А я бы не отказалась, — отметила Дюваль, покачивая почти пустой бутылкой.

— Того же самого? — уточнил Хэнсон.

— Ага.

— Отлично, — хлопнул в ладоши Хэнсон. — Я сейчас вернусь. Займите мне место, ладно?

— Непременно, — сказал Даль. Хэнсон отправился в поисках еды и питья.

— Он кажется милым, — отметила Дюваль.

— Да, он такой.

— Не особо кичится своей известностью, — сказала Майя.

— У него другие хорошие качества, — ответил Эндрю.

— Например, платить за напитки? — хмыкнула женщина.

— Ну, да, но это не совсем то, что я имел в виду.

— Позволишь задать тебе личный вопрос? — спросила Дюваль.

— Судя по тому, как мы уже рассмотрели мои сексуальные предпочтения в этом разговоре, нет, — ответил Даль.

— Вы дружили с Джимми до того, как он узнал, что его папа может купить целую планету или две? — спросила Дюваль.

Даль сделал паузу, прежде чем ответить.
— Знаешь, чем богатые отличаются от меня или от тебя? — ответил Эндрю вопросом на вопрос.

— В смысле помимо денег?

— Да.

— Нет, не знаю.

— В чём отличие — они умны, во всяком случае в том, что прекрасно разбираются, почему люди хотят быть рядом с ними. Из-за того, что они хотят подружиться, не взирая на близость к деньгам и власти, или хотят быть частью окружения, в котором это всё имеется. Понимаешь?

— Конечно, — ответила Майя.

— Ладно, — сказал Даль. — Дело вот в чём. Когда Джимми был ещё молод, он узнал, что его отец самый богатый человек в Dub U. Тогда он понял, что в один прекрасный день тоже станет таким. Затем он увидел, что существует множество людей, которые пытаются использовать связи и богатство в своих целях. И потом он придумал, как избегать таких.

— Поняла, — ответила Дюваль. — Джимми знал, что ты общаешься с ним не из-за его отца.

— Так как же ты с ним сблизился? — поинтересовалась Майя.

— Никак. Это он подошёл и заговорил со мной. Я думаю, он понял, что мне всё равно, кем является его отец.

— Все любят тебя, — подвела итог женщина.

— Кажется, он готов считать другом и меня, — сказала Майя.

— Это потому, что он думает, будто мы с тобой друзья, и доверяет моему мнению.

— А мы друзья?

— Ты немного лучше, чем те, что мне обычно нравятся, — сказал Даль.

— Я думаю, ты не очень спокойная.

— Ну, я сплю время от времени, — ответила Майя. — А так — нет.

— Полагаю, мне придётся приспособиться, — сказал Даль.

— Думаю, да, — кивнула она.

— Я принёс выпить, — сказал Хэнсон, подойдя сзади Дюваль.

— О, Джимми, — сказала Майя. — Ты становишься моим любимцем.

— Отлично, — Хэнсон протянул Дюваль её напиток и сел за стол. — О чём вы говорили?

* * *

Как раз перед прибытием шаттла ещё два человека зашли в зону ожидания. Точнее, их было пятеро: два члена экипажа в сопровождении трех членов военной полиции. Дюваль подтолкнула Даля, и Хэнсон оглянулся. Один из членов экипажа заметил их и поднял бровь. — Кажется, у меня есть свита, — сказал он.

Дюваль проигнорировала его и обратилась к члену полиции.
— Что с ними?

Полицейский указал на одного из них с поднятой бровью.
— На этом различные обвинения, включая контрабанду, продажу запрещённых веществ и нападение на вышестоящего начальника. — Затем он кивнул на другого матроса, угрюмо стоявшего в стороне, избегая зрительного контакта со всеми остальными. — Бедный ублюдок — это один из его дружков. Он запятнал честь Ассоциации.

— Обвинение в нападении сфабриковано, — ответил первый прапорщик. — КП был улётным кайфом.

— Наркотики, которые ты подсунул ему, — сказал второй член экипажа, всё ещё не глядя ни на кого вокруг.

— Никто не может доказать, что я дал его ему, и в любом случае это были не наркотики, — возразил первый. — Это были грибы с других планет. И они не могли сделать такого. Гриб расслабляет людей, он не может заставить человека напасть, защищая себя.

— Вы дали ему Ксенопсевдоагарикус? — спросил Даль.

Первый член экипажа посмотрел на него.
— Как я уже сказал, никто не сможет доказать, что я дал ему КП, — ответил он. — А всё может быть.

— Ксенопсевдоагарикус производит химическое вещество, которое обеспечивает большинству людей расслабляющий эффект, — сказал Даль. — Но примерно для 0,1% людей даёт противоположный эффект. Рецепторы в их мозгах немного отличаются от других. И из этих 0,1% под его влиянием люди сходят с ума. Похоже, ваш КП дал такой эффект для этих людей.

— Да кто ты вообще, умник, чтобы знать об инопланетных грибах? — спросил матрос.

— Тот, кто знает, что несмотря ни на что ты не добьёшься повышения по службе, — ответил Эндрю.
Член экипажа усмехнулся.

— И почему ты не на гауптвахте? — задала вопрос Дюваль.

Матрос кивнул на Даля.
— Спросите у своего дружка, раз он такой умный.
Майя посмотрела на Эндрю, но тот лишь пожал плечами.

— Ах, — вздохнула Дюваль.

— Если я правильно понял, — сказал Даль, — то думаю, наш друг здесь...

— Финн, — ответил член экипажа и кивнул на другого. — А это Хестер.

Хестер хмыкнул.

— Также я предполагаю, что его КП, вероятно, не понимает, что он принимал наркотики...

— Грибы, — сказал Финн.

— Ни подтвердить, ни опровергнуть такую трактовку я не могу, — возразил Финн.

— Они хотят убедиться, что мы попадём на "Бесстрашный" без обходных путей, — сказал Хестер. — Они не хотят, чтобы он пополнил свой тайник с наркотиками.
Финн закатил глаза.

Дюваль посмотрела на Хестера.
— В твоих словах чувствуется обида.

Хестер наконец взглянул в глаза.
— Этот ублюдок сделал тайник в моей прикроватной тумбочке, — сказал он Майе.

— А ты не знал? — поинтересовалась Дюваль.

— Он сказал мне, что там были конфеты, и если бы другая команда прознала, они бы залезли в тумбочку и забрали бы их.

— А ещё ты сказал, что они для твоей мамы, — ответил Хестер.

— Ладно, — возразил Финн, — в этой части я соврал.

— Тогда почему ты согласился хранить его... сладости? — поинтересовалась Дюваль.
Хестер пробормотал что-то невнятное и отвёл взгляд.

— Он сделал это потому, что я хорошо к нему относился и у него не было друзей, — ответил Финн.

— То есть ты этим воспользовался, — сказал Хэнсон.

— Возможно, вам стоило лучше знать о своих продуктах, — ответил Даль.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/43668/171548

Переводчики: alesyasparrow, urubana