Готовый перевод «Thunderer» by Felix Gilman / «Громовержец» Феликс Гилман: 45

ГЛАВА 45
Доковыляв до фабричной двери, Намди увидел, что к нему приближается Джек.
- Куда ты ходил? Где был? -
Тут он заметил усталость на джековом лице. - Что с тобой?

Джек огляделся. Они были одни: остальные - дожившие до сих пор - похоже, спали. Хорошо; к разговору с ними он был пока не готов. Джейк положил руку на плечо Намди и повёл того на улицу.

- Намди, всё кончено. В смысле, ну, во-первых, белых балахонов больше нет. Та сила, что в них была, их бог-монстр... он ушёл. Вскоре о них позабудут. Однако, Намди, нам тоже конец.

- Ты же говорил, что не успокоишься, пока есть тюрьмы.

- А это... может я такое и говорил, потому что Птица дала мне свою волшебную силу. Её хватало, чтобы делиться со всеми вами. Но теперь ей каюк. То чудовище всё же меня коснулось, перед тем как мы заманили его в ловушку. Заставило-таки меня в себя заглянуть. Ка же это обидно. Намди, я чувствую, что моя волшебная сила ускользает. Скоро она совсем иссякнет, но на ещё один побег времени хватит. Пора нам позаботиться о себе. Я могу забрать вас с собой. Разбуди наших: придётся работать быстро.

На фабрике их было пятнадцать, и ещё дюжина в сарае для лодок. Вот и всё, что осталось от силы громовержцев. Джек очень горевал по Фиссу и остальным погибшим, и по Айдену, и по прочим, которые от него ушли. Теперь, когда его война закончилась, у него появилось время горевать.

Они в последний раз поднялись на крыши, под крылья Джека, и побежали на север лёгкими, размашистыми шагами. К закату взяли курс на восток. Джек летел впереди, над головами, выискивая цель их поиска. Тем вечером, прочесав бог весть знает сколько миль городских небес, они всё же её увидели, нашли "Громовержца" среди разрушенных башен Стросс-Энда.
- Отбирайте его! - приказал Джек.

Следом за ним его люди поднялись и зависли над палубой военного корабля. Сердце Джейка едва не лопнуло от натуги, но он смеялся, видя, как они взлетают.

Команда "Громовержца" обносилась, отощала. Солдаты превратились в бандитов. Может, они думали, что однажды восстановят власть графини? Или просто спрятались, сбежали, пытались спасти собственные жизни? В любом случае, им уже ничто не поможет.

Джейк возглавил атаку на палубу, вытащив саблю из-за пояса первого подбежавшего к нему солдата и зарубив его. Он скучал по своему ножу, потерянному в канале.

На него пошёл Арлендес. Ошибки быть не могло; среди красных мундиров выделялся единственный человек в потрёпанном чёрном - истинный мечник, безупречная стойка. Но он не смог противостоять скорости Птицы, и Джек убил его быстро. Сперва дважды позволил Арландесу сделать выпад, один раз сабля противника прошла возле левого уха и один раз - возле правого, а сам изучал его красные опустошённые глаза. Затем Арландес рубанул сплеча, отдёрнул клинок и тут же выбросил его вперёд; Джека там даже не было. Движения той сабли стали исступлёнными, беспорядочными, как будто Арландес начал бить наугад. Джек внезапно опротивел самому себе; ему показалось, что он ведёт с этим человеком жестокую унизительную для собственного достоинства игру. Он шагнул вперёд - вражеский клинок замахнулся и пошёл вниз медленно и плавно как садящееся солнце - и вонзил собственную саблю под рёбра Арландеса. Тот заслужил этот удар за то, как поступил со Стросс Эндом, за то, что превратил этот великолепный корабль в оружие тирании, но, если истории верны, смерть стала для него и избавлением. Джек вгляделся в налитые кровью глаза капитана, выискивая признаки облегчения, но увидел в них лишь страх, а затем и тот пропал. И всё рано Джек отдал противнику честь. Он позаимствовал это жест на сцене мьюзик-холла, но тот отнюдь не был насмешкой. Капитана считали почти легендой, хоть он давно пошёл по дурной дорожке, и Джек это уважал. Затем он повернулся взглянуть, как справляются остальные.

Бой не затянулся. Когда остатки корабельной команды увидели упавшего Арландеса, большинство сбежали. Перебросили через борт канаты, сломя голову соскользнули вниз и удрали по городским крышам. Джек дал им уйти. Остались сражаться всего несколько человек.

Когда с ними было покончено, Джек достал из кармана куртки заметки, которые написал для него Гольбах. Среди неразборчивых рукописных строк виднелись многочисленные устрашающе-сложные диаграммы корабельного управления. Намди прочёл их через плечо Джека, и они на пару попытались разобраться, как с ним совладать.

- Не управление, а ублюдочная помесь алтаря и дюжины вращающихся колёс, - пожаловался Намди. - И что нам с ним делать, твою мать?

- Разберёмся. Время у нас есть.

Полёт на "Громовержеце" требует особого мастерства. Ещё не скоро они научаться резко разворачиваться, хищно устремляться вниз и пикировать, как умел Аландес.Записи Гольбаха не очень ясные, впрочем, учитывая обстоятельства, это простительно. Всё же они с Намди поняли достаточно, чтобы подняться над башнями и направить корабль на запад, и вперёд, и прочь из города.

Джек перегнулся через борт и смотрел на меняющийся внизу город. Чувствовал, как его покидает последнее волшебство, пока они летят. Жаль было расставаться с силой, но он не собирался горевать. В нём осталось достаточно на этот последний побег.

К тому же, возможно, после прикосновения Тайфона, в его лёгких завелась гниль, но это вряд ли. Да он устал, страшно устал, но не умирает, а даже если и умирает, ничего страшного, главное, что немного времени ещё есть.

Можно было бы взять курс на север, но он побоялся горы. Можно было бы взять курс на юг, быстро оказаться над бухтой и пересечь море, но он и так знал, что этим путём город покинуть можно. Ему хотелось посмотреть, как далеко тот простирается на запад и восток. Требовалось знать, что у него есть пределы. Хотелось увидеть городские стены и вырваться за них.

"Громовержец" смог подняться куда выше, чем было под силу Джеку. Отсюда, с такого большого расстояния, город буквально тёк. Джек с удивлением понял, что никогда этого не замечал.
- Глядите, вон там! - воскликнул он, и громовержцы сгрудились вокруг него, чтобы взглянуть на бога, который мерцающим золотым ветром прошёлся по городу, поменял по пути линии его улиц, а затем свернул к горе, взобрался по склонам и исчез.

Вечер сменился ночью, и город под кораблём накрыла тьма, кое-где припорошённая россыпями огней; затем небо окрасилось нежными цветами зари. Они пролетали над незнакомыми Джеку частями города. Тот вспомнил, как сбоила и отказывала его собственная магия, когда он удалялся от бухты, и взмолился, чтобы "Громовержец" не упал с небес. Хвала богу, тот не рухнул. Наконец, на западе стало садиться солнце. Они всё плыли, держа курс на пламенеющее небо.

Западные стены стали видны за лиги. Неимоверно высокие, выше любой башни, почти как сами горы, они перечёркивали мир блестящей линией черноты. На них восседали ужасные многоногие горгульи, при приближении оказавшиеся мощными сложными орудиями. Если бы из них решили выстрелить по их кораблю, тот был бы беззащитен.

Все громовержцы, вытянув шеи, перегнулись через нос, чтобы разглядеть, что разглядят. Ни один не предложил повернуть назад.

Стены пересекли без происшествий. Те были очень толстыми, и перелёт над ними занял много времени. На их широких вершинах Джек рассмотрел грубые соломенные лачуги и оборванных, сутулых дикарей, падавших ниц при виде огромного корабля. Он помахал им рукой.

Когда всё осталось позади, перед ними раскинулась бескрайняя равнина колышущейся пшеницы, которую закат расцветил в красно-золотые тоны. Кое-где попадались маленькие крестьянские дома. Это было красиво. Вольный край, чтобы начать всё сначала. Джек оглянулся на город; тот показался ему сломанными, сброшенными на пол наручниками. Он снова обратил взгляд вперёд и улыбнулся.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/53738/232273

Переводчики: tamika