Готовый перевод If You Leave (Beautifully Broken #2) by Courtney Cole / Если ты уйдешь - Кортни Коул: Глава 2

Девять месяцев спустя

Чикаго

Мэдисон

Музыка в этом клубе настолько громкая, что у меня буквально стучит все внутри, сотрясая грудную клетку.

Что, черт возьми, люди находят в таких местах как это? Я закашлялась дымом от генератора тумана, затем вытягиваю шею в попытке отыскать среди сотен вспотевших людей, наводнивших помещение, свою подругу Джесси.

Последнее, что я увидела, как она исчезла в темном углу со своим проигравшим бойфрендом.

- Ты не видел мою подругу? Блондинку в обтягивающей красной блузке? - кричу я незнакомому парню, который, словно рептилия, пристально смотрит на меня минут десять. Он осклабился и слегка подвинулся ко мне.

- Нет, - кричит он в ответ. - Но чтобы заняться тем, что я думаю, она нам не нужна.

Пошляк.

- Ни сейчас, ни когда-либо после, - холодно отвечаю я, поворачиваясь к нему спиной и обводя взглядом толпу на танцполе. Серьезно, я просто хочу уйти домой.

В голове не укладывается, что я позволила Джесси уговорить меня выбраться в город, чтобы отпраздновать ее День рождения. Я полагала, что этим вечером наконец-то познакомлюсь с ее братом, однако Джесси со своим бойфрендом исчезла более часа назад и больше я их не видела. Мои ноги болели, сама я, отработав на этой неделе шестьдесят часов, была измучена, а еще мне нужно было что-нибудь съесть прежде, чем я выбью кому-то глаз.

Зная свои недостатки, я минаю бар и выхожу на тротуар перед входом. Нужно уматывать отсюда. Мы приехали на моей машине, но уверена, что в случае надобности домой Джесси может подвезти и Питер. Ее бойфренд не смог удержаться в должности, но, по-крайней мере, он умеет водить.

Достаю свой телефон. "Я уезжаю. Можешь поехать домой с Питером?"

Сразу же после отправки сообщения осознаю, что она вряд ли его услышит. Так кто знает, когда она его прочтет? Вздохнув, я решаю отправиться на ее поиски. По-крайней мере, в течение нескольких минут. Было бы неправильно просто взять и оставить ее здесь.

- Если бы я хотела заняться со своим парнем сексом в общественном месте, куда бы я пошла? - вслух размышляю я, стараясь думать как Джесси, пока обхожу клуб со стороны. У Джесси слабость к публичному проявлению чувств.

Ей совершенно наплевать на мнение других о себе. Это и восхищает меня в ней, и раздражает одновременно.

Чем дальше и дальше я ухожу от тротуара в тень, тем больше мне кажется, что Джесси и Питер могут заниматься этим у здания. Но в то же время это место также кажется идеальным, чтобы стать жертвой ограбления. Я тут же начинаю нервничать и быстро осматриваюсь вокруг.

Теперь я уже на аллее, узкой мокрой улице, покрытой мусором и граффити. Мои набойки стучат по блестящему асфальту, и я делаю глубокий вдох, наслаждаясь свежим воздухом, обволакиваемая угольно-черной темнотой.

Слава богу, я выбралась из клуба. Это моя основная мысль, пока я все дальше ухожу в темноту, и хотя вокруг спокойно, опускаю руку в сумочку и сжимаю маленький перцовый баллончик. С меня не убудет, если буду напоготове.

Здесь нет ни души. Это очевидно, когда я окидываю взглядом грязное здание, нагромождения мусорных контейнеров и пустые тени. Ну, во всяком случае я надеюсь, что они ничего не таят. Кажутся они именно такими. И я кажусь здесь одной. С одной стороны это удобно, а с другой расстраивает.

- Джесси, где ты, черт тебя возьми? - бормочу я.

В тот момент, когда я уже готова сдаться и повернуть назад в клуб, замечаю нечто, привлекающее мое внимание, и останавливаюсь.

Недалеко от меня, оперевшись о стену, стоит парень, наполовину в тени, наполовину под светом. Обычно это не заставило бы меня остановиться, особенно если учесть, что я сама на аллее. Но что-то в его позе интригует меня, что-что, чего я пока не могу понять.

Я смотрю на него более внимательно.

Он стоит, грацозно скрестив перед собой ноги. И Господи, он большой. Чуть выше шести футов*, с широкими плечами и такой же грудной клеткой, плавно переходящей в узкую талию.

* 6 футов = 1.83м, полный рост здесь 1.88м

На улице прохладно, но он без верхней одежды, только облегающая черная футболка с идеально сидящими джинсами. Ни намека на лишний вес. Он подтянутый и мускулистый, с короткими темными волосами. Со стороны черты его лица словно очерчены, и я вижу легкую щетину на его крепкой челюсти, отчего моментально завожусь. Вид у него суровый.

И этот парень... он определенно сам по себе суров. Все в нем говорит о силе и мощи.

Это тоже действует на меня возбуждающе. Думаю, это именно то, что меня в нем интригует. Он словно олицетворение силы. И держит он себя целеустремленно.

Пока я смотрю, он поджигает сигарету и затягивается, медленно выпуская дым в ночь.

У него были полные, мужественные губы и ямочка на подбородке. Его сексуальность невозможно отрицать. Обычно я бы держалась подальше от такого как он, соблазнительного словно грех, но такого... сильного. Парень вроде него принесет неприятности. Определенно.

Но я же не могу прийти в клуб, чтобы убежать.

Я пришла сюда, чтобы кого-нибудь себе найти. Отбросить все свои обязанности и побыть одну ночь безразсудной. Соответствовать своему возрасту. Стать той, кем я не являюсь.

Я снова посмотрела на парня.

В любой другой день я бы сбежала от него.

Но возможно... только сегодня... я не стану сбегать.

Сегодня не обязательно оставаться собой. Я могу быть кем угодно, потому что он никогда не увидит меня вновь.

Только сегодня.

Я колеблюсь, решая, что же предпринять.

Затем, словно мои ноги живут своей собственной жизнью, делаю один шаг по направлению к нему. И еще один.

Габриэль

Сигарета вспыхивает красным в темноте, когда я с наслаждением затягиваюсь. Я вдыхаю городской воздух и никотин, а затем выпускаю токсичный дым. Знаю, что курение мне вредит, засоряет мои легкие, но сейчас меня это не особо волнует.

Через стену я ощущаю, как грохочут в клубе басы, отдавая вибрацией в позвоночник. Внутри бездумно отжигающие на танцполе дамочки ждут парней вроде меня, которые отвезут их домой и оттрахают.

Ни то, ни другое меня не волнует. Мне нужно было глотнуть свежего воздуха и оказаться подальше от дыма и пота вызывающего клаустрофобию клуба до того, как я взорвусь к чертям собачьим.

Будь я нормальным человеком, я бы нервничал, в одиночку ошиваясь на аллее ночного Чикаго. Но я человек не нормальный, и то дерьмо, которого я насмотрелся в Афганистане, сводит мою способность ощущать страх к нулю.

Но не остальные мои чувства.

Меняю положение и поправляю свой полутвердый член. Я должен быть бесчувственным, чтобы не возбудиться от вида полуодетых пьяных девиц, трущихся о всякого, кто может купить им выпить. Из-за этого я должен чувствовать себя скверно, однако ничего подобного нет.

До назначения за границу у меня бы не встал ни на одну из них. Но после трех лет за бугром здравый смысл для моего члена пустой звук. Он знает, что мне нужно.

Вздыхаю и снова поправляю пульсирующую промежность джинс, глубоко перед этим вдохнув, раз и второй. Напряжение покидает член, а чувство клаустрофобии исчезает.

Спасибо, Господи. Одной из многих вещей, с которыми я вернулся, была клаустрофобия, и это не та предсказуемая штука, когда боишься тесных пространств. Это внезапный приступ, способный настигнуть тебя в самый нежданный момент, например, посреди толпы.

К черту.

Бросаю сигарету на землю и растаптываю ее каблуком, затем достаю и поджигаю новую.

Эту вредную привычку я привез с собой, на пару с несколькими татуировками и свойством просыпаться в холодном поту от безумных кошмаров.

- Ты ведь знаешь, что это тебя убьет, так?

Вздрагиваю и вскидываю голову, осматривая темноту в поисках источника приятного голоса.

Женщина ступает ближе и я не могу поверить, что не заметил ее приближения.

Черт побери.

На изолированной аллее нас только двое. Как я мог ее упустить? Мое чутье всерьез притупилось с тех пор, как я вернулся в Штаты. Она высокая, гибкая красотка, женщина того типа, что выделяется из толпы, не говоря уже о заброшенной улице.

Светлые волосы наполовину спадают ей за спину, широкие глаза смотрят на меня. Ее пухлые губы сжаты, словно она пытается решить, безопасно ли находиться здесь. Ответ отрицательный, особенно для женщины с ее внешностью.

- Разве ты не в курсе, что ночные прогулки по чикагским аллеям опаснее сигарет?

Я спокойно смотрю на нее, делая очередную затяжку.

Ни малейшего следа испуга, когда она пожимает плечами.

- И то, и другое лучше, чем быть раздавленной там.

Она с презрением машет рукой в сторону клуба. Рассматриваю ее снова. Она одета как раз под стать этому месту... Обтягивающие кожаные штаны розового цвета, кремовый топ на бретельках, тоже в облипку, и обувь на очень высоких каблуках. Пока смотрю на нее, замечаю, что лифчик под ее светлой майкой отсутствует. Почему-то на ней это выглядит неуместно, словно этот распутный наряд не для нее.

Проблема в том, что распутный наряд ей определенно идет, подчеркивая все нужные места. Мой член оживает, когда я скольжу взглядом по ее округлым бедрам и упругой попке.

- Тогда может возьмешь одну? - предлагаю ей пачку.

Она удивляется, а затем смеется, качая головой.

- Нет, спасибо. Я уже оказалась одна на алее. Думаю, на сегодня риска достаточно.

Усмехаюсь в ответ, пряча сигареты в карман.
- Но ты уже не одна. Здесь есть я.

Она смотрит на меня и теперь я замечаю, что у нее голубые глаза.

- Почему-то, - задумчиво говорит она, - сомневаюсь, что я в безопасности.

Я улыбаюсь.
- Почему-то мне кажется ты права.

Самое забавное, что она не выглядит обеспокоенной. В действительности она подходит ближе и прислоняется рядом со мной к грязной кирпичной стене. Даже под тускло-желтым светом уличного фонаря она выглядит безупречно.

- Рискуешь стать грязной, - указываю я. Широко раскрытые голубые глаза невинно смотрят на меня.

- Иногда я не прочь побыть грязной.

И ее губы расплываются в лукавой улыбке.

Чувствую себя так, словно получил удар под дых, когда воздух покидает мое тело. Непристойная улыбка на лице этой топ-модели - большое испытание, чтобы и дальше продолжать мыслить логически. Похоже, мой здравый смысл вытеснили гормоны.

Бросая сигарету на тротуар, растаптываю ее каблуком ботинка. Не знаю, какого черта я творю, но особо на этот счет не волнуюсь. Я возбужден, а она обалденная.

Это идеальное соглашение, если только мне доводилось видеть подобное. Воздух между нами практически потрескивает от от сексуального напряжения.

Смотрю на нее, прижимаясь к ее телу. Она приятная, а пахнет еще лучше.

- Я Габриэль.

- Я Мэдисон, - следует ее ответ. За это время она ни разу не отвела от меня свой взгляд. Она точно в меня влипла, Бог знает почему. Я отличаюсь от нее так сильно как это вообще возможно.

- И что ты здесь делаешь, Мэдисон? - спрашиваю я. - Ты не похожа на тусовщицу.

Она вдруг застеснялась.
- Подруга уговорила меня пойти. Ей показалось, что мне нужно провести вечер в большом городе. Хотя вместо этого я бы предпочла остаться дома. Я устала, а от каблуков болят ноги.

Я улыбаюсь. Еще бы, на ее туфли даже смотреть больно. Никогда не понимал, зачем женщины носят такую хрень.

- Так ты не живешь тут?

Она качает головой и ее аромат словно обволакивает нас, блокируя резкие запахи города. Ее близость опьяняет, и я прилагаю усилия, чтобы не втянуться еще сильнее.

- Нет. Я из небольшого городка у озера, примерно в часе езды отсюда. Но кажется, словно он на другом конце света.

И не сказала бы, что я городская девочка. Во всяком случае, теперь.

Честно говоря, ничего такого я не ожидал. Подобно городским крошкам, она была холеной, а ее поза - уверенной.

Она толкает меня локтем, задевая своим хрупким плечом мое.
- А ты что здесь делаешь? Тоже не сказала бы, что ты вписываешься в подобное окружение. Во всяком случае, не в этом клубе.

Я приподнимаю бровь.
- Да ладно?

«Подполье» - модное злачное местечко в Чикаго. И она права. Мне здесь не место. Мое место в «Хамви»* посреди холмов Афганистана. Только я не там. Уже не там.

*«Хамви» - американский армейский вездеход.

Мэдисон замечает выражение моего лица и краснеет.

- Извини конечно. Но ты не носишь узкие джинсы и очки в толстой оправе. Ты больше похож... на футболиста. Или просто любишь проводить время на открытом воздухе, наверное.

Улыбаюсь, глядя на нее сверху вниз.
- Извинения приняты. И во мне преобладает любитель открытого воздуха.

Вооруженный солдат, если точнее, но я не говорю это вслух.

Мэдисон выглядит удовлетворено.
- Я так и думала. Так что ты делаешь в центре города?

- Что заставляет тебя думать, что я не живу здесь? Разве я не могу наслаждаться прогулкой по городу, в котором живу?

- Или я не достаточно крут для этого? - Я снова поднимаю бровь.

Она снова краснеет.
- Извини. Просто предположила. Где ты живешь?

Я ухмыляюсь.
- Здесь. Просто зови меня «парень-ты-тут-не-в-тему».

Она качает головой и толкает меня, но я с легкостью перехвачиваю ее запястье и притягивают ее к себе.

Это грубое движение, но во мне играет самоуверенность. Она не противится, что мне нравится и удивляет.

Она прижимается ко мне, глядя в мои глаза. Она кажется ожидающей и взволнованной, уверенной в себе, однако сомневающейся. Касается меня грудью, и мне становится сложно мыслить связно, сложно определить наши различия или даже ее мотивы. Ее мягкость - идеальный контраст моей жесткости. Это все, о чем я могу думать.

- Отвечая на твой вопрос, я в клубе потому что моя младшая сестра решила, будто мне стоит проветриться и с кем-нибудь познакомиться. По ее словам, я превращаюсь в полного придурка, и мне нужна подружка на ночь. - Мэдисон тихо и хрипло смеется.

- Тебе? Подружка на ночь?

В ее голосе слышится беспокойство. Плюс интерес.

Я выдерживаю ее взгляд.

- Больше чем ты можешь себе представить.

Скольжу руками вниз по ее спине к попке, обхватывая ее ладонями и сжимая.

- Мне нравится твой зад, - добавляю я. Вновь веду себя дерзко, но похоже, ей это нравится.

Прильнув ко мне еще сильнее, она практически мурлычет, ее нос почти касается моего. Ее губы замирают совсем рядом с моими, так что я могу ощущать их.

Она опускает руки на мой зад, стискивая пальцы.

- Твой тоже ничего.

Воздух между нами тяжелеет, заряженный и пропитанный электричеством.Наши глаза прикованы друг к другу, и мы замираем, ожидая следующее движение от другого.

Ожидание убивает меня.

Я делаю вдох.

Затем она тоже.

Ее губы касаются моих и пахнут мятой. Затем, прежде чем меня посещает очередная мучительная мысль, она накрывает мой рот своим.

Наконец-то.

Ее язык проникает в мой рот, и на вкус она просто божественна, словно ледяная вода в конце жаркого дня в пустыне. Наши языки переплетаются, а ее губы сминают мои. Мой член тут же твердеет, и она замечает это.

Она улыбается мне в губы.

- Кажется, тебе понравилось.

- И что же меня выдало? - с усмешкой спрашиваю я, прижимаясь к ней еще сильней.

Мэдисон улыбается в ответ и снова целует меня. Второй поцелуй такой же всепоглощающий, как и первый. Она кажется немного отчаянной, немного беззащитной. И очень сексуальной в целом.

Руками она скользит по моему позвоночнику обратно и обнимает меня за шею. Пока она делает это, я прохожусь ладонями по ее бокам, ощущая под своими пальцами кожу ее спины.

- Помнишь, я говорила, что у меня болят ноги? Я бы хотела снять туфли.

Смотрю на нее.
- Так снимай их.

- У тебя дома, - добавляет она.

Я резко втягиваю в себя воздух, еще крепче сжимая ее бедра.

- Тебе не нужно говорить это дважды.

Ей и не приходится. Я хватаю ее за руку и практически тащу по улице, ловя такси.

Меньше чем через минуту мы падаем на заднее сиденье внутри салона и мчимся в направлении моей квартиры.

Мэдисон целует меня в шею и покусывает за ухо, скользя ладонями по моей груди.
- И далеко ты живешь?

- Не очень, - выдыхаю я. Фактически я горжусь тем, что вообще могу говорить в этот момент, после того как ее рука спустилась к моей пульсирующей промежности. Выгибаю бедра так, чтобы удобней расположиться в ее ладони.

Она проводит языком по моей шее.

- Мне нравится твой вкус, - шепчет она.

Вынести это невозможно. Как бы мне хотелось, чтобы она была в юбке, но увы. Так что я помещаю свою руку между ее ног, по окружности двигая большим пальцем через ее штаны. Со стоном она движется мне навстречу.

Просовываю руку спереди к ней в штаны и обнаруживаю, что ее трусики совершенно мокрые.

Проскальзываю внутрь одним пальцем.

Потом двумя.

Затем убираю их и медленно погружаю в свой рот.

Ее глаза расширены, а с губ срывается крошечный вздох, когда она сжимает на мне свои пальцы.

- Ты пьяна? - спрашиваю ее я. Незнаю почему, но мне кажется правильным удостовериться в обратном. "Пожалуйста, скажи нет", умоляю я про себя, пока ее пальцы вырисовывают круги вокруг моего соска.

- Нет.

Спасибо, Господи. Я не спрашиваю вновь. Вместо этого я усаживаю ее к себе на колени и раскачиваю напротив себя.

Трение приносит удовольствие, и в то же время от него никакого толку.

Ее глаза расширяются, когда я просовываю руку через ее одежду, а она опускает руку на мой дрожащий член, поглаживая его.

- Такой большой, - выдыхает она, широко раскрытые глаза смотрят оценивающе и с опаской.

Я ухмыляюсь.

- Когда окажемся у меня, я тебя так им оттрахаю, - говорю я ей в ухо. - Тебе понравится.

Ее зубы задевают мою губу, а бедра крепко прижаты к моим.
- Тебе не кажется, что ты чертовски самоуверен?

Улыбаюсь перед тем, как прикусить кожу ее горла.

- Так оно и есть. Говоря по существу, давай заключим сделку. Если ближайший час не закончится тем, что ты будешь выкрикивать мое имя, утром я куплю тебе завтрак.

Она останавливается, глядя в мои глаза.
- Звучит так, будто победа в любом случае будет за мной.

- Ты права, - умудряюсь я ответить перед тем, как снова погрузить язык ей в рот.

Между страстными поцелуями Мэдисон пытается задать вопрос.

- Я еще ни разу таким не занималась. Как я могу знать, что ты не какой-то псих? - почти шепотом спрашивает она.

- Никак, - отвечаю я, задирая на ней майку и посасывая обнаженный сосок, пальцами обхватываю ее тонкую грудную клетку. Она выгибается мне навстречу, тяжело дыша.
- Но я не сделаю тебе ничего плохого. - Останавливаюсь и смотрю на нее. - Еще мне почему-то кажется, что ты нуждаешься в этом так же, как и я. Ведь так?

Мэдисон задерживает дыхание и кивает.

- Да.

Я не отвечаю и не спрашиваю почему. Просто обвиваю свои руки вокруг ее плеч и целую ее снова.

Я вдыхаю ее женский аромат, впитывая его, когда звук визжащих покрышек заставляет меня вздрогнуть.

Еще до того, как я успеваю понять, в чем дело, инстинкт срабатывает во мне. Я толкаю Мэдисон на пол такси и накрываю ее сверху своим телом.

Удар ужасающе сильный.

Раздается скрежет поврежденного метала, когда дверь рядом со мной вминается внутрь, и наше такси, кружась, стремительно движется поперек узкой улицы, с грохотом останавливаясь у стены близлежащего здания.

Еще мгновение машина раскачивается вперед-назад, а затем неподвижно замирает.

На долю секунды мы ошеломлены, пытаясь осмыслить только что происшедшее. Пар и дым начинают валить из-под капота такси, и водитель, спотыкаясь, выбирается со своего места и открывает дверь со стороны Мэдисон.

- Быстро выбирайтесь, - произносит он с сильным индийским акцентом. - Скорее.

Чуть ли не выталкиваю Мэдисон вперед, затем тащу ее прочь от измятой машины.

От двигателя раздается шипящий звук, а затем странный треск. Я знаю, что это значит.

Знаю из-за едкого запаха бензина, что обжигает мой нос.

- Шевелись, - бросаю я Мэдисон, и ее каблуки громко стучат по мостовой, пока мы мчимся на другую сторону улицы. Достигнув тротуара, мы оборачиваемся, вовремя, чтобы заметить, как водитель приседает в поисках укрытия, когда передняя часть такси взлетает в воздух.

- О Господи, - выдыхает Мэдисон, прильнув к моей руке и закрывая лицо от волн жара, накрывающих нас даже на таком расстоянии.

Смотрю, как взмывают в ночь языки пламени, как раскаленный бриз касается моего лица, и реакция не заставляет себя ждать.

Возникает знакомое чувство тревоги, внутри все скручивается в тугой узел, крепче, чем тиски. Ощущаю как начинает сдавливать горло, мешая глубоко вдохнуть.

Черт.

- Я должен выбраться отсюда, - бормочу я, когда моя грудь сжимается. Пот струится по моим вискам и я вытираю его, щурясь, когда соленая влага жжет глаза. Мэдисон смотрит на меня полными беспокойства глазами.

- Ты в порядке? - спрашивает она, сжимая мою руку дрожащими пальцами. - Мы не можем уйти. Уверена, что полиция захочет с нами поговорить.

Она указывает рукой на образовывающуюся толпу, где уже начали собираться полицейские машины. Вижу толпящихся вокруг служащих в форме, парочка движется в нашу сторону. Жар от огня и собственного беспокойства начинают меня переполнять.

- Я должен выбраться, - снова бормочу я. Ее пальцы сейчас сжимают слишком крепко, вместе со всем остальным...моей футболкой, ремнем, ботинками. Все обрушивается на меня в расплывчатой гамме звуков и запахов. Я не могу это выносить. Я вот-вот взорвусь к чертовой матери. Вырываю свою руку из ее захвата и удаляюсь прочь.

Последнее, что я вижу перед тем, как все погружается в темноту - удивление на лице Мэдисон, освещаемом красно-оранжевым заревом пылающего такси.

«Плохой поймал тебя».

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/55033/241614

Переводчики: frirw, Lena143, Rockaria