Готовый перевод Star Wars - Clone Wars: No Prisoners by Karen Traviss / Звездные Войны - Войны Клонов: Пленных не брать, Карен Тревисс: Chapter Eleven

Я серьезно обеспокоен тем, что КНС смогло сломать коды нашего Флота, Директор хард. Этого не достаточно, изменять их на ежемесячной основе. Мы должны менять их чаще.

-Канцлер Палпатин, после передачи кодовых ключей генералу Гривусу, Верховному Главнокомандующему сепаратистов-в его альтернативном обличье Дарта Сидиуса

РЕСПУБЛИКАНСКИЙ ШТУРМОВОЙ КОРАБЛЬ УРАВНИТЕЛЬ, НА АТАКУЮЩЕМ ХОДУ

-Надеюсь, Скайуокер справится, сэр, - сказал Дерел.

-Ну, если это не так, - сказал Пеллаэон, - то очень скоро у нас будет новое очаровательное украшение на капюшоне.

Если бы только ракеты сотрясения были в сети. Они были умными орудиями, способными идентифицировать цель и преследовать ее независимо; они могли петлять вокруг препятствий и падать вниз-если это что-то значило в космосе-в режиме атаки сверху. Но сейчас уравнитель был привязан к основной линии прицеливания, избегая десантного носителя, который теперь был маленьким затмением на фоне разрушителя КНС.

Штурмовые корабли были вооружены для поражения наземных целей, а не для захвата других кораблей; в этом и состоял смысл испытания современных ударных ракет, относительно легкой модернизации, при условии, что криффинг сработает. Пеллаэон едва осмеливался думать об этом. Битва могла бы уже закончиться, если бы эти несчастные вещи были в сети.

- Уравнитель, - сказал Дерел в комлинк, - не отклоняйся влево, твой порт. Держи курс. Он прижал мундштук шлемофона ближе к губам. -Пушка, три и пять-бери, бери, бери!

Две ломаные линии ослепительного белого света устремились в пространство. Пеллаэон мог следить за ними, просто наблюдая за видом из иллюминатора. В считанные секунды лазерный огонь перешел на левый борт СР-20 и ударил по разрушителю, посылая видимый шлейф обломков, кувыркающихся прочь; корабль Сепов слегка повернул, но продолжал приближаться. Однако удар, казалось, замедлил его, потому что СР-20 внезапно рванулся вперед на прямой линии с носом Уравнителя.

И Уравнитель тоже шел курсом на столкновение с Сепом.

- Вы уже делали это раньше, сэр, не так ли?- спросил Дерел. Это действительно был вопрос.

- Да, - пробормотал Пеллаэон. Ему пришлось напомнить себе, что нужно дышать; он обнаружил, что задерживает дыхание, и внезапно задался вопросом, почему он время от времени задыхается. Он сосредоточился на третьем ряду цифр на хронометре переборки, мигая десятые доли секунды, и был удивлен, насколько четкими и медленными они казались в этот момент. - Не с кораблем такого размера, Но да, я уже играл в эту игру раньше.

Это было очень давно, или, по крайней мере, мне так казалось. И корабль в середине тесноты не был тем, который он хотел спасти неповрежденным, но ... маневр был тот же самый.

-Одна минута до столкновения,- сказал Барадис.

- Давайте не будем так говорить, Коммандер.

- Приготовьте, пушки.

Пеллаэон почувствовал, что кто-то приближается к нему. Краем глаза он заметил Эш Джарви. Теперь джедаи ничего не могли для него сделать; это был вопрос управления кораблем, умения пилотировать, знания способностей корабля и команды, а также точного времени.

Речь шла о том, чтобы знать, когда моргнуть.

- Неужели они не поймут, что транспорт должен уйти с дороги? - спросила Эш.

Конечно, поймут, - сказал Пеллаэон. Сорок секунд. - Но они не знают, может ли это быть. Они не знают, будем ли мы поворачивать влево или вправо, или двигаться по вертикальной оси. Или если мы просто неправильно рассчитаем время и врежемся в него. Но это уже второй корабль, за которым нужно присматривать.

Я рискую многими жизнями. И гражданскими тоже. Подрядчики верфи. Джедаи.

Если Сепы уделяли так много внимания неизбежному столкновению, то они не уделяли так много внимания СР-20. Угроза исходила от второго разрушителя, который находился в нескольких секундах позади своего родственного корабля и, скорее всего, был готов открыть огонь.

-Вторая цель нацелилась на нас, сэр, - доложил Дерел. -Пушка, два и четыре-бери, бери, бери.

Лазеры развернулись на тридцать градусов вправо, и через пять секунд слабая вспышка белого света расцвела на правом краю обзорного экрана мостика. Второй корабль Сепов на данный момент был вне зоны видимости, но его транспондер все еще был виден на экране Дерела. Пеллаэон видел это. Он также мог слышать быструю болтовню на заднем плане в системе связи, звук операторов датчиков, пытающихся подтвердить, сколько повреждений вызвал удар турболазера.

- Она не мертва, - сказал Дерел, - но у нее достаточно проблем, чтобы замедлить ее, сэр.

- Этого может быть достаточно. Пеллаэон уставился на растущую фигуру, которая была СР-20. Пятьсот метров было до смешного близко. Промах. Или почти не промахнется, если всем не повезет. -Скайуокер, двадцать секунд.

- Я вижу вас, Уравнитель.

- Как это обнадеживает ...

- Ну вот и все.

Руман принял единственную разумную меру предосторожности. Это была правильная процедура. Это тоже нервировало. "Сгруппируйтесь, сгруппируйтесь, сгруппируйтесь - столкновения, столкновение, сгруппируйтесь, сгруппируйтесь, сгруппируйтесь.

Пеллаэон подумал, что последняя проблема, о которой ему придется беспокоиться, - это то, что его позвоночник или колени начнут колотиться, если этот криффинг транспорт вовремя не пригнется. Судно, казалось, пронеслось по всей длине палубы Уравнителя, а затем исчезло.

Его место занял головной разрушитель сепов. Теперь оба корабля шли лоб в лоб. Второй разрушитель отступил на некоторое расстояние.

- Ладно, приятель, - сказал Пеллаэон. - Убирайся с моего неба.

Может быть, Сеп на другом мостике смотрел на Уравнителя и говорил то же самое.

Одно было ясно: Пеллаэон не остановится, пока не окажется прямо на месте столкновения. И это было так-

Меньше чем в минуте отсюда.

Дерел постучал пальцем по сенсорному экрану, словно пытаясь привлечь к себе внимание. - Если Сеп Два выстрелит в нас с этой позиции, он подвергнет опасности этого шутника.

-Крейсер свободен,- сказал Барадис. Его лицо было достаточно близко к сенсорному экрану, чтобы пролить на него разборчивый свет. Пульсирующий красный свет пробежал по его подбородку. - И приближается... выравнивание ...

- Держи курс, пока он не пришвартуется. Если Уравнитель сейчас отклонится, Скайуокер в лучшем случае промахнется мимо залива, а в худшем врежется в него. Устойчиво ...

Разрушитель Сепов, похоже, не собирался моргать первым. Он вырисовывался на обзорном экране.

-Пушка готова?

-Готовы, сэр.

До безопасного расстояния тоже оставалось несколько секунд. Не было никакого смысла взрывать корабль прямо у себя под носом и попадать под его обломки.

- Скайуокер на борту?

-Нет, сэр...

Это был короткий вызов. Лобовое столкновение, попадание под взрывающийся корабль, потеря десантного транспорта. Пеллаэон, полагаясь на свой инстинкт так же уверенно, как и любой джедай, должен был сделать это.

"Огонь."

Дерел даже не успел отдать команду на взлет. Сверкающие голубые потоки заполнили обзорный экран, когда турболазеры нацелились на разрушитель Сепов. Первые снаряды попали в корпус разрушитель прямо под его носом, но Пеллаэон уже почти ничего не видел. Ослепительный свет, вращающиеся недолговечные языки пламени и раскаленные докрасна вихри обломков не давали ему ни малейшего представления о том, что происходит, кроме того, что они сильно ударили по Сепу и корабль начал разваливаться на части. Затем мощный толчок, который, казалось, вдавил его голову в позвоночник, заставил Пеллаэона потянуться к сигнализатору столкновения. Он ударил по нему ладонью. Замигали огни; корабль Сепов дико раскачивался, словно пытаясь развернуться на 180 градусов, выпуская пламя и плазму и явно выходя из-под контроля.

Но ему удалось сделать несколько выстрелов со своей стороны. Либо это, либо один из приближающихся крейсеров Сепов открыл огонь. Теперь уже трудно было сказать, что именно их поразило. Не видя в иллюминаторе ничего, кроме пораженного Разрушителя Сепов, Пеллаэон наклонился над Дерелом, чтобы проверить его экран.

Внезапно битва превратилась в замедленную съемку.

-Мы потеряли маневрирование, левые двигатели, - сказал Барадис.

Отчеты о повреждениях, - прокричал Руман, перекрывая шум. - Пробоина в корпусе шестого инженерного отсека, левые двигатели повреждены, один блок генераторов гипердвигателя выведен из строя.

Пеллаэон уставился на экран. Крейсеры Сепов, казалось, не торопились. Они не слишком торопятся, - сказал он. - Значит, в том-то и был весь смысл, чтобы вывести нас из строя. Они все еще хотят, чтобы мы были целы и невредимы.

Неужели Сепы действительно были готовы пожертвовать одним военным кораблем, чтобы держать уравнитель занятым, в то время как другой калечил его?

И я чуть не убил свой корабль, чтобы спасти одну женщину. Вот как это складывается в учебниках истории, личные чувства отдельно.

Может быть, корабли Сепов делали это медленно, потому что они думали, что Уравнитель может самоуничтожиться, а не быть захваченным. Они определенно считали, что сотрясающие ракеты были настолько значительными. У уравнителя не было ничего такого, чего не было бы у других штурмовых кораблей Республики.

- СР-двадцать уже пришвартован, номер один?

- Так и есть, сэр.

- Мы можем прыгнуть? Коммандер?

- Мы не погибли в воде, - сказал Барадис, - но потребуется десять или пятнадцать минут, чтобы набрать достаточно энергии, чтобы снова прыгнуть. Нам нужно перенаправить ретрансляторы.

Пеллаэон бежал теперь на слепом рефлексе. В прошлом это всегда сослужило ему хорошую службу. Была тонкая грань между догадками и тренировкой, настолько укоренившейся и отточенной, что она буквально не требовала сознательного мышления. Но никакого компьютерного прицеливания, никакого надежного навигационного компьютера, а теперь еще и проблемы с гипердрайвом; у него заканчивались идеи.

- Хватит ли у нас энергии, чтобы запустить защитные системы? Щиты были массово голодными системами. Это всегда был компромисс между оружием и щитами. - Нам нужно выиграть немного времени.

- Я найду способ, сэр ...

-Хороший человек. Сделайте это.

Уравнитель еще не закончил. Пеллаэон был уверен.

Но он все еще думал о том, что будет делать, если следующий план не сработает. Он знал, что ему приказывают.

Он задавался вопросом, действительно ли несколько тысяч жизней стоят секретов ракет, которые, вероятно, будут проданы следующему покупателю по самой высокой цене в течение года. Он посмотрел на группу джедаев, которые хранили полное молчание. Эш Джарви выглядела так, словно ждала приказаний.

- Вы творите чудеса? - спросил он.

АНГАРНАЯ ПАЛУБА, УРАВНИТЕЛЬ

СР-20 скользил по палубе маленькими прыжками, как камень, брошенный в воду. Металлический скрежет заставил Каллисту стиснуть зубы.

Она думала, что Скайуокер был лучшим пилотом. Она была слишком занята поддержанием Инса в стабильном состоянии, чтобы поднять глаза, но услышала сердитое бормотание Скайуокера и мигающие аварийные огни, отраженные от внутренних переборок, когда транспорт с шумом остановился. Когда она поняла, что СР-20 неподвижен, ей потребовалось некоторое время, чтобы понять, что вибрирует Уравнитель, а не десантный корабль, и мигающие огни были предупреждением об опасности на ангарной палубе. Рекс и трое солдат несли Инс вниз к трапу, когда команда в противопожарных костюмах бросилась им навстречу.

- В нас попали, - сказал один из них. - Возможно, вам захочется выскочить отсюда и посмотреть, как далеко вы сможете прыгнуть своими силами. Вы можете сделать Кемла.

Скайуокер спрыгнул с мостика, как будто решил срезать путь. - Нет, этот человек слишком тяжело ранен. Мы должны немедленно доставить его в медицинский залив.

- Вам решать, сэр.

- Насколько плох корабль?

- Ручное наведение, никаких ударных ракет, и они пытаются восстановить генераторы гипердвигателей. Мы полагаемся на щиты и ручное наведение турболазера примерно на пятнадцать минут.

- А как насчет ударных ракет?

-Не в сети. Проблема компьютерного прицеливания. Это все компьютерные проблемы.

Алтис спустился по портальной лестнице и отряхнул руки. - Так вот, мы могли бы помочь там ... Каллиста?

- Я могу это сделать, - сказала Каллиста. Корабль, который казался ей живым зверем, когда она впервые поднялась на борт, теперь снова притягивал ее. - Дайте мне попробовать. Покажите мне компьютер наведения.

- Тебе нужно к нему прикоснуться?

"Да."

Матрос замолчал, прижав палец к уху, словно разговаривал с кем-то по комлинку. Каллиста не видела его лица под огнеупорным капюшоном и не слышала его. Пока она ждала, Инса унесли на репульсоре, и корабль несколько раз вздрогнул, словно под сильным огнем.

-Капитан говорит, идите вперед, а лейтенант Дерел встретит вас в конце прохода семьдесят восемь-альфа на этой палубе. Он указал на взрывозащищенные двери на противоположной стороне ангара. - Хотите, подвезу вас туда? У нас есть скоростные тележки.

- Я могу убежать от одной из них, спасибо.

Она не оглянулась; она просто побежала к дверям, почти раздвинув их в отчаянии, когда они не открылись достаточно быстро, а затем побежала во весь опор по коридору, рассеивая экипаж и гражданских подрядчиков. Внезапно она почувствовала, что Асока следует за ней по пятам.

- Зачем ты идешь? Каллиста тяжело дышала.

- Тебе может понадобиться помощь, - сказала Асока.

- Ты не можешь чувствовать машины. Я могу.

- Я все равно иду.

По крайней мере, она больше не считает меня сумасшедшим темносторонним. Это уже кое-что. Нет ничего лучше позднего прозрения, не так ли?

Проход оказался намного длиннее, чем она себе представляла. Уравнител" не был полноразмерным штурмовым кораблем, но он был достаточно велик, чтобы Каллиста задыхалась, когда добралась до турболифта, спускавшегося с мостика на палубу. Дерел ждал её. Она видела его на всем протяжении коридора, начиная с последнего поворота, - руки сцеплены за спиной, он переминался с ноги на ногу, опустив голову и время от времени поглядывая вверх; Еще один клон, внешне почти такой же, как Инс, но производящий совершенно иное впечатление в Силе.

Он казался удивительно расслабленным. В конце концов, он ничего не мог сделать, чтобы заставить ее бежать быстрее.

Она скользнула в турболифт, Асока последовала за ней. Дерел нажал на рычаги управления, и кабина упала, как камень. -Это отдельная система,- сказал он. - Ракеты не зависят от основных систем вооружения, потому что это просто болт для испытаний. Вам нужно знать, как это работает?

- В общем, да...

В иллюминаторе турболифта мелькали уровни палубы мостика. - Какого рода детали?

Просто скажите мне в самых общих чертах, как будто это животное. Я должна мысленно погрузиться в компьютер. Для этого мне не нужны технические данные.

"Окей." Дерел несколько раз моргнул. - У ударных ракет есть бортовые компьютеры, которые позволяют им отслеживать цель. Но им нужно покинуть корабль со всеми видами информации о том, на что они охотятся, чтобы они не выбрали не ту добычу. Как дружественный корабль, например. Ракетный компьютер должен сказать каждой ракете, как выглядит ее жертва, где она должна укусить ее и насколько сильно, чтобы убить ее. Но проблема, похоже, в том, что ракеты его не слышат. Есть ли в этом смысл?

Идеально. -Да. Вы хорошо провели инструктаж, лейтенант.

Двери турболифта открылись. Дерел повел Каллисту и Асоку вниз по лестнице и открыл ключом одно из отделений. Как только Каллиста положила руку на переборку, она почувствовала, что корабль реагирует на нее, как. Она почти чувствовала биение сердца. У каждого военного корабля были свои собственные уникальные звуки и вибрации, которые говорили тем, кто жил в них, что все хорошо или что-то не так, и теперь она полностью это понимала. Ракетный компьютер оказался скромной дюрастиловой коробкой размером с привод спидера. Единственными видимыми признаками активности были синие и зеленые огоньки сбоку и маленький диагностический экран, утопленный в металл.

- Откуда он получает информацию о целях?- спросила она. Она положила обе ладони на его верхушку. Она чувствовала его острый ум, его ненасытную потребность в поиске. - Какие системы с ним разговаривают?

- У него есть база данных известных профилей кораблей от Республиканской Разведки, и мы дополняем ее показаниями датчиков во время миссий. Он должен видеть корабли Сепов как подтвержденные цели.

Каллиста кивнула. - Я могу это сделать. Она чувствовала это; она чувствовала, как компьютер наведения снова и снова ищет что-то, постоянно спотыкаясь ... ворота, закрытая дверь, что-то, через что он просто не мог пройти. - Хорошо, когда системы говорят друг с другом, запускаются ли ракеты?

- Если ключ запуска открыт.

"Откройте его."

Что бы это ни значило, ключ здесь не был повернут. Дерел прижал мундштук шлемофона к губам и что-то сказал. Но к тому времени она уже терялась в кристаллах и цепях машины, ощущая жужжание и покалывание мельчайших электрических импульсов, видя сначала удивительно правильный, сложный ландшафт линий, огней и сверкающего металла. Было ощущение движения, происходящего с головокружительной скоростью, но все же застывшего в неподвижности. Затем она почувствовала, как ее охватила слабая вибрация, которая, казалось, начиналась в животе. Она проникла в самую сердцевину ее костей, добралась до кожи. Теперь она каким-то образом приняла совсем другой облик. В то время как она все время осознавала, что находится в фиксированной точке-идеальном пересечении линии, идущей от уха до уха, и другой, проходящей через макушку до середины языка,-теперь она была повсюду на плоской плоскости. Все, что она понимала о физическом существовании, больше не применялось.

Она была машиной-она была всем кораблем. Она чувствовала барьер, который не давал компьютеру достичь своей цели. Она также была массой чувств, намного превосходящих человеческие плоть и кровь, сенсорными системами корабля; она была бьющимся сердцем его генераторов. Она безучастно переводила взгляд с одной части бесконечного плана на другую, видела барьеры и открывала их одним дыханием. Ей казалось, что она вдыхает прохладный чистый воздух после того, как попала в душную клетку.

Ощущение бегства было чудесным. Почему-то ей казалось, что она летит. Это не было похоже ни на что из того, что она знала раньше.

Мир в ее глазах-не перед ними, а в них-был теперь бархатно-черным и бесконечным. Она летела с невероятной, не требующей усилий скоростью, поглощенная жаждой чего-то, охотой. Она обнаружила, что мчится к чему-то столь же сложному и живому, как и она сама, но эти двое не могли существовать в одном мире-она знала это больше, чем что-либо другое в тот момент, - и один из них должен был умереть. Черный бархат мгновенно превратился в обжигающе-белый свет. Она думала, что на этом все закончится, но проделывала это путешествие снова и снова, с каждым разом все увереннее.

Это было блаженство. Это была невообразимая свобода. Это было-

Ее вырвали из безмолвной идиллии. Ей показалось, что она упала очень далеко. Мир вокруг нее внезапно смутился, стал мягким, несовершенным, грязным, шумным. И она снова была ... из плоти и крови. Голова, четыре конечности, отяжелевшие и вялые.

Она уже скучала по полету в этой идеальной бесконечности.

- Ух ты!" Голос был очень далеким. - Я никогда в жизни не видел ничего подобного! Эй, вы в порядке? Вы сделали это! Вы сделали это!

Она была почти уверена, что теперь она Каллиста, и подумала о ферме водорослей. Может быть, именно поэтому голос звучал приглушенно: она была под водой. Нет, она смотрела на два лица-молодого человека и ярко выраженное лицо нечеловека.

Это очень ... странно, - произнес женский голос. Это был не ее собственный голос. - Я думала, что никогда не выведу тебя из этого транса. Ты выглядишь ужасно.

Асока. Да, это была Асока, а мужчина-Дерел, а она-Каллиста Масана.

- Где Гейт? - спросила она. Гейт! Как она могла захотеть лететь одна, когда Гейт все еще был здесь? - Мы можем выбраться отсюда прямо сейчас?

- Не спешите, - сказал Дерел. Он с энтузиазмом шлепнул ее по спине. - Вы уничтожили семь кораблей сепов. Последние два недостаточно велики, чтобы справиться с нами, даже если половина наших систем отключена. Отличная работа, мэм.

Но она была не в себе, не полностью. Она все еще ощущала в себе ощущение корабля, совершенно другой формы и размера.

Что-то изменилось; она чувствовала себя так, словно у нее в ушах была вода, как будто ее тонко настроенные чувства были немного притуплены. Она не была уверена, что это было, но она знала, что она была другой так или иначе.

Асока обхватила ее за плечи, глаза ее были широко раскрыты и полны тревоги. - Вы в порядке?

- Просто немного не в себе. Каллиста поднялась на ноги. Теперь она знала, в чем проблема. Она почти ничего не чувствовала в Силе. Даже Асока, стоявшая рядом с ней, чувствовала себя настолько подавленной, что Каллисте пришлось напрячься, чтобы почувствовать её джедаем. Это было, как если бы она была оглохнувшей от взрыва. -Разве я попала под что-то?

Асока взяла ее за руку. -Нет Вы просто отключились. Вы были просто-прямо с компьютером наведения. Я могла это видеть. Я не знаю ни одного джедая, который мог бы сделать это с машиной. Никого.

Она произнесла это так, словно это было темное искусство, которое пугало ее. В тот момент Каллиста не помнила о слиянии вообще ничего, кроме удивительной ясности, ответа на все, когда она потянулась к нему, самых четких подробных изображений звезд и кораблей вплоть до их ржавых полос, крошечных метеоритных пятен и шелушащейся ливреи. Теперь эта напряженная ясность исчезла, оставив ее с тревожной расплывчатостью. Возможно, в этом все и дело. Она снова перешла от машинной перспективы к ошибочной человеческой, и это был просто контраст, который заставил ее почувствовать, что она потеряла свои чувства Силы.

Как будто читаешь голограмму с увеличенным текстом, а потом возвращаешься на обычную страницу. На мгновение он кажется размытым. Вот и все.

Не так ли?

Если это напугало Асоку, то напугало ее саму. Она попыталась понять, о чем ей следует беспокоиться.

- Все в порядке? - спросила она, все еще не понимая, кто они были. - Кто-то пострадал.

- Ини, - сказала Асока. Пойдём. Идем в медицинский залив и посмотрим, как он там.

Каллиста побывала лишь в нескольких местах этого огромного корабля, но каким-то образом теперь она знала дорогу, даже не глядя на трафаретные номера, обозначающие палубы и секции. Она направилась в медотсек. Если бы кто-то сказал ей, где это было, она не смогла бы приравнять эти направления к тому, что она чувствовала где-то в своем мозгу.

Так что во мне осталось немного от корабля.

Это было не в первый раз. Она и раньше погружалась в машины, и они никогда не были такими сложными или напряженными, как сейчас. Но потом она всегда чувствовала себя немного изменившейся, и это было трудно определить.

Если бы я попыталась понять дроида на этом уровне ... если бы я слилась с дроидом ...

Каллиста всегда была любопытной, никогда не боялась столкнуться со своими собственными ограничениями или бросить вызов убеждениям, которых она всегда придерживалась. Но ей было невыносимо думать о том, что может случиться, если она увидит галактику с точки зрения дроида.

Да. Я была компьютером. Я была кораблем. Я была каждой ударной ракетой. Если я когда-нибудь узнаю, что значит быть дроидом, смогу ли я сражаться в этой войне?

Она знала, что должна избежать никогда и не узнает. Было достаточно трудно переварить войну, которая штамповала живых людей, как машины на производственной линии. Солдаты-клоны-она была права, чувствуя возмущение и сочувствие к ним. Не было другого способа увидеть их, кроме как человеческими существами. Но если в дроиде есть что-то такое, что можно почувствовать, что-то такое, что можно понять, то уничтожение их будет мучением.

Она не могла себе этого позволить. Ей пришлось закрыть на это глаза.

Это было отвратительное осознание. Она тут же приняла решение не испытывать того, что значит быть боевым дроидом. Она знала, что они думают, в любом смысле этого слова. Но она не хотела знать, что они чувствуют.

Ты ведь знаешь ответ, не так ли?

Вы знаете, что жизнь принимает больше форм, чем мы можем себе представить. Но наступает момент, когда вы не осмеливаетесь смотреть.

- Целесообразность, - сказала она, безошибочно направляясь к аварийному отсеку в медотсеке. - В конце концов, это достанет нас всех.

МОСТИК, РЕСПУБЛИКАНСКИЙ ШТУРМОВОЙ КОРАБЛЬ УРАВНИТЕЛЬ

Пеллаэон смотрел на медленно падающие обломки, которые когда-то были небольшим флотом сепаратистских военных кораблей, и ждал плохих новостей, но их не было.

Барадис продолжал расхаживать взад и вперед в промежутке между оружейными станциями и операторами сенсоров, скрестив одну руку на груди, обхватив ладонью локоть и постукивая ногтем большого пальца по зубам. Он тоже ждал плохих новостей. Их было так много, что едва ли можно было поверить, что теперь они избавились от неприятностей.

-Два корабля Сепов отходят, сэр, - доложил он. - И мы будем готовы к прыжку примерно через пять минут.

Это уже заняло больше времени, чем пятнадцатиминутная оценка, но сейчас это не имело значения. Бой был окончен. Оставшиеся в живых просто стояли, затаив дыхание и настороженно готовясь уйти. Победителей не было.

- Они знают, что у нас кончились удары? Пеллаэон вышел за пределы разумной точки отступления, но не было никакого смысла преследовать отставших, и Уравнитель ничего не могла сделать самостоятельно с ДжанФаталом, даже если бы она была полностью работоспособна. - Ну, по крайней мере, эти ракеты работали довольно хорошо. Даже если им нужен был джедай, чтобы пнуть их.

Бенб бесстрастно наблюдал за происходящим, сложив руки на перилах. Для штатского, который отправился на разведку, не ожидая ничего более опасного, чем закрутить несколько болтов, он, казалось, довольно хорошо воспринял неминуемую смерть.

- Как ваша команда, Бенб?"- спросил Пеллаэон. Может быть, они не были столь оптимистичны.

- Лучше не бывает, - небрежно бросил суллустианин. - У нас тройная сверхурочная работа. Надбавка за трудность наступает, как только начинается стрельба.

Это была другая вселенная, гражданские верфи.

Эш похлопала Пеллаэона по плечу. - Сэр, мы определили безопасную точку встречи в Кемле, чтобы встретиться с Стрелком Вуки для передачи.

-Боже мой, нет. Теперь его охватило чувство вины. - Мы прервали вашу миссию, подвергли вас риску и надеялись, что вы спасете наши шкуры. Самое меньшее, что мы можем сделать, это позволить вам идти своей дорогой.

- Вы все еще не можете прыгнуть точно без джедая, сэр.

Она была права. - Я упомяну вас в донесениях, - сказал он. - Хотя бы для того, чтобы увидеть выражение лица Мастера Йоды, когда он увидит, что еретические анархисты спешат на помощь.

Эш выглядела слегка смущенной. Может быть, злорадство было не очень джедайским занятием.

- Агент Дэвис в медотсеке, - загадочно сказала она и ушла, прежде чем он успел понять, откуда она это знает.

Он не мог больше откладывать это. Он не хотел этого делать. Но это казалось неприличной поспешностью, когда его корабль хромал назад к верфи с повреждениями и жертвами.

-Идите, сэр, - тихо сказал Барадис, не отрывая глаз от навигационного сенсорного экрана. - Я могу закончить здесь так же легко, как и без вашего волнения и беспокойства...

С разрешения навигатора или без, но Пеллаэон старался, чтобы его не заметили, спешащим.

Медотсек был занят. Дроиды получили множество мелких повреждений-переломы и рваные раны от ударов, некоторые ожоги,-но было несколько серьезных ранений из генераторного отсека, получивших прямое попадание.

-Потери?- спросил он командира-врача.

-Десять, сэр. В сложившихся обстоятельствах мы легко отделались.

-Дайте мне сведения о ближайших родственниках, Коммандер, и я пошлю личные сообщения.

-Восемь клонов, сэр. Осталось написать только два сообщения.

Эта реальность никогда не устраивала Пеллаэона. Это было похоже на стирание. У них не было семей. Так что он выяснит, кто их друзья среди команды, кто будет скучать по ним больше всего, и поговорит с ними некоторое время. Если нет-тогда он мог бы быть неймодианцем с командой дроидов, которые ничего для него не значили. Человек не может так управлять военным кораблем.

- И, - сказал коммандер, -она вон там.

Коммандеру не нужно было говорить, кто она такая. Личная жизнь Пеллаэона больше не была частной. Он гадал, было ли это когда-нибудь, но, по крайней мере, теперь это было открыто, и в кают-компании не будет лукавых взглядов.

Голос Халлены доносился из-за перегородки. Когда он отодвинул экран и вошел в лечебную зону, то обнаружил, что она переполнена-медицинский дроид, клон, лежащий на диагностическом столе с трубками, ведущими в руки и шею, и небольшая толпа зевак. Халлена держала клона за свободную руку. Рекс мрачно наблюдал за происходящим, скрестив руки на груди и переводя взгляд то на Инса, то на экран биосигналов на переборке.

-Инс, с тобой все будет в порядке, - сказала Халлена. -Инс? Ты когда-нибудь был в развлекательном районе на Корусканте? Держу пари, что нет. Ну, я собираюсь пригласить тебя на самый большой нерф стейк в мире.

Пеллаэон подозревал, что Инс ее не слышит, но даже люди в коме иногда что-то слышат. Меддройд проверил катетер, перекачивающий жидкость в его тело через яремную вену. Рекс медленно расхаживал по краю лечебного отсека, время от времени поглаживая ладонью голову, словно проверяя, нет ли щетины. Корик и Асока отсутствовали. Похоже, Рекс велел ему на время убрать ее с дороги. Скайуокера нигде не было видно.

Пеллаэон ничего не сказал, но положил руку на плечо Халлены. Она оглянулась, как будто не заметила его присутствия, а затем просто посмотрела на него с выражением, которого он раньше не видел: сожаление.

-Я доставила тебе много хлопот, - тихо сказала она.

Это была их первая встреча за последние несколько недель. Ничего необычного, учитывая их работу, но это было не то романтическое воссоединение, которое он планировал.

- Как у него дела? - спросил Пеллаэон.

Он не был уверен, кто собирался отвечать. Последовала молчаливая пауза, пока остальные клоны либо смотрели на Рекса, либо вообще не поднимали глаз.

- У него отказывают почки, - сказал Рекс. - Так что теперь любое повреждение мозга от гипоксии выглядит несколько академично. Он потерял слишком много крови.

Пеллаэон задумался, не лучше ли забрать Халлену. Он сжал ее плечо.

- Дай его приятелям пройти, - тактично сказал он, указывая на выход. - Здесь не так уж много места для прохода.

Они немного постояли в вестибюле, стараясь держаться подальше от мчащихся меддроидов и репульсорных каталок. Алтис ждал вместе с Каллистой и Гейтом на почтительном расстоянии, тихо переговариваясь. Пеллаэон поймал взгляд Каллисты и поднял большой палец в молчаливом одобрении ракетного удара, но затем все джедаи разом повернули головы, все посмотрели в сторону процедурного кабинета. Пеллаэон понял, что привлекло их внимание. Это был не он.

Конечно, он не мог ни слышать, ни видеть его. Но они могли.

- О, стэнг, - сказал он.

Рекс вышел из кабинки, его лицо было пепельно-серым, как будто он был напуган или разъярен, но сжатые челюсти говорили о последнем. Он должен был пройти мимо Пеллаэона, чтобы покинуть медотсек. Он отстегнул шлем от заднего ремня и надел его, как будто не хотел разговаривать.

-Пусть это будут два солдата, которых я должен заменить, - сказал он и быстро зашагал прочь.

Халлена на мгновение закрыла глаза и опустила подбородок.

- Ты должен был оставить меня, - сказала она. - Посмотри на все это. О чем я думала, призывая к эвакуации? У меня даже не было никакой информации, которую стоило бы спасать. Что я скажу этим солдатам? Что все это часть моей работы?

Она хотела было вернуться в кабинку, но Альтис подошел к ней и с тихой настойчивостью преградил ей путь. -Я бы дал им немного времени, - сказал он. Кроме похищения их, агент Дэвис, вы ничего не можете сделать, чтобы это не повторилось снова.

Халлена как-то странно посмотрела на Алтиса, потом перевела взгляд на Пеллаэона. Он подумал, не пробовал ли старый джедай немного воздействовать на нее своим разумом, но она слышал, что это действует только на внушаемых, а она была кем угодно, только не этим.

"Я буду в кают-компании", - сказала она, всего в нескольких шагах. - Когда мне удастся её найти.

Альтис слегка склонил голову перед Пеллаэоном. - Пусть с ней поговорит безобидный старик, капитан. Я бы чувствовал себя точно так же, как она в этой ситуации. Виновным.

Но это моя любимая. Женщина, на которой я хочу жениться. Я должен быть тем, к кому она обращается в критической ситуации.

Алтис был прав. Чувствуя ответственность за это безобразие, как правило, Халлена. Она всегда чувствовала, что может справиться со всем, и что если что-то идет не так, то это из-за ошибки, а не из-за невезения. Возможно, она была права. Когда вы работаете в одиночку, вы, как правило, не видите миллион способов, которыми взаимосвязанная группа существ может столкнуться с проблемами без какой-либо определенной ошибки, которая была бы ответственна за то, как обернулись события.

- Скажи ей, что я приду позже. Пеллаэон чувствовал, как растет частота контрольного сигнала вибрации как Уравнитель под напряжением, чтобы прыгать. Это, по крайней мере, шло по плану. Через несколько часов они вернутся на Кемлу, чтобы начать все сначала. - Жаль, что это путешествие будет таким коротким. Я бы с удовольствием поужинал, мастер Алтис.

-Я уверен, что однажды у нас будет еще один шанс, - сказал джедай и ушел вместе с Гейтом и Каллистой.

Уравнитель прыгнул, ему помогали джедаи. По крайней мере, эта часть испытания закончилась.

КАЮТ-КОМПАНИЯ ГЛАВНОГО СТАРШИНЫ, УРАВНИТЕЛЬ, НА КУРСЕ ДЛЯ RV В КЕМЛЕ С СТРЕЛКОМ ВУКИ

-Рекс?

Он поднял глаза, не поднимая головы, положив подбородок на сцепленные руки.

Он даже не слышал приближения Асоки. Джедай мог делать такие вещи незаметно, но на мгновение он забеспокоился, что теряет свое преимущество. Маленькая Тогрута была одета в элегантную серую флотскую тунику и штаны. Он понятия не имел, где она нашла подходящую ей форму, но она была так трогательно серьезна, так сосредоточена на том, чтобы все делать правильно и соответствовать, что это почти расстроило его.

- Ты слишком юна, чтобы пить здесь, - сказал он.

-И ты моложе меня-с определенной точки зрения.

Она всегда умела рассмешить его, как бы ему ни было плохо. Будучи джедаем, она не нуждалась в его объяснениях. Она это знала. Он знал, что она знает.

Она села рядом с ним за стол и наклонилась к нему, как будто хотела поделиться какой-то шуткой. Ему было интересно, как он отнесется к ее благонамеренным попыткам подбодрить его.

-Бывали ли у тебя дни, - сказала она, - когда все, что ты думал, что знаешь наверняка, просто исчезло, перевернулось, и ты не знал, с чего начать снова, чтобы понять все это?

Значит, она здесь не для того, чтобы поднять его боевой дух. На мгновение ему показалось, что она бьет его собственной проблемой прямо по голове. Потом он понял, что она описывает свою собственную.

-Еще бы, малышка, - тихо сказал он.

Как ты справляешься?

"Лучший вопрос."

- Ты справляешься?

- Я все еще стою ...

- Я скажу тебе свое, если ты скажешь мне свое.

- Ладно, - сказал Рекс. - Я солдат. Это все, что я есть. Я не очень много знаю о внешнем мире, но я почти уверен, что у других солдат есть семьи и жизнь вне боевых действий. У нас нет. Может быть, поэтому я так переживаю из-за того, что таких парней, как Вир и Инс, так скоро убьют после тренировки?

- И никто не должен умирать таким молодым.

- Но целые полки из нас рано или поздно погибнут. Может быть, все мы. Молодой человек. Мы это знали. Почему это заставляет меня чувствовать себя обманутым?

Асока схватила его за руку, как будто внезапно испугалась чего-то. Рекс видел, как некоторые из маленьких клонов делали это, когда они впервые попробовали живую артиллерию. Каминоанцы этого не одобряли; клонам не полагалось показывать страх, даже в детстве.

Но хватка Асоки не была похожа ни на что, что он когда-либо чувствовал, не только потому, что у Тогрут была странно холодная кожа, но и потому, что он чувствовал себя так, словно был связан с чем-то, чего он не понимал, подключен к вселенной, слишком обширной, чтобы понять. Теперь он был единственным, кто испугался.

- Рекс, Это правда, что говорит Гейт? Что мы все виноваты в том, что использовали тебя? Она была в отчаянии. Он слышал хриплый дикий оттенок в ее голосе. - Что мы все слепо следуем приказам и не задаем вопросов?

Рекс почувствовал, что его мир начинает рушиться. Если он позволит Асоке зайти слишком далеко по этому пути-нет, если он позволит себе пойти по этому пути, то он не сможет выполнить эту работу, а если он не сделает эту работу, то он понятия не имеет, что такое его жизнь. Если он позволит этому сомнению овладеть собой, то никогда больше не сможет иметь дело со Скайуокером или руководить его людьми. И он должен был вести их, потому что они зависели от него. Все его существование зависело от веры в то, что он делал.

Тихий ворчливый голосок, который он пытался игнорировать, на этот раз был более конструктивным. - Даже не думай об этом, - сказал голос. Потому что ты ничего не можешь изменить. Ну и что с того, что это правда? Куда ты собираешься идти? Что еще можно было сделать? А что будет с твоими людьми?

Некоторые вещи были настолько ошеломляющими и неподвластными вашему контролю, что просто замечая их, вы уничтожали себя. Рекс решил, что он может отключить их. Он мог что-нибудь закрыть, если он положил его внимание на него.

-Не знаю, - сказал он наконец.

- Ты сказал, что приказы были даны не просто так. Что они сохранили нам жизнь.

- Это правда.

- У джедаев тоже есть приказы. Как будто никаких привязанностей. И ... ну, ты же видел Каллисту и Гейта. Мастер Алтис позволяет всем своим джедаям жениться, если они хотят. Но они не перешли на темную сторону, так что же на самом деле правда?

Лучшее, что мог сделать Рекс, - это помочь ей жить в неопределенности. Он не мог сказать ей, что было правдой. И тот факт, что Сепы пытались убить их-это было правдой. А остальное имеет значение?

Вытащите один кирпич из стены, и все здание рухнет. Для любого из нас.

- Помнишь, я говорил, что у тебя не всегда есть общая картина, что ты получаешь приказы, потому что у кого-то выше по цепочке командования есть информация, которой нет у тебя, поэтому они не обязательно имеют смысл? Может быть, таковы и ваши приказы. Это не было ложью. Возможно, это было не то, что Рекс хотел сказать на самом деле-я не понимаю, что происходит, мне не нравится то, что происходит, что-то не так, - но если он сказал это, значит, он тоже плыл по течению, и это не помогло никому остаться в живых. -И может быть, джедаи окажутся там, где им и положено быть-что те, кто может справиться с привязанностью, найдут свой путь к Алтису, а те, кто не может...

Ну, может быть, это было не самое умное, что можно было сказать. Взволнованное выражение лица Асоки-головные хвосты более глубокого цвета, подбородок опущен-заставило его задуматься, была ли она влюблена в кого-то и впервые столкнулась с реальностью приказов. Но это было добрее, чем согласиться, что да, это было странно, что Йода и все мастера-джедаи сказали ей что-то, что теперь выглядело ... неправдой.

С ней справиться. Это лучшее, на что можно надеяться. Чтобы справиться с жизнью.

- Мир полон привязанностей, - сказала Асока. - Я просто не знаю, почему это плохо только для джедаев.

- Ты думаешь, что последние два дня было бы проще, если бы все решили, что в Атаре застряла только одна женщина, и ее спасение поставило бы под угрозу слишком много жизней?

-Да, но это было бы неправильным решением.

- Но почему? Видишь ли, именно такое решение командир должен принимать постоянно-когда объявлять привал, потому что вы потеряете больше жизней, чем спасете. Помнишь, мы говорили об этом?"

Асока не ответила. Некоторое время она смотрела куда-то вдаль и жевала губу. Она все еще крепко сжимала его руку; он почти ожидал, что она выпустит когти.

-Да, я помню, - сказала она. - И я тоже спорила об этом с моим учителем, но он был единственным, кто сказал, что мы никогда никого не должны бросать.

- Ну, генерал Йода сталкивается с теми же дилеммами. Может быть, джедаи давным-давно поняли, что легче принимать жесткие решения, если ты не вовлечен эмоционально. Немного холодной дистанции. Легче принимать решения, легче жить с ними потом. Это приказ.

Теперь Рекс почувствовал себя лучше. Он снова вернулся к твердой правде, а не просто избегал откровенной лжи. Он и Асока-все клоны, все джедаи-были в месте, которое они не выбирали, и делали все возможное. Все, что они с Асокой могли сделать, - это каждый раз принимать правильные решения, с которыми они могли бы жить, и признать, что большая игра не была их игрой.

- Ты понимаешь темную сторону? - спросила она.

- Не совсем так.

- Я тоже не знаю.

-Объясни мне кое-что, малыш,- попросил Рекс. Возможно, он мог бы задать Скайуокеру тот же самый вопрос, но что-то подсказывало ему, что это плохая идея. - Какая разница между джедаями, которые переходят на темную сторону и делают то, что делают темносторонние, и джедаями, которые просто позволяют плохим вещам происходить на их глазах?

Он действительно хотел знать.

-Я все еще думаю об этом,- сказала она. - Но я стараюсь, чтобы в мое дежурство не случилось ничего плохого.

Рекс не был уверен, что разговор помог Асоке вообще, но он определенно помог ему; политика, идеология и моральные аргументы были вне его влияния, и все, на чем он мог сосредоточиться-все, на чем он должен был сосредоточиться-это день за днем, час за часом наблюдать за своими братьями по оружию и убедиться, что он поверг врага прежде, чем они поверг его. Это было основой его жизни, сутью его существования.

Остальное, как сказал Мастер Алтис, было комментарием.

КАПИТАНСКАЯ КАЮТА, УРАВНИТЕЛЬ

- Я думал, ты идешь в кают-компанию, - сказал Пеллаэон.

Халлена сидела в его единственной уступке привилегиям ранга, удобном, бесстыдно мягком кресле Боруга. Один из инженеров по техническому обслуживанию Уравнителя даже прикрепил к нему выдвижные болты, чтобы при необходимости его можно было закрепить на палубе.

-Я думала, у тебя будет грубый деревянный стул с дополнительными щепками, - сказала она. -Ты действительно серьезно относишься к этой истории с одной компанией, не так ли?

-Да, у меня даже нет шеф-повара. - у большинства командиров кораблей было отдельное ежедневное меню, которое готовил личный повар, а обедали они в собственной столовой. Пеллаэон всегда считал, что это немного оскорбительно для команды. - Я буду есть то, что ест моя команда. И в столовой тоже. Ничто так не подрывает целеустремленность и дисциплину, как убеждение моряков, что ты считаешь себя более высокой формой жизни, чем они.

- Вы с Альтисом-настоящая пара смутьянов, нарушающих естественный общественный порядок ...

Халлена казалась совершенно расслабленной-но не довольной, а просто смирившейся. Пеллаэон осторожно взглянул на графин с сиреневым спиртом, стоявший на боковом столике, просто чтобы проверить, пила ли она. Защитный колпачок все еще был на месте. Наверное, это была усталость. Она прошла через особенно тяжелую миссию.

- Тебе действительно нужно позаботиться об этой шишке. Он протянул руку, чтобы пригладить ее волосы. Она вздрогнула. - Ты хорошо себя чувствуешь?

- Я чувствую себя намного лучше, чем рядовой Инс. Или Вир. Она скрестила ноги, как будто собиралась встать. - Или Шил, или Мериш. Видишь ли, это мое настоящее применение в жизни. Найти существ, которые уже были обмануты системой, и убедиться, что они действительно закончили. Сколько адов у вас, кореллианцев, Гил? Девять? Добавьте десятую часть. Мне нужен один для себя.

Он никогда не видел ее такой. Но с другой стороны, они никогда раньше не сталкивались одновременно со своей работой, когда каждый точно видел, что должен делать другой.

- Не может быть, чтобы ты в первый раз делала грязную работу.

Она вертела что-то в кармане. - Нет, но это в последний раз.

- Просто скажи мне, что склонило чашу весов.

- Может быть, это было сделано из-за того, что жертвы пыток были убиты. Или, может быть, это было видение двух детей, убитых на их первом задании. Трудно назвать.

Ему придется расспросить ее о жертве пыток. Но он понимал реакцию на детей. Никто с функционирующей совестью не мог бы смотреть на солдат-клонов и не чувствовать себя неловко при их использовании. Они даже не были новобранцами. Это был совершенно новый вид войны для Республики.

- Гил, неужели за ночь все одурели? Халлена достала из кармана то, что вертела в руках, и уставилась на него. Это был крошечный дюрастиловый дозатор, вроде тех, что делают для обжигающего Алдераанского табака. - Я знаю, что мы все еще не оправились от начала войны, и нужно время, чтобы все прояснилось, но разве я единственный, у кого достаточно функционирующих мозговых клеток, чтобы спросить, откуда взялись эти войска? И почему? О них даже в репортажных записях ничего нет. Что-то вроде многомиллионной армии, укомплектованной оборудованием и судами, - это не то, о чем разведка забывает писать заметки. Что за чертовщина здесь творится? И почему в этом замешаны джедаи?

Пеллаэон сел на койку и снял сапоги. Он мог бы выпить стакан спирта прямо сейчас, но он устал, а алкоголь плюс усталость были его личным рецептом к катастрофе.

-Чем больше аномалия, - сказал он, - тем меньше шансов, что люди обратят на нее внимание. Хотите, чтобы ложь сошла вам с рук? Выберите самую большую, какую сможете, и произнесите её.

- Значит, ты думаешь, что это ложь. В некотором роде.

- Я думаю, что это необъяснимо, да, но я понятия не имею, что с этим делать.

Халлена открыла контейнер, открутила крышку и помахала им. - Если бы я управляла разведкой, это была бы первая задача в моем списке. Кто платил за Великую армию? И почему они решили, что он нам нужна? Она подняла один палец, предвкушая его появление. - И не рассказывай мне о том, что умные джедаи видят то, что происходит в Силе. Они видели приближение Геонозиса не больше, чем мы. Алтис ... ну, Алтис-человек прямолинейный. Никакого мумбо-юмбо и мистической чепухи. Держу пари, ему интересно, откуда взялась армия. Я собираюсь провести некоторое время, разговаривая с ним.

Пеллаэон взглянул на хронометр на переборке и сделал несколько мысленных вычислений, чтобы перевести GST в местное время на Кемле. - Ты думаешь, это разумно?

-Разумно? Ты думаешь, что это может быть правильно?

- А что ты собираешься делать с правдой, когда найдешь ее?

Это был хороший вопрос. Все были уверены, что они хотят правды в жизни, но на самом деле мало кто хотел, и еще меньше знали, что с ней делать, когда они ее получат. Целые цивилизации действовали по этому принципу. Республика, конечно, знала. Пеллаэон не питал иллюзий. Он сократил свой кругозор, так что все, что он мог видеть, было то что важно-сохранить свой корабль и команду живыми. Совсем как Рекс. Мы понимаем друг друга. Сейчас ему хотелось только одного-обнять Халлену, но она была полностью поглощена своим гневом.

Она перевернула нижнюю половину табакерки, и несколько таблеток упало ей на ладонь.

- Никаких пленных, - сказала она. - Ты ведь знаешь, что это такое, Гил? Подстраховка. На случай, если я действительно застряну без надежды на спасение. Быстрый выход, пока я не скомпрометировала Республику и не убила еще больше людей. Во всяком случае, такова идея. Вместо этого я вызвала подмогу, и из-за меня все равно погибли люди. Так что в следующий раз-если он вообще когда-нибудь будет-я больше не буду ошибаться.

- Итак, мы.

- Что мы?

- Теперь это открытое знание. Может, поженимся?

-Ты не из тех, кто женится, Гил.

- Для тебя я могу им быть.

Он не шутил; он был совершенно влюблен в нее, не только потому, что она была поразительна, не только потому, что она была умна, но и потому, что она была так страстно увлечена жизнью-да, жизнью, но также и тем, что в ней было хорошего и плохого, что казалось ему странным для шпиона. Но часы работы были ужасны, а оплата посредственна; зачем еще кому-то это делать? Оставалось только заблуждение-юношеская вера в восторг и очарование, которая неизбежно рушилась с первой же тоскливой миссией,-или желание поступить правильно каким-то смутно патриотическим и беспрекословным образом.

Как и я, правда. Почему я солгал о своем возрасте, чтобы поступить на флот?

Конечно, шпионам редко удавалось узнать, правильно ли они поступили. Халлена была одной из тех неуклюжих, кто хотел остаться и посмотреть, как все сложится.

- Я бы вышла за тебя замуж в мгновение ока, - сказала наконец Халлена. - Но сначала мне нужно привести себя в порядок.

Пеллаэон был тихо опустошен. Он был так уверен, что она согласится. - Это что, очаровательное отмахивание?

- Нет, именно так я себя сейчас и чувствую. Она положила таблетки обратно в контейнер и засунула его обратно под куртку. Пеллаэон надеялся, что токсин не оставил следов на ее руках. - Я никогда раньше ни от чего не убегала, но пятнадцать лет в этой игре-достаточный срок. Есть даже джедаи, которые считают, что Республика нуждается в демонтаже. Я не ожидаю, что мое правительство будет абсолютно безупречным, но я действительно беспокоюсь, когда не знаю, являются ли оно меньшим из двух зол больше.

- Так что ты собираешься делать?

- Я ухожу отсюда. Действительно ухожу. Не, только-еще-одна-работа-для-нас.

- Понимаю. Просто доставьте хрустящий лист подписанного белого флимси боссу Ведьмаку. Разведка-как и все мастера шпионажа-никогда по-настоящему не отпускала своих агентов. Всегда можно было выполнить какое-нибудь маленькое поручение, даже на пенсии. И если они подумают, что кто-то собирается сбежать ... -не рискуйте сделать вашу прощальную вечеринку слишком окончательной, не так ли?

- Я знаю. Я знаю, что они не позволят тебе просто уйти и открыть кантину, не ожидая, что ты все еще будешь у них на побегушках. Вот почему, когда я уйду-я уйду.

Он не был уверен, что правильно ее понял.

- Что ты такое говоришь? Он хотел назвать ее "дорогая", но это вышло бы совсем не так. - Ты не сделаешь ничего глупого. Не ты.

Он имел в виду токсин. Это было так непохоже на Халлену, что он понятия не имел, почему эта мысль пришла ему в голову, но это был его непосредственный страх. Иногда единственный способ избежать Республиканской Разведки был радикальным.

- Я собираюсь сделать перерыв, - сказала она. - Туда, где они не смогут меня найти.

- Это ... все еще довольно экстремально. Она тоже от меня убегает. Я потерял ее. - Они не склонны принимать это близко к сердцу.

- Я знаю.

И теперь он должен был спросить. - Увижу ли я тебя когда-нибудь снова?

-Да. Ты всегда сможешь найти меня. Они не нет.

-Как?.

-Я дам тебе знать, когда мы достигнем Кемлы. Она посмотрела на хронометр на переборке. - У нас еще есть час. Ты знаешь, что делать с часом?

Это не было праздником, да и не могло быть. Это было скорее печальное принятие жизни, которую они вели, без конца или перспективы домашней нормальности в поле зрения. Это было так же удобно, как и все остальное.

- Я, наверное, что-нибудь придумаю, - сказал он.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/59093/272974

Переводчики: Baimer