Готовый перевод Jim Butcher. The Aeronaut’s Windlass (The Cinder Spires #1) / Джим Батчер. Ворот аэронавта (Пепельные Шпили - 1) {название временное}: Chapter Six / Глава 6

<b>Шпиль Альбион, Хаббл Монинг</b>

Роул наблюдал за тем, как Мышонок и её собратья-люди ведут себя по-дурацки, и раздумывал, как скоро ей потребуется, чтобы он вмешался и навёл здесь порядок.

Они снова спали меньше, чем все остальные люди в Гвардии Шпилеарха, и снова эта девушка, Гвендолин, и её кузен-полукровка думали, что готовят Мышонка к какому-то сражению, но это было просто смешно. Лучший способ подготовиться у бою — это биться. Это знает любой котёнок.

В данный момент Бенедикт учил Мышонка падать, что было не менее смешно. Ты не <i>учишься</i> падать. Ты просто берёшь и падаешь на лапы. Но снова и снова Мышонок падала на спину, иногда — сама, иногда — с помощью Гвендолин или Бенедикта. Сперва Роул довольно настороженно отнёсся к этому занятию, заподозрив, что таким способом Гвендолин пытается избавиться от самки-соперницы, или Бенедикт пытается предъявить права на спаривание с Мышонком. Но по прошествии нескольких дней всё это казалось скорее глупым, чем гнусным. К тому же Мышонок не получила никаких серьёзных повреждений, так что Роул позволил этому продолжаться.

Безобразие тратить столько времени — и пропускать столько сна — ради такого абсолютно бестолкового занятия. И Роул с радостью объяснил бы им это, если бы они его только спросили.

Бенедикт начал показывать Мышонку, как заставить его упасть на пол. Какой смысл учиться делать это медленно и при таком очевидном содействии со стороны Бенедикта? Неужели Мышонок думает, что враг будет вести себя так же?

Роул уловил мехом на боку и усами лёгкое движение воздуха и лениво развернул ухо в эту сторону. Легчайший шорох, который во всей этой суматохе, устроенной людьми, способен был уловить лишь кот, и из тени выскользнула Мирл.

— Роул, — поприветствовала его она.
Мирл была небольшой, но проворной и умной чёрной кошкой. Она принадлежала к числу Усов Мола — его шпионов и охотников. Огромные тёмные зрачки опоясывали лишь тонкие полоски зелени, и в сумраке её можно было заметить только по лёгкому свечению глаз.

— Мирл, — лениво ответил Роул.

Мирл крадучись подошла к нему и села, изучающе глядя на людей:
— Что они делают?

— Они хотят научить Мышонка драться, — сказал Роул.

Мирл мрачно поглядела на них:
— Понятно. И они уже начали?

— Они думают, что да, — ответил Роул. — Какие новости от моего отца?

— Он передаёт привет и говорит, что тебе бы лучше выполнить свой долг, или он надерёт тебе уши.

Роул взмахнул хвостом и зевнул:
— Я знаю, что должен сделать. Это всё?

Мирл дёрнула ушами, явно забавляясь, но затем тон её стал серьёзней:
— Он говорит, что Долгодумающий подтверждает отчёты разведчиков Тихих Лап.

Роул глянул на кошку:
— О чём-то новом в вентиляционных шахтах?

Мирл согласно моргнула:
— Поэтому передай всё Сумрачным Хвостам, Быстрым Когтям и полудюжине остальных кланов. Коты пропадают и в других хабблах... но пока никто не видел, что именно их забирает.

Роул издал раздражённое урчание:
— Как трусливо.

— Как по мне, то скорее искусно, — ответила Мирл.

— И это тоже. Значит мы в состоянии войны?

— Пока нет, — сказала Мирл. — Мол говорит, что сперва мы должны выяснить, кому объявлять войну.

— А что сообщил по этому поводу Доглодумающий?

— Долгодумающий... не уверен.

Роул резко взглянул на Мирл. Но промолчал. Его хвост беспокойно заходил из стороны в сторону. Хотя Долгодумающий и не был котом, он был умным, сведущим и уважаемым человеком. Если он не знал, что за напасть сейчас преследует Тихие Лапы и другие кланы в их же собственных шахтах, это должно было быть что-то по-настоящему странное... или новое.

— Передай, пожалуйста, моему отцу, — сказал Роул, — что я советую объявить войну немедленно... и без всяких ограничений. Лучше ответить немедленной агрессией, чем переосторожничать. Это позволит нам выследить и уничтожить их, прежде чем они смогут тут угнездиться.

— Я передам ему твои слова, — ответила Мирл, затем небрежно дёрнула усами: — Он к ним не прислушается.

Роул проигнорировал последнее замечание со всем презрением, которого то заслуживало.

Мирл задержалась рядом с ним, наблюдая за падающими людьми:
— Я уже видела такое раньше.

— Это "обучение бою"? — с сомнением переспросил Роул.

— В Храме Пути, в хаббле Лэндинг.

— Что это ты делала так далеко внизу? — поинтересовался Роул.

— Выполняла свои обязанности Уса, — высокомерно ответила Мирл. — Они делали что-то подобное, только их было больше и на них была разная одежда.

— И они смотрелись так же глупо?

Мирл задумчиво склонила голову набок:
— Многие. Но некоторые выглядели менее глупо.

— Почему?

— Они двигались не так плохо. Но до котов, само собой, им было далеко.

— Само собой.

— Но они были не так неуклюжи, как большинство людей. — Она расчесала лапой мех на одном из ушей. — Может, из этого что-то и выйдет. — Они проследили за ещё одним, особенно жёстким, падением Мышонка. — В конечном счёте.

— И всё же они довольно неповоротливы, эти люди, — задумчиво произнёс Роул. — Ты правда думаешь, что из этого может что-то выйти?

— Ей едва ли понадобится <i>существенный</i> прогресс, чтобы другой человек на её фоне смотрелся неуклюже, — заметила Мирл. — С кем она будет драться?

— С молодым самцом. Он направил слова боли в адрес Хозяина Слова. Мышонок в ответ потрепала ему уши своими словами. Теперь они планируют драться.

— Они <i>планируют</i> драться? — озадаченно переспросила Мирл. — А что ей мешает просто подкрасться к нему во время сна и начать драку?

Роул зевнул:
— Понятия не имею. Но он уж точно не подкрадётся <i>к ней</i> во время сна. Если попытается, я оторву ему уши.

— Разумно, — ответила Мирл. — Хотя люди — не лёгкая добыча. Даже для могучего Роула.

— Хороший Ус должен вести себя потише, — недовольно проворчал Роул.

Мирл встала и склонила перед ним голову, копируя человеческий жест:
— Да, о могучий Роул.

Роул проворно взметнул лапу, чтобы ударить её по носу (хотя и не выпуская когтей), но она с ленивым изяществом увернулась из-под удара, глаза её искрились от смеха. И неспешно отправилась прочь, насмешливо подёргивая хвостом:
— Знаешь, а ты почти так же хорош, как сам о себе думаешь.

— А ты слишком быстра и умна для своего же блага, — спокойно ответил Роул. — Не растеряй свой ум, когда будешь в туннелях. Мне бы не хотелось, чтобы ты пропала.

— Не подставляйся по-глупому и не дай себя убить, пока будешь защищать своего человека, — парировала она.

— Я скоро тебя увижу?

— Возможно, — сказала Мирл. — Это зависит от моего настроения.

И она плавной походкой скрылась в темноте.

Роул наблюдал, как она уходит — эта невозможная самка. Она скрылась из виду, а он ещё несколько секунд смотрел ей вслед, задумчиво покачивая хвостом. Непокорная... но быстрая. И красивая. И с ней никогда не соскучишься.

Возможно, он сочинит для неё песню.

* * *

Наконец, это "обучение бою" было завершено, и можно было переходить к действительно важным вещам. Роул занял своё привычное место на руках у Мышонка, чтобы сопроводить её к завтраку на рынке.

Рынок представлял собой целое море ларьков и небольших строений, расположенных в центре хаббла, вокруг поместья правителя Шпиля. Около четверти ларьков были сделаны из пепельного камня, когда-то поставленного сюда людьми, которых называли Строителями. Остальные же были выстроены преимущественно из кирпича, их двери и торговые окошки сейчас закрывали натянутые на рамы шкуры. Некоторые наиболее зажиточные торговцы использовали дерево, доставленное с покрытой джунглями поверхности и шаг за шагом поднятое на несколько миль вверх по Шпилю.

Мышонок понесла его к ларьку, из которого доносился самый притягательный аромат, одному из немногих, открытых в столь ранний час. Человек Бенедикт похоже лично знал владельцев, поскольку они здоровались с ним по имени каждое утро. Наверно, это всё из-за его голода... тело полукровки горело жарче, чем у других людей, почти как кошачье, и ему приходилось есть чаще, чем другие люди. Роул подождал, пока Бенедикт закажет еду на всех и расплатится за неё маленькими кусочками металла, которыми так дорожили люди.

Как только с этим было покончено и еда была готова, люди направились с ней к ближайшему столику. Роул занял место рядом с Мышонком, и она положила перед ним рулет из хлеба с мясом. Роул раскрыл его когтями и подождал, пока маленькие облачка пара сойдут на нет. Какой бы вкусной не была еда... однажды он уже обжёг язык и больше не хотел повторять этот унизительный опыт.

— Как вам наша тренировка, Роул? — вежливо поинтересовался Бенедикт, с жадностью заглотив целиком один из рулетов.

Роул глянул на Мышонка. У него сложилось впечатление, что она ещё не решила для себя, стоит ли почтить этих двоих людей своей благосклонностью, но она явно рассматривала Бенедикта в качестве потенциального партнёра. С его стороны было бы невежливо портить её шансы на продолжение рода.
— Выглядит болезненно, — сказал он Мышонку. Она перевела это на человеческий язык, криво усмехаясь.

— Не без этого, — сказал Бенедикт. — Но в настоящем бою может потребоваться продолжать сражаться, несмотря на раны. Немного боли сейчас потом вполне может спасти ей жизнь.

— Если перерезать Реджи горло во сне, результат будет тот же, — сказал Роул, глядя на Мышонка. Она закатила глаза, переводя это, а человек Гвендолин тут же поперхнулась едой и закашлялась.

Роул невозмутимо откусил несколько кусочков с подостывших краёв рулета.

— А он весьма прямолинеен, как я погляжу? — смогла выдавить из себя Гвендолин через несколько секунд.

— Вы даже не представляете, насколько, — ответила Мышонок.

— У нас есть весомые причины воздержаться от столь... решительных действий, — заметил Бенедикт, обращаясь напрямую к Роулу. — Семья Реджи очень велика и могущественна. Его секундант тоже один из Асторов, из младшей линии Дома. Если с Реджи случится что-то непоправимое, секундант доложит от этом, и они могут захотеть отомстить.

— Мне думается, они будут рады избавить себя от такого дурака, — ответил Роул.

Человек Гвендолин издала хрюкающий звук, когда Мышонок перевела это и вернулась к своему завтраку.

— Отчасти, — допустил Бенедикт. — Но если они никак не отреагируют на вред, причинённый члену их Дома, другие могут счесть это проявлением слабости.

— А, — ответил Роул. — В этом есть хоть немного смысла. — Он со всей серьёзностью поразмыслил над ситуацией и добавил: — Но у Мышонка ведь нет крупного Дома, чтобы отомстить за неё, если вдруг Реджи решит сделать что-то непоправимое с <i>ней</i>.

Бенедикту явно стало неловко, когда Мышонок перевела это:
— В этом... есть некоторая доля правды. Но никому в хаббле не выгодно, чтобы дуэли заканчивались чьей-нибудь смертью. Если Дом Астор предпримет нечто подобное, это может вызвать напряжение в отношениях с другими домами.

— Если он убьёт Мышонка, объявит ли Дом Ланкастер войну Дому Астер? — поинтересовался Роул.

Бенедикт и Гвендолин многозначительно переглянулись.
— Я... так не думаю.

— Тогда напряжение, о котором вы говорите, это лапа без когтей, — сказал Роул. — Если он решится, оно его никак не остановит.

Гвендолин резко наклонилась над столом и твёрдо произнесла:
— Если с мисс Тэгвинн произойдёт что-то подобное, мастер Роул, я лично вызову Реджи на дуэль на рукавицах и проделаю в нём такую дыру, что сквозь неё сможет пролезть кот. Даю вам <i>своё</i> слово.

— Я не просто уже проиграла дуэль, — пробормотала Мышонок, — меня к тому же ещё и убили. И зачем напрасно переводить завтрак на мёртвую женщину?

Роул встретился взглядом с Мышонком и беззлобно произнёс:
— Ты и так уже сваляла дурака, позволив втянуть себя во всё это. Позволь теперь тем, кто помудрее, со всем разобраться. Обещаю, как только я удостоверюсь, что ты не бредёшь вслепую прямо в лапы собственной смерти, я позволю тебе проиграть бой так, как тебе будет угодно.

Мышонок одарила Роула сердитым взглядом.

— Что он сказал? — спросил Бенедикт, переводя взгляд с Роула на Мышонка и обратно.

— Что хочет искупаться, — ответила Мышонок явно угрожающим тоном.

— Право же, Мышонок, — сказал Роул, откусывая ещё кусочек. — Тебе уже давно пора повзрослеть и научиться сдерживать эти ребяческие порывы.

— О, — краснея сказала Мышонок, — Иногда ты так меня <i>бесишь</i>.

— Ты злишься только потому, что знаешь, что я прав, — ответил Роул тем тоном, которым обычно хотят сказать "очевидно же, что я прав, а ты в корне неправа".

Из сумрака донёсся звук приближающихся шагов. Приглядевшись, Роул увидел подходящего к столу приятеля человека Реджи. Кот наблюдал за ним, не двигаясь, но поставив лапы так, чтобы было удобно броситься на врага и выцарапать ему глаза, если вдруг он попытается сделать что-нибудь нехорошее.

Через несколько секунд люди Роула тоже заметили приближающегося человека. Он остановился у их стола и вздёрнул подбородок:
— Бенедикт. Гвен. Мисс Тэгвинн.

Роул прищурился.

— Доброе утро, Барнабас, — прохладно ответила человек Гвендолин. — Значит, ты собираешься его поддерживать?

Человек Барнабас невозмутимо пожал плечами:
— Вызов был сделан по всем правилам и принят, Гвен. Он собирается пойти до конца.

— Это ещё не значит, что именно <i>ты</i> должен быть его секундантом, — ответила она.

— Он мне родня, — просто ответил Барнабас. — Кроме того, если бы я отказался, согласился бы какой-нибудь другой забияка.

Бенедикт покачал головой:
— Он дело говорит, Гвен. Мне жаль, что тебя в это втянули, Барни.

Барнабас пожал плечами:
— Мисс Тэгвинн, могу я поинтересоваться, кто будет вашим секундантом?

— Я, — одновременно сказали Бенедикт с Гвендолин.

И одновременно с этим Роул издал свой самый яростный и пронзительный боевой клич и молниеносно кинулся вперёд, целясь в глаза Барнабаса.

Человек никак этого не ожидал. Он вскинул руки вверх и повалился назад. Роул всем весом приземлился ему на грудь и проехал на нём весь путь до каменного пола. Человек упал даже ещё более неуклюже, чем Мышонок, удар выбил из него дух и на какое-то время ошеломил.

Вообще-то, вся компания выглядела ошеломлённо.

Роул невозмутимо уселся на его груди, навис над самым лицом человека Барнабаса и прорычал:
— Я — Роул, детёныш Мола, царя и бога Мягких Лап... и это <i>я</i> её секундант.

Мышонок перевела это напуганным, дрожащим голосом. Человек Барнабас поглядел на Роула широко раскрытыми глазами, затем перевёл взгляд с него на Мышонка и обратно, пытаясь это переварить.

— Вы, верно, шутите! — прошипел Барнабас в ответ.

Роул резко стукнул его по носу, высунув коготь как раз достаточно, чтобы пустить несколько капель просветительской крови, и снова зарычал:
— Слушай внимательно, человек. Мышонок сойдётся с Реджи в бою без оружия, на рынке, при полуденном свете, семь дней спустя.

Барнабас продолжал пялиться на них — сначала на кота, потом на переводящую его речь Мышонка.
— Бенедикт, — произнёс он после небольшой заминки. — Реджи выбрал идиотский момент, чтобы поддаться своей слабости к дуэлям, но это уже переходит всякие границы. <i>Кот</i> в качестве секунданта? Что подумают люди?

Бенедикт задумчиво поджал губы:
— Например, я? Я бы, наверно, подумал, что Реджи — один из этих подонков из Великих Домов, которые свысока смотрять на кого-то вроде мисс Тэгвинн. Но я думаю, ты упускаешь из виду самое главное, Барни.

— И что же? — требовательно спросил он.

— <i>Его</i> — ответил Бенедикт и указал на Роула.

Роул дёрнул хвостом, не отрываясь глядя в глаза человеку Барнабасу. Задержав взгляд ещё на мгновение, он поднялся и спокойно вернулся к своему завтраку.

— Этого хочет Мол? — спросила Мышонок на кошачьем.

— Разумеется, — ответил Роул. Возможно, его голос прозвучал несколько самодовольно... но не то, чтобы у него не было для этого оснований. Человек Барнабас был полностью в его власти.

— Могу уверенно заявить, что я вас не понял, — произнёс Барнабас, глядя на кота.

— Я тоже могу уверенно заявить, что вы не поняли, сэр, — сказала Мышонок. — Но вы поймёте. Через неделю.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/59604/306644

Переводчики: vorbarra