Готовый перевод Anthony Ryan - Raven’s Shadow / Энтони Райан - Рассказы из цикла Тень ворона: The Lord Collector

- Где они, Вареш?

Вареш Балдир высокий мужчина, которому минуло где-то за сорок, с густо заросшей, неопрятной бородой, которая частично скрывала обветренные черты лица, общие для тех, кто влачит жизнь на побережье. Он сильно морщил лоб, когда смотрел на Джехрида, глаза горели, в основном, ненавистью и яростью, но и выдавали мгновенную вспышку страха.

- Мы насчитали два десятка трупов на пляже после того, как вы заманили это грузовое судно на смерть, - продолжал Джехрид, чувствуя незначительное преимущество. - Я знаю ваш кодекс. Кровь платит за кровь.

Вареш сделал глубокий вдох, закрыл глаза и повернулся лицом к морю, ненависть и страх затухли, когда его лоб размягчился под соленым ветром. Через минуту он открыл глаза и повернулся к Джехриду, губы сомкруты в непреклонную линии, и его татуированные кулаки *сбились в кучу*, звеня наручниками на его мясистых запястьях.

Молчание это единственный закон, подумал Джехрид. Первое правило кодекса контрабандиста, вдолбленного в него в течение многих несчастных лет. Это пустая трата времени.

Он вздохнул и подошел ближе к Пасти (бездне) Навена, неестественной скважине через скальный выступ, на котором они стояли. Цепь Вареша протянулась от его наручников к железной скобе, установленной в верхней части камня напоминающего грушу, перевернутого широкой закругленной частью вверх и сужающиеся к плоскому основанию. Он был вырезан из бледно-красного песчаника, который распространялся на южном побережье Asraelin, и который придавал местным строениям своеобразный вид. Одним из первых действий Джехрида при вступлении его в роль в том, чтобы нанять каменщика, который обрабатывает камни, настаивая на том, что они по крайней мере в два раза превышают вес человека, и придать им такую форму, чтобы их легко можно было опрокинуть в пасть. Когда это будет закончено, он и его люди установят их в аккуратные ряды на вершине выступа; четкое заявление о намерениях. Он начал с двадцати, к настоящему времени осталось только пять, скоро станет четыре.

Джехрид поставил сапог на камень, глядя на волны, разбивающиеся о скалы далеко внизу. Крачки уже начали собираться, сложа крылья назад, они погрузились в зыбь, жаждущие свежей поживы. Этот берег всегда был добр к мусорщикам(падальщикам). Морские птицы были единственным признаком шести мужчин, которых он уже отправил в Пасть, родственники Вареша: четверо кузенов, брат и племянник. Последний из Каменных Зубов, братства контрабандистов и мародеров, которые беспокоили это побережье на протяжении более трех поколений. Прежде чем пнуть валун, Джехрид задавал Варешу один и тот же вопрос, и каждый раз, когда лидер Каменных Зубов стоял молча и наблюдал за тем, как его родню тащит к их смерти. Единственный ребенок Вареша, дочь известная порочным темпераметром, погибла от арбалетного болта, когда Джехрид привел свой отряд в логово контрабандистов, узкую разщелину в лабиринте скал к востоку от Южной башни, напичканую награбленными трофеями со всяческих торговых алпиранских судов, которые они завлекли на скалы за месяц до этого. Для чего пришлось одного из кузенов Вареша *напоить* вином, что бы развязать ему язык при посещении борделя в городе прошлой ночью, а Джехрид всегда считал шлюх отличными информаторами.

- Однажды мать рассказала мне историю о том, как Пасть получила свое название, - сказал Вареш в задумчивом выражении. - Хотел бы ты услышать её?

- Твоя мать была сифилитическая сука, - сказал ему Вареш, голосом дрожащим от ярости. - Которая ощенила предателя.

- Она не природного происхождения, как ты видишь, - продолжал Джехрид, его тон не изменился. - Навен или На Вен, так правильно звучит его имя, был капитаном, и единственным оставшимся в живых с потерпевшего кораблекрушение корабля с Дальнего Запада. Одинокая старая торговка рыбой подобрала его, хотя он был совершенно безумен, судя по всему. Каждый день он приходил сюда и откалывал куски от скалы при помощи молотка и зубила. Каждый день в течение двенадцати лет, пока он не выдолбил идеальную круглую дыру в этом выступе. И когда все было сделано ... ну, я полагаю, ты можешь догадаться, что он сделал дальше.

Джехрид напряг ногу, наклонив камень в сторону Пасти. - Никто не знает, почему он это сделал, ибо кто может уразуметь ум сумасшедшего? Но моя мать была мудра, и судить этот акт мести, как желание оставить знак человеку на побережье, который разрушил его корабль и убил его команду.

Он бросил на Вареша последний вопросительный взгляд. - Жизнь в царских шахтах не так *хороша*, - сказал он. - Но это жизнь. Я знаю, Каменые Зубы заключили союз с Красными Разрушителями, чтобы потапить этот корабль. Должно быть, дела пришли к отчаянному положению, чтобы заключить союз между ненавистными врагами. Уладь некоторые старые счеты, Вареш. Скажи мне, где их логово.

Вареш плюнул на камни у ног Джехрида и выпрямил спину. - Если я найду твою мать на Той Стороне ...

Джехрид пнул камень, отправив его падать в пасть, цепи загрохотали по камню, когда они туго натянулись. Вашер успел только издать короткий крик, когда его утянуло в отверстие, кости затрещали, когда он отскочил от склона, а затем раздался отчаянный вопль, когда он стал стремительно падать в сокрушительные волны.

- Запиши для Королевской Депеши, - сказал Джехрид, обращаясь к своему сержанту Взымателю, приземистому нилсаелинцу рекрутированному, как за успехи в способностях обращения с буквами, так и за его мастерство обращения с арбалетом. - Вареш Балдир, лидер банды, известной, как Каменные Зубы, казнен в этот день с шестью его последователями. Казнь проведена под Королевское Слово произнесенное Джехридом Аль Бера, Лордом Сборщиком Королевским Взымателем. Прилагаю список контрабанды, которую мы изьяли, и будте уверенны, люди знают, я буду проверять это по складам.

Сержант бойко кивнул, мудро сохранив молчание. Как и большинство из тех, кого рекрутировали на службу лорду Сборщику, он быстро завоевал признательность за нетерпимость Джехрида к даже самым мелким кражам. - Вам платят вдвойне большую зарплату, чем Королевской Страже по этой причине*, - говорил он построеным рядам (стражников) утром, когда он порол бывшего Варинсхолдского городского стражника ***за помощь себе в одном флаконе красных цветов. - Не выношу жадность .*****

- Всадник, милорд, - сказал другой Взыматель, указывая на север. На всаднике был мундир Южной Стражи, юный новобранец, какими были многие из них в эти дни. Новый Лорд Башни был щепетилен в исполнение приказов короля, по очищению его команды от ленивых и коррумпированных, хотя это оставляло ему потребность в гвардейцах.

- С приветствием от Лорда Башни, Лорду Аль Бера, - сказал молодой гвардеец, придержав лошадь и низко кланяясь в седле. - Он просит вашего присутствия безотлагательно.

- Очередное кораблекрушение? - спросил его Джехрид.

- Нет,милорд. - Гвардеец выпрямился и выдал осторожную улыбку. - У нас ... посетители.

#

Лорд Башни Нохрин Аль Мордал приветствовал Джехрида вежливым кивком, когда тот вошел в палату, но не смог подняться со своего простого кресла с высокой спинкой. Несмотря на то, что технически они были равноправного ранга, Джехрид не был оскорблен отсутствием почетного приветствия. Он знал этого человека, как капитана и, позже, как лорда маршала на протяжении своих лет в Королевской Гвардии и был хорошо знаком с пренебрежительным отношением своего бывшего командира к бесполезным церемониям. Кроме того, Аль Мордалу оставалось всего два года до осторожных семьдесят и его ноги не столь крепкие в эти дни.

Простота кресла, и по большей части пустая палата для аудиенций, где он принимал гостей, имели разительный контраст с (обстановкой при) предыдущем человеке занимающим эту должность. Бывший Лорд Башни Аль Серахл поддерживал богатую обстановку в палате и приветствовал гостей взгромоздившись на высокое троноподобное кресло, такое высокое, что на самом деле требовалась лестница, чтобы подняться на него. Это был низенький человеком, с узким лицом и торчащим(выступающим) носом, ***и Джехрид вспомнил, что видел сходство с подозрительным попугаем в день, когда он и лорд Аль Мордал за шесть месяцев до этого ходили, без предупреждения и принимая*** ордер на арест, украшенный королевской печатью.
Целая рота Королевской стражи в спине были обескуражены любое неразумное вмешательство со стороны тех, Южная Стража настоящее время, ***
несмотря на мольбы несчастного Аль Серахла, который вопил, и довольно быстро охрип, прежде чем упасть со своего высокого насеста, запутавшись в мантии изготовленной из лучших алпиранских шелков. Когда Джехрид подвел его к виселиц, его одежда была гораздо скромнее.

- Кажется, у нас есть повод праздновать, Лорд Коллектор, - сказал Лорд Башни, указывая на три фигуры(рисунка), находящиеся перед ним. - Вера считает нужным оказать помощь нашему делу.

Джехрид опустился на одно колено перед лордом Башни и прежде чем подняться, он осмотрел посетителей. Самый высокий носил меч на спине и темно-синий плащ Шестого Ордена, вернув испытующий взгляд Джериха с бесстрастными светлыми глазами. Его коротко остриженные волосы были покрыты крапинками седины на висках, и черты его лица имели худобу типичную безпощадным слугам Веры. Джехрид знал его по одному из лучших забытых набегов на территорию Лонаков, хотя он не питал никаких иллюзий, что брат вспомнит мальчика-солдата, который стоял, глядя в пустом изумлении, как тот срубил трёх лонакских войнов за столько же секунд.

- Брат Соллис, разве не так? - Джехрид поприветствовал светлоглазого человека с луком. Смертоносные лезвие в Шестом Орденене, он размышлял, пока Соллис склонил голову. Прибыли на юг к боевым контрабандистам. Неужели король считает наши усилия столь жалкими, что просит помощи Ордена?

- Это брат Лучин и сестра Кресия, - сказал Соллис сухим скрежещущим голосом, кивая в сторону двух своих спутников, оба одеты в серовато-коричневый(темные) одежды Второго Ордена. Брат Лучин худой, лысеющий мужчина где-то за пятидесят. Джехриду казалось, что его безмятежное выражение лица несколько вынужденое, черты лица напряглись, как будто удерживает маску на месте. Сестре Кресии, казалось, чуть более шестнадцати лет, медово светлые волосы завязаны назад от юношеских черт лица, ее худощавые формы скрывали одежды(мантия), которые носились с явным дискомфортом. В отличие от Лучина, она не испытывала потребности в ложном воздухе спокойствия, возвращая взгляд Джехрида с едва сдерживаемым сердитым видом(хмуриться).

"Второй Орден", - размышлял Джехрид. -"С какой миссией вы здесь?"

- Наши посетители прибыли по специальному поручению, Лорд Аль-Бера, - продолжал Лорд Башни. - Это касается кораблекрушения алпиранского судна в прошлом месяце. ***Я объяснял вы имели дело хорошо в руке.*** Вы закончили с Каменными Зубами, не так ли?

- Этим утром, милорд, - ответил Джехрид. - Хотя Красные Разрушители остаются неуловимыми. Возможно, еще одна неделя расследования позволит искоренить их. Мои агенты заняты, а обещание богатой награды всегда сильнее подогревает их усилия.

- Неделя этослишком долго, - сказал брат Соллис. - Если повезет, наша помощь несколько уменьшит эту задержку.

- Помощь Шестого Ордена всегда приветствуется, брат, - ответил Джехрид перед метанием заостренного взгляда на двух миссионеров. - Тем не менее, я в недоумении, какую помощь собираются предоставить ваши спутники. Без обид, дорогие брат и сестра, но сердца Красных Разрушителей не откроются Вере, независимо от того, сколько катехизисов вы зальете им в уши.

Наполовину нахмуриная сестра Кресия скривились в ухмылке, и голос ее выдал нотку презрения, когда она посмотрела вниз, бормоча "получил больше катехизисов, чтобы бросить им".

Брат Лучин наградил её острым взглядом, ничего не говоря, но тяжести его взгляда было достаточно, чтобы она еще сильнее втянула голову, угрюмость заменив презрение. - Мои извинения, милорд, - сказал Лучин Джериду. - Моя учиница едва неделя в ее первом набеге за стенами нашего дома, и мало знает о мире, или, по-видимому, вежливости. - Он снова посмотрел на Кресию, которая опустила голову, хотя Джехрид видел, что теперь ее руки были крепко сжаты вместе, немного дрожа.

"Эта девочка миссионер не большу чем я," - подумал Джехрид. "Чего они хотят здесь?"

- Члены моего Ордена наполнены разнообразными талантами, - продолжил Брат Лучин. - Миссия проверить наши тела, а также нашу Веру. Я сам был охотником, прежде чем почувствовал призыв надеть эти одежды.

"Нет, не был ты (охотником), предположил Джехрид, после краткого взгляда на длинные и тонкие руки брата и морщинистые, но не обветренные черты лица. Я сомневаюсь, что ты проведешь хоть одну лишнюю минуту за дверью, чем нужно. Тем не менее, он просто кивнул, когда брат продолжил: "Иногда у моих братьев из Шестого появлялся повод, что бы обратиться к моим навыкам выслеживания, когда их собственные таланты иным образом были заняты.

- Нам нужно увидеть затонувшее судно, - сказал Соллис.

- Там едва что-нибудь осталось, - сказал ему Джехрид. - Месяц приливов и отливов очистил берега от древесины(обломков), а пески от следов.

- Даже несмотря на это, - сказал Соллис, встретившись с ним взглядом, бледных немигающих глаз.

Джехрид был солдатом в течение двадцати лет из его тридцать трех. Он сражался с лонаками, бандитами, еретиками и, хотя он предпочитал не зацикливаться на этом, мелденеанцами, и сам знал, что надо быть равным или выше большинства людей, которых он встретит в бою. Но этот был другим, потому что он никогда не забывал виденый им бой. Тем не менее, он никогда не был рабом своего нрава и злопамятности тех, кто пытался разшевелить страх в его груди, длинные заглушается ощущения, вызваные уродливыми воспоминаниями детства и глупыми понятиями.

- Могу ли я спросить, - *проскрипел* он, повернувшись лицом к Соллису, - какой интерес у вас, к этому конкретному кораблекрушению?

Соллис слегка наклонил голову,выражение лица осталось неизменным, только непного прищурил глаза. Джехрид почувствовал,оживление нрава, который в дальнейшем потребует оценивания и, без сомнения, нашйдет желающих. К счастью, Лорд Башни вмешался, прежде чем он мог придать голосу *гневные мотивы*.

- Кажется не борту был пассажир, - простонал Лорд Аль Мордал, с трудом поднимаясь из своего кресла, рука дрожит на тяжелом посохе, который он был вынужден нести в эти дни. Джехрид хорошо знал, что даже не стоит пытаться помочь, старик сохранил избыток гордости и имел характер не лучше, чем его собственный. - Пассажир имеет некое значение(важность), а брат?

- Совершенно верно, милорд, - ответил Соллис, моргнув прежде, чем перевести взгляд на Лорда Башни. - Тот, кого король Янус стремится вернуть.

- Все на этом корабле погибли на скалах или утопли в прибое, - сказал Джедрид. - Алпиранские торговцы в городе видели тела и ***делали то, что они могли подбирая имена из их принадлежностей.***

- Пассажира, которого мы ищем среди них не было, - заявил демонстративном тоном Лучип, который Джехрид нашел таким же отягчающими как оценивающий взгляд Соллиса.

- Они все мертвы, - повторил Джехрид. - Вы приехали сюда по дурацкому поручению ...

Тяжелый посох лорда Аль Мордала стукнул о каменный пол. Ноги старика может быть и не держали, но руки оставались сильными. Эхо рожденное его посохом раздавалось по палате несколько секунд, прежде чем он снова заговорил, - Братья и сестры, Лорд Коллектор будет более чем счастлив сопровождать вас к остову коробля и окажет любую необходимую помощь. Пожалуйста, оставьте нас, что бы мы могли обсудить другие вопросы.

После того, как трио вышли, Лорд Башни направился к витражному окну установленному в южной (лицевой)стене палаты. Окно было единственным напоминанием о любви к дорогим украшениям свергнутого Лорда Аль Сералха, задумана, чтобы отметить битву, и бесчеловечность, в которых он не принимал непосредственного участия. Это было удивительное чудо тонкой работы от пола до потолка, из свинца и стекла различных оттенков, воспроизводящее восходящее повествование. Внизу картины множество кораблей отплывает из гавани, отмеченой как Южная Башня, которая подобно копью возвышается над доками. На середине стекла изображен ужасный морской бой, который не соответствовал воспоминаниям Джехрида. Большая часть флота мелденеанцев отсутствовал в тот день и пираты не смогли собрать даже трети кораблей, приписанных к ним здесь. В отличие от морского сражения, изображение на верхней части окна полностью соответствовало воспоминаниям Джехрида: город ... горящий. Ближе к вечеру солнце появилось из-за облаков и нарисовало сцену на полу палаты в ярких деталях, ушедшему Джеринду удалось избежать этого ужасного зрелища и воспоминаний, которые оно спровоцировало.

- Более десяти лет, - сказал Лорд Аль Модрал, кивая на окно. - Но иногда мне кажется, что это было вчера. Затем настают дни, когда это просто тусклое воспоминание, как фрагмент кошмара, который ты не можешь в полной мере встряхнуть.

- В самом деле, милорд, - сказал Джехрид, неподнимая взгляда. Он ненавидел окно и фактически ходатайствовал за его разрушение. Однако, Лорд Башни слишком сильно уважеал искусство, чтобы позволить это.

- Перед тем как ... это, - Аль Модрал взмахнул посохом на горящий город. - Я помню, капитан менее склонен к гневу.

- Десять лет долгое время, милорд, - ответил Джехрид, сопротивляясь порыву закрыть глаза. Тому, кто смастерил окно каким-то образом удалось захватить точный оттенок пламени, которое поглотило столицу мелденейцев, хотя, к счастью, нет такого искусства, которое могло бы воссоздать крики.

- Тем не менее, - Аль Мордал продолжал. - Я думаю, что король предпочел бы, что бы его Лорд Коллектор сохранял ясную и уровновешенную голову во время этой миссии.

Джехрид моргнул, заставляя себя сфокусироваться на Лорде Башни. - Конечно, милорд.

- Они прибыли без предупреждения, неся послания от Аспектов Второго и Шестого Орденов, но не королевское предписание. Любопытно, вы не думаете? Учитывая, что они пришли по королевскому делу.

- Непременно, милорд. Достаточно любопытно *заставить их ожидать*, пока мы получить разъяснения с королевского двора.

Аль Модрал покачал головой. - Жизнь в должности Лорда Маршала преподала мне много уроков, Джехрид. Уроки, которые тебе бы не мешало узнать, если, учитывать мое горячее пожелание, вы должны преуспеть в один прекрасный день завладеть этой башней. Сегодняшний урок имеет два аспекта(удвоенный). Во-первых, безрассудно препятствовать Орденам, Шестому, в частности. Во-вторых, ценность информации. Я хотел бы знать личность, кто этот пассажир, которого они ищут, и характер их дела на этом побережье.

"Никогда не считал его интриганом, подумал Джехрид. Но король не просто так дал ему Башню. - Я позабочусь об этом, милорд.

- Хорошо. - Лорд Башни положил руку ему на плечо, когда они повернулись и вернулся к креслу, где старик с большей готовностью принял помощь, так как не было никаких свидетелей. - И, если этот пассажир еще жив, мы прекрасно знаем, кто держит их. С помощью Веры, может статься, вы, наконец, найти то, что вернуло вас на этот берег.

Он откинулся на спинку кресла со вздохом, его рука соскользнула с плеча Джехрида, как безвольная тряпка. - Как вы думаете, это будет сладко, когда вы, наконец, попробовать его, мой свирепый и непримиримый друг? - спросил он. - Они говорят, что месть может быть горькой.

- Она может быть горьче полыни и я до сих пор её пью, пока моё брюхо не разорвется. - Джехрид отступил, опустившись на одно колено, прежде чем подняться, чтобы отдать безупречное приветствие. - С вашего позволения, милорд.

#

Залив (бухта) Укрытие был неверно назван, скалистый вырез в береговой линии в примерно тридцати милях к западу от Южной Башни. Он была сформирован в ста ярдах от пляжа, расположенный сбоку от высоких утесов. Во время прилива море становилось бешеным ревущим разрушителем, переворачивая огромные камни, скрывающиеся под поверхностью.  Они становятся видны только при отливе, темный лабиринт зазубренных рифов, что делает его благоприятным местом для банд разрушителей короблей.

Они выехали верхом из Южной башни накануне вечером, Джерид с двадцатью его самыми доверенными людьми. Брат Соллис ехал с двумя миссионерами и дюженой братьев из Шестого Ордена. На ночь, перед тем как перейти к бухте, где, вопреки ожиданиям Джехрида, приливы умудрилис пощадить остатки алпиранского судна, они расположились лагерем в дюнах .

Алпиранские торговцы, которые пришли потребовать вернуть груз, который Джедрид может восстановить, называли её Селенна, устарелый термин, но в пределах его понимания алпиранского означающий:Путешественник(мореплаватель). Старый корабль, но большой и хорошо управляемый, хотя и не достаточно хорошо, чтобы противостоять соблазну ложных огней мародеров. Джехрид предполагал, что младший помощник должен был следить, когда они приблизились к берегу. Ветеран моряк знал бы это лучше.Три арочных балки судна торчали из волн, как обнаженные ребра какого-то *снятую* зверя, все, что осталось от грузового судна, которое плавало в Эриниане и за пределами в течение трех десятилетий.

- Вы так и не нашли выживших? - спросила сестра Кресия, глядя на затонувшее судно с ***небольшим знаком угрюмой нахмуриности***, который она носила на протяжении всего пути.

- Море самый умелый убийца, сестра, - сказал ей Джехрид. - Хотя было несколько человек с перерезанным глотками или отрублеными пальцы. Мародеры не любят оставлять свидетелей, как и их драгоценности.

Черты ее лица подергивались смешивая отвращение и гнев, которые Джехрид нашел у нее в душе. Как казалось ,что это некое чувство справедливости за гримасой.

- Лучше всего, если мы продолжем только втроем, - сказал брат Лучин, слезая с лошади морщась от неудобства. - Мои ... навыки лучше всего работают, если меня не отвлекают.

- Песок голый, как я уже говорил, - указал Джехрид, когда сестра Кресия и брат Соллис проследовали за Лучином на пляж. Лысеющий брат просто махнул рукой и продолжал пробираться через дюны. Джехрид наблюдал, как они втроем приближаются к береговой линии. Некоторое время Лучин ходил взад и вперед с Соллисом и Кресией за спиной, останавливаясь время от времени, чтобы указать на что-то на песке, прежде чем застыть поглаживая подбородок в очевидном размышлении.*** Джехрида никогда не интересовали игры, но когда он это увидел, то понял что это спектакль. Какой он нахер ищейка.

После некоторого дальнейшего лицедейства, Лучин остановился и направил взгляд на море. Он стоял неподвижно в течение некоторого времени, спина прямая, руки свободно по бокам, казалось незамеченные волны, обволакивают его ноги и увлажняют подол его одежд(мантии). Внезапно, Лучин дернулся, словно от боли, обхватив себя крепко и сложился пополам. Сестра Кресия подошла к нему в очевидной озабоченность, но он отмахнулся от нее. Даже с этого расстояния Джехрид мог увидеть, что рука у того дрожит.

- Что это, милорд? - пробормотал сержант Сборщик с боку, смуглые черты лица наморщились в подозрении.

- Королевское дело! - рявкнул Джехрид, хотя и тихим голосом. - Прикуси свой язык.

Он смотрел, как Лучин сказал что-то брату Соллису, прежде чем резко опуститься от усталосли, покачивая головой, в вертикальном положении его удерживала сестра Кресия. Джехрид увидел, как Лучин трет нос, прежде чем повернуться, поднль руку, которая уже не дрожала, и указал твердо на запад. Было слишком далеко, чтобы сказать наверняка, но Джехрид мог бы поклясться рука брата была испачкана кровью.

#

Они следовали по побережью, пока небо не стало темнеть, брат Лучин вместе с Соллис ехали верхом впереди. Джехриду показалось странным, что Лучин едва глядел на землю, когда он вел их в погоне за кажущимся следом мородеров. У него не было догадок о том, куда брат вел их; этот участок побережья в основном состоял из голых пещер или бухточек облюбованных контрабандистами, отличающихся высокими скалами и узкими участками гальки, где только самый опытный или глупый моряк будет искать на землю лодку.

Лучин и Соллис в конце концов остановились после восхождения на крутой подъем отойдя более чем на двадцать миль от Бухты Пристанища. Джехрид пустил рысью его лошадь, что бы приблизиться, когда Лучин указал точку в нескольких милях впереди, узкий канал врезанный в берег, где волны разбивались о ряд высоких колонн песчаника, каждая имеет определенную форму и отточенны веками приливами и ветром таким образом, чтобы они были похожи на линию зазубренных мечей.

- Здесь, - сказал Лучин.

- Клинки? - спросил Джехрид, не в силах сдержать презрение в голосе. - Вы думаете, что Красные Разрушители укрывались в Клинках?

- Ты знаешь это место, - спросил Соллис.

- Все, вырос на южном берегу знают это место, и они знают, что его нужно избегать. Оно совершенно несудоходно, даже при отливе.

- Канал ведет к водопаду, не так ли?- давил Соллис.

- Это так. Достаточно красивое место, но стены слишком крутые и влажные, чтобы можно было подняться и выбраться из пещер, поэтому это не то, чем бы воспользовались Разрушители.

Он видел, как братья обменялись взглядами, прежде чем Соллис сделал небольшой кивок. - Не пещеры, - сказал Лучин. В его голосе слышалась настороженность, ***передавая чувство секретного распределения только при крайней необходимости.*** - Туннели, построенный много лет назад.

- Чьими руамий? - спросил Джехрид.

- Ордены насчитывают долгую историю, милорд, - ответил Лучин. - И в наших рядах есть строители, на ряду с ищейками.

- Этот фарс, в который вы играли на пляже, - пробурчал Джехрид со смехом. - Почему бы просто не сказать мне про эти туннели ещё в Южной Башне?

- Нам нужно быть уверенными. А теперь просим о вашему благоразумии.

Джехрид снова взглянул на Клинки, молчаливые монолитные мечи поднимались из непрестанной белой ярости. Он вспомнил, когда впервые их увидел одним холодным утром много лет назад,

дрожа на перилах, пока большой человек втащил его в теплое объятие и
разматал список отчаянных моряков, которые отважились подойти слишком близко к этому каналу, среди них его большой дядя, который
бросился к гибели во время отчаянной авантюры по уклонении от Щедрых людей Лорда.

- Вот так они хранили закон в те дни, - сказал ему большой человек. "Поставьте щедрот на наши головы и установить отбросы удела на нашем хвосте. Мы вели войну, чтобы завоевать этот берег, мальчик, хотя ты не найдешь его ни в какой истории. Теперь у нас есть король, вещи стали более цивилизованными, но кровь всегда платит за кровь.****

- Что там? - спросил Джехрид Лучина.

- То, что останется скрытым, - сказал Соллис перед там как ищейка смог ответить. - С вашей помощью, для которого Вера будет благодарна.***

Джехрид никогда не был особенно щепетилен в его соблюдении, но он был поднят в Вере и бесчисленные опасности в солдатской жизни часто находили его придерживающимся к ней с яростной убежденностью. Кроме того, он обязан чтить желание Лорда Аль Мордала для получения информации. - Вы знаете дорогу? - спросил он Лучина.

#

Опасаясь дозорных, Джехрид настоял на том, что бы они отправились(приближение) пешком и в темноте. Это едва ли беспокоило братьев из Шестого, которые двигались с пугающей тишиной и уверенным шагом, или его людей, привыкших находить путь через затемненную местность. Брат Лучин и его ученица, однако, не были приспособленны к скрытности.

- Тихо! - прошипел Джехрид на сестру Кресию, когда она ногой ухитрилась угодить в кроличью нору, провоцируя визг отчаяния. Он увидел ее глаза сверкающие в темноте, когда она повернулась на него, без сомнения, готовая выдать возражения, но толчка локтем от брата Лучина было достаточно, чтобы утихомирить ее голос.

Джехрид уже мог слышать водопад, низкий, постоянный грохот дрейфующий через небольшую рощу деревьев, где они находились. Узкая, но с быстрым течением река, которая питает водопад журчала последние пятьдесят ярдов слева от них, четкий след к их цели, но охраняемый. Они были лишь тусклыми фигурами в сумраке, мудро отказав себе в огне, но хорошо завернутые от холода, четверо, по паре по обе стороны реки, каждый держал арбалет и двигался по узкому кругу, так ,что бы один никогда не терял из вида другой.

- Легкие цели, - прошептал Соллис находящийся сбоку от Джехрида, лук был уже в руке, стрела с оперением чайки с надрезом и готова***.

- Подожди, - пробормотал Джехрид, когда Соллис повернулся к своим братьям, что бы отдать сигнал. - Там ещё один, ты его не можешь увидеть. Он самый молодой, достаточно мал ростом, чтобы легко скрыться. Убейте их, и он дунет в рог через секунду.

Худое лицо Соллиса осталось бесстрастным, хотя небольшое напряжение в его голосе, сказало о заметном раздражении. - Этот вопрос требует решения, - сказал он. - Так или иначе.

- Их пленные, если они действительно есть, умрут в тот же миг, когда раздастся звук рога.

- Вопрос требует решения, - повторил Соллис в том же холодном тоне.

Не здесь освобождать, понял Джехрид. Только молчание.****

Он снова посмотрел на часовых, затем осмотрел окресный луг. Это не было его обычным охотничьем угодьем. Контрабандисты и мородеры, как правило, держались восточнее, недалеко от главных дорог, ведущих в северные города. Где бы он поставил меня? - он задумался, глаза шарили по тусклой местности. Падени воды достаточно громкое, чтобы замаскировать все, кроме самого сильного взрыва(звука). Ему нужно быть совсем близко ко мне ... Его взгляд остановился на небольшой насыпи вблизи края влажного от капель выступа рядом с водопадом. Это было бы легко принять за простой комок травы в полумраке, но форма была чуть неправильной, наклон травы не под совсем правильным углом относительно ветра. Он растет неосторожно с возрастом.***

Джехрид повернулся к сержанту, кивая на заряженный арбалета в его руке, и подозвал того к себе. Он лег сбоку от сержанта и указал на насыпь. - У тебя есть это?

Сержант приложил арбалет к плечу, щекой прижался к штоку, пальцы балансируют на спуске. - Ясно, как день, милорд.

- Он появится, когда другие идут вниз. Не пропусти. - Джехрид склонил голову к Соллису. - Вы как , брат.****

Соллис поднял руку, чтобы сделать ряд сложных, но быстрых знаков, в ответ сразу же поднялось семь братьев и двинулись к краю рощицы.  Они одновременно присели, стрелы наложены и луки взведены, ни малейшего шороха или скрипа напряженной древесины. Никаких дальнейших инструкций от Брата Командующего, он просто взвел, прицелился и послал свою стрелу в грудь стоящему слева от центра часовому, человек, стоявший в середине схватил другую стрелу, и прежде чем исчезнуть в траве с тихим стоном. Щелкнуло ещё шесть тетив, как одна и Джехрид имел скудное секунда, чтобы засвидетельствовать кончину остальных дозорных, прежде чем тонкая фигурой дернулась поднимаясь из-за сигнальной насыпи, длиный моряцкий рог поднят, спина выгнулась, кокда он перевел дыхание.Арбалет сержанта щелкнул и тонкая фигура успела сделать судорожный поворот перед тем как рухнула из поля зрения.

Джехрид вскочил на ноги и бросился к погибшим, едва взглянув на часовых, чтобы удостовериться, что никто не шевелится, подошел к месту где лежал один рядом с рогом. Черты его лица были бледные в темноте, молодой красивый оказанной слабым(бездвижным) и некрасивым в смерти. Было что-то знакомое в его глазах, гладкости лба, что пробудило множество незванных воспоминаний. Глаза тети Тильды, подумал Джехрид, рассматривая тело мальчишки.**** Хорошая мать спасла бы его.****

- Просто мальчишка, - прошептал голос за спиной Джехрида. Он повернулся и обнаружил сестру Кресию, глядящую на труп, широко раскрытыми глазами и с былым лицом. Что-то мерцнуло в её правой руке, что-то острое, ***судя по отраженному пойманому скудному свету***. Она моргнула, заметив его взгляд и быстро спрятала руку в своей мантии.

Джехрид присел и поднял безвольную руку мальчика, задрав рукав, открыл татуировку на плоти два черных круга вместе с тремя вертикальными линиями. - Два потопленных корабля и три убийства, - сказал он Кресии. - Молодость не значит невинность, сестра. Не на этом берегу.

Брат Лучин повел их к углублению на краю обрыва, где ряд узких ступеней был высечен в скале, выветренных и сглаженых морскими ветрами так, что были едва заметны. Спуск на нижний уступ был коротким, но не без риска, влажные ступеньки и темнота заставляли некоторых обессилено скользить, хотя, к счастью, в команде не было достаточно неуклюжих, чтобы полностью потерять почву под ногами, и совершить смертельную ошибку, судя по волнам бурлившим внизу. Соллис выхватил меч и вышел вперед, когда они проследовали в сторону водопада, изогнутого дугой падающего вниз каскада воды, похожего на жидкий стеклянный занавес. Брат Командующий поднял руку, чтобы все оставались на месте, а сам двинулся дальше в одиночку, исчезая за занавесью темноты. Через секунду раздался слабый звук сталкивающейся стали, затем вновь появился Соллис и поманил всех вперед.

Позади водопада карниз находился вход в грот, большая часть которого сделана вручную, судя по изношенным, но простым отметкам от зубила на камне. Соллис стоял в самой глубокой точке грота, шаря рукой по скале, как будто в поисках чего-то. Другой часовой лежал рядом, с мечом в руке и потоками крови из глубокой раны на шее. ****Джехрид впечатление он успел нарисовать лезвие, прежде чем Соллис зарубил его.****

Лучин встал рядом с Соллисом и стал пристально изучать скалу, пальцы что-то нащупывали. В конце концов, он удовлетворенно хмыкнул и попятился, бормоча что-то Соллису, из чего Джехрид едва смог понять, "замки изнутри".

Старший брат поманил Кресию и наклонившись к ней, когда та вышла вперед, его слова звучали слишком тихо, чтобы можно было их разобрать сквозь шум водопада. Джехрид увидел, что девочка неохотно кивнула, прежде чем подойти к скале, затем положила обе руки на сырой камень, её тело застыло, лицо стало пустым от концентрации. Она так и стояла в течение некоторого времени, два брата стояли с явным нетерпением. В конце концов Лучин подошел и прошептать вопрос, на который девушка повернулась к нему, на лице полыхал гнев, когда она выражала строгий упрек. Джехрид ожидал, что брат ответит с некоторой формой предостережения, но вместо этого он только вздохнул и вернулся назад, жестом указав Соллису следовать за ним.

- Наша сестра может быть и молода, - сказал Лучин, двигаясь в сторону Джехрида, - но хорошо осведомлина о древних знаниях относительно этих туннелей. Чтобы открыть вход требуется надавить в одном конкретном месте. Она найдет его достаточно скоро.

Взгляд Джехрида задержался на девушке, отметив, что она ввернулась в то же положение, неподвижная, руки вытянуты и неподвижено на камне. Внезапно она напряглась, наклонилась ближе к стене, закрыла глаза и склонила голову под небольшим углом. Черты её лица изменил краткий спазм, прежде чем она отступила назад, сгибая пальцы, и в три фута шириной участок скалы распахнулся, открывая узкий проход. Сестра отступила назад, лицо стало бледнее, чем раньше, хотя на нем сияла триумфальная улыбка, когда она выдала им поклон и велела входить.

#

Ширина прохода позволяла двигаться по нему только по одному одновременно и Соллис настоял на том, что пойдет первым. Джехрид приказал своим Сборщикам остаться и охранять вход, прежде чем занял свое место за спиной Соллиса, ожидая возражений. Однако, Брат Командующий всего лишь взглянул на него и выхватил меч, прежде чем исчез в проходе. Всел за Джехридом шли Брат Лучин и сестра Кресия. Он предлагал им остатьсясо своими людьми, но они просто покачали головами и *встали в колону*, лица напряжены, *но в глазах Джехрида, не так страшно, какими они должны быть*. Проход был тускло освещен факелами, установленными на стенах, через каждые двадцать шагов, ***водоотводов на ветру от входа***. Стены были грубо обтесанны, что указывалона самый искусный навык в их сотворением. Кто бы ни изготовил эти туннели,, он проявлял скудный интерес к художественности.

Соллис шел медленно, стараясь ступать как можно тише, чтобы предотвратить любой эхо. Джехрид отметил небольшой наклон вниз и постепенное, но возрастающее изгибание стен, указывающее на то, что они идут по спирали, опускаясь глубоко в недры скалы.  Изгиб прохода становился более выраженным, чем глубже они опускались, путь вперед ссузился так, что Соллису пришлось пршжаться к стене и двигаться вперед боком. Он остановился на звук голоса, тихий разговор, но хорошо слышимый в туннеле. Там были два голоса, оба мужских, участвующих в каком-то споре, сначала слова были неясные, но становились все более четкими, с кажым дюймом движения Соллиса вперед, теперь он двигался полуприседя, рукоять меча обращенно так, что лезвие упиралось ему в спину. Он остановился, когда голоса стали более ясными, повернулся к Джехриду с вопрошающим взглядом.

Джехрид почувствовал, как его рука стала мокрой от пота, костяшки побелели от сжатия рукояти меча. Два голоса, пожилых мужчин, один он узнал, хотя прошло много лет с тех пор, когда он его слышал.

... говорить со мной про обещания, - сказал первый, богатый голос, обладающий резкими гласными присушими акценту берегового народа, но окрашеный нотками презрения. - Мне тоже были даны обещания. Обещание золота и драгоценных камней. Вместо этого мы больше рискуем собирая специй и шелка. Чистая прибыль, будь уверен. Но вряд ли стоит привлекать внимание Лорда Коллектора.

- Золото скоро будет, - ответил другой голос, в основном невыразительный, но со странным акцентом, гласные звуки слышны отчетливо, как у Ранфаелинцев, но модуляция похожа на суровый лепет воларианских моряков. - Когда ты отдашь мне то, за чем я пришел. И не забывай, что без меня ты не смог бы грабить потерпевшие кораблекрушение суда.

Джехрид нахмурился от удивленния, когда другой голос умолк. ****Так когда же он терпел неудачу не находя ответ?****

После паузы, первый голос заговорил снова, на этот раз выдавая беспокойство, которое едва маскирует яростный вызов. - Мы говорили об этом достаточно. Она моя. И она остается моей, пока ты платишь.

Затем раздался звук, такой резкий и скрипучий, что Джехриду понадобилась время, чтобы разобрать в нем смех. - Ты вообразил себе маленьким контрабандистом? - спросил второй голос, когда его веселость поутихла. - Какие карты ты думаете, у тебя есть? Ты не более чем личинка пирующая на мертвечине, перед тем, как пришедшая волна смоет тебя прочь. Ты видел, что я могу сделать. Отдай мне женщину, если не хотешь увидеть еще одну демонстрацию.

Длинная, замороженная пауза. Время для крови, решил Джехрид. Оскорбление и вызов(проблемы) были слишком велики, чтобы их игнорировать. Джехрид мог представить себе, что он стоит там, лицо пораженное от ярости, кулак без сомнения сильно сжимает рукоять кинжала, другой рукой сжимает дубинку. "Танец Твердого и Острого" так он назвал этот традиционный боевой стиль контрабандиста. Одно мгновение и кругом хаос и неразбериха. Идеальный момент для атаки. Джехрид стал медленно продвигаться ближе к Соллису, подготавливая себя к натиску.

***Так было и с не малым количеством ударов, что он услышал в холодной тишине, нарушаемой первым голосом. - Приведи ее.

Он боится. Джехрид обнаружил, что он должен был содержать удушье позабавило реализации. Он на самом деле боится.

Шаги эхом разнеслись через туннель, затем снова долгая пауза, тишина, царящая, пока они не вернулись. - Ах, - второй голос, теперь окрашенный напряженным ожиданием. - Я ожидал, кого-то ... постарше.

- Она носила амулет, который ты описал, - сказал первый голос, твердый и сердитый. - Это была бесполезная безделушка.

- Покажите мне. - Еще одна пауза, затем удовлетворенное хихиканье. - Безделушка для тебя, возможно, но для неё. - Голос перешел на алпиранский, грубый и резкий акцент, но все еще достаточно понятный для Джехрида. - Не так ли, моя дорогая? Должно быть пришлось хорошенько постараться, чтобы заслужить Слезу Рхевена в таком возрасте. Большинство же не получают её пока к ним не приближается маразм. Неужели твой дар настолько сильный? Я полагаю, что нет, поскольку ты остаешься связанной этой сволочью.

Женский голос, дрожащий, но дерзкий, культурная речь контрастирующая с ***её скрипучими гласными дознавателя***. - Освободи меня, и я буду рада показать.

- Не утруждайтесь, уважаемая леди. Я в скором времени раскрою его природу. - Затем появился скрип вытягивающегося лезвия, когда он перешел обратно на королевский язык. - Держи ее неподвижно.

Брат Лучин поспешно двинулся вперед, его шаги вырисовывались громким эхом от камня, побелевшее от беспокойство лицо выдавало отчаянную срочность. - Он сделает это! - прошипел он Соллису. - Мы не можем медлить.

Вопрошающий крик донесся из-за поворота; они не упустили топот Лучина. Соллис выпрямился, меняя хватку на мече и взглянул на Джехрида. - Защити женщину и забери ее отсюда. Оставь остальных нам.

Затем он ушел, синий плащ стелился за ним следом, когда он раздавал поручения взглядом. ***Джехрид сделал рывок после него, многочисленные эхо от сапог братьев, громом проследовали вслед за ним. За поворотом, проход выходил в большую камеру, около двадцати футов в поперечнике с нарами, покрывающими стены и несколько боковых каналов, ведущих в разные стороны. В
центре стояло три фигуры, женщина с кожей оливкового цвета, возможно, лет тридцати, ее руки связаны за спиной, и двое мужчин. Мужчина справа был средних лет и имел неопрятной внешний вид, его жилистое тело одето в рваное, потертое облачение.

Но внимание Джехрида привлек человек слева. Он был старше, конечно же. Теперь его волосы седые и редкие, а когда-то были густыми и темными, лицом чисто выбрито и покрылось старческими морщинами, хотя он оставался столь же высоким, каким Джехрид его запомнил и его талия казалась свободной от брюха, как никогда. Как и следовало ожидать, он был вооружен дубинкой и кинжалом, кружащий лицом к незванным гостям в крадущейся позиции, губы раздвинуты в рычании, которое поблекло, когда он увидел Джехрида.

- Кохран Бера! - Джехрид крикнул ему, когда он появился из туннеля. - Встань и жди королевского правос....!

Он увернулся, когда один из Красных Разрушителей возник из тени слева, чем-то быстрым и острым разрезал воздух над головой ДЖехрида. Другой появившийся справа, с занесенным топором, готовым обрушиться на Соллиса, падает мертвым, через сердцебиение позже, когда меч брата доставлен одним искусным выпадом к его горлу. Разрушитель противостоящий Джехриду явно был приверженец традиций, нападая с тесаком в одной руке и дубиной в другой, нацеленный нанести хорошие удары по голове и ногам. Джехрид уклонился о дубины, качнувшись назад, чтобы избежать дровокола(большой нож мясника) и ведя свое лезвие вверх и вниз, чтобы достать подколенное сухожилия Разрушителя, прежде чем тот смог бы восстановиться для другого взмаха. Этого контрабандиста не легко усмерить, даже несмотря на то, что он был вынужден опуститься на одно колено и кричал от боли, ему удался еще один выпад дровоколом, прежде чем кончик меча Джехрида погрузился в его грудь.

Джехрид развернулся, меч направлен на Кохрана Бера, теперь передвинувшегося в центр комнаты, их глаза встретились. - Ты вырос, - тихо прорычал он, перед тем как развернулся и выдал пронзительный свист. Через секунду раздался стук сапог и десяток или более Разрушителей выбежали из боковых туннелей, все вооружены. Четверо сразу же рухнули и стали кататься по полу, когда брошенные братьями ножи замерцали в свете факелов. Тем, кому удалось подобраться достаточно близко, чтобы обменяться ударами, едва ли повезло больше, большинство пали в пространстве после нескольких ударов мечом, хотя моментное замешательство позволило их лидеру юркнуть в ближайший проход, с тремя выжившими за спиной.

Джехрид крикнул от отчаяния, знакомый красный оттенок окрасил его зрение, когда он двинулся вперед. Это был женский крик, который остановил его преследование, его взгляд обратился к ней, которая теперь стоит несгибаясь и голова оттянута назад, жилистый мужской кулак в ее волосах, другой держит тонкое лезвие кинжала у ее горла. Джехрид успел поймать последний взгляд Кохрана Бера, странно хмурый и лишенный ненависти, прежде чем тени поглотили его.

- О, нет! - рявкнул жилистый человек, обращая слова к Соллису, когда братья быстро окружили пару, наступая с поднятыми мечами. Он рванул голову женщины назад, сильнее прижав острие лезвия к ее коже. - Я требую вашего внимания.

Соллис поднял руку, чтобы остановить братьев, опустив свой меч, чтобы сделать один шаг ближе. Джехрид заметил, как Соллис подергивает свободной рукой, когда он что-то поймал, что выскользнуло у него из рукава. - Отпусти ее, - приказал Соллис *однотонным скрежещущим голосом*. - Если тебе жизнь дорога.

Жилистый мужчина ответил только скрипучим смехом. Джехрид нахмурился, так как подлинного юмора в смехе он не услышал, да и отсутствие какой-либо реальной враждебности на лице человека. Для всего мира он казался не более чем человек, отвечающий за особенно хорошо выполненную шалость. - Спросите у него, - сказал жилистый мужчина, кивая на брата Лучина, выходящего из прохода с сестрой Кресией у него с боку.*** - Какое значение имеет его Орден на жизнь?*** Разве они удосужились предупредить вас, что вы найдете здесь? Я буду держать пари они этого не сделали.

Это был брат Лучин, который говорил, лицо мрачным и вгляд твердый, когда он рассматривал жилистого мужчину, его голос обладает холодным, непоколебимой нотой командира. - Убейте его.

- Брат ... - Джехрид шагнул к Соллису, но брат уже начал двигаться. Его левая рука, казалось размытым пятном, когда что-то маленькое и металлическое мелькнуло в свете, оказавшись в свободном полете. Джехрид крикнул в тревоге, зная, что смертельный удар может вызвать в руке жилистого человека напряженние, которое приведет к пагубным последствиями для его заложницы. Соллис, однако, хорошо выбрали свою цель. Метательный нож по рукоять вошел в запястье жилистого человека, нож выпал из его дернувшегося захвата. Женщина крутанулась, вырвавшись на свободу и упала на пол. Джехрид быстро перешел на ее сторону, меч направлен на ее поверженного похитителя.

Его взгляд встретился со взглядом Джехрида на мгновение, светлый с болью и яростью, затем смягчился, когда он перевел его к метательному ножу торчащему из его запястья, и он начал смеяться заново.

- Убей его, брат! - Лучин скомандовал воплем, его голос вдруг перешел на паническое визжание.

Соллис направился к жилистому человек, снова обнажив меч, а затем упал на колени, когда пол содрогнулся под его ногами.

- Ты слишком доверяешь этим заблуждающимся мистикам, мастер, - сказал жилистый человек, у которого из носа потоком лилась кровь. - Слишком много доверия ...

Сильный взрыв потряс окресные скалы, неровная трещина появилась в полу, протянувшись по всей камере. Джехрид увидел, что Лучин схвати руку сестры Кресии и потащил ее в сторону прохода, когда комната снова задрожала, пол располосовали трещины, ***братья шатались от множества фонтанов каменной крошки.*** Жилистый человек все смеясь, корчился на дрожащем полу в неконтролируемом весельем, а кровь потоком шла изо рта и глаз. Соллис рванулся к нему, поднял меч, что бы полоснуть по его шее ... и пол камеры взорвался, камень раздробил все вокруг в туман из пыли.

Джехрид успел схватиться за женщину, перед тем как пол провалился под ними, воздух понеся мимо его ушей, поскольку они стремительно падали, проглоченые приветственной темнотой.

#

И снова доки, его единственный надежный сон. Всегда было одно и тоже. Тот же пирс, то же время, как раз перед наступлением темноты, каждая деталь превосходна и ярка, даже несмотря на то, что воспоминанию более двадцати лет.

Он спрятался за стеной из наставленных друг на друга бочек в тихом уголке доков Южной Башни и всматривался в конец пирса. Там были люди, тусклые тени которых мелькали в сумраке тумана, четверо на ногах и ещё один стоя на коленях. Стоящая на коленях фигура была связана, лицо скрыто под мешком, который был затянут на шее. Несмотря на это Джехрид знал, чье лицо скрыто под мешком, знал, без малейшего сомнения,что там лицо женщины, которая стояла на коленях с опущенной головой в оцепенелом ожидании своей судьбы. Так же он знал имя человека, который достал нож и подошел к ней.

Он отвернулся, зная, что будет дальше, неверной походкой он шел через улицы, когда отвращение в нем пролилось из его кишков на булыжник. Его предательские уши уловили звук тела упавшего в воды порта, звук плеска хорошо разносился во влажном воздухе. Он бежал, через улицы и городские ворота, через поле, за его пределы, ослепленный слезами, бежал пока легкие не превратились в огонь и ноги не подкосились. Он лежал в полях до утра, а когда взошло солнце, разбудившее его своим теплом, он поднялся и отправился на север. Дорога была длинной, и он рос познавая голод и опасность, *так как близкие друзья дикой страны всегда были богаты на угрозы,* но в конце концов, худой, оборванный мальчишка ввалился в Варинсхолд и стал проситься записаться в Королевскую Стражу.

- Как твоё настоящее имя, мальчик, - спросил его сержант, который занес перо над пергаментом, с несколько противным блеском в глазах, когда он добавил, - "король Янус хочет только честных стражников ..."

Он очнулся ощущая вкус крови, железа и соли жгущие его язык, что и спровоцировало судорожный позыв к рвоте, когда к нему вернулись чувства. ***Его тусклое зрение, тяжелые веки, что теперь, казалось, вылеплены из свинца, не видно почти ничего, сохранить слабое впечатление рухнувшей скалы,*** хотя звук вторгающийся его уши мешал возвращению к дремоте; приглушенный, но непрерывный, вторя потоку падающей воды.

- В конце концов не одна, - пробормотал голос рядом, женский голос, говорящий на алпиранском.

Прошло мгновение, прежде чем он рассмотрел ее, согнувшаяся фигура в темноте, стоящая на коленях, руки все еще связаны и глаза точки света за волосами, свисающими влажными завитками на ее лице.

Джехрид остановился, чтобы выплюнуть кровь изо рта, языком изучил там, где его зубы оставил рваный оттиск на внутренней части щеки. - *Нор*, это кажется вы, уважаемая леди, - он ответил на своем грубом, но функциональном алпиранском.

Она выпрямилась немного удивленная, потом заговорил на королевском языке без акцента, чем постыдила его алпиранский "Вы не возражаете?" - Она повернулась, присев предлагая ему развизать её запястья.

Джехрид понял, что его руки пусты, свой меч, без сомнения, он потерял где-то при падении. Он нащупал ее узы, ворча от отчаяния, так как его руки тряслись, он заставив себя сделать несколько глубоких вдохов, пока дрожь не стала ослабевать, хотя причина была очевидна. Он смеялся. Он истекал кровью, и он смеялся ... Он сделал это. Он обрушил комнату. Тайна всего этого события была безусловной, но даже по одному знаку и вынужденный вывод: Тьма.

Женщина выдала нетерпеливый вздох и Джехрид пробормотал извинения, подобравшись поближе он принялся за завязанный шнур. Узлы были хорошо завязанны и потребовались долгие усилия прежде чем шнур вышел на свободу. Она издала громкий стон, смешение боли и облегчения, сложив руки вместе, стала баюкать их у себя на коленях, тихие проклятия выходили из ее уст. Слова в основном были не знакомы, но он уловил имя Рхевена среди них.

- Слеза Рхевена, - сказал он вслух, вспомнив слова жилистого мужчины. - Богиня теневых путей, это она? Защитник мертвых.

Поза женщины стала настороженной, ее рука бессознательно двинулась к голой шее. - Я думала, что ваши люди не имеют сделок с богами, - сказала она

- Знать не тоже самое, что боготворить. - Джехриду понадобилась время, чтобы разогнуть ноги, чтобы удоставериться в отсутствие сломанных костей или разорванных мышц, хотя они значительно болели и руки жгло от нескольких болезненных ссадин. Он приподнялся на ноги и более пристально осмотрелся вокруг. Они находились в узком проходе, стены еще более грубые, чем в тоннеле под водопадом, отсыревшие под постоянными струйками воды. Он стоял у основания крутого склона из гравия(каменной кошки), образовавшегося, без сомнений, из разбитой скалы и обеспечевший достаточный перерыв в их падении, чем предотвратил костедробящее приземление. Справа проход был полностью завален упавшим камнем, оставался только путь влево, освещенный слабым, голубоватым светом.

- Ты можешь идти? - спросил он женщину.

Она кивнула и встала на ноги, не обращая внимания или не заметив руку, которую он ей протянул. - Ваши товарищи? - спросила она, осматриваясь кругом.

Джехрид взглянул на стену, проход которой заблокировал камень, затем поднял взгляд на черную пустоту выше. С какой высоты мы упали? - Я сомневаюсь, что мы увидим их снова, - сказал он.

Он шел впереди, тусклое свечение усиливалось, когда они проследовали в проход, звук падающей воды наростал с каждым шагом. - Вы были здесь в течение нескольких дней, - сказал Джехрид. - Знаете что-нибудь об этих туннелях?

- Путь из моей камеры вел только в общую палату. Они были осторожны со мной, мои руки были всегда связаны.

Он нашел это странным, Кохран так сильно осторожничал и сдерживался держа её взаперти. Марадеры редко брали в плен и судьба тех, кто попадал в их руки никогда не была хорошей. - Вы настолько опасны, уважаемая леди? - спросил он, снова перейдя на алпиранский.

Она нахмурилась и покачала головой, нетерпеливым жестом указала ему, что бы двигался дальше.

- Этот человек, там в палате, - Джехрид упорствовал, повернувшись к ней лицом. - Он заплатил им, что бы взять вас, не так ли? Заплатил им устроить кораблекрушение с вами. Зачем?

Смесь гнева и печали прошло через ее лицо, прежде чем она овладела им, встретившись с ним взглядом с суровой решимостью. - Это ваш отец научит вас алпиранскому? - спросила она, опять же используя королевский язык. - Вы говорите это с почти таким же акцентом. Он сказал мне, что был моряком в юности, изучал множество языков и заплывал во множество портов. У вас общие черты лица и такая же манера держать себя. Он твой отец?

Джехрид обнаружил, что сам овладевает собственным приливом гнева. - Только по названию, - пробормотал он, поворачиваясь и продолжая идти по коридору.

- А как тебя зовут? У тебя есть, что ещё мне рассказать.

- Джехрид Аль Бера, Лорд Коллектор короля Сборщика. К вашим услугам, миледи.

- Лорд Коллектор ... Он говорил о вас, сказал, что вы придете в один прекрасный день. Казалось, эта мысль делала его грустным. Теперь я понимаю, почему.

Джехрид почувствовал резкую потребность в смене темы разговора. - А ваше имя, леди?

- Мерива аль Лебра.

- Аль Лебра это асраэлинское имя.

- Мой отец был асраэлинским моряком, принужденный оставить свою родину, когда он встретил мою мать.

- Принужденный?

- Она была младшей жрицей храма Рхевена в Унтеше. Что бы ухаживал за ней требовалась определенная ... корректировка в своей вере.

- Он оставил Веру ради женидьбы?

- Ради любви, милорд. Любовь когда-нибудь вынуждала вас идти на крайности?

В её голосе появилась новая нота, явное подтрунивание, но достаточно мягкое, чтобы снять любой гнев из его ответа. - Я всегда находил ненависть лучшим стимулом к полезной деятельности.

Проход вскоре стал шире и тусклое свечение оказались впереди, ***наклон падающей воды углублялся дальше***. В нескольких ярдах впереди они нашли тело, разбившееся, накрытый плащом пучок скрученных конечностей. - Пусть Ушедшие примут тебя, брат, - пробормотал Джехрид присев, чтобы заглянуть в лицо человека, узнав в нем одного из лучников, которые несли караул выше. Он явно был мертв, черты лица лишены всех цветов, а его голова вдавлина в плечи под немыслимым углом. Тем не менее, он каким-то образом умудрился сохранить захват меча.

- Шестой Орден, - сказала Мерива, тихим голосом, но Джехрид смог услышать страх в нем. - Вы отвечаете на них?

- Я отвечаю за короля. - Он поднял меч и держал его в разсеяном свете. Орденское лезвие, подумал он, увидев сигнальную картину на стали, огранку их скрытных кузнечных искусств. Самые прочные и острые лезвия в королевстве. Сомнительно то, что они позволят мне держать его.***

- Тогда почему ты здесь с ними? - давила она.

Джехрид наклонился, чтобы достать ножны брата из-за его спины, трудная задача, учитывая искревление его тела. - Я пришел за Разрушителями, - проворчал он, переворачиваясь труп снова и начав возиться с пряжкой. - Они пришли за вами.

Она издала слабый наполовину смех и половину стон. - Безсомнения, для того, чтобы спасти меня.

- Их задание это их задание. - Он выдернул ножны и застягул их на себе, обмотав вокруг талии, а не на спине, и вставил лезвие на место. Он выпрямился, глядя на Мериву, пока она не встретилась с ним взглядом, глаза прикрыты и осторожная поза, как будто она может пуститься бегство в любую секунду. - Я не приченю вам никакого вреда, - сказал он ей. - Но мне нужна правда. Почему вы понадобились им?

Она вздохнула, ее поза стала немного более расслабленной, хотя взгляд говорил о затяжном недоверии. - Чтобы услышать послание, которое я несу ... или гарантировать мое молчание.

- Вы несете сообщение? От кого?

Она опустила взгляд, явно босясь с глубоким нежеланием. Джехрид стоял и не сводил глаз с ее лице. Это было привилегированный трюк при работе со скрытными информаторами, неподвижность и тишина всегда будоражили язык лучше, чем прямые угрозы. - От богов к безбожникам, - сказала она в конце концов, еще раз подняв взгляд. В словах был страх, но и преобладающее неповиновение. - Я сказала все что сказала. Теперь я предлагаю двигаться дальше. Если вы не собираетесь стоять и глазеть на меня вечно.

Он поднял другое оружие найденное на теле брата, охотничий нож из хорошей стали. - Вы знаете, как этим пользоваться?

Она заколебалась, но потом потянулся за ножом и крепко схватилась за него. - Нет, но я справлюсь, если потребуется.

#

Через двадцать шагов проход переходил в пещеру, потолок которой терялся в темноте, но стены испещрены точками света, каждая не ярче спички, но которые в сочетании обеспечивали четкую картину о находящемся впереди. Поток воды дугою падал вниз из черной пустоты, постоянно пополняя широкий бассейн в центре пещеры. Джехрид увидел, что там был медленное, но определенное течение воды, его взгляд прошелся в право, где пещера сужалась и превращалась в другой проход, вода вспенивание, когда уходила вгубь под скалу.

- Там должно быть разщелина, - размышлял Джехрид, глядя поверх водопада. - Воды переливаются в реку прежде чем уходят в водопад.

Он наблюдал за тем, как Мерива рассматривает стены пещеры, ее пальцы играя над одной из точек света, прослеживая темные завитки по всей поверхности. - Какой-то вид лишайника, - размышляла она. "Подкармливающийся водой и испускающий свет в качестве награды." Она остановилась, а затем добавил что-то на алпиранском, голос опустился низко в благоговении, как будто она читает катехизис: "Пусть богиня приметь мою благодарность за ее благодеяния.

Джехрид собирался более внимательно осмотреть канал справа, предполагая, что он ведет к морю, и поэтому может предложить некоторые путь спасения, но остановился, когда Мерива схватила его за руку. Она указала на что-то в бассейне, что-то (вялое или меленно двигалось) и размером с человека, за которым тащился синий плащ, когда оно плыло на мели.

Джехрид погрузился в воду и вброд отправился к телу, приподтяв которое он обнаружил худое лицо и седеющие волосы. Глаза Соллиса оставались закрытыми, но мышцы лица подергивались, когда Джехрид попрочнее ухватился за его рубашку и начал вытаскивать из бассейна. Еще жив, он подумал с некоторым мрачным смирением. Конечно, жив.

Мерива помог ему перетащить Брата Командора из воды и вдали от сырой скалы окантовку бассейна. Они отдыхали его против относительно сухой участок стены, где Мерива прижала руку ко лбу. - Замерз почти до смерти, - сказала она. Её взгляд упал на правую руку Соллиса, на которой свисало выкрученное запястье. - И она, конечно, сломана.

Джехрид кивнул соглашаясь и потянулся за предплечье брата, сильно сжимая. Соллис очнулся с криком, пытаясь поднять правую руку, пытаясь отыскать пустые ножны на спине. Он тщетно пытался подняться, замерзшие онемелые ноги сдались и оставили его вертеться у скалы.

- Все в порядке, - сказал Мерива, положив успокаивающую руку на плечо брата, бросая укоризненный взгляд на Джехрида. - Мы друзья.

Не будь слишком уверен, подумал Джехрид, наблюдая, как зачатки осознания появляются на лице Соллиса, черты которого напряжены от боли и резкого обдумывания того, что преподнесли ему его глаза.

- Мои братья? - сказал он, переводя взгляд от Меривы к Джехриду.

- Мы не нашли никого из живых, - сказал ему Джехрид.

Соллис на мгновение закрыл глаза, лицо неподвижно(безэмоционально?), как камень позади него. Когда он открыл их снова, там не было никакого горя, ни печали, просто твердая решемость. - Мне нужна перевязь для этого, - сказал он, похлопав свою сломанную руку.

***Мерива оторвал полоску ткани от плаща брата и привязала руку, Соллис стиснув зубы от боли, когда она пзатягивала узел. Они помогли ему встать и переместиться по каналу в дальний конц пещеры. Джехрид всматривался в темноту за пенящиеся воды, не видя уступа или других средств навигации такого коварного прохода.***

- Мы могли бы просто спрыгнуть, - предложила Мерива. - Поверь богам, которые хотят увидеть нас благополучно освободившимися из этого места.

Соллис издал скрипучий брюзжание, что, возможно, было смехом, вытянутым из угрюмости Меривы. - Они будут хранить нас и дальше, - сказала она.

- Слепой случай сохранил нас, - ответил брат, хотя его тон смягчился(утих), когда он рассматривал канал. - Хотя, на самом деле я вижу мало шансов.

- Течение слишком быстрое, - сказал Джехрид. - И его направление вполне может увести еще дальше в подземелье, прежде чем достигнет моря. Если мы не разобьёмся то, скорее всего, утонем. И если все же мы выберемся, то окажемся болтающимися среди Лезвий глубокой ночью.

Он отвернулся от канала, глаза побродил по пещере и найдя в темноте хороший участок дороги из бассейна, где светящийся лишайник не прилипал к стенам. Он двинулся туда, достаточно далеко, пока тени не поглотили его. Он не мог видеть ничего впереди, просто пуста, его руки находили только воздух, когда он протянул руку, чтобы исследовать пустоту.

- Если бы у нас был факел, - пробормотал он. - Хотя бы свеча. Просто скудная вспышка света ...

****И черное стало белым. Это было так неожиданно, что он обнаружил себя шатающимся, сдерживая крик боли и защищая глаза, из которых уже текли слезы. Он моргнул и осторожно посмотрел снова, найдя путь вперед освещенным, мягкий луч играет над скалами, как луч солнечного света, пойманного линзами. Луч перемещается, открывая высокий, широкий проход, ведущий от пещеры. Джехрид следил за ходом луча, ведущим обратно к Мериве, которая стояла с вытянутой руки, из которой лился свет вытянувщийся в плоское, как наконечник копья.*****

Тьма, подумал он, чувствуя, что открыл рот от потрясения. Освободи мои руки, и я покажу вам ... Свет рожденный Тьмой ... Это невозможно.

Его взгляд сместился на брата Соллиса, который, казалось, заметно меньше шокирован, чем должен бы быть слуга Веры, который стоит позади Меривы с явным удивлением, но и некоторой серьезной признанием(одобрением). Может быть, он знал, что найдет в конце концов.

Мерива направилась к Джехриду, рука все еще вытянута вперед, луч света подпрыгивал, с каждым её шагом. Он увидел подозрительное нетерпение на ее лице, когда она подошла к нему, избегая его взгляда и кивая, предлагая двигаться вперед. - Я не могу делать так всегда.

#

Она держалась в несколько шагов впереди, когда они двигались, тонкий силуэт обрамленый светом, который она выливала вперед. Свет не издавал ни тепла, ни угрозы, которую можно было бы увидеть, и все же Джехрид обнаружил, что он заставил себя оставаться поближе к ней, пока брат Соллис изо всех сил старался оставаться позади.

"Там не может быть места для Тьмы в Верующей душе", - он произносил в уме, вспоминая проповедь Второго Ордена на которую его мать однажды затащила. "Тьма, это как опытные Отрицатели, которые скрываются сриди нас, заносит Красную Руку на нас. Никогда не забывайте об этом, и всегда будьте бдительны. Только зло может прийти из Тьмы.

Значит это не зло в ней, он знал, наблюдая за тем, как Мерива вела их, ее нереальный свет играл на зубчатом своде прохода. Итак, он удивился, его взгляд направлен на сутулую фигуру Соллиса. Какая правда есть у подобных ему?***

Мерива резко остановилась, плечи немного прогнулись и ее свет замерцал, когда она пыталась удержать его устойчивым. - Там что-то есть, - сказала она сдавленным шепотом. Джехрид сдвинул ее всторону, проследив за тем, как калеблющийся луч высветил какую-то насыпь. Насыпь блестела.

Мерива издала страдальческий вздох и опустила руку, опустилась темнота сходил, когда ее свет умер, хотя сверкающая насыпь была еще видна, освещенная слабым оранжевым светом многочисленных факелов.

- Отдайте брату ваш нож, - сказал ей Джехрид, делая шаг вперед и вытягивая Орденский меч. - Оставайся позади нас.

Он остановился и взглянул её в глаза, где увидел сильную усталость и струйку крови стекающую (по лицу)из ее глаз. Она держала его взгляд мгновение, а затем моргнула и вытерла красные слезы.

- Это больно? - спросил он ее.

Она слабо улыбнулась. - Это ... усталость.

- Теряем время, - проворчал Соллис, взяв у неё нож и двинулся дальше.

Они держались поближе к стене прохода, хотя Джехрид знал их присутствие, несомненно, выдал свет Меривы. Свечение факелов показал другую камеру, когда они приблизились, мастерски выполненное место, как то, из которого они упали, пол имеет гладкую поверхность, а стенки форму круга. В центре находилась насыпь, блестящая металлом растущими вокруг высокой каменной колонны. Подойдя поближе, они увидели серебряную тарелку громоздившуюся на бронзовой фигуре и запутанными украшениями здесь и там блестел отблеск Bluestone(медный купорос), все пронзила цепями из серебра и золота, сияющими, как паутинка нитей.

- Золото и драгоценные камни, - сказала Мерива, выщипав колье из насыпи и стала его осматривать, три рубина установленные в золотую цепочку. - И все же он хотел больше.

- Он всегда был скрягой, - ответил Джехрид. - А чего скряга не хочет больше?

Однако, не богатства привлекли к себе внимание Джехрида, а семисторонняя каменная колонна, у которой они были сложены. Колона поднималась из центра насыпи на высоту около двенадцати футов, по всей её поверхности выгравированы какие-то надписи. Джехрид выучил письмо на королевском в раннем возрасте, и мог читать на алпиранском с достаточным успехом, но эти метки ему не были знакомы, а камень, на котором они располагались, явно был древним. Так же, колону обрамляли украшения, которые несли какой-то смысл, ряд эмблем, вырезанных в верхней части колонны на каждой из семи сторон. Он обошел камень кругом, обнаружив, что все эмблемы отличаются друг от друга: пламя, пылающий солнце, книга и перо, глаз, раскрытая рука ... Он остановился увидев шестой символ, фигура держащая меч, с глубокими ямками вместо глаз. Слепой воин. Такой же, как тот что находится над воротами Дома Шестого Ордина, или на медальоне, который носят все братья у себя на шее.

- Так Верующие действительно имеют строителей в своих рядах, - сказал Джехрид, обращаясь к Соллису.

Соллис не ответил, даже не пошевелился, а лицо оставалось бесстрастным, как всегда, хотя Джехрид отметил, ***что ему удалось удалить ножны от ножа.*** - Есть шесть орденов у Веры, - Джехрид продолжал двигаться, чтобы увидеть последнюю эмблему, змея и кубок. - Но у этого камня семь сторон.

Соллис просто ***вернул свой пристальный взгляд*** и ничего не сказал.

- Эти слова. - Джехрид мотнул головой на письмена, выгравированные на колонне. - Что это за язык? Что они значат?

- Это старый воларианский, - сказала Мерива. - Язык, на котором говорит первый Верный пришедший на эти земли.

- Можешь прочитать? - спросил он ее, держа взгляд на Соллисе.

- С тех пор, когда я изучала его прошло много лет. - Она поставила ногу на груду, *выбивая каскад сокровищ*, когда она наклонилась ближе, чтобы рассмотреть буквы. - Каллиграфия незнаком и странный диалект. Гораздо более древний, чем те, которые мне знакомы. Но, я думаю, что ... - Она сделала паузу, и долго думала, пока Соллис и Джехрид продолжали обмениваться взглядами.

- Это какое-то повествование, - в конце концов сказала Мерива, и зашагала дальше под звуки звенящего металл, чтобы прочитать больше надписей.  - Несмотря на это, оно не подходит ни под какую историю из тех, что я знаю, и большая часть выражений имеет мало смысла.

- Прочитай вслух то, что можешь, - сказал ей Джехрид.

- Армии сходятся под солнцем пустыни ... Кровь течет в реках, пролитая из-за лжи ... Тот, Кто Ждет столкнется с песней Убийцы Надежды ...

- Стоп! - скомандовал Соллис ***решительным скрежещущим голосом***, теперь повернувшись так, что его целая рука была ближе всего к Джехриду, ***плечи опущены в наклоне***, нож крепко сжат.

- Миледи, - сказал Джехрид, отступая, направив меч на брата. - Пожалуйста, следуйте за мной.

Мерива поколебалась секунду, потом сбежала с кучи, рассыпая побрякушки, пока она встава за спиной Джехрида.

- Кое-что останется скрытым, - сказал Джехрид. - За какую цену, а брат?

Соллис продолжал молчать, при этом двигаясь так, чтобы сохранять дистанцию между ними, пока Джехрид подавил неприятное воспоминание о стычке Соллиса с Лонаком, все эти годы назад. Меч против ножа, сказал он себе, стараясь *добавить себе* уверенности, он знал, что будет поставлен на место. И он наполовину искалечен. Но память была убедительнее, и он все ещё отступал.

- Что означают эти слова? - спросил он, тяня время. - Что это за место?

- Это мой дом, - резанул новый голос, богатый и яркий, эхом раскатился по комнате. - И вас не приглашали.

Кохран Бера стоял, возможно, в двадцати шагах, с дубиной в одной руке и с ножом с длинными лезвием в другой. По обе стороны от него стояли два Разрушителя, возможно, единственные оставшиеся в живых из некогда грозной банды, оба вооружены арбалетами. Джехрид вихрем повернулся лицом к Кохрану, подталкивая локтем Мериву, что бы та оставалась за ним, до сих пор болезненно осознавая близость Соллиса, но зная, что это бОльшая угроза на данный момент.

- Пятнадцать твоих двоюродных братьев умерло сегодня, - сказал ему Кохран. - Ты привел Шестой Орден к моей двери и уничтол то, что потребовало всю мою жизнь, чтобы построить. У тебя нет слов раскаяния, сын мой?

- Пятнадцати было недостаточно, - ответил Джехрид, чувствуя привычное, глупое ощущение появляющееся в груди. Тусклые фигуры в конце пирса, звук тела падающего в воды гавани ... - И не называй меня так.

- Отказаться от своей крови это все, что ты хочешь, милорд. - Лицо Кохрана исказилось, когда он произнес титул, как ярый Верующий, который произносит ересь. - Но я смотрю на тебя и не вижу никакого отличия от того злобного мелкого дерьма, которое я вытащил из ста портовых боев. Король сделал хороший выбор выбрав тебя, человека, который восхищается кровопролитьем, и называет это справедливостью.

- В отличие от человека, который убивает невинных людей, чтобы навалить кучу богатств, он никогда не будет тратить деньги.

- Богатство. - Голос Кохрана смягчился на часть, когда его взгляд упал на насыпь из награбленного сокровища. - Нет. Власть, мальчик.  Власти достаточно, чтобы купить королевсую благосклонность. Он обещал мне, ты видишь. Тогда когда бушевали войны, когда он построил королевство. - Солдатам нужно платить, - сказал он. - Принесите мне золото, и там больше не будет щедрых людей. Принеси мне достаточно, и в один прекрасный день, возможно, я сделаю тебя лордом. И, когда он построил своё королевство, платя своим гвардейцам богатствами с разграбленных у этого берега кораблей, что он сделал? Имея Лорда Башни он кормил меня пустыми обещаниями в течение двадцати лет, пока не смог послать тебя.

Ложь! Джехрид обнаружил умирающее обвинение на своих губах, когда давние подозрения встали на свои места. Длинный Аль Серахл и продажное управление в Башне, гораздо дольше, чем кто-либо мог ожидать. Контрабандисты и морадеры, купили иммунитет от Южной Стражи на многие годы, в то время, как на севере даже самая мелкая коррупция получала быстрое наказание. Король брал заемы с берега, понял Джехрид. А теперь считает, что заплатит за это мной.

- Этого не должно было случиться, мальчик, - продолжал Кохран, кивая на Соллиса. - ****С этим нет, нет никаких других свидетелей не противиться любой рассказу, который ты выберишь, чтобы рассказать.*** - Он повернулся, указывая позади него туда, где факелы играли на ряде неправильных степенек, вырезанных в камне и восходивших к выступу, который находился намного выше.

- Это крутой и извилистый путь, - сказал Кохран, - но только он выведет тебя отсюда. Забирай женщину, если хочешь. Я подозреваю, что она сможет мало, что сказать обо всем этом. У тебя есть секреты от нас, моя дорогая?

Мерива встала рядом с Джехридом, на лице маска непреклонной ярости. - Да, - сказала она. "У меня есть секреты, но ими я не буду делиться.

Она резко подняла руку, быстро и точно, как будто в очередной раз превратив её в наконечник копья. Джехрид закрыл глаза, когда вспыхнул свет, который породил мгновенный крик. Когда он снова посмотрел, то увидел человека, который стоял с права от Кохрана стоящим на коленях, забывшего об арбалете, так как вцепился в свои глаза, визг паники и боли, выходил из его рта непрерывным потоком. Разрушитель, стояший слева, уставился на своего упавшего брата на несколько секунд, а затем на Мериву, его арбалет качнулся в её направлении в рожденном страхом рефлексе.

Брат Соллис превратился в пятно, которое раздвоилось, когда нож вылетел и его руки, быстро, как стрела, нож описав идеальную дугу, оканчивающую на черепе Разрушиеля, погрузился лезвием в плоть по самую рукоятку. Разрушитель оставался в вертикальном положении мгновение или два, ***рот скрутился в попытке произнести слова и нечетное, озадаченный морщинами на лбу.*** Перед тем как рухнуть, он успел стянь замок на его арбалета, болт не задев ноги Соллиса, отрекошетил от каменной колонны и унесся в темноту.

Джехрид видел все это и ограничился секундами, потребовавшимися ему, чтобы приблизиться к Кохрану. Главарь Разрушителей трес головой в замешательстве, глаза влажные и замутненые, но некий инстинкт драчуна обеспечил достаточное предупредение, чтобы увернуться от рубящего удара Джехрида, направленного на его голову. Он зарычал и крутанулся в сторону Джехрида, дубина и нож просвистели, здоровяк средних лет двигался с грацией и скоростью юной танцовщицы. Джехрид отбил нож, пригнулся от дубины и уже знал, что в этот момент Кохран был обречен. Он был убийцей и бойцом, пожалуй, самым смертоносным из когда-либо виденых на этом берегу, но он не был солдатом. Он никогда не сталкивался с атаками военных отрядов лонаков или не прорывался сквозь *Meldenean палубу*. Он сражался за статус или деньги, но никогда по-настоящему за жизнь. Он никогда, до сих пор не видел битвы.

Джехрид ожидал следующую атаку с легкостью, почти принесшую улыбку на его губы, нож резанул по мечу в его руке в то время, как дубина, пройдя по дуге, врезалась в его подбородок. Попытка оглушить и разружить, а не убить. Джехрид *подскочил* и перед тем, как приземлился, ударил носком своего ботинка Кохрану в лицо, сломав нос и зубы. Кохран попятился, пытаясь получить пространство для парирования. Джехрид *выбил* нож из рук (Кохрана) быстрым сильным ударом украденным мечом и нанес второй удар в живот Кохрана, ***внезапно повернув***. Он(Кохран) попытался нанести окончательный удар, безрезультатный замах дубиной, Джехрид поймать его за запястье и скрутил, пока не услышал треск, дубина выпала из бесполезных пальцев.

Он отступил на шаг, когда Кохранподнял на него взгляд, на лице не было ни гнева, ни поражения. Но гордость. - Добротный танец, эх сынок ...

Джехрид двинул железным навершием своего меча в висок Кохрана, посылая его в бессознательном состоянии на пол. - Не называй меня так.

Он повернулся на звук с эхом крика, видя ослепленного Разрушителя убегающего в темноту, его крики продолжая отражаться от стен пещеры, пока не оборвались слабым всплеском. Он нашел бассейн, догадался Джехрид. Вынести на клинки, слепых и безумных. Пась (брюхо)Навена более добрый конец.

Он подошел к Мериве, которая стояла на коленях, плечи опущены от изнеможения. Он положил палец на ее подбородок и нежно поднял ее лицо, на котором остались полоски крови, ***она могла шагать из резня.*** - Ты в порядке? - спросил он.

Ее глаза метнулись к Соллису, который согнулся извлека нож павшего Кохрана.*** - Завещание для нас обоих?*** - прошептала она на алпиранском. - Это место, эти слова. Они не были предназначены для наших глаз.

Джехрид выпрямился, глядя на Соллиса так же, как тот смотрел на поверженного Кохрана. Привычная маска безразличия спала с него, брат изогнул бровь, выражая неодобрение:
-Он научил тебя сражаться? - спросил он в следующую секунду, не отводя взгляда от павшего отступника.

-Да, - сказал Джехрид, - но война дала мне больше.

Джехриду послышался слабый отголосок сожаления в голосе вновь заговорившего Соллиса:
-Ученик всегда превосходит своего учителя.
Внезапно Соллис поднял взгляд, его лицо каменело по меро того, как он коротко посмотрел на Джехрида на Мериву, переведя затем взгляд на витую лестницу:
-Затащить его наверх по ней невозможно. Мы привяжем его к колонне, ваши люди заберут его позже.

Джехрид недоверчиво кивнул:
-Как тебе будет угодно, брат, - Затем он взял Мериву за руку, - Может ли моя леди идти?

Она согласно выдохнула и начала подниматься, но застыла, переводя взгляд на кучу сокровищ, чуть осыпающуюся и издающую тихое побрякивание.
-Нет, - выдохнула она.

Что-то вырвалось из насыпи создав фонтан из сверкающих сокровищ, что-то тонкое(жилистое) и одетое в лохмотья, которые не скрывали бледную плоть, покрытую множеством ран, с дикой ухмылкой сияющей на лице, покрытом засохшей кровью. Оно кричало,пока выбиралось из кучи; триумф, ярость, и безумие заполнили камеру. Дрожь передавалась через камень под ногами Джехрида, он и Соллис наклонили свои спины защищаясь от каменной крошки бьющей фонтаном, когда трещины разорвали пол комнаты от одного конца до другого.

Джехрид увидел арбалет ослепшего Разрушителя лежащий всего лишь в пяти шагах впереди и бросился к нему, крича от страха, когда скала под снова зпашаталась. Существо в лохмотьях издало еще один шелушеший смех, как свежая трещина открылась, чтобы поглотить арбалет. Джехрид увидел, как Соллис бросил нож Кохрана в смеющегося затонувшего(крушашего) человека, но трясущийся пол сделал это невыполнимой задачей, вращающееся лезвие отклонилось от своей цели на ширину руки.

Дрожать перестало, когда существо в лохмотьях зашатался, оно осматривалось испытая явное удовлетворение, прежде чем остановиться на Соллисе. Кровь потекла из его рта густым потоком, когда он заговорил, - Мне жаль терять тебя так скоро, брат. Я всегда находил тавою жестокость такой ... забавной. Он вздохнул и поднял руки, запрокинув голову, и его улыбка запылала заново. - Я буду скучать по этой г(?)...

Что-то маленькое и острое мелькнуло пронесясь сверху вниз, двигаясь быстрее, чем арбалетный болт или стрела, издавая слабый визг, когда оно разрезав воздух пронзило Оборванцу глаз. Он снова пошатнулся, крутя головой в замешательстве. Джехрид увидел что-то металлическое, торчащее в его глазу, какой-то дротик, как игла, выступающая из черепа, *когда тот мотался*, молотя руками, как пьяный дерущийся с воображаемыми врагами. Еще один дротик мелькнул, клуб красного пара вышел струёй из костлявой груди человека, *когда (дротик) пронзил наскозь его торс, выбив пронзительный звук от пола, когда он отскочил и отлетел в тень.*
Существо(нечто) застонало и рухнуло на насыпь, конечности вскоре ослабели после смерти, когда кровь ручьями текла по всему мерцающему металлу.

Джехрид повернулся на звук и увидел, как отдувающийся брат Лучин карабкается вниз по сырой лестнице. Сестра Кресия была позади него. - Брат, - Лучин приветствовал Соллиса, когда добрался до пола, немного запыхавшись, затем он двинулся по направлению к насыпи из драгоценностей едва взглянув на Джехрида или Мериву. Джехрид увидел, что у него изминилось выражение лица, или, скорее всего, тот больше не чувствовал необходимость скрывать свой истинный облик, свободный от любого ложного спокойствия или почтения. Лицо очень серьезного человека.

Лучину понадобилась минута, чтобы осмотреть тело сгорбившееся на куче, потухающие глаза на залитом кровью лице, в которых Джехрид увидел искру узнавания. Выражение лица Лучина стало еще более серьезным, когда он поднял взгляд на семистороннюю колонку. - Все слишком реально, - пробормотал он, прежде чем отвернулся, обращаясь к Мериве на алпиранском, без сомнения, он не мог предположить, что Джехрид мог понять смысл сказаного. - Тебе есть, что мне сообщить, уважаемая леди.

Мерива ухватилась за протянотую Джехридом руку и поднялась на ноги, морщась от усилий. - Да, - сказала она, голосом тяжелым от усталости. - Ответ - нет.

Лучин опустил взгляд, очевидно разочарованый ответом, затем чем наклонить голову к колонке. - Ты читала это, я полагаю?

- Кое-что.

- Тогда я надеюсь, что это дало намек на то, что твой отказ заставляет нас приминить силу.

- Это решение не было моим. Я просто несу послание. *Слуги говорят*. Ваша война не наша война.

Лучин лишь покачал головой со вздохом. ***- Такое бывает.***Он кивнул сестре Кресии, которая уже стояла у основания лестницы. Взгляд Джехрида сразу же обратился к связке дротиков, которые она сжимала между пальцами, дротиков, которые были идентичны тем, которые пустили в Оборванеца, хотя он не смог увидеть устройство на ней, которое могло бы бросать их с такой силой.
****Однако, небыло никаких сомнений в том, что она была виновником его конца исчез при виде ее лица, отбеленные белый и взгляд зафиксированный на теле, лежащем на фоне окровавленных сокровищ.***

- Первое (убийство) всегда самое трудное, - сказал ей Джехрид. Она посмотрела на него влажными глазами, никаких признаков того, что она нахмурила брови. Он видел, что ее руки дрожат.

- Сестра, - сказал Лучин с ноткой нетерпения. - Этот вопрос требует решения.

-Нет, - Соллис шагнул, заслоняя собой Крезию, не отрывая взгляд от Лючина.

Джехрид видел как работает горло Лучина, прежде чем тот нашел мужество, чтобы ответить. - Наши Аспекты находятся в согласии относительно значения этой миссии ...

-Не делай из меня врага, брат, - он говорил тихо, чуть громче, чем шепотом, но его слова, казалось, застыли в воздухе, отражаясь от стен пещеры, постепенно сходя на едва различимый шорох.

Откуда-то сверху раздался новый гулкий голос, слова нечеткие, но Джехрид узнал в нем нилсаелинский акцент сержанта. - Лорд Коллекционер! Вы в порядке?

- Ваши люди были достаточно любезны в том, что сопровождали нас, - сказала сестра Кресия, у которой из пальцев уже дротики и послышались ноты облегчения в голосе.

Взгляд Джехрида прошелся от Соллиса к Лучину, отметив, как старшего брата отвел взгляд.

- Более менее впорядке! - прокричал в ответ Джехрид, глядя на все еще находяшегося безсознания Кохрана. - Спускайтесь здесь! И принеси веревку!

Кохран Бера стоял, глядя на море, ветерок играл с его редеющими волосами. Это было прекрасное утро, одинокое облако в небе, и восходящее солнце яркий мерцающий шар на в основном спокойном Эринеане.
***Он выступает Jehrid с нежным взглядом, как он вышел вперед, а затем сделал уважительный поклон Мериве.***
Она не ответила, руки крепко скрещенными под плащом, лицо сурово. Джехрид пригласил ее из вежливости, как потерпевшую, она имела полное право быть свидетелем по делу, хотя он надеялся, что она останется в стороне.Она видела достаточное количество крови.

Соллиса, Кресию и Лучина можно было увидеть на вершине близлежащего холма, все на лошадях. Рука брата командора еще покоилась на перевязи, кости вправлены и плотно перевязаны послушницей Пятого Ордена в Южной башне, хотя ножны на спине остались пустым.

- Я возьму другой, когда вернусь в Дом Ордена, - сказал он, когда Джехрид предложил ему меч, который он взял у умершего брата.

- Я могу забрать его?

Соллис пожал плечами. - Это просто меч, милорд. У нас их много. - С этими словами он подошел к своей лошади и поднялись. Джехрид подозревал что это единственное прощай, или спасибо, которое он, скорее всего, получит.

- Кохран Бера, - произнес Джехрид официальным тоном. - Вы осуждены за убийство, воровство, пиратство, подкуп королевских слуг и уклонении от Королевских сборов. Следовательно, вы будет казнены согласно Королевского Слова способом, который Лорд Коллектор посчитает подходящим. Так как вы извлекали пользу от гибели множества людей, бросая их на этот берег, то такой же должна быть и ваша судьба.

Он сделал шаг вперед и уперся ботинком в грушевидный камень, к которому был прикован Кохран, взгляд фзастыл на Пасти Навена, когда он попытался вызвать впамяти лицо, которое, как он думал, никогда не забудет, лицо того человека, который, как он надеется, будет свидетелем это событие Извне. И тем не менее, хотя он и пытался вспомнить тусклые фигуры в конце пирса, стремясь разжечь ненависть, которую он взращивал на протяжении более двадцати лет, сегодня он не мог их найти(про фигуры или ненависть?). Почему она не пришла? Конечно, она хотела бы это увидеть.

- По крайней мере, смотри мне в глаза, когда ты быдешь делать это, сынок, - сказал Кохран.

На мгновение Джехрид обнаружил, что он не может поднять взгляд, как будто какая-то невидимая рука удерживала его на месте.

- У тебя должны быть вопросы, - продолжал Кохран. - Спросите меня, и я отвечу.

- Ты не заработаешь отсрочку, - сказал ему Джехрид, который до сих пор не мог посмотреть кохрану в глаза.

- Я знаю. Но возможно, я смогу заслужить внимание(уважение) моего сына.

Джехрид закрыл глаза на секунду, его батинок соскользнул с валуна, *большая усталость давила вниз*, когда он отступил назад.
Он заставил себя открыть глаза и посмотреть на своего отца, видя, что грозный мародер исчез, оставив под собой человека, которого он вспоминал из детства, ликующее сияние в его глазах, когда он увидел своего сына.

- Почему ты убил мою мать?- спросил его Джехрид.

Улыбка медленно исчезла с лица Кохрана, глубина его сожалений *равнина в прогибе*, обветренные черты лица.
- Она забрала тебя, - сказал он. - Она устала от этой жизни полной опасности и недоверия, и страха перед будущим. Потому что она знала, в один прекрасный день ты стал бы таким же, как я. Она продала нас людям Лорда Башни, не зная, что они работали на меня. Она думала, что купит новую жизнь на севере, с тобой. Ты знаешь кодекс, Джехрид. Молчание единственный закон. И по-этому, я убил ее, потому что моя родня ожидала этого, и потому, что мне нужно было сохранить тебя рядом с собой ...Но ты все равно остался.

Взгляд Джехрида вернулся к камню, хотя обнаружил, что не имеет сил, что бы поднять ботинок.

- Все в порядке, сынок, - сказал Кохран. - По правде говоря, я предпочел бы, что бы это был ты, чем кто-то другой. Кровь платит за кровь. Давай, сделай это.

Джехрид знал, что люди смотрят на него, все собрались, чтобы посмотреть, как их Лорд Коллектор потерпит неудачу. Но до сих пор у него не было сил. Не для этого.

- Корабль, который потерпел крушение из-за вас назывался Вояджер (мореплаватель). - Джехрид повернулся и обнаружил Мериву сбоку, с бледным, но решительным лицом, когда она смотрела на Кохрана, не испытывая при этом желания отвести глаза. - Изготовленный во *дворах* Марбеллиса, около тридцати лет назад, оплаченный почетным торговым домом Аль Лебра. В течение многих лет мой капитаном этого коробля был мой отец, а когда он стал слишком стар, чтобы нести морские тяготы, его сменил мои брат. Он был хорошим человеком, честным моряком, который дослужился до капитана в молодом возрасте, его уважал экипаж и любила семья. Когда до него дошли вести, что я должна плыть на этот берег, он настоял на том, что Вояджер повезет меня, не желая доверять эту задачу кому-либо другому.

Она подошла к камню и поставила на него ногу, взгляд по-прежнему направлен на Кохрана, затем она проскрежетала на алпиранском, - Я видела, как твой сволочи перерезали горло моему брату, ты кусок грязи!

Джехрид отвернулся, когда она столкнула камень в пасть, услышав грохот цепей и треск ломающихся костей. Но не крика. Нет, подумал Джехрид. Он никогда не закричал.

Он дождался слабый всплеск, а затем повернулся к своему сержанту. - Возвращение в Дом Сборов. Двойную порцию рома сегодня. - Он посмотрел на Мериву, которая теперь смотрела на Пасть, как будто вмерзшая в землю. ***- Я отправляюсь дальше немедленно.***

Он остановился,увидев как Соллис развернул коня и поскакал неостанавливаясь, хотя два его спутника задержались на мгновение. Джехрид обнаружил, что ему не нравится, как брат Лучин пристально смотрит на Мериву, ощущая слишком много расчетливости в нем и испытывая внезапное дикое желание схватить брата и увидеть, как тот отправыится следом за Кохраном в пасть. К счастью, казалось Лучин почувствовал его намерение, и неумело потянул поводья своей лошади и быстро исчез из поля зрения. Сестра Кресия задержалась на мгновение дольше, Джехрид *получил ощущение улыбки*, когда она подняла руку, чтобы предложить предварительный волну.Он помахал в ответ и предложил лук, видя ее смех, прежде чем она тоже скрылась из поля зрения.

- Это же был не настоящий человек, кто это был? - спросил он Мериву. - То, что мы оставили в туннелях.

Она покачала головой. - На самом деле я никогда не сталкивался с таким видом раньше. ***Но я подозреваю, что все человеческое, чем оно когда-то обладало давно засохл, и мир обогащается его смертью***.

Он кивнул и вытащил что-то из сумки на поясе. - Я считаю, что это ваше, миледи, - сказал он, подняв небольшой амулет; одна бусинка из янтаря установленая в простую серебряную оправу. - Кохран ... мой отец носил это в кармане.

Ее взгляд, наконец, оторвался от пасти, небольшая улыбка изогнула её губы, когда она взяла амулет. - Благодарю, милорд, - сказала она, поднимая цепочку над головой.

- Слеза Рхевена, - сказал он. - Может я неправ, полагая, что следует носить, ... так же одарен?**********

- Разные боги имеют разных слуг, которые носят разные знаки. Хотя мы все стремимся служить общим интересам.

- Интерес лучше служит отказавшись независимо от Седьмого Ордена от вас требуется?**************

- Седьмой орден? Что это? - Он видел, как ее улыбка расширилась, когда она пошла к лошади, которую он одолжил ей. - Не сопроводите даму домой, милорд?

- Охотно. Хотя только до Южной башни. Я уверен, что Лорд Башни оплатит поиск корабля, который заберет вас домой.

- Южная Башня теперь мой дом. По крайней мере, на некоторое время. Дом Аль Лебра имеет много интересов здесь. Это была моя заявленная причиной прибытия. Казалось бы странным, если бы мне пришлось отбыть так быстро, вы не думаете?

- Конечно. - Он вскочил на коня и встал рядом с ней, когда они проследовали на вершину скалы в сторону к далекой башне. - Скажите, вы когда-нибудь слышали историю о том, как Пасть Навена получила свое название ...?

Под выступом крачки уже кружили пятном под пастью, готовые погрузиться в волны и требуя свежим щедрот, южный берег всегда был добр к мусорщикам.

Лорд Коллектор - 
Нижеописанная история происходит в том же мире, что мой роман "Песнь Крови", первый тома трилогии "Тень Ворона". Я написал это, потому что хотел более полно изучить персонажей, которые предстают в "Песни Крови" и её продолжениях "Лорд Башни" и "Королева Огня". Читатели, знакомые с моей работой обязательно узнают некого бледноглазого, со скрипучим голосом Мастера Мечей из Шестого Ордена, а те, кому интересна основа Лорда Башни Южного Побережья найдут ответы здесь. Действие рассказа происходит в средней точке на временной шкале, описанной в "Песни Крови", в те времена, когда король Янус, с типичной ему беспощадностью находился в процессе дальнейшего укрепления контроля над Единым Королевством.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/64766/348138

Переводчики: bazalmont, am_rine