Готовый перевод The Vampire Diaries 6 - The Return: Shadow Souls / Дневники Вампира 6 - Возвращение: Темные души: Chapter 17

- Ее зовут Ульма, - сказал чей-то голос и Елена посмотрела вниз, увидев Лакшми, держащую над головой занавески паланкина. - Все знают старого Дрозне и его рабов. Он избивает их до потери сознания, а потом еще ждет, что они поднимут его рикшу и продолжат ее нести. Он убивает по пять-шесть рабов в год.

- Но эту он не убил, - прошептала Елена и сжала руку Ульмы. - Он получил по заслугам.

Девушка испытала большое облегчение, когда паланкин остановился и около него появился Дэймон собственной персоной, так как она уже сама собиралась сторговаться с одним из носильщиков, чтобы тот на руках отнес Ульму к доктору. Не беспокоясь о своей одежде - Дэймону даже в этой ситуации каким-то образом удалось проявить совершенное безразличие - он поднял Ульму и кивнул Елене, чтобы та следовала за ними. Лакшми выскочила вперед и повела сначала по затейливо вымощенному камнем внутреннему дворику, а затем - вниз по извилистому коридору с крепкими добротными на вид дверями.

Наконец, она постучала в одну из них и дверь осторожно открыл морщинистый человек с огромной головой и поредевшей от старости бородкой.
- У меня больше нет "Кеттериса"! И "Гексена" и "Земерала" тоже нет! И я не делаю любовных приворотов! - потом, присмотревшись получше, он, казалось, сосредоточился на небольшой компании.

- Лакшми? - проговорил он.

- Мы принесли женщину, которой нужна помощь, - коротко объяснила Елена. - И еще, она беременна. Вы ведь доктор, да? Целитель?

- Целитель с ограниченными способностями. Входите, входите.

Доктор поспешил в заднюю комнатую. Все остальные последовали за ним, Дэймон нес на руках Ульму. Оказавшись в помещении, Елена увидела, что хозяин стоит в углу, напоминающем логово колдуна, забитое разными магическими штучками, в том числе элементами культа Вуду.

Елена, Мередит, и Бонни нервно переглянулись, но потом Елена услышала всплеск воды и поняла, что доктор пришел в этот угол, потому, что там стоял таз с водой, в котором он тщательно вымыл руки, закатав рукава до локтей и создав множество мыльных пузырей.
"Что ж, он может называть себя "целителем" уже потому, что знает, что такое личная гигиена", - подумала она.

Дэймон положил Ульму на то, что напоминало стол для осмотра, накрытый чистой белой простыней. Доктор кивнул ему. Затем достал поднос с инструментами и велел Лакшми принести лоскуты ткани, чтобы промыть раны и остановить сильное кровотечение. Он также открыл множество шкафчиков, вынимая из них пакеты с чем-то, что имело резкий запах, и взобрался на лестницу, чтобы снять связки трав, подвешенных к потолку. Наконец, доктор открыл маленькую коробочку и взял щепотку табака, уже для себя.

- Пожалуйста, быстрее, - попросила Елена. - Она потеряла много крови.

- Ты тоже потеряла немало, - ответил мужчина. - Меня зовут Кефар Меггар, а это должно быть рабыня мистера Дрозне, да? - Он смотрел на них так, словно на нем были очки, которых на самом деле не было. - И вы стало быть тоже рабыни? - Он уставился на свисающую с руки Елены веревку, а потом на Бонни и Мередит, у которых увидел то же самое.

- Да, но… - Елена запнулась. В каком-то смысле, она была секретным агентом, а сама чуть не выпалила: "Но не совсем. Это лишь для того, чтобы выполнить соглашение." - Но заставила себя сказать другое:
- Но наш хозяин очень отличается от её.
"Они очень отличались, - подумала Елена. - И самое главное отличие - это то, что у Дэймона не сломана шея. А, кроме того, не важно, каким жестоким и смертельноопасным он может быть, он никогда не ударил бы женщину, и уж тем более, не сотворил бы с ней ничего подобного. В нем как будто заложен какой-то внутренний блок против этого, не считая того случая, когда он был одержим Шиничи и не мог контролировать собственное тело."

- И все же Дрозне позволил вам отнести эту женщину к целителю? -
засомневался невысокий мужчина.

- Нет, он бы нам не позволил, я в этом уверена, - жестко проговорила Елена. - Но прошу вас... она истекает кровью, а ведь она ждет ребенка...

Брови доктора Меггара поднялись вверх, а потом опустились. Однако никого не попросив выйти на время осмотра Ульмы, он достал старомодный стетоскоп и тщательно прослушал ее сердце и лёгкие. Понюхал её дыхание, а затем, осторожно прощупал живот женщины под окровавленной майкой Елены. Он проделал все весьма профессионально, прежде чем поднести к ее губам коричневую бутылочку, из которой та сделала несколько маленьких глотков, а потом снова легла, сомкнув дрожащие веки.

- Теперь, - произнёс невыскоий мужчина, - она будет отдыхать. Конечно, на ее раны придется наложить несколько швов. Тебе самой это тоже не помешало бы, но это, я полагаю, зависит от решения твоего хозяина. - Доктор Меггар произнёс слово "хозяин" с явной неприязнью. - И все же, я почти уверен, что она не умрёт. На счёт ребёнка - не знаю. Из-за того, что случилось он может родиться с отметинами, возможно, исполосованный родимыми пятнами, а может всё обойдётся. Но только при хорошем питании и отдыхе, - брови доктора Меггара снова поднялись и опустились, словно он хотел сказать это в лицо самому мистеру Дрозне, - она поправится.

- Сначала позаботьтесь о Елене, - потребовал Дэймон.

- Нет, нет! - воскликнула Елена, отталкивая доктора. Он казался приятным человеком, но очевидно, в этих местах хозяева были хозяевами - и Дэймон был более грозным и опасным, чем большинство из них.

Но, в данный момент, не для Елены. Сейчас она не беспокоилась о себе. Она дала обещание, и по словам доктора, могла его сдержать. Вот об этом-то она сейчас и беспокоилась.

Вверх и вниз, вверх и вниз. Брови доктора Меггара напоминали двух гусениц на резинке. И первая не успевала за второй. Очевидно, то, что он делал было абсолютно ненормальным, более того - заслуживало серьезного наказания. Но Елена отметила это всего лишь где-то на периферии своего сознания так же, как обычно едва замечала Дэймона.

- Помогите ей, - неистово потребовала она, и увидела, как брови доктора взлетели вверх, будто хотели допрыгнуть до потолка.

Она позволила своей ауре раскрыться. Слава богу, не полностью, но в комнате определенно произошел взрыв энергии, словно вспышка молнии.

И доктор, который был не вампиром, а всего лишь обычным горожанином, заметил это. Лакшми заметила; даже Ульма беспокойно пошевелилась на столе для осмотра.

"Надо быть поосторожнее", - подумала Елена и бросила быстрый взгляд на Дэймона, который, как ей показалось, и сам находился на грани взрыва. Слишком много эмоций, слишком много крови в комнате, и адреналин из-за убийства все еще пульсировал в его венах.

Откуда она все это знает?

Потому что и Дэймон тоже сейчас себя не полностью контролировал. Она получала эту информацию напрямую из его сознания. Было бы отлично увести его отсюда и побыстрее.
- Мы подождем снаружи, - сказала она, хватая Дэймона за руку, чем очевидно шокировала доктора Меггара. Рабыни, даже очень красивые, не ведут себя подобным образом.

- Тогда подождите во внутреннем дворике, - старательно контролируя выражение своего лица, сказал доктор, обращаясь к пространству между Дэймоном и Еленой. - Лакшми, дай им пару бинтов, чтобы остановить кровотечение у этой юной девушки. Потом возвращайся, поможешь мне.

- Только один вопрос, - добавил он, пока все выходили из комнаты. - Как вы узнали, что эта женщина беременна? Какое заклинание могло вам это подсказать?

- Никаких заклинаний, - просто ответила Елена. - Любая женщина, посмотрев на неё, поняла бы это.
Она заметила, что Бонни одарила ее оскорбленным взглядом, а Мередит осталась непроницаемой.

- Этот отвратительный рабовладелец, Дрогси, или как там его, избивал ее хлыстом спереди, - сказала Елена. - И посмотрите на эти раны. - Она вздрогнула, скользнув взглядом по двум полосам, пересекавшим грудь Ульмы. - В такой момент, любая женщила старалась бы защитить свою грудь, но она прикрывала живот. Это значит, что она беременна, и к тому же, достаточно давно, чтобы быть в этом уверенной.

Брови доктора Меггара медленно поползли вниз и сошлись вместе, потом он взглянул на Елену так, словно щурился поверх очков и медленно кивнул.
- Возьмите бинты и перевяжите свои раны, - сказал он ей, а не Дэймону. Похоже, она заслужила его уважение, независимо от того, рабыня она или нет.

С другой стороны, казалось, что Елена потеряла свое достоинство в глазах Дэймона - по крайней мере, он совершенно сознательно отрезал свой разум от ее, оставив ее пялиться на глухую стену. В приемной доктора он властно махнул Бонни и Мередит.

- Ждите здесь, в этой комнате, - сказал он... нет, приказал. - Не покидайте ее, пока доктор не выйдет. Не впускайте никого через главную дверь, сейчас же заприте её и не открывайте. Хорошо. Елена пойдет со мной на кухню - там задняя дверь. Я не хочу, чтобы нас беспокоили, если только разгневанная толпа не будет угрожать поджечь дом, вы меня поняли? Обе поняли?

Елена видела, что Бонни уже была готова выпалить: "Но у Елены все еще идет кровь!", а Мередит глазами и бровями спрашивала совета, не пора ли их Сестринскому клубу устроить бунт? Они все точно знали план А на этот случай: Бонни бросается в объятия Дэймона, безутешно рыдая или страстно целуя его, смотря по ситуации, в то время, как Елена и Мередит заходят с боков и... ну, делают то, что подходит по ситуации.

Елена одним взглядом категорически отклонила этот план. Дэймон был зол, да, но она чувствовала, что это больше из-за Дрозне, чем из-за нее. Конечно, кровь волновала его, но он давно уже привык держать себя в руках в "кровавых" ситуациях. К тому же, ей нужна была помощь с ее ранами, которые начали серьезно болеть с тех пор, как она узнала, что женщина, чью жизнь она спасала, будет жить, и возможно даже сохранит своего ребенка. Но если у Дэймона было что-то на уме, Елена хотела узнать что именно, и прямо сейчас.

Бросив последний успокаивающий взгяд на Бонни, Елена последовала за Дэймоном через кухонную дверь, на которой висел замок. Молодой человек посмотрел на него и пока открывал рот, собираясь что-то сказать, Елена уже заперла его. А потом, взглянула на своего "хозяина".

Он стоял у раковины и методично накачивал воду, приложив одну руку ко лбу. Его волосы падали на глаза, становясь мокрыми от брызг. Похоже, это его не волновало.

- Дэймон, - неуверенно проговорила Елена, - ты в порядке?

Он не ответил.

"Дэймон?" - попробовала она телепатически.

"Я позволил причинить тебе боль. Я достаточно быстр. Я мог убить этого ублюдка Дрозне одним выбросом Силы. Но я не мог даже предположить, что тебе причинят боль." - Его телепатический голос наполнился самой страшной угрозой, какую только можно было себе представить и одновременно странным, почти нежным спокойствием. Как будто он пытался удержать всю ярость и гнев подальше от Елены.

"Я даже не смог сказать ему... даже не смог послать ему слова, чтобы сказать, кто он такой. Я не мог думать. Он был телепатом, он бы услышал меня. Но у меня не было слов. Я мог только кричать... мысленно."

Елена почувствовала легкое головокружение - немного сильнее, чем то, которое она уже испытывала. Дэймон так страдал... из-за нее? Он не злился из-за того, что она скандально нарушила все правила на глазах у толпы, что возможно разрушило их прикрытие? Не возражал, что ему пришлось испачкаться?

- Дэймон, - произнесла она, от удивления заговорив вслух. - Это... это...не важно. Ты не виноват. Ты ни за что не позволил бы мне этого сделать...

- Но я должен был знать, что ты не спросишь разрешения! Я думал, ты собираешься наброситься на него, запрыгнуть ему на плечи и придушить, и я был готов помочь тебе это сделать - завалить его, как два волка заваливают большого оленя. Но ты не мечь, Елена. Что бы ты не думала, ты - щит. Я должен был знать, что следующий удар ты примешь на себя. И из-за меня, ты его... - взгляд Дэймона переместился на ее щеку и он вздрогнул.

Потом, он взял себя в руки.
- Вода холодная, но чистая. Надо промыть эти раны и остановить кровотечение.

- Вряд ли здесь найдется "Черная магия", - полушутя сказала Елена. Будет больно.

Однако, Дэймон тут же начал открывать шкафы с посудой.
- Вот, - произнес он. Проверив всего три из них, он триумфально подошел с наполовину опустошенной бутылкой Черной магии. - Большинство врачей держит его, как лекарство и анестетик. Не волнуйся, я ему хорошо заплачу.

- Тогда, я думаю, тебе тоже нужно выпить немного, - храбро предложила Елена. - Ну же, нам обоим это пойдет на пользу. И это будет не в первый раз.

Она знала, что последняя фраза убедит Дэймона. Может быть, это позволит вернуть хоть что-нибудь из того, что забрал у него Шиничи.

"Каким-нибудь способом я заберу все его воспоминания у Шиничи, - решила Елена, укрывая свои мысли от Дэймона своим лучшим слоем белого шума. - Я не знаю, как сделаю это и когда у меня появится такой шанс, но я клянусь, что сделаю. Клянусь."

Дэймон наполнил два кубка крепким, с головокружительным ароматом, вином и вручил один Елене.
- Только потягивай сначала, - беспомощно произнес он, но все же, входя в роль учителя. - Оно хорошего года.

Елена потянула жидкость, а потом не удержалась и жадно проглотила ее. Ей хотелось пить, а вино "Черная магия" Кларион Лоесс не содержало алкоголя. Конечно, на вкус оно было не таким, как обычное вино. У него был вкус удивительно освежающей шипучей ключевой воды, приправленной сладким темным, бархатистым виноградом.

Она заметила, что Дэймон тоже забыл о том, что нужно "потягивать", и когда он предложил ей второй бокал, наполненный вслед за своим, она охотно приняла его.

"Вне всякого сомнения, его аура заметно успокоилась", - подумала она, когда он взял влажный бинт и начал осторожно промывать порез, который почти ровно пролегал по линии ее скулы. Это было для того, чтобы сначала остановить кровотечение, а теперь он должен выпустить кровь, чтобы она очистилась. Из-за двух бокалов Черной магии на голодный желудок Елена расслабилась и откинулась на спинку стула, позволяя голове слегка отклониться назад, а глазам закрыться. Она потеряла счет времени, когда он плавно погладил рану. И она полностью потеряла контроль над своей аурой.

Когда она открыла глаза, это было реакцией не на звук и не на визуальный раздражитель. Это было реакцией на вспышку в ауре Дэймона - одного неожиданного решения.

- Дэймон?

Он стоял над ней. Тьма, исходившая из него, была словно тень - высокая, широкая и почти гипнотизирующая. Определенно, почти пугающая.

- Дэймон? - неуверенно повторила она.

- Мы делаем это неправильно, - сказал он и ей тут же вспомнилось ее неповиновение, как рабыни и менее серьезные проступки Бонни и Мередит. Но его голос был словно темный бархат и ее тело ответило точнее, чем разум. Оно затрепетало.

- Как... нам сделать это правильно? - спросила она, а потом совершила ошибку, открыв глаза. Она увидела, что он склонился над ней, сидящей на стуле, поглаживая... нет, просто прикасаясь... к ее волосам так легко, что она даже не чувствовала этого.

- Вампиры знают, как заботиться о ранах, - уверенно произнёс он, и его огромные глаза, в которых, казалось, существует собственная звездная вселенная, заворожили ее. – Мы можем очистить их. Можем заставить их снова кровоточить... и залечить.

"Я уже испытывала такое раньше, - подумала Елена. - Он уже говорил со мной так, даже если он этого и не помнит. А я... я была слишком сильно напугана. Но это было раньше..."

До мотеля. В ту ночь, когда он просил ее бежать, а она не сделала этого. В ту ночь, которую Шиничи забрал у него так же, как и воспоминание о том, когда они в первый раз пили Черную магию вместе.

- Покажи мне, - прошептала Елена. И она знала, что что-то в ее сознании тоже шептало, шептало совсем другие слова. Слова, которые она никогда не произнесла бы, если бы хоть на мгновенье почувствовала себя рабыней.

Шептало: "Я твоя..."

И в этот момент она ощутила легкое прикосновение его губ к своим.

А потом, в ее мыслях было только: "О!" и "О, Дэймон..." - пока он не переместился к ее щеке, осторожно касаясь ее своим нежным, словно шёлк, языком, сначала, заставляя кровотечение открыться, чтобы очистить рану от грязи и возможной инфекции, а затем, останавливая кровь и исцеляя рану. Сейчас она чувствовала его Силу, ту тёмную Силу, которую он использовал в тысячах сражений, нанося сотни смертельных ран и которая сейчас была взята под жёсткий контроль, чтобы сконцентрироваться на выполнении такой простой обыденной задачи, как излечение раны от хлыста на щеке девушки. Елена думала, что это похоже на прикосновение лепестков чёрной розы: прохладные гладкие лепестки нежно смахивали боль до тех пор, пока она не задрожала от наслаждения.

А потом, все прекратилось. Елена знала, что опять выпила слишком много вина. Но на этот раз, она не чувствовала себя плохо. Обманчиво легкий напиток ударил в голову, опьянив ее. Все вокруг приняло нереальную, сказочную форму.

- Теперь она окончательно заживет, - сказал Дэймон, вновь прикасаясь к ее волосам так мягко, что она едва могла почувствовать это. Но на этот раз - все же почувствовала, потому что потянулась своей Силой навстречу ощущениям, чтобы насладиться каждым мгновением. И он снова поцеловал её... так легко, что их губы лишь слегка соприкоснулись. Когда Елена откинула голову, он не наклонился вслед за ней, даже несмотря на то, что разочаровавшись, она попыталась притянуть его за шею. Он просто ждал, пока она не осознает того, что происходит... осознание приходило медленно.

"Мы не должны были целоваться. Мередит и Бонни - в соседней комнате. Как я могла такое допустить? Но ведь Дэймон даже не пытался поцеловать... наверное, мы... ой!"

Остальные ее раны.

Они ужасно болели.
"Что за жестокий человек придумал такой кнут, - подумала Елена, - с таким тонким, словно лезвие бритвы, ремешком, который впивается в кожу так глубоко, но по-началу даже не причиняет боли... ну, или не такую сильную… но которая со времением становится все сильнее? И кровотечение не останавливается… наверное, нам нужно останавливать кровь до тех пор, пока доктор не сможет мною заняться..."

Но другая рана, которая сейчас горела огнём - по диагонали пересекала ключицу девушки. А третья была около колена...

Дэймон начал подниматься, чтобы взять новый клочек ткани из раковины и промыть порезы водой.

Но Елена его остановила:
- Нет.

- Нет? Ты уверена?

- Да.

- Я хочу просто промыть...

- Я знаю. - И она знала. Его разум был открыт для нее - все, что происходило с его Силой было ясно и понятно. Она не знала, почему он был настолько открыт для нее, но он был открыт.

- Хотя бы позволь дать тебе совет. Не становись донором для умирающего вампира; не позволяй никому пробовать свою кровь. Она ещё хуже, чем "Чёрная Магия"...

- Хуже? - девушка знала, что это комплимент, но его смысл не поняла.

- Чем больше пъёшь, тем больше хочется, - ответил Дэймон и на мгновение Елена увидела, как бурлит его Сила, причиной чего была она сама. - И чем больше ты пьёшь, тем больше Силы можешь впитать, - серьезным тоном добавил он. Елена поняла, что никогда даже не считала это проблемой, но это было именно проблемой. Она вспомнила, какие мучения вызывали ее попытки спрятать ауру до тех пор, пока не научилась заставлять ее циркулировать вместе с кровообращением.

- Не волнуйся, - так же серьезно добавил он. - Я знаю, о ком ты думаешь." Он снова потянулся к кусочку ткани. Но не осознавал того, что сказал слишком много и сделал поспешные выводы.

- Ты знаешь, о ком я думаю? - тихо переспросила Елена, и удивилась тому, каким опасным может казаться ее голос, словно мягкие подушечки на лапах тигра. - Не спросив меня?

Дэймон попытался как-нибудь выкрутиться.
- Ну, я предположил…

- Никто не знает о чём я думаю, - сказала она, - пока я сама не расскажу. Она жестом заставила Дэймона опуститься на колени, вынудив его вопросительно посмотреть на себя. И жадно.

Затем, так же, как она заставила его опуститься на колени, она притянула его к своей ране.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/8909/27262

Переводчики: sveta_cher, svetkin, zarink, Tyroesse