Готовый перевод The Vampire Diaries 6 - The Return: Shadow Souls / Дневники Вампира 6 - Возвращение: Темные души: Chapter 33

К своему удивлению, Елена не испытала гнева, а только решимость защитить Стефана, если сможет.

Но потом, она обнаружила, что в клетке, которая раньше казалась пустой, находился кицунэ.

Он был совсем не похож на Шиничи или Мисао - с длинными, очень длинными белыми, как снег, волосами, но с совершенно юным лицом - облаченный в белую тунику и брюки из струящейся шелковой ткани, а его хвост занимал практически все пространство маленькой камеры - настолько он был пушистым. У него тоже были лисьи ушки, которыми он подёргивал из стороны в сторону, а глаза светились, словно золотые фейерверки.

Он был очень красив.

Китсунэ снова кашлянул. А потом, вынул, - вероятно, из своих длинных волос, подумала Елена, - крохотный мешочек из тонкой кожи.

"Прямо-таки идеальная упаковка для идеального ювелирного украшения," - подумалось Елене.

Кицунэ взял бутылку, очень похожую на бутылку "Чёрной Магии" (ёмкость узника была тяжелой, а напиток внутри нее выглядел весьма аппетитно) и наполнил её содержимым свой мешочек.

Затем, он взял что-то, похожее на шприц (он держал его, как доктор Меггар, постучав по нему, чтобы всплыли пузырьки), а после, наполнил его жидкостью из маленького мешочка. Наконец, он просунул этот квази-шприц через решётки собственной клетки и, нажав на поршень большим пальцем, опустошил его.

- Я могу напоить тебя вином "Чёрная Магия", - озвучила его идею Елена. - С помощью его мешочка, я смогу наполнить шприц. Доктор Меггар сам мог бы это сделать, но времени нет, так что этим займусь я.

- Я... - начал было Стефан.

- А ты будешь пить так быстро, как только сможешь, - Елена любила Стефана, ей хотелось слушать его голос, смотреть ему в глаза, но здесь была жизнь, которую необходимо спасти, и эта жизнь - его.

Кивнув кицунэ в знак благодарности, она взяла у него мешочек, оставив плащ лежать на полу - слишком уж сильно она была поглощена спасением Стефана, чтобы помнить о том, как одета.

Пришлось приложить усилия, чтобы унять предательскую дрожь в руках. У неё было три бутылки "Чёрной Магии": её собственная - пронесенная сюда под плащом, доктора Мэггара, и Дэймона.

С аккуратной автоматичностью, она снова и снова повторяла действия китсунэ. Погрузить, поднять поршень, просунуть через решетку, выпустить струю. И так - раз за разом.

После десятка этих манипуляций, Елена разработала новую методику - катапульту. Наполнить крошечный мешочек вином и держать её за верхний край, пока Стефан не приготовится, а затем, одним движением, сжать мешочек ладонью, впрыснув изрядное количество вина прямо ему в рот.

Решетка стала липкой, как и сам Стефан; и это никогда бы не сработало, если бы сталь ограждения могла его поранить, но из-за этого, пришлось увеличить количество вина, заливаемого ему в рот.

Вторую бутылку "Черной Магии" она просунула в клетку китсунэ. Она не знала, как отблагодарить его, но, когда получалось выкроить свободную секунду, она поворачивалась к нему и улыбалась.

Тот с довольным урчанием пил "Чёрную Магию" прямо из горлышка, и на его лице отразилось спокойствие и умиротворение.

Но все закончилось слишком быстро. Елена услышала приближающийся голос Сейджа:
- Так не честно! Елена ещё не готова! Ей нужно еще время!

Объяснения девушке не потребовались. Она протолкнула последнюю бутылку вина в клетку кицунэ, кивнула в последний раз и вернула ему его крошечный мешочек, но уже со своим бледно-желтым бриллиантом, который до этого украшал ее пупок.

Это было самое крупное украшение из тех, что у нее остались - кицунэ педантично повертел его своими пальцами с длинными ногтями, а потом, поднялся на ноги и отвесил ей поклон. Они улыбнулись друг другу, после чего, Елена подбрала с пола сумку доктора Меггара и накинула свой красный плащ. Повернувшись к Стефану, у нее внутри снова похолодело и она выдохнула:
- Прости. Я не думала, что этот визит получится таким медицинским.

- Но зато, ты нашла способ спасти мне жизнь и не смогла его упустить.

Иногда братья были очень похожи.

- Стефан, не надо! Я люблю тебя!

- Елена, - он поцеловал её пальцы, прижатые к решётке и обратился к охранникам: - Нет, пожалуйста, пожалуйста, не уводите её! Умоляю вас, дайте нам еще одну минуту! Всего одну!

Но девушке пришлось убрать руки, чтобы придержать свой плащ. Последнее, что она видела - как Стефан колотит кулаками по решётке и кричит ей вслед:
- Елена, я люблю тебя! Елена!

Девушку вывели из коридора, и дверь между ними закрылась. Она ощутила приступ слабости,

но чьи-то руки поддержали ее, помогая двигаться дальше. Злость захлестнула ее! Наверное, Стефана отправят обратно в его клетку, кишащую вшами, - а именно это, как она предполагала и происходит сейчас, - его ведут именно туда.

Эти демоны настоящие грубияны - она это точно знала. Скорее всего, его гонят, как животное, пиная заостренными деревянными палками.

Елена нашла в себе силы идти самостоятельно.

Оказавшись у переднего вестибюля Ши-но-Ши, она обернулась:
- А где Дэймон?

- В экипаже, - тихо ответил Сейдж, - ему нужно побыть одному.

С одной стороны, Елене хотелось сказать: "Я дам ему время! Время вскрикнуть разок перед тем, как разорву ему глотку!" Но с другой - было очень тоскливо.

- Мне не удалось сказать ему то, что я хотела. Я собиралась рассказать ему о том, как Дэймон раскаивается, как он изменился. Но Стефан даже не понял, что Дэймон тоже там был...

- Он говорил с тобой? - казалось, Сейдж удивился.

Елена и Сейдж вышли из главных дверей мраморного здания Богов Смерти - так девушка прозвала это место.

Экипаж стоял перед ними, у тротуара, но ни кто не стал в него садиться. Вместо этого, Сейдж отвел Елену в сторону, отделив ее от остальных.

Он положил свои большие ладони ей на плечи и тихо проговорил:
- Mon Dieu (Боже мой - фр.), дитя моё, мне не хочется говорить тебе это. Но я должен.

Боюсь, что даже если на удастся вытащить твоего Стефана из тюрьмы в день вечеринки у леди Блоддевьюд, то... будет уже слишком поздно. Через три дня он будет уже...

- Это твоё медицинское заключение? - резко спросила Елена, глядя на него в упор. Она знала, что выглядит, при этом, несчастной и бледной и что очень сочувствует ей, но она сказала то, что хотела сказать.

- Я не медик, - медленно проговорил он. - Просто, я тоже вампир.

- Просто, один из Древних?

Сейдж приподнял брови:
- С чего это ты взяла?

- Ни с чего. Прости, если я ошиблась. Не мог бы ты позвать доктора Меггара?

Сейдж смотрел на нее целую минуту, а потом отправился за доктором, вернувшись с ним вдвоем.

Елена уже была готова к разговору:
- Доктор Меггар, Сейдж видел Стефана только вначале - до того, как мы ему помогли. Но он считает, что Стефан умрёт в ближайшие три дня. Учитывая эффект от инъекций, вы с ним согласны?

Доктор Мэггар впился в ее лицо взглядом и в его близоруких глазах блеснули слезы:
- Возможно... если у него достаточно силы воли, то, к тому времени, он будет еще жив. Но, скорее всего...

- Изменится ли ваше мнение, если я скажу, что сегодня вечером он выпил примерно треть бутылки "Чёрной Магии"?

Оба мужчины изумлённо уставились на неё:
- Ты хочешь сказать...

это и есть твой план?

- Пожалуйста! - забыв о своём плаще и обо всём остальном, Елена схватила за руку доктора Меггара. - Я придумала, как дать ему возможность выпить так много.

- Это что-нибудь изменит? - она крепко сжала его старческую руку.

- Безусловно, должно изменить, - доктор Меггар с недоумением смотрел на неё, боясь даже надеяться. - Если тебе на самом деле удалось ввести столько эликсира в его организм, то он почти наверняка доживёт до праздничной ночи у Блоддевьюд. Ведь ты этого хочешь?

Не сдержавшись, Елена склонилась перед доктором и поцеловала его руки.
- А теперь, давайте расскажем эту замечательную новость Дэймону, - воскликнула она.

Дэймон сидел в экипаже, прямой и напряжённый, как стрела, его профиль был чётко очерчен на фоне кроваво-красного зарева. Елена забралась внутрь и прикрыла за собой дверь.

Безжизненным голосом, он спросил:
- Всё кончено?

- Кончено? - конечно, Елена не была столь недогадлива, но она решила, что Дэймону следовало бы хорошенько подумать, прежде чем задавать такой вопрос.

- Он... умер? - отрешенно перефразировал Дэймон, сжимая пальцами переносицу.

Елена немного потянула паузу. Дэймон должен бы знать, что Стефан вряд ли умрет в ближайшие полчаса. Не получив немедленного ответа, он вскинул голову.

- Елена, скажи мне! Что случилось? - настойчиво потребовал он. - Мой брат умер?

- Нет, - тихо ответила она. - Но он может умереть через несколько дней. Дэймон, он еще в хорошем состоянии. Почему ты не поговорил с ним?

Дэймон вздрогнул.
- А что я должен был сказать ему? - резко спросил он. - Ой, извини, что чуть не убил тебя? Надеюсь, ты протянешь еще несколько дней?

- Ну можно было и это, если опустить сарказм.

- Только через мой труп, - съязвил Дэймон. - Я предпочитаю твёрдо стоять на двоих и бороться.

Елена залепила ему пощечину. Здесь было слишком мало места, чтобы размахнуться как следует, но все же, она вложила в это движение столько Силы, сколько осмелилась, рискуя перевернуть экипаж.

Повисла пауза. Дэймон прикоснулся к своей губе, ускоряя ее заживление и сглотнул собственную кровь.

А потом, проговорил:
- Ты, кажется, забыла, что ты моя рабыня? А я - твой хозяин?

- Можешь мечтать, сколько захочется - это твое дело, - ответила девушка. - А мне приходится иметь дело с реальностью. И, кстати, после того, как ты сбежал, Стефан не только встал на ноги, но и даже смеялся.

- Елена.., - воскликнул он, - ты нашла способ дать ему кровь? - Он схватил её за руку так сильно, что ей стало больно.

- Не кровь. "Чёрную Магию". Если бы нас было двое, он бы поправился в два раза быстрее.

- Но вас там было трое.

- Сейдж и доктор Меггар отвлекали охранников.

Дэймон опустил руку.
- Понятно, - невыразительно промямлил он. - Так, я снова облажался.

Елена с сочувствием посмотрела на него:
- Внутри тебя - огромный каменный валун, да?

- Понятия не имею, о чем ты...

- Этим каменным валуном ты отгораживаешься от всего, что может причинить тебе боль. Ты даже самого себя там запираешь, хотя, наверное, это очень неудобно. Подозреваю, где-то в отдельной маленькой комнатке ты и Кэтрин заточил.

Ей вспомнилась ночь в отеле:
- И еще - свою мать. Должна сказать, что она и мать Стефана тоже.

- Не надо... о моей матери... - Дэймон даже не мог сформулировать фразу.

Елена знала, чего ему хотелось. Ему хотелось, чтобы она обняла его, утешила и сказала, что все будет хорошо... хотелось забраться под ее плащ и ощутить ее тепло. Но он этого не получит. На этот раз она говорит - нет.

Она обещала Стефану, что он будет её единственным. И она собиралась сдержать слово, даже если когда-нибудь всё это забудется.

В течение недели, Елена сумела оправиться от той боли, которую она испытала, увидев Стефана.

Ни кто не осмеливался возражать, лишь слышались короткие потрясенные возгласы, когда Елена говорила о том, что прежде, чем они отправятся домой, им придется закончить начатое дело... и что, пока они его не закончат, Елену не волнует, вернется ли она когда-нибудь домой или останется здесь - в Темном Измерении.

Домой! Звук этого слова доставлял райское наслаждение, даже несмотря на то, что Бонни и Мередит знали не понаслышке, какой ад разверзся в Феллс Черче. И все равно, почему-то, вернуться туда хотелось больше, чем оставаться на этой земле с кроваво-красным закатом.

С надеждой, разжигающей интерес в их небольшой компании, к ним снова вернулась способность восхищаться нарядами леди Ульмы, которые она сшила для них.

Моделирование одежды было одним из самых любимых занятий леди Ульмы, пока она официально находилась на постельном режиме и она с головой уходила в работу со своим альбомом.

Так как веречинка Блоддеувьюд должна была происходить как в доме, так и во дворе, неоходимо было тщательно проработать модели всех трех платьев, чтобы они одинаково красиво смотрелись как при свете свечей, так и под красными лучами гигантского солнца.

Платье Мередит было насыщенного синего цвета с металлическим блеском и казалось фиолетовым при солнечном свете. Оно раскрыло совершенно новую сторону девушки-соблазнительницы в обтягивающем платье русалки, каковой Мередит предстала на вечеринке у леди Фазины. Сейчас, она напомнила Елене египетскую принцессу.

Как и в прошлый раз, платье оставляло открытыми руки и плечи Мередит, но сдержанный силуэт узкой юбки, ниспадающей к её сандалиям плавными волнами и изысканность сапфирового бисера, которым были украшены бретельки наряда, придавали Мередит целомудренный вид.

Образ довершали волосы девушки, которые леди Ульма велела распустить, и почти полное отсутствие макияжа, за исключением подводки на глазах.

Её шею изящным воротничком обрамляло ожерелье из крупных сапфиров овальной формы, а запястья и тонкие пальцы украшали синие самоцветы.

Платье Бонни было маленьким гениальным изобретением: его сшили из ткани серебристого цвета, которая при естественном освещении переливалась пастельными тонами.

В помещении, платье цвета бледной луны казалось светло-розовым и почти в точности повторяло клубничный цвет волос Бонни. Платье дополняли пояс, ожерелье, браслеты, серьги и кольца из обработанного белого опала.

Кудряшки Бонни были тщательно подняты наверх и уложены в лирическом беспорядке, оставляя открытым её лицо и подчеркивая прозрачность ее нежно-розовой кожи, сияющей в солнечном свете.

Наряд Елены, в очередной раз, оказался самым простым и самым эффектным. Алое платье было того же цвета, что и кроваво-красное зарево на улице или свет интерьерных газовых ламп внутри помещения.

Весьма глубокое декольте обнажало кремовую кожу девушки, которая в солнечных лучах казалась золотистой. Плотно облегая фигуру, платье с одной стороны было укороченным, чтобы его обладательница могла свободно ходить или танцевать.

В день перед вечеринкой, Леди Ульма тщательно начесала щёткой волосы Елены, уложив их в форме пушистого золтисто-каштанового облака, которое в помещении становилось золотым. Арсенал драгоценностей Елены составляли бриллиантовая подвеска на ее груди, бриллиантовые кольца на пальцах и браслеты на запястьях и одном плече, и ещё, короткое бриллиантовое колье, которое идеально сочеталось с подвеской Стефана.

В солнечном свете камни пылали, словно красные рубины, время от времени, переливаясь другим поразительным цветом, подобно вспышке мини-фейерверка. Леди Ульма обещала, что гости будут ослеплены.

- Но я не могу это надеть, - запротестовала Елена. - Возможно, я не успею вернуть вам все это до того, как мы отправимся за Стефаном, а после этого - мы будем в бегах!

- Нас это тоже касается, - тихо добавила Мередит, любуясь собой и подругами в их "комнатных" цветах - серебристо-синем, алом и опаловом. - На нас сейчас самые прекрасные драгоценности, которые мы когда-либо носили - хоть в помещении, хоть на улице... но ведь вы можете потерять их!

- А вам они могут пригодиться, - негромко проговорил Люсьен. - У вас в них больше необходимости, чем у нас - вы сможете купить на них экипаж, безопасность, еду, - всё, что угодно.

Украшения так сконструированы, что вы легко сможете вынуть любой камень и использовать его в качестве оплаты, а их оправа не так уж изысканна и не придётся по вкусу коллекционерам.

- Добавлю, что сами камни очень высокого качества, - вставила Леди Ульма. - Это самые безупречные экземпляры в своем роде, которые мы смогли достать в столь короткий срок.

В этот момент, переполненные чувством благодарности, девушки набросились на эту пару с объятиями: леди Ульму обнимали прямо на её огромной кровати, вместе с ее вечным альбомом под боком и Люсьена - стоявшего рядом. Они плакали, целовали их, немного подпортив ту прекрасную работу, которая была проведена над их макияжами.

- Вы - наши ангелы, вам это известно? - всплакнула Елена. - Как крёстные феи! Я не знаю, как смогу попрощаться с вами навсегда!

- Ваши ангелы, - эхом отозвалась леди Ульма и утерев слёзы со щёк Елены, обняла ее, со словами, - Посмотри! - Она указала жестом на себя, удобно сидящую в постели и на пару цветущих, простодушных молодых женщин рядом, готовых исполнять все её желания.

Потом, кивнула в сторону окна, из которого был виден небольшой ручей с мельницей, несколько сливовых деревьев со спелыми плодами, сверкающих на ветках, словно драгоценности, а потом, движением руки, обвела свои владения с садами, парками, полями, и лесами.

Взяв руку Елены, она погладила ею свой слегка округлившийся животик:
- Видишь? - Почти шепотом проговорила она. - Ты видишь это? А теперь, вспомни, в каком состянии ты меня нашла! Ну и кто из нас ангел?

Услышав эти слова, Елена закрыла лицо руками, словно была не в силах все это вспоминать и снова бросилась обнимать и целовать леди Ульмы, начав новый этап уничтожения макияжа.

- Господин Дэймон был настолько любезен, что выкупил Люсьена и может, тебе трудно это представить, - тут она посмотрела на тихого бородатого ювелира, глазами, полными слез, - но я испытываю к нему те же чувства, что и ты - к Стефану. - Она покраснела и спрятала лицо в ладонях.

- Сегодня он освободит Люсьена, - сообщила Елена, опустившись на колени, чтобы положить голову на подушку подле леди Ульмы. - И безвозмездно передаёт вам недвижимость. Он был юристом - можно сказать, адвокатом, - и в течение всей недели, работал над документами с Попечительским Советом.

Сейчас, уже всё оформлено и даже если бы этот отвратительный генерал вернется, он не сможет вас побеспокоить. Теперь, ваш дом будет вашим навсегда.

И снова, поток слез, поток поцелуев. Сейдж, который, ничего не подозревая, шел по коридору, посвистывая, после шумной игры со своей собакой Сабером, проходя мимо комнаты леди Ульмы, внезапно оказался увлеченым в неё.
- Мы будем скучать и по тебе тоже! - плакала Елена. - Спасибо тебе!

Позже, в тот же день, Дэймон успешно выполнил все обещания Елены и, помимо этого, выдал зарплату всему персоналу особняка.

Воздух наполнили сверкающие конфетти, лепестки роз, музыка и крики прощания, когда Дэймон, Елена, Бонни и Мередит уезжали на прием Блоддевьюд - навсегда.

- Кстати, а почему Дэймон не освободил нас? - спросила Бонни у Мередит, когда они ехали в паланкине к особняку Блоддевьюд. - Понятно, что мы должны были быть рабами, чтобы попасть сюда, но ведь сейчас мы здесь. Почему теперь не сделать нас свободными?

- Бонни, мы и так свободные, - напомнила ей Мередит.

- И я считаю, что, на самом деле, мы никогда и не были рабынями.

- Мне непонятно, почему он не освобождает нас, чтобы все знали, что мы свободные девушки - то же понимаешь, что я имею ввиду, Мередит.

- Потому что, невозможно освободить того, кто уже свободен - вот почему.

- Но он мог бы закрепить это официально, - упорствовала Бонни. - Или здесь так уж трудно освободить раба?

- Я не знаю, - ответила Мередит, утомленная этим разговором, - но скажу тебе, почему, по моему мнению, он этого не делает. Я думаю - потому, что так, он несет ответственность за нас. Разумеется, я не имею ввиду наказание рабов... мы видели, что было с Еленой.

Мередит замолчала, и обе они вздрогнули при этом воспоминании.
- Хотя, в конечном итоге, рабовладелец может лишиться за это своей жизни. Вспомни, они хотели проткнуть Дэймона колом за то, что сделала Елена.

- Так он делает это для нас? Чтобы защитить нас?

- Я не знаю... Думаю, да, - медленно проговорила Мередит.

- В таком случае... видимо, мы были несправедливы к нему? - Бонни великодушно сказала "мы" вместо "ты". Из всей компании Елены, Мередит всегда была самой невосприимчивой к обаянию Дэймона.

- Думаю, да.., - согласилась Мередит. - Хотя, кажется, все забывают о том, что до недавнего времени Дэймон помогал близнецам-китсунэ заточить Стефана! А Стефан, безусловно, не заслужил этого.

- Конечно, это правда, - произнесла Бонни с облегчением в голосе от того, что оказалась права и в то же время, как-то задумчиво.

- Всё, чего хотел Стефан от Дэймона - это мир и спокойствие, - продолжала Мередит, как будто это давало ей ощущение твёрдой почвы под ногами.

- И Елена тоже, - машинально добавила Бонни.

- Да, да... и Елена. Но всё, чего хотела Елена - был Стефан. Я имею в виду - всё, чего хочет Елена... - Мередит осеклась. Казалось, смысл этой фразы в настоящем времении больше не соответствовало действительности. Она попыталась сформулировать снова: - Всё, чего Елена хочет сейчас...

Бонни безмолвно смотрела на нее.

- Все, чего она хочет, - подытожила Мередит, немного дрожа, - это, чтобы Стефан был частью её жизни и чтобы всем нам удалось выбраться из этой... этой адской дыры.

Из соседнего с ними паланкина не доносилось ни звука. Бонни и Мередит уже так привыкли путешествовать в закрытых носилках, что даже не обратили внимание на то, что второй паланкин поровнялся с их и двигается сейчас рядом, а их голоса отчетливо слышны в горячем дневном воздухе.

Незадернутые, развевающиеся шёлковые шторы не скрывали напряженных лиц Елены и Дэймона.

Со жгучим желанием сделать хоть что-нибудь, Елена поспешно дернула за шнур и шторы упали, скрыв их от посторонних глаз.

Это было ошибкой. Они с Дэймоном оказались в закрытом сюрреалистично-красном пространстве, в котором, только что услышанные слова, казались справедливыми.

Дыхание Елены участилось. Её аура начала таять. Всё вокруг поплыло.

"Они не верят, что я хочу быть только со Стефаном!"

- Держись, - сказал Дэймон, - это последняя ночь. К завтрашнему дню...

Елена жестом попросила его замолчать.

- К завтрашнему дню мы найдём ключ, вытащим Стефана и будем выбираться отсюда, - всё равно закончил свою мысль Дэймон.

"Проклятье," - подумала Елена и принялась молиться.

Остальной путь к огромному особняку Блоддевьюд они проделали в полной тишине. Удивительно долго Елена не замечала, что Дэймон дрожит. Его неровное учащенное дыхание встревожило ее.

- Дэймон! Святые угодники! - Пораженная и растерянная, Елена пыталась подобрать правильные слова. - Дэймон, посмотри на меня! Почему?

"Почему? - пересспросил Дэймон, тщательно контролируя свой голос, чтобы он не дрогнул, не сорвался и не сломался. - Потому, что... ты хоть задумывалась о том, каково сейчас Стефану, пока ты вся разодетая, едешь на вечеринку, где будешь пить лучшее вино и танцевать... пока он... пока он..." - его мысль осталась незаконченной.

"Это как раз то, что мне нужно было услышать, перед тем, как появиться на людях," - подумала Елена, когда они въехали на длинную подъездную дорогу к дому Блоддевьюд. Она изо всех сил постаралась собраться с силами, прежде чем занавески распахнулись и они оказались в месте, где спрятана вторая половинка ключа.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/8909/32939

Переводчики: Miyamoto, sveta_cher, 2011