victoria_vn: переводы

Katherine Mansfield — Millie / Кэтрин Мэнсфилд — Милли

→Annotations.
0 Примечания.
[1]Виндзорский замок — резиденция британских монархов уже на протяжении 900 лет в городе Виндзор, графство Беркшир, Англия.
[2] Гора́ Ку́ка, или Аораки (англ. Mount Cook, маори Aoraki) — гора в новозеландских Южных Альпах, высочайшая (3754 м) точка Новой Зеландии, находится в западной части Южного острова недалеко от побережья.
→She flopped down on the side of the bed and stared at the coloured print on the wall opposite, Garden Party at Windsor Castle. In the foreground emerald lawns planted with immense oak trees, and in their grateful shade, a muddle of ladies and gentlemen and parasols and little tables. The background was filled with the towers of Windsor Castle, flying three Union Jacks, and in the middle of the picture the old Queen, like a tea cosy with a head on top of it.
0 Она плюхнулась на краешек кровати и уставилась на цветную репродукцию, висящую на стене напротив, «Вечеринка в саду Виндзорского замка»[1]. На переднем плане — изумрудно-зелёные лужайки, обсаженные огромными дубами, а в их благородной тени — леди с джентльменами, да столики с тентами. Фон заполняли башни Виндзорского замка, три развевающихся британских флага, а в центре картины — пожилая королева, словно стёганый чехол на чайник с головой поверх него.
→Millie went back into the kitchen. She put some ashes on the stove and sprinkled them with water. Languidly, the sweat pouring down her face, and dropping off her nose and chin, she cleared away the dinner, and going into the bedroom, stared at herself in the fly-specked mirror, and wiped her face and neck with a towel. She didn't know what was the matter with herself that afternoon. She could have a good cry—just for nothing—and then change her blouse and have a good cup of tea. Yes, she felt like that!
0 Милли вернулась на кухню. Она насыпала немного золы на печь и сбрызнула водой. По её лицу медленно катился пот и каплями стекал с носа и подбородка. Она убрала со стола ужин и пошла в спальню. Уставилась на своё отражение в засиженном мухами зеркале и вытерла полотенцем лицо и шею. Она не понимала, что это с ней такое в этот день происходит. Готова была вовсю расплакаться — просто так — а потом сменить блузку и выпить хорошего чаю. Да, вот такие у неё были ощущения!
→ They were after him in a flash. And at the sight of Harrison in the distance, and the three men hot after, a strange mad joy smothered everything else. She rushed into the road—she laughed and shrieked and danced in the dust, jigging the lantern. “A—ah! Arter 'im, Sid! A—a—a—h! Ketch him, Willie. Go it! Go it! A—ah, Sid! Shoot 'im down. Shoot 'im!”
0 Они опрометью бросились за ним. И при виде Харрисона вдалеке и троих разгорячённых, преследовавших его мужчин странная, безумная радость перекрыла всё остальное. Она стремительно выбежала на дорогу — смеялась, визжала и пританцовывала в пыли, размахивая фонарём.
— А-а! В погоню, Сид! А-а-а-а! Хватай его, Вилли. Давай! Давай! А-а, Сид! Застрели его! Стреляй!
→“What is it—what's that?” Sid dashed out on to the front verandah. “'Ere, Millie, take the lantin. Willie, some skunk's got 'old of one of the 'orses.” The three men bolted out of the house, and at the same moment Millie saw Harrison dash across the paddock on Sid's horse and down the road. “Millie, bring that blasted lantin.” She ran in her bare feet, her nightdress flicking her legs.
0 — Что там — что происходит?
Сид выскочил на веранду.
— Эй, Милли, возьми фонарь. Вилли, какой-то гад украл одну из наших лошадей.
Трое мужчин бросились из дома, и в это самое мгновение Милли увидела Харрисона, промчавшегося на лошади Сида по ту сторону загона вниз по дороге.
— Милли, принеси этот чёртов фонарь.
Она побежала босиком, ночная сорочка хлестала её по лодыжкам.
→Suddenly, with a sound that made her cry out in horror the dog started barking and rushing to and fro. “What's that? What's up?” Sid flung out of bed. “It ain't nothink. It's only Gumboil. Sid, Sid!” She clutched his arm, but he shook her off. “My Christ, there's somethink up. My God!” Sid flung into his trousers. Willie Cox opened the back door. Gumboil in a fury darted out into the yard, round the corner of the house. “Sid, there's some one in the paddock,” roared the other chap.
0 Внезапно, с громким звуком, от которого Милли в ужасе вскрикнула, пёс залаял и бросился метаться туда-сюда.
— Что там? Что происходит?
Сид соскочил с кровати.
— Ничего там нет. Это всего лишь Гумбойл. Сид, Сид!
Она схватила мужа за руку, но он выдернул её.
— Господи боже, там что-то происходит. Боже мой!
Сид быстро натянул брюки. Вилли Кокс открыл заднюю дверь. Разъярённый Гумбойл выскочил во двор, за угол дома.
— Сид, в загоне кто-то есть, — заорал другой парень.
→“'E must get off. 'E must. I don' care anythink about justice an' all the rot they've bin spoutin' to-night,” she thought, savagely. “'Ow are yer to know what anythink's like till yer do know. It's all rot.” She strained to the silence. He ought to be moving. … Before there was a sound from outside, Willie Cox's Gumboil got up and padded sharply across the kitchen floor and sniffed at the back door. Terror started up in Millie. “What's that dog doing? Uh! What a fool that young fellow is with a dog 'anging about. Why don't 'e lie down an'sleep.” The dog stopped, but she knew it was listening.
0 «Ты должен сбежать. Ты должен. Мне плевать на справедливость и всякий вздор, о котором они разглагольствовали сегодня вечером», — разгневанно подумала она. «Откуда вам знать, вы ничего в этом не понимаете. Это всё вздор». Она напряжённо вслушивалась в тишину. «Ему нужно бежать». … Прежде чем снаружи раздался звук, пёс Вилли Кокса, Гумбойл, вскочил и помчался по кухонному полу, принюхиваясь возле задней двери. Страх охватил Милли. «Что делает этот пёс? А! Какая глупость, этот молодой парень слоняется вокруг с собакой. Почему бы ему не улечься спать». Пёс остановился, но она знала, что животное прислушивается.
→Millie lay on her back, her eyes wide open, listening. Sid turned over, hunched the quilt round his shoulders, muttered “Good-night, ole girl.” She heard Willie Cox and the other chap drop their clothes on to the kitchen floor, and then their voices, and Willie Cox saying, “Lie down, Gumboil. Lie down, yer little devil,” to his dog. The house dropped quiet. She lay and listened. Little pulses tapped in her body, listening, too. It was hot. She was frightened to move because of Sid.
0 Милли лежала на спине с широко открытыми глазами и прислушивалась. Сид укрылся, подоткнув стёганое одеяло под плечи, и пробормотал:
— Спокойной ночи, милая.
Было слышно, как Вилли Кокс вместе с другим парнем побросали свою одежду на кухонный пол, а затем их голоса, и как Вилли Кокс сказал своему псу:
— Лежать, Гумбойл. Лежать, ах, ты, маленький дьяволёнок.
Дом погрузился в тишину. Она лежала и слушала. Короткие импульсы будоражили её тело, также заставляя прислушиваться. Было жарко. Она боялась пошевелиться из-за Сида.
→“Nothing but a kid. An' all them fellows after 'im. 'E don't stand any more of a chance than a kid would.” “Try a bit of beef,” said Millie. “It's the food you want. Somethink to steady your stomach.” She moved across the verandah and sat down beside him, the plate on her knees. “'Ere—try a bit.” She broke the bread and butter into little pieces, and she thought, “They won't ketch him. Not if I can 'elp it. Men is all beasts. I don' care wot 'e's done, or wot 'e 'asn't done. See 'im through, Millie Evans. 'E's nothink but a sick kid.”
0 «Он всего лишь ребёнок. И они все погнались за ним. А спастись шансов не больше, чем у ребёнка».
— Съешь немного говядины, — сказала Милли, — это как раз то, что тебе нужно. Чтобы немного подкрепить свой желудок. Она прошла через веранду и села рядом с ним, держа тарелку на коленях. — Э-э, поешь немного.
Она разломила хлеб с маслом на маленькие кусочки. «Они не поймают его, — подумала она. — Да, если я помогу ему. Все мужчины — звери. Мне плевать, что он сделал или чего не делал. Ты поможешь ему, Милли Эванс. Он всего лишь больной ребёнок».
→“When are they coming back?” And she meant to say, “Any minute. They're on their way now.” Instead she said to the dreadful, frightened face, “Not till 'arf past ten.” He sat down, leaning against one of the verandah poles. His face broke up into little quivers. He shut his eyes and tears streamed down his cheeks.
0 — Когда они вернутся?
И она хотела ответить: «В любую минуту. Они уже едут». Но вместо этого произнесла с ужасным, испуганным лицом.
— Не раньше половины одиннадцатого. Он сел, прислонившись к одному из столбов веранды. Его лицо задрожало мелкой дрожью. Он закрыл глаза и по его щекам потекли слёзы.
→At that moment she knew. She stood, holding the plate, staring. He was Harrison. He was the English johnny who'd killed Mr. Williamson. “I know who you are,” she said, very slowly, “yer can't fox me. That's who you are. I must have been blind in me two eyes not to 'ave known from the first.” He made a movement with his hands as though that was all nothing.
0 В этот момент до неё дошло. Она стояла, удерживая тарелку, уставившись на него. Это был Харрисон. Это английский «джонни», который убил мистера Уильямсона.
— Я знаю, кто ты, — произнесла она очень медленно, — ты меня не обманешь. Вот кто ты. Я, должно быть, ослепла на оба глаза, когда не узнала тебя сначала. Она сделала движение его руками, как будто ничего этого не было.
→“When did yer last 'ave anythink to eat?” He shook his head. She cut a chunk off the greasy corned beef and a round of bread plastered with butter; but when she brought it he was standing up, glancing round him, and paid no attention to the plate of food. “When are they coming back?” he stammered.
0 — Когда же вы в последний раз что-нибудь ели? — Он покачал головой. Она отрезала кусок жирной солонины и намазала ломтик круглого хлеба маслом; но когда она принесла это, он стоял, оглядываясь вокруг, и не обращал никакого внимания на тарелку с едой.
— Когда они вернутся? — заикаясь, спросил он.
→“You come right into the house and have a sit down meal,” she said. “Can you walk?” “Yes,” he whispered, and swaying he followed her across the glaring yard to the verandah. At the bottom step he paused, looking at her again. “I'm not coming in,” he said. He sat on the verandah step in the little pool of shade that lay round the house. Millie watched him.
0 — Заходите прямо в дом и поешьте за столом, — сказала она. — Вы можете идти?
— Да, — прошептал он и, покачиваясь, последовал за ней через освещённый солнцем двор на веранду. Он остановился у лестницы, снова взглянул на неё. — Я не пойду внутрь, — произнёс он. Он сидел на ступеньке веранды в небольшом краешке тени, которая окружала дом. Милли наблюдала за ним.
→The boy turned and looked at her, still not speaking, but his eyes were so full of pain and terror that she had to shut her teeth and clench her hands to stop from crying. After a long pause he said in the little voice of a child talking in his sleep, “I'm hungry.” His lips quivered. She scrambled to her feet and stood over him.
0 Парень повернулся и посмотрел на неё, не говоря ни слова, но его глаза были полны боли и ужаса. Ей пришлось стиснуть зубы и сжать руки, чтобы не заплакать. После долгой паузы он произнёс тихим голосом ребёнка, разговаривающего во сне: «Я голоден». Его губы дрожали. Она вскочила на ноги и стояла над ним.
→“Are yer coming round? Feeling all right again?” The boy breathed sharply, half choked, his eyelids quivered, and he moved his head from side to side. “You're better,” said Millie, smoothing his hair. “Feeling fine now again, ain't you?” The pain in her bosom half suffocated her. “It's no good you crying, Millie Evans. You got to keep your head.” Quite suddenly he sat up and leaned against the wood pile, away from her, staring on the ground. “There now!” cried Millie Evans, in a strange, shaking voice.
0 — Вы уже пришли в себя? Чувствуете себя получше теперь? — Парень резко выдохнул и чуть не поперхнулся. Его веки дрогнули, и он закрутил головой из стороны в сторону. — Вам уже лучше, — сказала Милли, приглаживая волосы. — Уже нормально себя чувствуете, ведь так?
От боли в груди она чуть не задохнулась. «Нехорошо так кричать, Милли Эванс. Нужно держать себя в руках». Совершенно неожиданно он сел и прислонился к поленнице, подальше от неё, глядя в землю.
— Вот видите! — воскликнула Милли Эванс странным, дрожащим голосом.
→She knelt down, put her arm under the boy's head and poured some brandy between his lips. It spilled down both sides of his mouth. She dipped a corner of her apron in the water and wiped his face and his hair and his throat, with fingers that trembled. Under the dust and sweat his face gleamed, white as her apron, and thin, and puckered in little lines. A strange dreadful feeling gripped Millie Evans' bosom—some seed that had never flourished there, unfolded and struck deep roots and burst into painful leaf.
0 Встав на колени, она подложила руку парню под голову и влила в рот немного бренди. Бренди растёкся от уголков губ двумя струйками. Она погрузила угол передника в воду и дрожащими пальцами протёрла ему лицо, волосы и шею. Под пылью и потом его лицо засветилось, худое и белое как передник, и покрылось мелкими морщинками. Странное ужасное чувство отозвалось в груди Милли Эванс — некое никогда доселе не всходившее там семя проклюнулось и пустило глубокие корни, превратившись в слабый листок.
→“I can't,” said Millie, and then, “You've got to.” She bent over and felt his heart. “Wait a minute,” she stammered, “wait a minute,” and she ran into the house for brandy and a pail of water. “What are you going to do, Millie Evans? Oh, I don't know. I never seen anyone in a dead faint before.”
0 «Я не могу, — сказала Милли, и потом, — ты должна». Она склонилась над ним и прислушалась к его сердцу.
— Подожди минутку, — бормотала она, — подожди минутку, — и побежала в дом за бренди и ведром воды. «Что ты собираешься делать, Милли Эванс? О, не знаю, я раньше никогда не видела человека без сознания».
→He was not much more than a boy, with fair hair, and a growth of fair down on his lips and chin. His eyes were open, rolled up, showing the whites, and his face was patched with dust caked with sweat. He wore a cotton shirt and trousers, with sandshoes on his feet. One of the trousers was stuck to his leg with a patch of dark blood.
0 Он был почти мальчишкой, со светлыми волосами и светлым пушком на губах и подбородке. Его глаза были открыты и закатились, обнажая белки. Лицо было покрыто пылью, смешанной с потом. На нём была хлопчатобумажная рубашка с брюками и сандалии на ногах. Одна из брючин прилипла к ноге из-за пятна запёкшейся крови.
→“Get up! You're shamming!” Still holding the gun she kicked him in the shoulders. He gave no sign. “Oh, my God, I believe he's dead.” She knelt down, seized hold of him, and turned him over on his back. He rolled like a sack. She crouched back on her haunches, staring; her lips and nostrils fluttered with horror.
0 — Вставайте! Не притворяйтесь! — Не опуская ружье, она ткнула его в плечо. Он не шевелился. — О, боже мой, кажется, он мёртвый. — Опустившись на колени, она схватила его и перевернула на спину. Он перекатился как мешок. Она присела на корточки, вглядываясь; её губы и ноздри трепетали от ужаса.
→She darted to the back door, opened it, and at the same moment some one ducked behind the wood pile. “Who's that?” she cried, in a loud, bold voice. “Come out o' that! I seen yer. I know where y'are. I got my gun. Come out from behind of that wood stack!” She was not frightened any more. She was furiously angry. Her heart banged like a drum. “I'll teach you to play tricks with a woman,” she yelled, and she took a gun from the kitchen corner, and dashed down the verandah steps, across the glaring yard to the other side of the wood stack. A young man lay there, on his stomach, one arm across his face.
0 Она бросилась к задней двери, открыла её, и в тот же миг кто-то нырнул за поленницу дров.
— Кто там? — крикнула она громким, смелым голосом. — Выходите oттуда! Я вас заметила. Я знаю, где вы. У меня ружьё. Выходите из-за этой поленницы! — Страх испарился. Она ужасно рассердилась. Её сердце стучало как барабан. — Я покажу вам, как выделывать фокусы с женщиной, — завопила она, схватила ружьё в углу кухни и бросилась вниз по ступеням веранды, через освещённый слепящим солнцем двор к другой стороне поленницы. Там на животе лежал молодой человек, вытянув руку вдоль лица.
Резюме
Пол:
женщина
Родной язык:
русский
С нами:
с 4 февраля 2013 г. (5005 дней) по приглашению izolenta
Деятельность:
120361 версия перевода с общим рейтингом 5227
19153 комментария
Карма: 51 (оценок: 51)
Написать victoria_vn личное сообщение