Blangr: переводы
Davies, J. D. The Blast That Tears the Skies / Джей Д. Дэвис. Залп, разорвавший небеса
→Item – the said Matthew Quinton to achieve such ends in a ship so ancient that it was built before its erstwhile commander, the said Matthew’s own grandfather, was born…
0 Четвертое — упомянутый Мэтью Квинтон должен исполнить свою роль на древнейшем корабле, построенном еще до рождения его предыдущего капитана, деда вышеназванного Мэтью...
→Item – the said Matthew Quinton to be the principal means of preventing the overthrow of the crown in a great naval rebellion.
0 Третье — ради того, чтобы сделать упомянутого Мэтью Квинтона главной защитой короны от низвержения в масштабном восстании на флоте.
→Item – the said Matthew Quinton to do the bidding of My Lords of Clarendon and Arlington, respectively the most hated man in England and the most sinister. Two men known for their utter detestation of each other, yet who seem to have found common ground solely in concurring that…
0 Второе — упомянутый Мэтью Куинтон выполняет приказ милордов Кларендона, самого ненавистного человека в Англии, и Арлингтона — самого злобного. Двух людей, известных своей неприязнью друг к другу, которые, кажется, нашли общий язык ради ...
→Item – the said Matthew Quinton commissioned through the patronage of the Duke of York, who in our eight years of acquaintance has barely noticed the existence of said Matthew. To what end, pray?
0 Первое — упомянутый Мэтью Квинтон получил назначение благодаря покровительству герцога Йоркского, который за все восемь лет нашего знакомства едва замечал упомянутого Мэтью. Почему, скажите на милость?
→Thus as I rode into Hardiman’s Yard and endeavoured to assume an air of levity – of celebration, even – with which to break the news of my command to Cornelia, I conceived a list in my head.
0 Так, въезжая во Двор Хардимана и стараясь напустить на себя легкомысленный, даже торжественный вид, чтобы сообщить Корнелии новость о моем назначении, я мысленно составил список.
→To those who favour conspiracy over coincidence, this was damning: surely the evil minister had used his daughter’s charms to ensnare the heir to the throne, thus furthering the nefarious purposes of the said evil minister? Hindsight poured yet more oil onto the flames; yea, an entire ocean of oil. The king’s marriage to the Portuguese princess Catherine proved childless, and it did not require too fertile an imagination to conjure up a dark tale of Clarendon arranging a match to a barren queen in order to ensure that his own grandchildren would one day ascend the thrones of Britain. (This they duly did, in the stolid shapes of Queens Mary and Anne; but their accessions required a series of alterations in the state that would have boggled the mind of any man alive in that year of sixty-five, myself and their grandfather included.)
0 Для сторонников теории заговора это казалось чем-то немыслимым: несомненно, коварный министр использовал очарование своей дочери, чтобы заманить в ловушку наследника престола, что способствовало претворению в жизнь замыслов этого злобного политика? Оглядываясь в прошлое, видно, что он еще подлил масла в огонь, целый океан масла. Брак короля с португальской принцессой Екатериной оказался бездетным, и не нужно слишком богатого воображения, чтобы придумать мрачную историю о том, как Кларендон устраивает брак с бесплодной королевой, чтобы его собственные внуки однажды взошли на трон Британии. (Что они должным образом и сделали, в лице бесстрастных королев Марии и Анны; но их вступление потребовало изменений в устройстве государства, которые в то время поразили бы до глубины души шестидесяти пятилетнего старика, включая их деда и меня.)
→At the time of his brother’s restoration, James, Duke of York, who would one day reign briefly and ingloriously over his Britannic realms as King James the Second and Seventh, was the heir to three kingdoms and thus one of the most eligible bachelors in Europe. But he had thrown away the valuable diplomatic card of his marriage by secretly wedding one of his sister’s maids-of-honour, a plain, witty girl who was eight months pregnant by him when they belatedly reached the altar. How history is dictated by the unanticipated rise of a male member at the sight of an inappropriate woman’s shapely leg or bosom! For fate dictated that the royal bedfellow was the daughter of Edward Hyde, the man whom the duke’s elder brother had just made his chief minister and Earl of Clarendon.
0 Во времена Реставрации своего брата Джеймс, герцог Йоркский, которому однажды предстояло недолго и бесславно править британскими владениями, как до него это делали Джеймс второй и седьмой, имел право на трон сразу в трех королевствах. что естественно делало его одним из самых завидных холостяков в Европе. Но он отказался от такого важного дипломатического инструмента, как собственный брак, тайно женившись на одной из фрейлин своей сестры, простой, остроумной девушке, которая забеременела от него и , когда они шли к алтарю, была уже на восьмом месяце. Как же ход истории зависит от не вовремя вставшего члена при виде стройной женской ножки или груди! Судьба распорядилась так, что королевская подружка оказалась дочерью Эдварда Хайда, новоиспеченного графа Кларендона и первого министра старшего брата герцога.
→‘T – true, My Lords,’ I said but those are hardly the ingredients of treason –’
0 — В-вы правы, милорды, — сказал я — Но это едва ли веские причины для измены...
→‘I have been as good a friend to the Berkeleys as any man,’ said Arlington, dissembling brazenly. ‘But war has a habit of breaking friendships and testing men’s allegiances, as My Lord Chancellor and I found through bitter experience.’ Clarendon glowered; he had been a noted man on the Parliament’s side before returning to the cause of the first King Charles, a fact that staunch cavaliers like Arlington – and, come to that, the Quinton family – had never forgotten. ‘But you would know this better than either of us, Quinton. Did not your friend Berkeley spend several years at sea under Lawson? Does not the Vice-Admiral have great influence over him? Is he not courting Lawson’s daughter?’
0 — Я такой же друг Беркли, как и любой другой, — сказал Арлингтон, нагло притворяясь. — Но война имеет обыкновение разрушать дружеские отношения и испытывать верность людей, в чем мы с лордом-канцлером убедились на горьком опыте. Кларендон сердито нахмурился. Он был влиятельной фигурой в парламенте до суда Карлом I, и этого верные роялисты вроде Арлингтона, и если уж на то пошло, Квинтонов, никогда не забывали.
— Но вы же все это знаете лучше нас, Квинтон. Разве ваш друг Беркли не провел несколько лет в море под командованием Лоусона? Разве вице-адмирал не имеет на него большого влияния? Разве он не ухаживает за дочерью Лоусона?
— Но вы же все это знаете лучше нас, Квинтон. Разве ваш друг Беркли не провел несколько лет в море под командованием Лоусона? Разве вице-адмирал не имеет на него большого влияния? Разве он не ухаживает за дочерью Лоусона?
→I saw at once from the expressions of both Clarendon and Arlington that I had struck entirely the wrong note. Yes, my good friend Rear-Admiral Sir Will Berkeley was the brother of the king’s favourite, the good-humoured but utterly worthless Earl of Falmouth; and throughout history, there has been a marked tendency for king’s ministers to be ousted from power at the whim of king’s favourites. Consequently, the former have ever been inclined to seek ways of preemptively bringing down the latter. Here, then, was something else that temporarily united the Chancellor and the Secretary: an aversion to the House of Berkeley and all its works.
0 По выражению лиц Кларендона и Арлингтона я сразу понял, какую совершил ошибку. Да, мой добрый друг контр-адмирал сэр Уилл Беркли был братом королевского фаворита, добродушного, но совершенно никчемного графа Фалмута, а на протяжении всей истории королевские министры с завидным постоянством отстранялись от власти по прихоти королевских фаворитов. Поэтому первые всегда искали возможности нанести упреждающий удар по вторым. Но тут была еще одна причина, которая временно объединяла канцлера и министра — отвращение к дому Беркли и его деятельности.
→My stomach had tightened and my heart was racing. Was it possible for the plague to be brought on by shock?
0 Мой желудок сжался, а сердце бешено колотилось. Возможно, виной всему происходящему шок?
→‘Berkeley? Will Berkeley? But he’s one of my oldest and dearest friends! He’s as true a cavalier as any of us, as are all his family! His brother is the king’s favourite! This is madness, My Lords –’
0 — Вы о Беркли? О Уилле Беркли? Но ведь он один из моих самых старых и дорогих друзей! Он такой же истинный роялист, как и все мы, как и вся его семья! Его брат — любимец короля! Это безумие, милорды...
→The secretary nodded. ‘That would be danger indeed – especially if Lawson was seconded in any defection by the Rear-Admiral of that same squadron.’
0 Министр кивнул:
— Это действительно опасно, особенно если Лоусон будет приписан к той же эскадре, что и дезертир контр-адмирал.
— Это действительно опасно, особенно если Лоусон будет приписан к той же эскадре, что и дезертир контр-адмирал.
→And there was the other reason why Clarendon was reluctantly going along with Arlington’s belief in the plot. For in the Chancellor’s scheme of things a threat to the Duke of York was more, much more, than a mere threat to the heir to the throne; it was the potential overthrow of all his dynastic ambition.
0 Была еще одна причина, по которой Кларендон неохотно согласился с высказываниями Арлингтона о заговоре. В обрисованной канцлером схеме герцогу Йоркскому грозила опасность гораздо большая, чем просто угроза наследнику престола. Тут виделось потенциальное ниспровержение всех его династических амбиций.
→‘Sir John is appointed Vice-Admiral of the Red,’ said Clarendon, who had averted his eyes during Arlington’s peroration but evidently could not bring himself to dismiss it entirely. ‘Thus he holds the second command in His Royal Highness’s own squadron. A position of considerable trust, Quinton. Imagine the consequences if Sir John went over to the Dutch during the battle, and turned his own ship and others against His Royal Highness himself.’
0 — Сэр Джон назначен вице-адмиралом «Красного», — сказал Кларендон. Во время речи Арлингтона он отвел глаза, но очевидно не мог заставить себя полностью отмахнуться от его слов. — А значит он второй по старшинству в эскадрилье Его Королевского Высочества. Это должность требует огромного доверия, Квинтон. Представьте себе, что будет, если сэр Джон во время сражения перейдет на сторону голландцев и обратит свой и другие корабли против самого Его Королевского Высочества.
→‘An effective way of diverting suspicion from oneself, perhaps. Or else, of course, the destruction of the London might have been but a convenient accident which achieved just that end.’ The Secretary smiled wearily. ‘You see the dangers of my occupation, Captain? Trust no one, suspect everyone – the sad fate of the intelligencer.’
0 — Хороший способ отвести от себя подозрения, полагаю. Конечно, гибель «Лондона» могла оказаться всего лишь удобной случайностью, которая и привела к такому итогу.
Министр устало улыбнулся.
— Теперь, капитан, вы видите насколько опасна моя профессия? Никому не доверяй, подозревай всех — печальная судьба шпиона.
Министр устало улыбнулся.
— Теперь, капитан, вы видите насколько опасна моя профессия? Никому не доверяй, подозревай всех — печальная судьба шпиона.
→‘But he could have died in the London, if he had gone aboard when he was meant to! I was there, my lords! I saw the consequences, as did he! To blow up his own ship, and many of his own kin –’
0 — Но он мог погибнуть, если б оказался в это время на борту «Лондона»! Я был там, милорды! Я, как и он, видел последствия! Взорвать собственный корабль и свою родню на нем...
→‘He turned traitor before,’ said Arlington relentlessly, ‘traitor to the Commonwealth that he had served so notably, and I have often observed that treason can be addictive. He was also a good friend to some of the fanatic captains who have been left on shore.’
0 — Раньше он уже предавал, — безжалостно продолжал Арлингтон,— он предал Содружество, которому так славно служил, а я не раз видел, как предательство становится второй натурой. К тому же среди его друзей была пара капитанов-фанатиков, оставшихся на берегу.
→The London had been blown up by the Dutch, some would say. No, others would cry, surely by the French, the eternal scapegoat of the English! Yet others would inevitably incriminate the fanatics, that faceless horde of dissenters, republicans and the like who many of my cavalier brethren saw lurking in the shadows, waiting their moment to rise up and cut all our throats. And all of that was before one reached the outlying realms of conspiracy and sanity alike, where lurked those who would blame the loss of London upon the Jews, the Pope, or Satan, or if they were being especially inventive, all three of those, conjoined in unholy cabal.
0 Кто-то скажет, что «Лондон» взорвали голландцы. Другие будут кричать,что это все французы, вечный козел отпущения англичан! Но будут и те, кто обязательно обвинит фанатиков, эту безликую орду несогласных, республиканцев и им подобных, которую многие из моих собратьев роялистов видели притаившейся в тени, в ожидании часа, когда она выйдет на свет, чтобы перерезать всем нам глотки. В итоге дойдут до таких пучин теории заговора, что начнут выдвигать предположения о кознях евреев, Папы, Сатаны, а самые изобретательные, объединят всех троих в одну нечистивую клику.
→Pepys and I exchanged glances. In a ship firing its broadsides in salute, there are countless ways in which a spark can ignite in the wrong place; in any ship, there are a host of other accidents that can bring about its immediate, awful destruction. But Pepys and I were realists enough to see that in the fevered circumstances of the time, with men going in fear of the comet presaging the end of days and the country rife with talk of sedition and war, it would surely only be hours before very different explanations were rife in the taverns and coffeehouses of London.
0 Мы с Пеписом переглянулись. Список причин по которым на салютующем из бортовых орудий корабле искра может вспыхнуть не в том месте бесконечен. Любой корабль может погибнуть в одно ужасное мгновение в результате катастрофы вызванной множеством всевозможных происшествий. Но мы с Пеписом достаточно реалистично смотрели на вещи и понимали, что в это неспокойное время, когда люди боятся кометы, предвещающей конец света, а страна полна разговоров о мятеже и войне, уже через несколько часов в тавернах и кофейнях Лондона произошедшему найдут свое объяснение.
Резюме
- Пол:
- мужчина
- Родной язык:
- русский
- С нами:
- с 3 мая 2010 г. (6013 дней) по приглашению Oigene
- Деятельность:
-
5666 версий перевода
с общим рейтингом 1128
676 комментариев
Карма: 10 (оценок: 12)