Readers_Digest: переводы
A DANCE WITH DRAGONS / ТАНЕЦ С ДРАКОНАМИ
→THE WAYWARD BRIDE
0 Своевольная невеста
→Mother of dragons, Daenerys thought. Mother of monsters. What have I unleashed upon the world? A queen I am, but my throne is made of burned bones, and it rests on quicksand. Without dragons, how could she hope to hold Meereen, much less win back Westeros? I am the blood of the dragon, she thought. If they are monsters, so am I.
0 <i>Мать драконов,</i> — подумала Дени. — <i>Мать чудовищ. Что выпустила я на свет? Королева на троне из обугленных костей, стоящем на зыбучем песке.</i> Без драконов как ей удержать Меерин, и, тем паче, как вернуть себе Вестерос? <i>Во мне драконья кровь,</i> — подумала она, — <i>Так что если они чудовища, то чудовище и я.</i>
→Drogon hunted far afield, but when he was sated he liked to bask in the sun at the apex of the Great Pyramid, where once the harpy of Meereen had stood. Thrice they had tried to take him there, and thrice they had failed. Two score of her bravest had risked themselves trying to capture him. Almost all had suffered burns, and four of them had died. The last she had seen of Drogon had been at sunset on the night of the third attempt. The black dragon had been flying north across the Skahazadhan toward the tall grasses of the Dothraki sea. He had not returned.
0 Дрогон охотился вдали от дома, а насытившись, возвращался, чтобы погреться на солнышке на вершине Великой Пирамиды, где когда-то возвышалась мееринийская гарпия. Трижды его пытались изловить там, и трижды он ускользал. Сорок её самых храбрых людей ловили его, рискуя жизнью. Почти все получили ожоги, а четверо умерли. Последний раз она видела Дрогона на закате дня, когда его пытались поймать в третий раз. Чёрный дракон летел на север, за Скаазадхан, в сторону высоких трав дотракийского моря. С тех пор его не видели.
→The winged shadow, the grieving father called him. He was the largest of her three, the fiercest, the wildest, with scales as black as night and eyes like pits of fire.
0 <i>"Крылатая тень",</i> — так назвал его убитый горем отец девочки. Cамый большой из троих, самый свирепый, самый неуправляемый, с чёрной как ночь чешуёй и глазами, в которых бушует пламя.
→And Drogon ...
0 А Дрогон...
→Rhaegal had been harder. Perhaps he could hear his brother raging in the pit, despite the walls of brick and stone between them. In the end, they had to cover him with a net of heavy iron chain as he basked on her terrace, and he fought so fiercely that it had taken three days to carry him down the servants’ steps, twisting and snapping. Six men had been burned in the struggle.
0 С Рейегалем было сложнее. Наверное, он услышал, как бушует в яме брат, услышал через разделявшую их толщу каменных стен. В конце концов, на него набросили сеть из толстых металлических цепей, когда он нежился на солнце на её балконе, он так яростно вырывался, извивался и бился, что его тащили вниз по чёрной лестнице целых три дня. В схватке с ним сгорели шестеро.
→Once, not long ago, he had ridden on her shoulder, his tail coiled round her arm. Once she had fed him morsels of charred meat from her own hand. He had been the first chained up. Daenerys had led him to the pit herself and shut him up inside with several oxen. Once he had gorged himself he grew drowsy. They had chained him whilst he slept.
0 Совсем ещё недавно она катала его на плече, а он обвивал хвостом её руку. Она кормила его с рук жареным мясом. Его заковали первым.Дейенерис сама отвела его в яму и его заперли там с несколькими бычками. Когда он наелся и его одолела дремота, его заковали в цепи, спящего.
→Viserion’s claws scrabbled against the stones, and the huge chains rattled as he tried to make his way to her again. When he could not, he gave a roar, twisted his head back as far as he was able, and spat golden flame at the wall behind him. How soon till his fire burns hot enough to crack stone and melt iron?
0 Визерион снова попытался подняться к ней, когти его скребли камень, тяжёлые цепи громыхали. У него вновь ничего не вышло, он заревел, изогнул шею, завёл голову за спину, насколько мог, и выпустил столб золотистого пламени на стену позади себя. <i>Как скоро этот жар станет таким сильным, что от него начнёт трескаться камень и плавиться металл?</i>
→“She died of a snakebite,” Reznak mo Reznak insisted. “A ravening wolf carried her off. A sudden sickness took her. Tell them what you will, but never speak of dragons.”
0 — Она умерла от укуса змеи, — убедительным тоном произнёс Резнак мо Резнак. — Её утащили голодные волки. Она внезапно заболела и умерла. Придумай, что хочешь, главное, никогда больше не упоминай драконов.
→“Men will ask,” the grieving father had said. “They will ask me where Hazzea is and how she died.”
0 — Меня будут спрашивать, — ответил безутешный отец, — где Хаззеа и от чего она умерла?
→The Shavepate had urged her to put the man to death. “At least rip out his tongue. This man’s lie could destroy us all, Magnificence.” Instead Dany chose to pay the blood price. No one could tell her the worth of a daughter, so she set it at one hundred times the worth of a lamb. “I would give Hazzea back to you if I could,” she told the father, “but some things are beyond the power of even a queen. Her bones shall be laid to rest in the Temple of the Graces, and a hundred candles shall burn day and night in her memory. Come back to me each year upon her nameday, and your other children shall not want ... but this tale must never pass your lips again.”
0 Бритоголовый призывал её казнить этого человека. "По крайней мере, прикажите вырвать ему язык. Своей ложью этот человек может погубить всех нас, Светлейшая". Но Дени не послушала его, и предпочла расплатиться по своему кровавому долгу. Никто не смог сказать ей, сколько стоит девочка, дочь, так что она распорядилась заплатить за неё в сто раз больше, чем стоит ягнёнок. "Если бы я могла вернуть тебе Хаззею, я была бы счастлива, — сказала она отцу, — но есть вещи, неподвластные даже королеве. Её останки будут похоронены в Храме Их Милости, и сотня свечей будет гореть днём и ночью в память о ней. Приходи ко мне в её день рождения, каждый год, и никто из твоих оставшихся детей ни в чём не будет нуждаться... но никто больше не должен слышать эту историю.
→Her name had been Hazzea. She was four years old. Unless her father lied. He might have lied. No one had seen the dragon but him. His proof was burned bones, but burned bones proved nothing. He might have killed the little girl himself, and burned her afterward. He would not have been the first father to dispose of an unwanted girl child, the Shavepate claimed. The Sons of the Harpy might have done it, and made it look like dragon’s work to make the city hate me. Dany wanted to believe that ... but if that was so, why had Hazzea’s father waited until the audience hall was almost empty to come forward? If his purpose had been to inflame the Meereenese against her, he would have told his tale when the hall was full of ears to hear.
0 Её звали Хаззеа. Ей было четыре годика. <i>Если, конечно, её отец не солгал. A oн мог лгать.</i> Никто, кроме него, дракона не видел. Они принёс обугленные кости в качествен доказательства, но что доказывают обугленные кости? Он мог убить девочку сам, а потом сжечь её тело. Бритоголовый сказал тогда, что на его памяти это не первый отец, избавляющийся от нежеланной дочери. <i>Ребёнка могли убить Сыны Гарпии, позаботиться, чтобы это выглядело так, словно её убил дракон, и пусть весь город возненавидит меня.</i> Дени так хотелось верить в это... но если бы это было так, зачем бы отец Хаззеи дожидаться конца аудиенции, когда зал почти опустел? Если бы всё это было подстроено с целью ополчить Меерин против неё, он рассказал бы свою историю тогда, когда в зале было полно слушателей.
→Viserys had told her all the tales when she was little. He loved to talk of dragons. She knew how Harrenhal had fallen. She knew about the Field of Fire and the Dance of the Dragons. One of her forebears, the third Aegon, had seen his own mother devoured by his uncle’s dragon. And there were songs beyond count of villages and kingdoms that lived in dread of dragons till some brave dragonslayer rescued them. At Astapor the slaver’s eyes had melted. On the road to Yunkai, when Daario tossed the heads of Sallor the Bald and Prendahl na Ghezn at her feet, her children made a feast of them. Dragons had no fear of men. And a dragon large enough to gorge on sheep could take a child just as easily.
0 Она слышала все эти истории от Визериса, ещё когда была маленькой. Он любить рассказывать о драконах. Она знала, как пал Харренхол. Он слышала о Пламенном поле и о Драконьем Танце. Мать её предка, третьего по счёту Эйегона, сожрал на его глазах дракон его дяди. А все эти бесчисленные песни, где повествовалось о деревнях и королевствах, которые драконы держали в страхе, пока не объявлялся какой-нибудь храбрый охотник на драконов. В Астапоре она видела, как вытекли от жара глаза работорговца. По дороге в Юнкай, когда Даарио принёс и бросил к её ногам головы Сэллора Безволосого и Прендала на Гезна, её детки ими перекусили. Драконы не испытывают страха перед людьми. А если дракон достаточно велик, чтобы съесть овцу, он проглотит ребёнка с той же лёгкостью.
→If I look back, I am doomed, Dany told herself ... but how could she not look back? I should have seen it coming. Was I so blind, or did I close my eyes willfully, so I would not have to see the price of power?
0 <i>Не смотри назад — пропадёшь.</i> — говорила себе Дени... но как не смотреть в прошлое? <i>Я должна была догадаться, к чему всё идёт. Неужели я была настолько слепа, или же просто закрывала на это глаза, не желая отдавать себе отчёт в том, какова цена моего могущества?</i>
→What sort of mother lets her children rot in darkness?
0 Что за мать оставляет детей гнить в темноте?
→The Great Masters had used the pit as a prison. It was large enough to hold five hundred men ... and more than ample for two dragons. For how long, though? What will happen when they grow too large for the pit? Will they turn on one another with flame and claw? Will they grow wan and weak, with withered flanks and shrunken wings? Will their fires go out before the end?
0 При Великих Господах эта яма служила темницей. Пять сотен человек могло поместиться в ней... Достаточно большая для двух драконов. <i>Но что будет, когда они станут слишком велики для этой ямы? Начнут ли они драться, пуская в ход пламя и когти? Или же они будут расти болезненными и слабыми, с чахлой грудью и сморщенными крыльями? Иссякнет ли их пламя перед смертью?</i>
→“If they have food enough, and space to grow. Chained up in here, though ...”
0 — Да, если им хватает еды и достаточно места. А вот запертые здесь...
→“They are larger.” Dany’s voice echoed off the scorched stone walls. A drop of sweat trickled down her brow and fell onto her breast. “Is it true that dragons never stop growing?”
0 — Они выросли. — Голос Дени эхом отразился от закопчённых каменных стен. Капля пота стекла по лбу и упала ей на грудь. — А что, драконы действительно растут всю жизнь?
→were scattered on the floor at his feet, cracked and scorched and splintered. The air was uncomfortably hot and smelled of sulfur and charred meat.
0 По полу возле него были разбросаны кости, надкусанные, обугленные, расщеплённые. Было нестерпимо жарко, пахло серой и горелым мясом.
→When Rhaegal roared, a gout of yellow flame turned darkness into day for half a heartbeat. The fire licked along the walls, and Dany felt the heat upon her face, like the blast from an oven. Across the pit, Viserion’s wings unfolded, stirring the stale air. He tried to fly to her, but the chains snapped taut as he rose and slammed him down onto his belly. Links as big as a man’s fist bound his feet to the floor. The iron collar about his neck was fastened to the wall behind him. Rhaegal wore matching chains. In the light of Selmy’s lantern, his scales gleamed like jade. Smoke rose from between his teeth. Bones
0 Рейегаль заревел, выпустил сгусток жёлтого пламени,и на мгновение вокруг стало светло, как днём. Языки пламени лизнули стены, и лицо Лени опалило жаром, словно приоткрылась дверца печи. На той стороне ямы Визерион разворачивал крылья, разгоняя спёртый воздух. Он хотел лететь к ней, но цепи со звоном напряглись и потянули его обратно, и он плашмя упал на брюхо. Его лапы были прикованы к полу цепями толщиной в кулак. На нём был железный ошейник, цепь от него шла к стене за спиной дракона. Такие же оковы были на Рейегале. В свете фонаря Селми его мерцающая чешуя казалось бледно-зелёной, словно нефрит. Его зубы были сжаты, между ними просачивались струйки дыма.
Резюме
- Пол:
- женщина
- Родной язык:
- русский
- С нами:
-
с 1 августа 2011 г.
(5557 дней)
Не является членом клуба. - Деятельность:
-
136 версий перевода
с общим рейтингом 46
1 комментарий
Карма: 4 (оценок: 4)