Вампиризм: (сущ.)
1. Необходимое условие существования вампира, продиктованное потребностью пить кровь, также характеризуется чрезвычайной уязвимостью к солнечному свету.
2. Действия, направленные на преследование третьих лиц с целью финансовой или эмоциональной наживы.
3. Крупные неприятности.
Я всегда принадлежала к тому типу девушек, которые считают «стакан наполовину полным».
Раздраженный взгляд, брошенный на меня Гэри, бочкообразным барменом «Шенаниганс»[1], дал понять, что, во-первых, я произнесла это вслух, а во-вторых, ему наплевать. Но в тот момент я была единственным посетителем, сидящим в псевдо спортивном баре в среду днем, и у меня напрочь отсутствовал когнитивный контроль[2], способный потребовать заткнуться. Таким образом, у него не оставалось иного выбора, кроме как слушать.
Я подняла бокал с остатками своего четвертого (пятого? шестого?) «Электрик лимонада»[3]. Он переливался голубым в лучах неонового освещения нарочито ярко оформленного интерьера «Шенаниганс», отбрасывая зеленые блики на желто-белую полосатую рубашку-поло Гэри.
- Видишь этот стакан? Еще сегодня утром я не назвала бы его полупустым. Он наполовину полон. И я привыкла к этому. Вся моя жизнь была наполовину полной. Наполовину полная семья, полу заполненная личная жизнь, полу полноценная карьера. Но меня это устраивало. Я свыклась с этим. Я уже говорила, что привыкла к этому?
Гэри, в старших классах игравший за школьную футбольную команду, а ныне обрюзгший и отрастивший пузо, сильно напоминающее сдувшийся шарик, наградил меня суровым взглядом поверх стакана для пива, который в тот момент тщательно полировал.
- Вы закончили?
Я опрокинула в себя оставшуюся в стакане водку, разбавленную голубым ликером, и вздрогнула, когда алкоголь встретился с картофельными чипсами в моем желудке.
Оба продукта угрожали развернуться и выйти на бис.
Я зафиксировала себя в устойчивом положении не без помощи покрытой пятнами закругленной барной стойки и скосила глаза на кубики льда, оставшиеся в моем стакане.
- И вот теперь моя карьера рухнула. Пропала, пропала, пропала. Абсолютно пуста. Как этот стакан.
Гэри заменил вышеупомянутый стакан полным, взмахом руки прикинулся, что приветствует кого-то в обеденном зале, и сбежал, предоставив меня самой себе.
Я прижалась лбом к прохладной поверхности стойки, и поежилась, вспоминая полный самодовольства тон «кошки, съевшей канарейку» в голосе миссис Стаблфилд [4], когда та произнесла:
- Джейн, мне нужно поговорить с вами наедине.
Всю оставшуюся жизнь эти слова будут отзываться эхом в моей голове, словно фраза из «Кэрри»[5].
С громким «гм», госпожа Стаблфилд направилась ко мне, прерывая выполняемую мной расстановку книг Амелии Беделии и понукая зайти в ее кабинет. Вообще-то, единственное, что она сделала, это выгнула брови. Но у этой женщины наблюдалась фобия в отношении щипчиков для бровей. Когда она испытывала удивление/гнев/любопытство, это было похоже на большую серую моль, спасающуюся бегством. Движения ее бровей являли собой практически язык жестов.
Despaired
16.12.10 в 18:49
