South Park and Philosophy / Философия Южного парка: Ч 2. Гл. 6

Уважай мою власть! Является ли Картман «законом», и даже если является, почему ему надо подчиняться? Марк Д. Уайт.

salvadorrr 12.02.12 в 00:41

Держите ваш велик наготове

salvadorrr 12.02.12 в 03:29

Забудьте про Робокопа, забудьте про Т. Дж. Хукера и офицера Барбреди – никакая сила не вселит в трепещущие сердца преступников леденящего ужаса больше, чем Эрик Картман в серии «Куролюб». Одетый как Эрик Эстредес, разъезжающий на своём КОПовском велике с верной дубинкой на борту, Картман призывает простых горожан Южного парка «уважать мою власть!!!» Он тормозит Рэнди Марша за превышение скорости (чего тот не совершал), прерывает инцидент с бытовым насилием в доме у Кенни (даже ещё не войдя туда) и с поличным ловит печально известного Куролюба (хотя, после того как его уже поймали). И всё же в Картмане воплощаются те самые качества, которые все мы хотим видеть в полицейских, защищающих нашу безопасность изо дня в день.

salvadorrr 12.02.12 в 03:29

Успокойся, Кайл, я просто шучу – конечно, Картман не защищает нас как внушительные правоохранительные органы (хотя Картман и сам по себе довольно внушителен). Но я уверен, что мы все видели настоящих полицейских, которые вызывали меньше уважения, чем должны были. (Вставьте на этом месте вашу любимую шутку про пончики или Барни Файфа.) Ведь мы всё ещё уважаем их за то, что они представляют – закон и порядок. (ЧОНГ-ЧООНГ!!!) Нет, я не забыл, про что я пишу. Эта глава про то, что нас обязывает, как граждан, подчиняться требованиям закона, независимо от принятой им формы, даже если его олицетворяет жиртрест-пром-сосиска с манией величия.

salvadorrr 12.02.12 в 03:30

В свете этих тем, Мэтт Стоун и Трэй Паркер (с со-автором серии Дэвидом Гудманом) поднимают некоторые важные философские вопросы, когда они делают Картмана представителем «правопорядка», закона в Южном парке. Почему мы должны его слушаться? Почему должны «уважать его власть»? Почему мы должны уважать полицейских и вообще законы? Что есть «закон» и кто решает, чем ему являться? И каким образом закон соотносится с нравственностью, если есть отношение? Все подобные вопросы обсуждает философия закона, известная как философия права и юриспруденции. Философы с древних времён оспаривают эти вопросы и нам встретится несколько из них на нашем пути. (Так что будь внимателен, Картман). Держите ваши велики наготове, потому что мы отправляемся в рейд. (И берегите Кенни – никто не должен умереть в моей главе.)

salvadorrr 13.02.12 в 00:16

Приказы, угрозы и власть

salvadorrr 13.02.12 в 10:09

Давайте начнём с общего – что во всяком случае есть «закон»? Я не спрашиваю про законы, касающиеся убийства, парковки или взаимоотношений с курицами. Говоря «закон», я имею в виду нечто более обобщённое, например, то, что мы подразумеваем, когда говорим, что «уважаем законы» или «живем под властью закона». Другими словами, что делает названные выше отдельные законы частью всеобщего «закона»? И что делает Картмана «законом»? И почему не так просто стать «законом» другим, например, Шефу или Мистеру Говняшке?

salvadorrr 13.02.12 в 09:57

Поможет нам ответить на эти вопросы Джон Остин. Учёный-правовед XIX века, Остин описал теорию права, которая стала известна как «командная теория права» - под «законом» понимаются команды, поддерживаемые угрозами. Например: правительство говорит нам не заниматься любовью с курицами, так что если мы всё-таки решим «сделать это» с любой курицей, нас накажут (надеюсь, что у вас есть другие «цыпочки»). Каждая команда, сопровождаемая угрозой, санкционированной законом, и сама команда, получается, является «законом» - так что в системе, описанной Остином, нет понятия самого «закона».

salvadorrr 13.02.12 в 10:46

Из Остина можно сказать и больше, но давайте использовать то, что мы уже узнали. Подходит ли такое описание «закона» под Картмана? Когда он отдаёт приказ Рэнди выйти из машины, и угрожает ударить его дубинкой по голени за неподчинение, Картман отдаёт именно команду, подкреплённую угрозой. Так что согласно тому, что мы сейчас знаем из Остина, Картман является «законом».

salvadorrr 13.02.12 в 11:19

Но ведь это неправильно, не так ли? Только потому, что он приказывает окружающим и грозит избить их, он - закон? Да любой может делать это, даже Рэнди на бейсболе на играх Детской Лиги, но это же не делает его «законом». Неудивительно, что эта часть теории Остина была раскритикована как подходящая и вооружённому грабителю банка, и полицейскому, приказывающему ему остановиться, потому что она означает, что любая угроза физическим ущербом с целью получения желаемого является «законной». Что здесь упущено, так это то чувство авторитета или его происхождения, которое объясняет, почему мы больше уважаем безоружного полицейского, нежели вооружённого убийцу, или офицера Барбреди по сравнению с Эриком Картманом.

salvadorrr 13.02.12 в 12:17

Конечно, Остин признавал, что закон не состоит просто из чьих-нибудь приказов, даже подкреплённых весомыми угрозами, должен присутствовать некий «авторитет». Остин называет этого человека «суверенным», независимым. Само по себе это слово объясняет немногое - что мешает Картману провозгласить себя «суверенным» (если кто-то ему сказал, что оно означает)? Если этого он не может – значит кто-то должен был дать ему «суверенность», кто-то, кто может это сделать. Но кто вообще делает человека «суверенным»?

salvadorrr 13.02.12 в 16:15

«Мф-м-мфме-мфуфмефи!» Вот именно, Кенни - здесь имеет место гораздо большее понятие суверенности, чем когда мы называем «суверенными» себя, или когда позволяем другим сказать так (и тем, кто делает людей «суверенными», и так далее). Остин ставит два условия для признания «суверенности»: человек (или группа) должен и привычно подчинять граждан, «подданных» ему и в тоже время сам не должен постоянно подчиняться никому. Человек (или группа, или чьи-нибудь приказы), отвечающий этим требованиям, будет «суверенным» над другими и будет являться «законом».

salvadorrr 13.02.12 в 22:38

Терминами теории права Остина можно разрешить положение вооружённого грабителя банка – он привычно не подчиняет большинство людей, самое большее – только банковского служащего, которого он в данный момент грабит! Так что грабитель, конечно, не суверенен. А как же тогда Картман, или вообще полицейские, если на то пошло? Они не пишут законов, а только исполняют, так что, возможно, это неправильно заданный вопрос. Но кто тогда является «суверенным» в Соединённых Штатах, или Великобритании, или в любой современной демократии?

salvadorrr 17.02.12 в 02:10

Вот почему Остин снова попадает в затруднение. Его идея «суверенности» больше подошла бы временам королей и королев, когда эти привилегированные лица господствовали над своими подданными, навязывая приказы, но не подчиняясь никому другому. Эта идея «не переводится» адекватно на язык современной демократии. Кто, например, является «суверенным» в Штатах – президент? Конгресс? Верховный Суд? (Подставьте британский парламент или премьер-министра, если хотите, ваши превосходительства.) Ладно, возможно дело запутывает разделение властей, тогда давайте скажем «федеральное правительство». Но члены этого правительства – хотя бы в теории – субъекты принимаемых ими же законов, поэтому «суверенность» Остина неприменима ни к кому, даже к нему самому. Кто этих людей избирает – мы, народ. Так значит мы и есть «суверенные»? От этого уже может закружиться голова, как у Моисея в «Иубилее»!

salvadorrr 17.02.12 в 02:10

Посмотрим, что на сердце у Харта

salvadorrr 23.02.12 в 10:38

Так что идея «суверенности» Остина более не выдерживает критики, однако нам всё ещё важна более общая концепция происхождения. Закон должен исходить из некоего авторитетного источника, и учёные до сих пор спорят, где же он находится. Один из яростнейших критиков Остина, создатель современной философии права Х.Л.А. Харт считал, что закон лучше всего понимается как система правил. Он разделил эти правила на два типа: первичные и вторичные. Первичные правила гласят нам, что делать, а чего не делать. Когда Картман наказывает Рэнди за скорость 40 миль/ч при ограничении в 40 миль/ч, он являет собой и защищает первичное правило (хотя и абсурдно).

salvadorrr 17.02.12 в 02:11

Первичные правила в нашем понимании и есть законы, но они не отвечают на вопрос об авторитете – это делают вторичные правила. Они суть «правила о правилах», и самое важное в них – правило признания, сообщающее нам, какие правила действительны, а какие – нет. Это Хартовская версия «происхождения», и он доказывал, что она лучше подходит для объяснения различных особенностей закона, нежели теория «суверенности» Остина. Например, в Штатах правилом признания будет являться Конституция – она провозглашает разделение федерального правительства на три ветви, а также определяет, какие законы можно, а какие нельзя принимать. (Идеально ли она работает? Конечно, нет, но если честно, то Харт никогда и не утверждал этого.) Даже во времена королей и королев были определённые правила - престолонаследие; в Англии, к примеру, в его день корону традиционно передавали старшему сыну, затем младшим сыновьям, затем дочерям, и при необходимости, другим родственникам. Правила эти не всегда выполнялись идеально, что показывает война Красной и Белой розы, и другие конфликты за корону в британской истории. Но что касается Конституции, то она служит руководством по признанию необходимости подчинения или неподчинения разным законам.

salvadorrr 17.02.12 в 02:11

Как это относится к нашему малышу Картману? Какое правило признания будет признавать правоту его приказов в Южном парке? Ну, его делегировал офицер Барбреди, и если мы признаем его власть делегировать полномочия Картману, то мы можем уважать Картмана. А откуда тогда берётся авторитет Барбреди? Он ссылается на статью 39 пункт 2 полицейского кодекса Южного парка, когда делегирует мальчиков, но это просто смещает фокус нашей проблемы. Кто дал этому документу власть управлять полицией?

salvadorrr 17.02.12 в 02:26

Начинает звучать, как кура(люб) и яйцо, согласитесь же. Это лишь малая часть концепции Харта о «правиле признания», но она не намного лучше, чем идея «суверенности» Остина. В тех же Штатах, Конституция действует, пока люди в неё верят, и если американские граждане потеряют веру в неё, она утратит силу как основа юридической системы и всего американского государства. Как я уже говорил, даже правила престолонаследия в британской монархии, хотя они были (довольно) прямолинейными, утрачивали силу, когда не применялись согласованно. (Когда Книгтастический автобус будет у вас проездом, почитайте про леди Джейн Грей с призрачными надеждами на трон, которая была королевой Англии столь же долго, сколько Кенни остается живым в любой взятой на выбор серии.)

salvadorrr 18.02.12 в 15:36

Чувак, почему вообще надо подчиняться законам?

salvadorrr 18.02.12 в 15:37

Хорошо, давайте считать, что мы признали, что Картман представляет закон в Южном парке. Но это не даёт ответа на вопрос: почему мы вообще должны подчиняться законам? Другими словами, что обязывает нас их соблюдать? Моральные нормы нас разве обязывают? Или законы являются их отражением, так что если мы будем вести себя морально, то автоматически будем соблюдать закон, что делает законы вообще ненужными? А если законы потребуют для себя аморальных поступков – что тогда нас заставит их соблюдать?

salvadorrr 18.02.12 в 15:37

Давайте возвратимся назад к Платону, который часто облекал философию в форму диалогов с участием ещё одного древнего философа, (и учителя Платона) Сократа. В диалоге «Критон», Сократ взят под стражу и ожидает казни за вопросы к греческим богам (рассуждая в т. ч. и о вопросах власти!) Его друг, Критон, посещает Сократа с целью уговорить на побег. После обмена репликами – а у древних философов они очень длинные, ведь они держали время в своих руках - Сократ говорит: «Ну вот и рассмотри, Сократ, — скажут, вероятно, Законы, — … Мы тебя родили, вскормили, воспитали, наделили всевозможными благами, и тебя, и всех остальных граждан, однако мы объявляем, что всякому желающему из афинян… предоставляется возможность, если мы ему не нравимся, взять свое имущество и выселиться, куда ему угодно. Никто из нас. Законов, не ставит препятствий (для эмиграции)… — раз и мы и Государство ему не нравимся… О том же из вас, кто остается… мы уже можем утверждать, что он на деле согласился выполнить то, что мы велим; а если он не слушается, то… он втройне нарушает справедливость»(гл.51d, пер.Соловьёв М.С.)

То есть, если гражданин решает жить в каком-то месте, в котором своя власть и законы, он соглашается жить по их законам. Ну а если они ему не нравятся, он может уйти. (Когда уйти нельзя, это уже другая история.) Подумайте об этом так: вам выгодно, чтобы другие люди подчинялись закону, и другие получат выгоду, если вы сами подчинитесь. Если же вы освободили себя от законов, которые все ещё соблюдают, ваша выгода от законов несправедлива, и это – неправильно.

salvadorrr 18.02.12 в 15:37

Многие философы вывели подобные аргументы, которые сводятся к взаимности – граждане обязаны либо правительству, либо согражданам за выгоду, извлекаемую из законов. Но эти аргументы имеют весьма критичное допущение – что все законы суть хорошие законы и они приносят людям сплошь пользу. Каждый получает выгоду от закона против убийств – даже потенциальные убийцы, будучи защищёнными от убийства другими убийцами! (Возвращаясь ещё раз к взаимности – убийцы нарушают закон, чтобы извлечь выгоду для себя.) Всем нам выгодны правила дорожного движения, потому что они позволяют нам ездить без аварий (непрерывных), независимо от того, водим ли мы «гибрид» преподобного или гаррисоновский «IT».

salvadorrr 18.02.12 в 15:40

А как насчёт законов, невыгодных никому? Примем во внимание и те законы, которые мешают людям определённого пола, расы, национальности голосовать, работать на определённых видах работ или свободно выбирать место в автобусе. Какую выгоду получила Роза Паркс от закона, заставившего её пересесть в заднюю часть автобуса? Конечно, никакой – но однако все мы получили пользу от её неподчинения такому закону.

salvadorrr 18.02.12 в 16:37

Эта дискуссия упирается в аргументы, высказанные такими мыслителями, как Фома Аквинский и доктор Мартин Лютер Кинг: даже если есть причина соблюдать все законы в целом, плохие законы определённо не заслуживают уважения, и, как в случае с миссис Паркс, достойны лишь неповиновения.

salvadorrr 18.02.12 в 16:47

Фома Аквинский выразился просто: плохие законы – это беззаконие. Иначе говоря, мы не обязаны подчиняться плохим законам. Для Аквинского истинный закон – закон Божий, и человеческие законы лишь равняются на него – отвратительно будет, если люди получат его искажённым. Так как мы всегда были подчинены Закону Божьему, мы должны игнорировать мирские законы, если они противоречат Божьему слову.

salvadorrr 18.02.12 в 16:58

Взгляд Фомы Аквинского на законы был назван «естественным правом», и изначально был связан с религией, но позднее размышления о естественных правах стали более светскими. Иммануил Кант (1724-1804), известнейший философ XVIII столетия, свою теорию права выводил из теории этики, которая во многом расходилась с позициями религии, включая позиции воспитывавших его пиетистов. Мартин Лютер Кинг, несмотря на свою глубокую религиозность (почерпнутую из трудов Аквинского), также лишь политическим языком рассуждал о законах – законы пишутся меньшинством, и большинство само следовать им не будет. Наконец, Рональд Дуоркин, один из самых авторитетных философов права в наши дни, считает, что естественное право необходимо рассматривать с точки зрения моральных принципов, необходимых непосредственно самой системе права, а не в составе религии. Объединяет же всех этих авторов то, что все они считают, что «законы» - это нечто большее, чем просто результаты законотворчества в какой-то конкретный момент.

salvadorrr 20.02.12 в 01:29

Спросите ещё этих умных парней с тремя инициалами …

salvadorrr 21.02.12 в 08:24

Окей, мы не обязаны подчиняться законам, но тогда давайте сформулируем «правила» этого неподчинения. (Кстати, Картман не пишет для Южного парка законов, чему все его горожане должны быть благодарны!!)

salvadorrr 21.02.12 в 08:25

Даже если мы соберём в кучу все «хорошие» законы, действительно способствующие защите нас и нашей собственности, всё ещё остаётся вопрос: что нас обязывает соблюдать эти законы? Аргументы в пользу этого, те, что мы видели выше, основаны на взаимности и судя по всему, имеют смысл, однако современный философ М.Б.Е. Смит аргументирует это так фигово, что просто беда. (Я бы хотел проставить здесь другие инициалы… Как насчёт О.Ф.И. Гит?)

salvadorrr 21.02.12 в 08:26

Почему? Во-первых, Смит говорит, что если нам не нужна какая-то выгода, то нам не надо за это расплачиваться. Если нужна, то необходимо уже за неё платить, чего нам никогда не хотелось особо. Кто-то может покосить мой газон или помыть машину, а потом затребовать оплаты, даже если я не просил их это делать. Нам, конечно, подсобили, но мы не просили их об этом, и поэтому не должны делать ничего взамен. Во-вторых, есть и другие способы ответить взаимностью на выгоду – необязательно полностью подчиняться и покоряться требованиям закона, если он подразумевает обязательное соблюдение его для всех. (Держу пари, мамке Картмана понравилась бы такая идея.)

salvadorrr 22.02.12 в 13:42

Смит считал, что взаимность лучше будет аргументироваться справедливостью, также, как думали Харт и Джон Роулс. Все обязаны подчиняться закону – и ты подчиняйся, своевольное неподчинение будет несправедливостью. Но здесь ещё есть связь с получением выгоды и не оказыванием её в ответ, предполагающая, что каждый получает выгоду от всеобщего подчинения закону, и страдает от вреда, причинённого неподчинением закону. А разве каждый раз, когда нарушают закон, кому-то причиняется вред? Если Мисс Заглотник проезжает за знак «STOP» в 4 утра, когда вокруг никого нет, она причиняет вред кому-нибудь? Она что, воспользовалась всеобщим подчинением и причинила им ущерб взамен? Трудно это представить, и выводы Смита, понимающего взаимность как справедливость, больше подходят малой группе, чем обществу в целом, где действия одного человека часто имеют меньше влияния, чем действия любого другого.

salvadorrr 22.02.12 в 13:43

Рассуждения Смита похожи на платоновские (Это ему три инициала помогают – у Платона-то вообще инициалов нету!). Аргументы Платона основываются на той вещи, которую философы назвали «подразумеванием согласия на социальный контракт»: гипотетическое соглашение между государством и его гражданами, что каждый со всем согласен, если ему дан шанс. Помните его мысль, что если вы решили жить в каком-то месте, вы должны согласиться с законами, принятыми там (подчиниться им)? Но есть простая проблема – кто-то может сказать «Не согласен ни с чем» , что повлечёт за собой нечто более зрелищное (если мы говорим про одного из пацанов Южного парка). Но раз это соглашение – гипотетическое, и каждому можно на самом деле не соглашаться ни с чем, какая же тогда сила заставляет защищать и подчиняться закону? Это не говорит о том, что с теорией социального контракта нельзя в мыслях поэкспериментировать, но аргументы Смита (и других) недостаточно весомы, чтобы обосновать её.

salvadorrr 27.02.12 в 17:18

Итак, что же за вывод делает Смит? Он отрицает какое-либо обязательство соблюдать законы, даже хорошие законы. Почему? Потому что если закон хорош, то он, предположительно, запрещает нам делать что-то действительно неправильное или плохое, но ведь у нас и так есть моральное обязательство не делать этого. Тот факт, что оно также не противоречит закону, не делает обязанность любого перед ним сильнее, так что не существует независимой обязанности подчиняться закону. Взять убийство, например, - закон против несправедливого убийства и запрещает действие, которое является явно неправильным, будет оно законным, или нет. Не факт, что незаконность делает акт убийства еще хуже? Я думаю, убийство - это плохо, и законность или незаконность его не делать этот акт еще хуже. Поскольку нарушение закона, не добавляет много "плохого" к самому акту убийства, как мы можем быть обязаны подчинятся ему? Смит утверждает, что если его заявление верно - мы обязаны никого не убивать, а закон просто добавляет наказание, на случай, если мы все-таки кого-нибудь убьем. (Та же логика применима и к куролюбу, и к укрывательству румынских пятерняшек, или что там у вас еще.)

Denis_ma 28.02.12 в 08:20

Великий вопрос: моральность и закон.

salvadorrr 26.02.12 в 00:37

Сущность этой самой проблемы – вещи, которые прописаны в законах, нас и так обязывают соблюдать моральные нормы. Так что исполнять себя законы заставляют не в одиночку – есть и поавторитетнее вещи. Здесь налицо подразумевание связи морали и права, проводимой сторонниками естественного права, такими как Аквинский, однако многие современные философы её не признают, как те же Остин и Бентам. Эти учёные называют своё течение «правовой позитивизм», и они считают, что закон должен осознаваться как закон уже потому, что исходит от авторитетного субъекта, безо всякой моральной подоплёки.

salvadorrr 26.02.12 в 00:37

Х.Л.А Харт, будучи позитивистом, признавал, что вопросы морали также, как и законы, часто имеют дело с обыденными случаями убийства, воровства, насилия (в т.ч. применительно к курицам), но необходимости связывать эти понятия между собой нет. Если законы отождествляются с общепринятыми нормами, ещё необязательно, что они будут совпадать с нормами морали. Ну а если у закона нет морального основания, нет и морального оправдания соблюдения предписания закона, так что единственной причиной соблюдения законов будет «Потому что это закон». Итак, выходит, что соблюдать законы мы всё-таки обязаны, и мы вернулись к основанным на чувстве справедливости аргументам Харта, о которых говорилось выше

salvadorrr 26.02.12 в 00:56

Вот такие получаются вопросы – непростые, но интересные! Мораль и закон являются методами контроля человеческого поведения и гражданского общества в целом, но их взаимодействие увидеть очень сложно, и философы права сегодня много работают над этими вопросами. Большинство философов права не соглашаются по этому поводу с позитивистами, однако до сих пор сторонники естественной теории права воздерживаются от «боевых дискуссий». (Будем надеяться, когда это случится, это не будет похоже на «Игры детской Лиги».)

salvadorrr 26.02.12 в 14:53

Вопрос, который казался простым – «что такое закон» - превратился в один из самых трудных вопросов в философии. А ведь в «Южном парке» поднимаются и другие важные вопросы. Как известно фанатам сериала, «Южный парк» - шоу во многом философское, помимо «сортирного юмора» или скрытой (и наоборот) сатиры оно в каждой серии касается обсуждения этики, религии, расизма и всего прочего. И тема природы закона также была затронута, посредством становления Картмана его представителем.

salvadorrr 26.02.12 в 15:09

Но тот факт, что это вопрос философский, ещё не означает, что он не важен для людей в реальном мире, таких же, как мы с вами (или для нарисованных людей в нарисованном Южном парке). Мэтт и Трей снова и снова показывают нам, что мы живём в мире, полном диктаторов, коррумпированных демократов и прочих негодяев. Больше всего сатиры сосредоточено на политических лидерах, избранных или нет, и это вновь наводит нас на вопрос: если у нас такие лидеры, что делает их законы легитимными? В том смысле, что легитимность законов восходит в конечном счёте к легитимности власти (вы видели, что мы выше говорили о правиле признания и Конституции США).

salvadorrr 26.02.12 в 22:00

Ставить под вопрос диктатуру легко, а как насчёт демократии? Если человек, допустим, за неё не голосовал, какие у него будут перед ней обязательства?

salvadorrr 26.02.12 в 22:00

Вспоминается сцена из фильма «Монти Пайтон и Священный грааль», где английский крестьянин, встретив самопровозглашённого короля Англии Артура, говорит: «ну, я вообще-то за тебя не голосовал!» Со своим политическим контекстом (говорящим – дерьмо как оно есть), рассмотрение этого вопроса вызовет смущение, возможно, у нас у всех, философы права ведь ещё борются с оным. И пока они ищут ответы на вопросы, мы довольствуемся остроумными проницательными комментариями по этому поводу от Трея и Мэтта, даже если они исходят из уст такого недо-философа, как Картман.

salvadorrr 26.02.12 в 22:02