Expanse Series: The Churn; The Vital Abyss, Strange Dogs / Сильная тряска или (Болтанка); Губительная бездна, Странные Псы.: The Vital Abyss

Они держали нас в огромной комнате. Чуть меньше футбольного поля, девяносто на шестьдесят метров, с потолком в восьми метрах над полом, а в двух метрах под потолком – смотровые окна, в которые наша охрана могла следить за нами, когда приспичит. По всему полу в беспорядке раскиданы древние амортизаторы, скрученные бог знает где. Со временем я понял – появление тонкого, но несомненного запаха спирта и пластика означает, что нам поставили свежие воздушные адсорберы, из-за чего менялись влажность и температура, и по стенам начинали ползти струйки конденсата. Это у нас считалось чем-то вроде погоды. Гравитация в районе четверти g намекала на то, что мы на вращающейся станции. Наши охранники об этом не распространялись, но мне в голову не приходило ни одного планетарного тела с такой силой тяжести.

M0nt 02.08.18 в 19:04

Большинство наших не сомневалось, что эта потрёпанная, пустая комната — конечная остановка для бывшей научной команды станции Тот. Кого-то эта мысль заставляла плакать. Исследовательскую группу — нет.

M0nt 02.08.18 в 19:07

У нас были туалеты, были душевые, и ни намека на уединение. Мы мылись на глазах у всех. Мы научились относиться к дерьму с безразличием животных. И когда мы неизбежно начали искать друг в друге удовлетворения сексуальных нужд, всё происходило без тени приватности, такой нужной когда-то, хотя в конечном итоге несколькими амортизаторами мы пожертвовали, чтобы создать небольшое пространство, визуально отделённое от остальной комнаты, которое потом стали называть «отель». Звуки эта конструкция не поглощала совершенно.

M0nt 02.08.18 в 19:18

Наша вынужденная физическая близость друг к другу вызывала стыд и неловкость у многих заключенных, пришедших не из исследовательских групп. Остальные, включая меня, придерживались иной точки зрения. Я думаю, что большей частью именно наша неспособность чувствовать стыд мешала остальным — охране, обслуживанию, администрации — принимать нас. Существовали и другие причины, но, полагаю, бесстыдство было самой заметной. Правда, насчёт этого я могу и ошибаться. Я научился подвергать сомнению свои догадки о чувствах других людей.

M0nt 02.08.18 в 19:45

Свет в комнате включался, когда наступало то, что считалось утром, и гас ко времени, которое мы решили называть ночью. Воду мы брали из пары кранов рядом с душами, и пили её прямо там же из сложенных ладоней. За неимением бритв или депиляторов наши мужчины отрастили бороды. Охрана и надзиратели приходили когда вздумается, в броне и с оружием, которого хватило бы на нас всех. Они приносили астерскую еду, выращенную на дрожжевой основе в чанах. Порой они шутили с нами, порой толкали или били, но всегда приносили еду и тонкие бумажные комбинезоны, служившие нам единственной одеждой. Все наши охранники были астерами, с их удлинёнными телами и несколько увеличенными головами, следствием проведённого в низкой гравитации детства и долгого воздействия фармацевтических коктейлей, необходимых, чтобы делать такую жизнь возможной в принципе. Они говорили на многоязычном диалекте астеров: сотня разных языков перемалывалась в одной мельнице, и в итоге чтобы понимать эту смесь, требовалась не только грамматика, но ещё и музыкальный слух.

M0nt 02.08.18 в 20:42

В течение первого года они время от времени забирали нас из комнаты для допросов. Когда забирали меня, сеансы проводились в маленьких грязных комнатах, зачастую без стульев. Техника варьировалась от угроз и насилия до предложения привилегий. Однажды узколицая женщина просто сидела и молча смотрела на меня, будто могла заставить меня говорить одной силой воли. Шло время, сеансы становились всё реже и реже. Примерно на третьем году они прекратились вовсе, и комната осталась единственным миром для нашего коллектива. Нашего сообщества из тридцати семи человек, живущих под надзором холодных и чёрствых тюремщиков.

M0nt 03.08.18 в 09:21

Хоть мы и узнали друг друга довольно близко, систематика нашей предыдущей работы переросла в своего рода племенной строй. Ван Арк и Дрекслер могли не соглашаться ни в чём, начиная с того, как лучше проводить «день», и заканчивая именами артистов из развлекательного видео нашей молодости, но оба пришли из обслуживания, и в любом общем конфликте становились друг за друга и против остальных. Фонг пользовалась самым высоким авторитетом в команде службы безопасности, и поэтому в нашем случайном организационном срезе она стала негласной главой не только своей группы, но через нее и эрзац-лидером всего сообщества. Исследования велись раздельно, и еще в то время рабочая группа делилась на сеть более мелких подразделений. Из нескольких десятков больших групп связи и сбора данных в комнату попали только Эрнц и Ма. Больше всего — пятеро — было из визуализации: Кантер, Джонс, Меллин, Хардбергер и Кумбс. Из наноинформатики трое: Кинтана, Браун и я.

M0nt 03.08.18 в 10:07

О жизни в системе за пределами комнаты — о Земле, Марсе, Поясе — мы практически ничего не знали. Для нас история закончилась на станции Тот, а эксперимент на Эросе мы выполнили лишь наполовину. Даже спустя годы после случившегося я порой ловил себя на размышлении над какой-нибудь особенностью набора данных. Своей памяти я теперь доверял мало, и вряд ли мог точно сказать, реальны проблемы, занимающие моё время, или это лишь домыслы моего хрупкого, изменённого сознания.

M0nt 03.08.18 в 14:28

Когда становилось совсем горько, я мог днями лежать в амортизаторе, думая об Исааке Ньютоне, о том, как с помощью своего ума и специфических методов он сумел перекроить всё человеческое знание. Я стоял на краю пропасти, столь же огромной, какую видел перед собой и он, а меня оттащили от нее против моей воли. Но обычно мне удавалось избегать таких размышлений неделями, иногда месяцами. У меня появился любовник. Альберто Корреа. Он работал в администрации, а в детстве перебивался случайными заработками в комплексе космопорта в Боготе. Он имел учёную степень в области политической литературы, и сказал, что оба мои имени — Паоло и Кортазар — напомнили ему об авторах, которыми он в свое время занимался.

M0nt 04.08.18 в 10:33

Иногда он мог часами болтать про влияние классовых систем на поэтические формы или Батлер-Марксистское прочтение видеороликов Пилара Восьмого и Микки Суханама. Я слушал, и что-то из этого, надеюсь, впитал. Его голос, близость его тела успокаивали, и время, которое мы проводили в отеле, дарило мне утешение и удовольствие. Он говорил, что если бы предвидел такой вот конец, то лучше остался бы на Земле и жил на базовое. Я указывал, что тогда бы мы не встретились, и он либо соглашался, что оно того стоило, либо начинал рассказывать о прекрасных мужчинах Колумбии, которых когда-то любил.

M0nt 04.08.18 в 13:07

Конечно, за временем стало следить трудно, но я практически уверен, что шёл четвёртый год заключения, когда умер Кантер. Он жаловался на плохое самочувствие, потом разволновался и начал бредить. Охранники, посмотрев на это, принесли лекарства, судя по всему просто седативные. Он умер через неделю.

M0nt 04.08.18 в 13:43

Эта первая смерть укрепила нас в мысли, что скорее всего мы никогда больше не выйдем на свободу. Я видел, как остальные переживали траур, не столько по Кантеру, сколько по нашим жизням, которых больше не будет. Не исследовательская группа, остальные. Альберто на время стал ещё более пылким любовником, а затем впал в тихую панику, едва говорил со мной и сторонился моих прикосновений. Я был терпелив с ним, поскольку оказалось, что терпение проще всего, когда нет альтернативы.

M0nt 04.08.18 в 13:54

День за днём мы опускались всё ниже. Наше взаимодействие с миром сузилось до рассуждений, кто с кем спит и насколько дерзок чей-нибудь комментарий о сокамернике, и драк — порой неистовых — из-за того, кто на каком амортизаторе будет спать. Мы стали мелочны и жестоки, отчаянны и беспокойны, изредка человечны и даже способны порой проявлять настоящую, пусть и эфемерную, красоту. Наверное, переживая времена благополучия и спокойствия, на них никогда не обращаешь внимания. Само собой, на те дни я смотрел без особой радости, пока не появился марсианин.

M0nt 04.08.18 в 14:17

Я сам не видел, как он пришёл. В тот момент я разговаривал с Эрнцем, поэтому для меня знакомство с этим парнем началось с того, что Кинтана пролаял моё имя. Я обернулся и увидел марсианина. Бледнолицый, с каштановыми волосами, одетый в знакомую форму Флота Парламентской Республики Марс. Наши астерские охранники обступили его, задрав носы выше обычного. Кинтана и Браун стояли перед ними, подзывая меня нетерпеливыми жестами. У меня не возникло ни малейшего колебания.

M0nt 04.08.18 в 14:59

Притяжение чего-то нового после столь долгого однообразия так взволновало меня, что у меня затряслись руки. Подходя, я пригладил свою бороду в надежде, что это поможет мне выглядеть чуть респектабельнее. Когда мы встали перед новеньким, все втроём, Браун вышел на полшага вперёд. Я подавил желание выйти тоже, в уверенности, что так в итоге мы просто задавим посетителя. Я проглочу мелкую игру Брауна в физическое превосходство, лишь бы не дать марсианину уйти.

M0nt 04.08.18 в 15:10

— Здесь все? — спросил он.
У него был приятный голос, с едва уловимым тягучим акцентом долины Маринер.

M0nt 04.08.18 в 15:13

— Так и есть, — кивнул охранник-астер. — Наноинформатиков ты просил. Это вот они.

M0nt 05.08.18 в 06:20

Марсианин оглядел нас по очереди, изучая, словно свежих рекрутов. Казалось, пол дрожит, но дрожало лишь моё тело. Неизвестность всегда пронизана электричеством, чувством надвигающегося откровения, словно последний миг перед оргазмом. Глядя на этого человека и стоя перед его глазами, я чувствовал себя более голым, чем когда бы то ни было с поры своего первого сексуального опыта; тоска и желание росли в моём сердце, бились в горле, заполняли с головой. Всё, что забрала комната — моя любознательность, моя надежда, чувство, что возможна жизнь и за пределами безымянной тюрьмы — наполняло его холодные карие глаза. Одним из профессиональных факторов риска, связанных с моим карьерным путём, был своего рода солипсизм, но в тот момент я действительно почувствовал, что это Бог ниспослал ангела, и тот пришел, чтобы нашептать мне так долго сокрытые от моих ушей секреты, повлекшие столь разрушительные последствия.

M0nt 05.08.18 в 08:02

— Ну ладно, — сказал марсианин.

M0nt 05.08.18 в 08:02

Мерзкий мелкий полушаг Брауна принёс свои плоды. Марсианин достал рабочий ручной терминал из кармана и протянул ему.
— Взгляните. Посмотрите, что с этим можно сделать.

M0nt 05.08.18 в 09:59

Браун цапнул терминал.
— Я подготовлю тесты, сэр, — сказал он, будто снова был тимлидом, а не отвратительным длиннобородым заключённым в бумажном комбинезоне.

M0nt 05.08.18 в 10:07

— Мы можем сделать копию? — спросил Кинтана.

M0nt 05.08.18 в 10:08

Я собирался присоединить свой голос к его, но охранник опередил меня.
— Одна сделка, один терминал. Закати губу.

M0nt 05.08.18 в 10:12

Марсианин собрался уходить, но Кинтана рванулся вперёд.
— Если тебе нужен кто-то для обработки данных, то Браун — не тот человек. Он лишь тимлид, так что большую часть времени он проводил на совещаниях в администрации. Если бы он соображал лучше, они держали бы его в лабораториях, — то же самое мнение едва не вырвалось и из моего собственного рта, но моя нерешительность в выборе слов меня спасла. Ближайший из астерских охранников переступил с ноги на ногу, повернулся и воткнул приклад своей винтовки в живот Кинтане, сложив того пополам. Марсианин, видя насилие, нахмурился с неодобрением, но ничего не сказал, пока охрана вела его к двери и прочь из комнаты. Браун, с торчащей бородой и красным лицом, наполовину побежал, наполовину важно прошествовал в отель, прижимая терминал к груди. В глазах его расцветали триумф и страх. Куинтану рвало, я встал над ним в раздумьях. Остальные глазели со всей комнаты, а я поднял глаза и увидел как там, за стеклом, прибавилось фигур, смотрящих вниз на нас. На меня.

M0nt 05.08.18 в 10:39

Кинтана совершил ошибку, и я мог так же. Он назвал решение марсианина — которое просто взбрело тому в голову — сомнительным. Попытался взять на себя право решать, когда все мы здесь как раз потому, что права решать у нас нет. Глядя на это, я словно вспомнил что-то давно забытое.

M0nt 05.08.18 в 10:48

Одна сделка, один терминал. Эти слова значили для меня две вещи: первое – прошло столько времени, а кто-то ещё торгуется за нашу свободу или право владеть нами, и второе – необходим только один из нас. Излишне говорить, что в тот же момент я решил, что именно я стану тем заключённым, за которого будут торговаться.

M0nt 05.08.18 в 10:53

— Давай, — сказал я, помогая ему подняться на ноги. — Ничего, ничего. Пойдём, помогу умыться
Я дал им увидеть, как поддерживаю его. Немного удачи, и до ушей марсианина дойдёт, что лишь один из трёх — командный игрок, из тех людей, что помогут кому-то, находясь на дне. Кинтана, несомненно, свой шанс упустил. Браун, заполучив терминал со всем содержимым, вырвался вперёд. Пока я не видел способа отобрать преимущество, но уже сам факт наличия реальной требующей решения проблемы дарил чувство пробуждения от долгого тяжёлого сна.

M0nt 05.08.18 в 12:48

Браун не покидал отель весь остаток дня, и лишь когда охранники принесли наш вечерний рацион, осмелился выползти и сел отдельно от всех, засунув терминал за ворот комбинезона. Кинтана зыркал на него сквозь грозовые тучи бровей, а я следовал собственному плану, но последствия дневных событий вышли далеко за пределы нашего треугольника. Все в комнате гудели. Другие темы для разговоров кончились. Марс знал, что мы здесь, и более того, некоторые из нас были ему нужны. Или, по крайней мере, один из нас. Это меняло всё, от вкуса еды до звука наших голосов.

M0nt 05.08.18 в 13:08

Запри человека в гроб на годы, корми и пои его достаточно, чтобы он не умер, а потом, на мгновение, вскрой крышку и дай ему увидеть свет дня. Все мы превратились в этого человека, ошеломлённого, смущённого, ликующего и испуганного. Отупение неволи, казалось, отступило на несколько часов, и мы проживали это время глубоко и отчаянно.

M0nt 05.08.18 в 14:41

После еды Браун ушёл в амортизатор у стены, изогнувшись в нём так, чтобы никто не смог подкрасться сзади. Я, делая вид, что ничего не изменилось, приступил к моим обычным ночным ритуалам — опорожнил кишечник, принял душ, выпил достаточно воды, чтобы не просыпаться от жажды до света. До того, как нам резко включили ночь, я уже свернулся в амортизаторе с Альберто. Его тело было жарче моего. Браун, чьи движения я теперь чувствовал нутром, так и остался в амортизаторе у стены. Терминал отсвечивал оскорбительно тускло. Я притворился спящим, и думал, что одурачил Альберто, пока тот не заговорил.

M0nt 05.08.18 в 14:56

— Стало быть, они бросили нам яблоко, а?

M0nt 05.08.18 в 15:48

— Плод познания, — сказал я, при этом не понимая, какое именно яблоко он имеет в виду.

M0nt 05.08.18 в 16:00

— Ещё хуже. Золотое, — сказал он. — Частная собственность. Статус. Теперь всё сведётся к борьбе за право называться самым красивым, и из того проистечёт война.

M0nt 05.08.18 в 16:04

— Не говори так напыщенно.

M0nt 05.08.18 в 16:05

— Я ни при чём, это история. Разделение по статусу и благосостоянию всегда приводит к войне.

M0nt 05.08.18 в 16:06

— То есть мы всё это время жили в марксистском раю, а я этого так и не заметил? — сказал я, больше чтобы уесть его, чем что-то такое имея в виду.

M0nt 05.08.18 в 16:10

Альберто поцеловал меня в лоб и провёл губами вдоль линии волос к моей ушной раковине.
— Не убивай его. Тебя вычислят.

M0nt 05.08.18 в 16:24

Я отодвинулся. В темноте я видел лишь бледные очертания его лица, парящие около меня. Моё сердце застучало быстрее, рот наполнил медный вкус страха.
— Откуда ты узнал, о чём я думаю?

M0nt 05.08.18 в 16:36

Он ответил, тихо и меланхолично.
— Ты же из исследований.

M0nt 05.08.18 в 16:37

* * *

M0nt 05.08.18 в 16:37

Я не всегда был тем, чем стал. До того как прийти в исследования, я был учёным, который получил чересчур хорошее образование. А ещё до того был студентом университета Тель-Авивской автономии, застрявшим между инвестициями в будущее, которое не мог представить, и горем, которое не мог полностью охватить. А перед тем — мальчиком, который видел, как умерла его мать. Я был всеми этими людьми до того, как стал заниматься исследованиями для корпорации «Протоген», базирующейся на станции Тот. Но также верно и то, что я помню множество этих моих бывших «я» с отдалением большим, чем время. Я уверяю себя, что степень этого отдаления позволяет проследить путь от одного к другому, но не особо уверен, что это правда.

M0nt 06.08.18 в 16:11

Моя мать — лицо сердечком над телом в форме груши, изливающая на меня такую любовь, словно я единственный во всём мире имел значение — жила на базовое большую часть своей жизни, занимая комнату в жилом комплексе ООН в Лондрине. Образования она не получила, хотя, как я понимаю, она была вполне неплохим музыкантом, когда играла в каких-то андеграундных группах в молодости. Если в сети и болтались её записи, я никогда не них не натыкался. Она была женщиной с кое-какими амбициями и слегка подогретыми страстями, пока ей не исполнилось тридцать два. А потом, по ее словам, бог пришёл к ней во сне и сказал, что она должна завести ребенка.

M0nt 06.08.18 в 16:51

Она встала, отправилась в рекрутинговый центр, и подала заявку на любую программу, с которой она сможет заработать достаточно, чтобы легально отказаться от контрацепции. Потребовалось три года четырнадцатичасовых рабочих дней, но она это сумела. Заработала достаточно и для лицензированных родов, и для взноса за зародышевую плазму, призванную помочь началу моей жизни. Мама говорила, что осознанно выбрала приобретение спермы в торговом центре, и как раз отсюда у меня появились интеллект и живость, говорила, все способные к деторождению мужчины в жилом комплексе были преступниками и бандитами, слишком далёкими от цивилизации, чтобы она могла включить их в свой список, и еще что я не мог получить эти качества от неё, потому что она была ленивой и глупой.

M0nt 06.08.18 в 19:27

И в детстве, и уже взрослея, я как мог отбивался от последнего пункта: она была умна, она была прекрасна и что бы ни нашлось во мне хорошего, корнями своими несомненно уходило в неё. Сейчас я уверен, что она принижала себя передо мной, просто чтобы услышать похвалу, даже если ее выскажет всего лишь любимый ребёнок. Я не против манипуляции. Если интеллект и сосредоточенность действительно достались мне в наследство от моего невидимого отца, способность к эмоциональной манипуляции я воистину получил в дар от матери, и он оказался не менее ценен. Не менее важен.

M0nt 08.08.18 в 08:51

Это началось, когда я был подростком, в силу чего не замечал симптомов, пока они не стали вполне выражены. То время у меня по большей части проходило вне дома: за игрой в футбол на грязном, заросшем сорняками пустыре к югу от жилого комплекса, в проведении плохо продуманных экспериментов со всякими гаражными творцами и художниками, в исследовании собственной сексуальности и моральных границ молодых людей моего окружения. Мои дни наполнял запах города, жар солнца и вера в то, что в любой момент может случиться что-нибудь радостное — футбольная победа, удачный проект, великолепный роман. Я рос уличной крысой, жил на базовое, но совершал открытия столь богатые, столь драматичные и глубокие, что меня не волновал мой статус в более крупном культурном срезе.

M0nt 08.08.18 в 20:25

Казалось, пределы моего микросоциума теряются за горизонтом, и конфликты внутри этих пределов — Томасу или Карле стоять на воротах, настроит ли Сабина купленные в свободной продаже бактериальные культуры на производство самопальной дури для вечеринок, является ли Диди гомосексуалистом и как это выяснить без ухаживаний и унижения отказа — становились глубочайшими драмами, которые веками находили свой отклик в юношеских душах. Когда позже мой руководитель проекта сказал: «Каждая жизнь проходит через период социопатии развития», я подумал как раз об этом времени.

M0nt 09.08.18 в 08:17

А потом мама уронила стакан. Хорошая была вещь, с толстыми скошенными стенками и похожей на потёки желе кромкой, и разлетелся он со звуком, похожим на выстрел из ружья. Ну или это мне так запомнилось. Значимые моменты могут вызывать затруднения с сохранением объективности, но мои воспоминания таковы: тяжёлый, прочный стакан выпадает у мамы из рук, ловит солнечный луч, крутится в воздухе и взрывается об наш кухонный пол. Она тихо ругается и идёт за метлой, подмести осколки. Неуклюже переступая ногами, возится с совком. Я сидел за столом с остывающим в руках эспрессо, и наблюдал, как она целых пять минут пытается прибрать за собой. Меня поглотил ужас и ощущение чего-то очень неправильного. Мне в голову пришло сравнение — моей мамой кто-то управляет удалённо, не вполне понимая принцип управления. И ещё хуже стало от того, как она смутилась, когда я спросил, что происходит. Она не поняла, о чём я говорю.

M0nt 09.08.18 в 09:52

После этого я начал внимательно следить за ней, наблюдать целый день, каждый день. Сколько это уже продолжалось, я сказать не мог. Эти проблемы с подбором слов, особенно рано утром и поздно вечером. Потеря координации. Моменты замешательства. Это всё мелочи, говорил я себе. Следствие недосыпания или слишком долгого сна. Она целыми днями пялилась в развлекательные программы из Бейджина, а потом всю ночь перебирала кладовку или часами напролёт стирала одежду в раковине, и её руки краснели и трескались от мыла, пока разум её, казалось, обуревали всякие мелочи. Её кожа приняла пепельный оттенок, щёки стали вялыми. Медлительность, с которой двигались её глаза, наводила на мысль о рыбе, и мне стал регулярно сниться кошмар, в котором море пришло её забрать, и она тонула прямо здесь, за столом с завтраком, а я сидел рядом с ней, не в силах помочь.

M0nt 09.08.18 в 10:21

Но если я заговаривал с ней об этом, то только приводил в замешательство. С ней всё было как надо. Она чувствовала себя как обычно. У неё не было никаких проблем с делами по дому. Она не теряла координацию. Даже когда слова застревали у нее в горле, она не понимала, что я имею в виду. Даже когда она, словно алкаш, путала свою кровать с уборной, ей не казалось это чем-то необычным. И хуже всего оказалась ее уверенность. Ее искренняя уверенность, что я говорю это нарочно чтобы ранить её, совершенно непонятно зачем. Из-за чувства, что я предаю её, потому что боюсь, что я причина её страданий, а не просто свидетель чего-то глубоко неправильного, мне только и оставалось, что рыдать на кушетке. Она и не думала о походе в клинику; там всегда такие длинные очереди, да и было бы зачем в них стоять.

M0nt 09.08.18 в 11:38

Я все же заставил её пойти туда за день до Дня Покаяния. Мы приехали рано, я вез с собой жареную курицу и ячменный хлеб на ланч. До медсестры в приёмном мы добрались ещё даже не поев, а после уселись в зале ожидания, заставленном стульями из поддельного бамбука и с потасканным зелёным ковром на полу. Напротив нас сидел мужчина чуть старше моей матери, он держал руки на коленях и то и дело сжимал кулаки, изо всех сил стараясь не кашлять. Рядом со мной сидела женщина моего возраста или чуть моложе и смотрела прямо перед собой, пложа руку на живот, будто пытаясь удержать кишки внутри. Позади нас плакал ребёнок. Помню, я удивился, с чего тому, кто может позволить себе ребёнка, тащить его в базовую клинику. Мама держала меня за руку. Мы сидели там вместе несколько часов, переплетя пальцы. Всё это время я говорил ей, что всё будет хорошо.

M0nt 09.08.18 в 12:57