The sailor of Austria / Австрийский моряк: глава восемнадцатая

Он улыбнулся.
— О, со мной все будет в порядке, не волнуйтесь. Меня официально объявили человеком без чести еще в 1914 году, так что, возможно, мне будет легче привыкнуть к новому миру, чем вам - порядочным и честным. Прощайте.

victoria_vn 19.01.17 в 23:44

Он, Барабаш и словацкий моряк исчезли в серо-зелёной толпе на платформе Загреба. Я больше никогда его не видел, но надеюсь, он выжил в холодном послевоенном мире. Во всяком случае, в 1961 году я прочитал короткий некролог в "Таймс" о смерти в Рио-де-Жанейро "барона Белы Месароша, всемирно известного мошенника". Оказалось, что среди прочих его деяний числилась продажа статуи Свободы аргентинскому миллионеру. Пусть земля тебе будет пухом, дорогой друг.

victoria_vn 25.01.17 в 23:55

На следующее утро, еще в темноте, мы подъехали к порту Фиуме. Поезд лязгнул, дернулся и встал. В холмах за городом трещала беспорядочная стрельба. Через полчаса ожидания появились вооруженные люди в гражданском и приказали нам выйти "от имени хорватского временного правительства". Нам оставалось лишь снова взять вещмешки и потащиться в город вдоль железнодорожных путей через реку Рьечина. Некоторые спутники в серо-зеленом там нас и покинули, но человек сорок человек двинулись к реке через туннель, пролегающий под самой высокой частью города.

victoria_vn 26.01.17 в 00:07

В темноте звучали ружейные выстрелы, то и дело перемежавшиеся взрывами гранат. Мы с д'Эрменонвилем вышли из туннеля во главе колонны и остановились. В пяти метрах от входа в туннель стоял построившись в две шеренги взвод матросов с винтовками наизготовку, вторая шеренга - стоя, а первая - на колене, как изображается в самых известных руководствах по строевой подготовке. Они были в бушлатах с латунными пуговицами и безупречных белых гетрах, в маленьких белых шапочках на головах, похожих на перевернутые собачьи миски. Рядом стоял старшина с револьвером в руке, нацеленным мне в грудь с явным намерением со мной покончить. Когда мы оказались лицом к лицу, повисла гнетущая тишина, в которой я с нехорошим чувством вспомнил, что кое-кто в нашей группе еще сохранил оружие. В конце концов я заговорил.

victoria_vn 27.01.17 в 22:33

— Прошу прощения, но мы не ваши враги.

victoria_vn 19.01.17 в 15:16

— Да ну? А кто же тогда, черт возьми?
Безошибочно угадывался американский акцент.

victoria_vn 19.01.17 в 15:17

Десять минут спустя меня сопроводили в отель "Палаццо Ллойд" на набережной Сапари, у порта. Должно быть, я производил странное впечатление среди бархата и позолоченной парчи: небритый, немытый, с затуманенным взглядом и в форме подводника, с запонками на манжетах и в фуражке, покрытой масляными пятнами, тем самым показывая, что я не просто бродяга. Я выглянул из окна и увидел в гавани два эсминца. В одном я признал британца V класса. Другой был четырехтрубным, кораблем с гладкой палубой пока неизвестного мне типа. Потом чей-то бас заставил меня обернуться.

victoria_vn 27.01.17 в 14:04

— Боже правый, Отто Прохазка. Ради бога, что ты здесь делаешь?
Передо мной стоял высокий и крепкий командер Королевского Военно-морского флота. Его лицо выглядело знакомым. Потом я понял: это Чарльз Гренвилл-Хэммерсли, мой командир двенадцать лет назад, когда я изучал в Портсмуте и Барроу-ин-Фернессе устройство подводных лодок. Несмотря на то, что мы четыре года были врагами, похоже, при виде меня он обрадовался.

victoria_vn 27.01.17 в 13:43

— Что это с тобой? — спросил он. — Выглядишь кошмарно.

victoria_vn 27.01.17 в 13:49

— Ох, воевал, надо полагать, как и ты И как видишь, мы проиграли. Но прости мой вопрос, что привело тебя в Фиуме?

victoria_vn 27.01.17 в 21:44

Он рассмеялся.
— Ты австриец, Прохазка, поэтому я надеялся, что, возможно, ты сам ответишь на этот вопрос, потому что, черт возьми, я не могу понять, что нам здесь делать, нам и янки. До прошлого месяца я был в экипаже легкого крейсера её величества "Колчестер". Мы обстреливали ваших ребят в местечке под названием Сан-Джованни-ди что-то там, в Албании. Затем какая-то сволочь сорвала нам руль торпедой и вынудила наших итальянских друзей бежать. Попадись эта сволочь мне в руки, я бы свернул ему шею... В общем, корабль в сухом доке в Бриндизи, а меня послали сюда на эсминце сразу после перемирия. Кажется, как только объявили мир, горожане накинулись друг на друга с молотками и топорами, чтобы захватить власть. Мы с американцами пытаемся удержать обе стороны подальше друг от друга. Похоже, твоим ребятам чертовски повезло, что их не расстреляли на месте при выходе из туннеля. В общем, куда ты направляешься?

victoria_vn 27.01.17 в 23:46

— В Полу, чтобы должным образом демобилизоваться. Мы закончили войну в Каттаро.

victoria_vn 21.01.17 в 09:29

Он почесал подбородок.
— В Полу? Я бы держался подальше от этого места, старик. Там неспокойно, насколько я знаю, и в город вошли итальянцы. Если доберешься, тебя просто возьмут в плен и посадят за колючую проволоку вместе с остальными. Послушай, — он понизил голос, — через час уходит поезд, эвакуирующий австрийских госслужащих и их семьи. Военных брать не собираются, но... но ты мой старый друг, несмотря на войну, и я смогу посадить вас на поезд, если поторопитесь. Он идет только до линии Вена-Триест, но увезет вас подальше от итальяшек.

victoria_vn 28.01.17 в 00:00

Прежде чем мы покинули "Палаццо Ллойд", Гренвилл-Хаммерсли любезно позволил нам четверым (мне, д'Эрменонвилю, Легару и телеграфисту Стонавски) быстро помыться и выпить по чашечке горячего и крепкого английского чая. Во время чаепития бедный Стонавски скорчил рожу, но вежливо притворился, что испытывает наслаждение. Затем мы отправились дальше. Когда поезд с репатриантами лязгал вдоль набережной с каштановой аллеей, он миновал австро-венгерскую Морскую Академию: мою альма-матер, где я так много мечтал, теперь почти столь же неряшливую и взъерошенную, как я. Мы проехали верфь в Кантриде, потом поезд замедлил ход, свернул и начал подниматься по склону горы Учка. Вскоре мы с грохотом катили по глубокому ущелью. Что-то заставило меня обернуться и взглянуть вниз, на узкий проход.

victoria_vn 30.01.17 в 10:07

Там, как стальной синий занавес у края ущелья, лежала Адриатика, мерцающая под лучами в тусклого ноябрьского солнца, её гладь нарушали только горбы островов Велья и Черзо. Потом колеса поезда завизжали на изношенных рельсах, и мы начали преодолевать подъем. Море исчезло в завесе паровозного дыма и за высокими известняковыми стенами ущелья. Поезд немного повернул, дав мне возможность последний раз насладиться проблеском моря, и оно исчезло навсегда, когда мы вошли в тоннель. Я почувствовал, что в этот момент закончилась моя жизнь австрийского моряка. Лишь намного позже, когда мы с семьей ехали отдыхать в Аббацию, я понял, что в первый раз увидел море в том же самом месте.

victoria_vn 03.02.17 в 00:31

Следующие четыре дня прошли как в лихорадке: всё как в тумане и каждая сцена перетекала в следующую. Сначала мы остановились в Дивакке, до которой добрались после утомительных пятнадцати километров, как на ипподроме Фройденау во время бегов в 1913 году, за исключением того, что вместо лошадей выступали поезда, набитые беженцами и сплошной серо-зелёной людской массы, еще покрытой коркой грязи из окопов. Станция и ее окрестности так кишела солдатами, что поезда едва могли протиснуться к платформе сквозь толпу. Возвращающиеся с итальянского фронта люди текли широким потоком, сотни и тысячи тех, кому удалось не попасть в плен за несколько дней до того, как перемирие в Падуе вступило в силу.

victoria_vn 03.02.17 в 01:25

Все направлялись теперь домой, в полудюжины (в настоящий момент) весьма гипотетических отечеств, возникших на руинах двуединой монархии. Наверное, что к горлу самого пылкого врага подступил бы комок, когда он увидел состояние, то которого пала императорская и королевская армия: аморфная толпа усталых, побежденных, голодных и часто больных людей в рваной форме, они дрались и толкались, чтобы повиснуть в дверях или забраться на крыши потрепанных скотовозок. Многонациональная армия Габсбургов просто развалилась на части, как государство, которое она когда-то защищала. Уже почти смеркалось, шанс сесть на поезд, даже свисая снаружи, был весьма низким.

victoria_vn 03.02.17 в 02:00

Мы уже свыклись с мыслью о ночевке под открытым небом и под дождем, как вдруг нас окликнули, и мы и увидели человека, на ходу машущего из двери скотовозки. Это был Тони Штраусслер и команда U19. Мы побежали вдоль поезда, и они затащили нас и наши вещи внутр. Они приехали из Полы: ушли из города пешком по железнодорожной ветке перед появлением итальянцев. Одного застрелил часовой, когда они пробирались мимо контрольно-пропускного пункта около Диньяно. Потом им удалось сесть на поезд, идущий в Дивакку.

victoria_vn 03.02.17 в 01:44

— Спасибо, Штраусслер, — сказал я, — любезно с твоей стороны было приберечь нам место.

victoria_vn 21.01.17 в 10:21

— Не вздумай благодарить, мы, подводники, должны держаться вместе. Но неужели это все, кто остался?

victoria_vn 21.01.17 в 10:24

— Да, только четверо. Пятеро больных остались в Дженовиче, и один, чтобы за ними присматривать. Шестеро южных славян тоже отклололись, потом Месарош и ещё двое вышли в Сиссеке. Так что перед тобой вся команда U26. Сейчас мы направляется в Вену, потом домой.

victoria_vn 21.01.17 в 10:29

— А ты сам?

victoria_vn 21.01.17 в 09:30

— Моя жена и сын в Галиции, под Краковом. У меня тетя в Вене, могу остановиться у неё на несколько дней и присмотреться, что собирается делать Военное министерство, потом попробую добраться до Польши.

victoria_vn 21.01.17 в 09:34

Он немного помолчал.
— Не стоит беспокоиться, старик: на прошлой неделе император освободил нас от присяги.

victoria_vn 19.01.17 в 15:19

Остальная часть попутчиков по скотовозке были боснийскими мусульманами: смуглые мужчины с узкими лицами и в серых фесках, которые даже в последние часы войны еще наводили ужас на врага в окопах у Монте-Граппа. Какая ирония, подумал я, что последние солдаты католической Австрии оказались последователями ислама. Но какими мы опасными ни выглядели боснийцы, по крайней мере, нам было вполне безопасно в их обществе, чего не скажешь о тех, кто сидел в других вагонах поезда, который продвигался к Адельсбергскому туннелю. Поезд остановился, мы снова вышли и зашагали вдоль путей. Снизу послышались выстрелы, потом с облаком дыма взорвалась граната.

victoria_vn 26.01.17 в 23:06

— Кто это? Во что играют эти идиоты?
— Это мадьяры нападают на словаков.

victoria_vn 26.01.17 в 23:10

— Нет, это красные и монархисты. Говорят, они собираются провозгласить Республику рабочих, когда доберутся до Вены.
— Вздор, это поляки и украинцы.

victoria_vn 21.01.17 в 10:11

— Совсем обезумели, — пробормотал Легар, пока мы тащились вперед. — Бог знает, сколько миллионов погибло в этой чертовой войне, а им еще недостаточно убийств.

victoria_vn 21.01.17 в 10:16

Поезд вошел в Адельсбергский туннель. Вход был усеян трупами людей, свалившихся с крыш. По каменному арочному проему были размазаны мозги и волосы. Мы побрели вперед по гулкому туннелю, а когда мимо прогремел встречный поезд, прижались в темноте к стенам, с которых сочилась вода. Потом где-то вдали взвизгнули тормоза. Позже мы узнали, что поезд врезался прямо в толпу венгров и словаков, слишком поглощенных этническими спорами и не заметивших его появления. Двадцать человек погибли, а еще больше осталось калек. Общий вердикт был: "Так им и надо".

victoria_vn 27.01.17 в 21:56

Остальная часть поездки в Вену прошла утомительно, но относительно гладко, не считая перестрелки в Цилли, когда солдаты с фронта Изонцо пытались украсть наш паровоз, потом мы потащились через перевал Земеринг. Города и поселки пролетали как сны, а мы читали или играли в карты на соломе. Мое главное воспоминание — центральный парк в Лайбахе с лошадьми из артиллерии, бродящими без цели и ощипывающими деревья и клумбы, прямо там, где покинули их двуногие хозяева. Такой уж был конец черно-желтой империи - старую Австрию не свергли, она просто рухнула, как старый прогнивший сарай.

victoria_vn 27.01.17 в 22:11

Наконец, на рассвете 11 ноября мы прибыли в столицу. Само собой разумеется, вернувшихся с фронта австрийских воинов не встречали с духовым оркестром и цветами, вместо этого нас вытолкали из скотовозок у Матцляйндорфского товарного склада, и в утреннем сумраке мы как призраки разбрелись по истрепанному голодному городу, превратившийся в мусорную корзину для человеческого мусора исчезнувшей империи. Некоторые вернулись домой и стали дополнительным ртом в семье, другие отправились в следующий этап своего путешествия - в Лемберг, Брюнн и Краков.

victoria_vn 27.01.17 в 22:37

Но перед окончательным расставанием остатку экипажа U26 предстояло завершить одно дело. Я увидел поодаль человека в морской шинели с карандашом и планшетом. Он носил лычки фрегаттенлейтенанта, и я решил сделать ему последнее донесение. Я нащупал в нагрудном кармане распоряжение для U26. Потом мы четверо выстроились перед в шеренгу, и я отдал честь. Он посмотрел на нас и хмыкнул.

victoria_vn 27.01.17 в 23:02

— Чего вы хотите?

victoria_vn 26.01.17 в 23:21

— Осмелюсь доложить, мы - оставшиеся члены команды субмарины U26 его императорского и королевского величества, капитулировали по приказу морского командования Южно-славянского государства в Катарро четвертого ноября. Я имею честь быть ее капитаном, линиеншиффслейтенантом Оттокаром фон Прохазкой.
Он в замешательстве взглянул на потрепанного человека, уцелевшего после того, как весь мир затонул. Его ответ был прост:

victoria_vn 27.01.17 в 11:03

— Убирайся, моряк.

victoria_vn 23.01.17 в 23:35

Только потом я увидел на рукаве его пальто (вероятно краденого) красную повязку с надписью
Фольксвер [42].

victoria_vn 26.01.17 в 23:26

Мы попрощались, Легар и Стонавский направились на вокзал Франца Иосифа, чтобы добраться до Праги и Цешина. Я спросил Легара, чем он собирается заняться. Он улыбнулся.

victoria_vn 26.01.17 в 23:30

— Думаю, осяду на берегу. "Веселая вдова" продала бизнес в Поле и купила дом в Олмуце, теперь это Оломоуц. В ее последнем письме говорится, что местная пивоварня ищет инженера, думаю, я справлюсь. Вы с женой и сыном всегда будете для нас желанными гостями. В общем, до свидания. Надеюсь, еще увидимся.

victoria_vn 27.01.17 в 10:49

Только после расставания я кое-что понял: впервые с нашего знакомства мы разговаривали на чешском. Я надеялся, что Легар получит работу на пивоварне, потому что хотелось представить его старым, где-нибудь в конце 60-х, сидящим в саду с кружкой доброго чешского пива и с правнуками на коленях, и он бы рассказывал им о своих приключениях на подводной лодке в той давно забытой войне: как мы возвращались с верблюдом из Ливии; как чуть не погибли, когда застряли на дне залива Кьоджа; и как сбежали из Хайфы в последние недели войны, преследуемые по пятам британской армией.

victoria_vn 27.01.17 в 12:09

Франц д'Эрменонвиль ушел, пообещав, что мы вскоре увидимся, поскольку он жил на окраине Вены. Мы действительно встретились - в Лондоне в 1942 году. Его призвали в гитлеровские Кригсмарине в 1939 году, он стал вторым офицером подводной лодки, которую позже потопили Королевские ВВС Шетландских островов. Он выжил, а из-за ранения и по возрасту попал в список для обмена военнопленными. До того как это произошло, британские разведывательные службы — к моему вечному позору - использовали меня в качестве посредника, д'Эрменонвиля удалось заманить в наскоро сляпанный заговор, нацеленный на убийство фюрера. Конечно, гестапо об этом узнало, и целый год до ареста за ним следило. О том, что случилось дальше, лучше не думать. Во всяком случае, я уже сорок лет пытаюсь об этом не думать.

victoria_vn 27.01.17 в 12:14

Но по сравнению с неотложными текущими проблемами далекое будущее имело для меня мало значения тем утром, когда я шел вдоль Виднер хауптштрассе, как раз мимо того огромного и кошмарного квартала наемных квартир Фрайхаус, и тут из арки ко мне метнулись два человека. Прежде чем я успел что-либо сообразить, меня прижали к стене дулом винтовки, ткнувшейся в живот, а другой нападавший меня обыскал, забрал пистолет с ремня и обшарил вещмешок. Потом он потребовал документы и стал исследовать их в свете ацетиленового фонаря.

victoria_vn 27.01.17 в 13:15

— Вот как, моряк возвращается с моря. Из какого ты подразделения, свинья?

victoria_vn 27.01.17 в 11:05

— Из подводного флота. Кто вы, черт подери?

victoria_vn 27.01.17 в 11:06

— Народное ополчение, оборванец. И закрой пасть, если не хочешь, чтобы тебя застрелили за сопротивление аресту.
Мужчины были в армейской форме — или, скорее, в остатках армейской формы, как и "фрегаттенкапитан" на вокзале они носили красные повязки на рукавах.

victoria_vn 27.01.17 в 11:10

— Ладно, отпусти его, — сказал человек с фонарем, — но сначала немного восстановим баланс. Вот, держи свою фуражку.
С моей фуражки складным ножом срезали императорскую корону и монограмму, оторвали запонки с изношенных манжет. Я слишком устал и лишился всяких сил, чтобы сопротивляться. Да и какое это теперь имело значение?

victoria_vn 27.01.17 в 12:30

— У него есть продукты или табак?

victoria_vn 23.01.17 в 23:32

— Нет, только портупея. Теперь ведь она ему не понадобится?
Он швырнул черно-желтый пояс через стену.

victoria_vn 27.01.17 в 12:35

— Ладно, пусть эта сволочь идет своей дорогой.

victoria_vn 23.01.17 в 23:34

Я отправился дальше, безоружный, без знаков отличия австро-венгерского офицера. Удивительно, но несмотря на это неприятное столкновение и мою незавидную ситуацию, я почувствовал внезапное и странное облегчение: будто последние оторванные офицерские знаки отличия освободили меня от остатков мертвого прошлого; как ампутация, пусть и болезненная, избавляет от раздробленной и омертвелой конечности. Я понятия не имел, какое будущее ждёт профессионального военно-морского офицера в стране без моря и военно-морского флота. Но я до сих пор жив, почти четыре года на подводных лодках сделали меня находчивым, и с Елизаветой рядом я был уверен, что мы так или иначе разберемся. Возможно, это было просто одурение из-за усталости, но, бредя по холодным улицам побежденного города, я даже начал напевать.

victoria_vn 27.01.17 в 13:01

Я добрался до тетиной квартиры на Йозефгассе. Лестница, когда-то такая изящная, теперь выглядела мрачной, воняло бедностью и влагой. В квартире было холодно и тихо как в могиле. Я позвонил в колокольчик. Никто не ответил. Я позвонил снова. Наконец послышалось шарканье и звук открывающейся задвижки. Дверь открыла Франци, слегка слабоумная тетина горничная. Она уставилась на меня большими голубыми глазами, как у фарфоровой куклы, потом на ее лице отразился ужас, челюсти беззвучно сомкнулись. Я понял - случилось что-то ужасное.

victoria_vn 27.01.17 в 12:45