Anatol_y: переводы
Kim Stanley Robinson. Red Mars / Ким Стэнли Робинсон. Красный Марс
→“Our own ice rink,” Nadia said, and went to the pump. She unhooked the insulation pad had a look inside. “Ah ha-a gap in the insulation-water froze right here, and jammed the stopcock in the open position. A good head of pressure, I’d say. Ran till it froze thick enough to stop it. A tap from a hammer might get us our own little geyser.”
0 — Наш собственный каток, — сказала Надя, и пошла к насосу. Она отсоединила изолирующий кожух и заглянула внутрь. — Ага, брешь в изоляции — вода замерзла прямо здесь, и кран заклинило в открытом положении. Хороший напор, я бы сказала. Текло, пока не наморозило достаточно толстый, чтобы закупорить его слой. Удар молотком, и у нас может получиться свой собственный маленький гейзер.
→They switched the rover to manual, drove nearer. The spill covered the road like a wash of white lava. They struggled into their walkers and and got out of the module, walked over to the edge of the spill.
0 Они переключили марсоход на ручное управление и подъехали ближе. Разлившаяся вода покрывала дорогу, как вымоина из белой лавы. Они спешно облачились в свои уокеры и вышли из модуля, подойдя к краю разлива.
→“Or worked too well!” Simon said. “That’s water ice!”
0 — Или работал слишком хорошо! — вмешался Саймон. — Это же водяной лед!
→“Our permafrost pump,” Nadia said, pointing. “It must have broken.”
0 — Наш насос из вечномерзлого грунта, — сказала Надя, указывая пальцем. — Наверное сломался.
→There before them was a flat white sheet, covering their road for nearly a hundred meters. “What is it?” George cried.
0 Перед ними лежала какая-то плоская белая плита, перекрывая путь на протяжении почти в сто метров.
— Что это? — крикнул Джордж.
— Что это? — крикнул Джордж.
→Then suddenly the rover braked and slowed to a stop. No one had been watching, and they all jumped to the front window.
0 Потом марсоход вдруг начал резко тормозить, и через некоторое время остановился. Никто не наблюдал за дорогой, и теперь все бросились к лобовому окну.
→So they were trundling along at thirty kph, with nothing to do but look at the bisected view, or talk, which they did infrequently, except on the morning they got into a heated discussion about Frank Chalmers-Ann maintaining that he was a complete Machiavellian, Phyllis insisting that he was no worse than anyone else in power, and Nadia, remembering her talks with him about Maya, knowing it was more complex than either of those views. But it was Ann’s lack of discretion that appalled her, and as Phyllis went on about how Frank had held them together in the last months of the voyage out, Nadia glared at Ann, trying to convey to her by looks that she was talking in the wrong crowd. Phyllis would use her indiscretions against her later on, that was obvious. But Ann was bad at seeing looks.
0 Вот так они ехали со скоростью тридцать километров в час, ни чем особо не занимаясь, лишь всматриваясь в разделенный их следами пейзаж или разговаривая, и то, делая это нечасто, за исключением одного утра, когда они вступили в горячую дискуссию о Фрэнке Чалмерсе — Энн утверждала, что он настоящий подлец, а Филлис настаивала, что он не хуже, чем любой, кто обременен властью, а Надя, вспоминая как она разговаривала с ним о Майе, знала, что все было гораздо сложнее, чем любое из этих суждений. Но недальновидность Энн очень беспокоила ее, и пока Филлис продолжала о заслугах Фрэнка в сплочении их команды за прошедшие месяцы путешествия, Надя впивалась взглядом в Энн, пытаясь невербально внушить ей, что она говорит не с теми людьми. Филлис может использовать ее неосмотрительность против нее же самой позже, и это было очевидно. Но Энн была плохой партнершей в невербальном общении.
→As they drove south their road of tracks and transponders ran ahead of them, as distinct as any highway of paved concrete. It did not take Ann to point out how much this changed the feel of their travel; they were no longer exploring untouched land, and the nature of the landscape itself was altered, split left and right by the parallel lines of crosshatched wheel tracks, and by the green canisters slightly dimmed by a rime of dust, all marking for them “the way.” It wasn’t wilderness any more; that was the point of road-building, after all. They could leave the driving to Rover One’s automatic pilot, and often did.
0 Пока они ехали на юг, ориентируясь по своим следам, транспондеры мелькали вдоль пути, словно указатели расстояния на любом из земных бетонных шоссе. Энн даже не пыталась обратить внимание коллег, насколько изменились ощущения от их путешествия; они больше не исследовали нетронутые земли, даже природа самого пейзажа изменилась, будучи разделенным слева и справа параллельными линиями заштрихованными следами колес и зелеными банками, немного потемневшими от инея и пыли, которые обозначали для них “путь”. Это больше не было дикой местностью; это, в конце концов, было местом проведения дорожных работ. Они могли ставить первый марсоход на автопилот, что часто и делали.
→* * *
0 ***
→“Especially given the crowd at base camp,” Ann said.
0 — Особенно учитывая ту толпу в базовом лагере, — сказала Энн.
→“To Neptune,” corrected George. “We don’t want to invoke Ares too often, I don’t think.”
0 — Нептуну, — поправил Джордж. — Я не думаю, что надо призывать Ареса слишком часто.
→“It looks great,” Simon said. And it did: alien monument, dream visitation, it glowed like flesh in the long dusk, as if blood ran under its ice. “A temple to Ares.”
0 — Выглядит потрясающе, — сказал Саймон. И это сделал он: инопланетный памятник, встреча с мечтой, он светился, как плоть в бесконечных сумерках, как будто кровь бежала под этим льдом. — Храм Аресу.
→“I noticed the ice cylinders were the same size as the marble drums the Greeks used for their pillars,” George said, still pleased with himself. “After that it was obvious. And the miner is running perfectly, so we had some time to kill.”
0 — Я заметил, что ледяные цилиндры имеют одинаковый размер с мраморными барабанами, которые греки использовали для своих столбов, — сказал Джордж, продолжая быть довольным собой. — После этого все напрашивалось само собой. И горняк работает прекрасно, так что у нас было на что убить остаток времени.
→“George’s idea,” Phyllis said over the radio.
0 — Это была идея Джорджа, — пояснила Филлис по радио.
→When they got closer they saw that the columns were made of ice drums from the miner, stacked on top of each other. The disk that served as roof was rough-hewn.
0 Когда они подошли ближе, то увидели, что колонны были сделаны из ледяных барабанов горняка, сложенных один на другой. Диск, который служил крышей был грубо высечен.
→“What the hell?”
0 — Что это, черт возьми?
→Four days later they were off the ice. As they retraced their route back to Phyllis and George and Edvard, the three travelers rolled over a rise and came to a halt; there was a structure on the horizon. Out on the flat sediment of the chasma floor there stood a classical Greek temple, six Dorian columns of white marble, capped by a round flat roof.
0 Четыре дня спустя они оказались вне ледяной пустыни, выйдя к месту, где они расстались с Филлис, Джорджем и Эдвардом. Тройка путешественников пересекла возвышение и сделала привал; на горизонте просматривалась какая-то структура. На отложениях плоского дна каньона стоял классический греческий храм — шесть дорических колонн из белого мрамора, увенчанных круглой плоской крышей.
→* * *
0 ***
→Now she picked up her dish of lasagna, leaned back to stick it in the microwave. Beyond her the white waste gleamed under a black sky, as if the world outside were a photo negative. The clockface suddenly read 0:00:01.
0 Теперь она взяла блюдо с лазаньей и повернулась, чтобы вставить ее в микроволновую печь. За ней блестела белая пустыня под черным небом, как будто мир снаружи был фотонегативом. На циферблате вдруг проявилось 0:00:01.
→It didn’t work. Ann pursed her lips, stared out the window, shook her head. Her face could be so bleak; it couldn’t be explained entirely by Mars, there had to be something more to it, something that explained that intense internal spin, that anger. Bessie Smith land. It was hard to watch. When Maya was unhappy it was like Ella Fitzgerald singing a blues, you knew it was a put on, the exuberance just poured through it. But when Ann was unhappy, it hurt to watch it.
0 Но напрасно. Энн поджала губы, уставилась в окно и покачала головой. Ее лицо уже бывало настолько мрачным; и причина этому не могла крыться только в Марсе, здесь должно было быть нечто большее, то, что объясняло нечто интенсивно бурлящее внутри, что было причиной гнева. Край Бесси Смит*. Трудно было это видеть. Когда Майя была расстроенной, то походила на Эллу Фицджеральд** поющую блюз, но все знали, что это только видимость, избыток эмоций просто переполнял ее. Но когда Энн была расстроенной, было больно смотреть.
* - американская певица, одна из наиболее известных и влиятельных исполнительниц блюза 1920—1930-х годов
** - американская певица, одна из величайших вокалисток в истории джазовой музыки
* - американская певица, одна из наиболее известных и влиятельных исполнительниц блюза 1920—1930-х годов
** - американская певица, одна из величайших вокалисток в истории джазовой музыки
Резюме
- Пол:
- мужчина
- Родной язык:
- русский
- С нами:
- с 26 февраля 2012 г. (5347 дней) по приглашению Zarevich
- Деятельность:
-
2155 версий перевода
с общим рейтингом 22
369 комментариев
Карма: 1 (оценок: 1)