Сожалеем, но текст оригинала доступен только зарегистрированным пользователям. |
Стоя на пешеходном переходе напротив «Одакю Халк», я невзначай посмотрел на небо.
Небольшой его кусочек, пробивавшийся сквозь бетонные джунгли, которые окружили западный вход станции Синдзюку, хоть и не особо бодрил в это раннее утро, но всё же достаточно выделялся своей синевой на фоне серых улиц, отчего стало понятно: лето наконец наступило.
Чувство, когда наступает лето, для меня сродни терпкому тёплому воздуху, плавно спускающемуся с небес.
Крепко зажмурив глаза, я попытался представить эту картину.
Тотчас же я перенёсся на шестнадцать лет назад, в лето, которое довольно много значило для меня.
Всё внутри сжалось, и к горлу подступил ком. Я продолжал стоять, хотя светофор уже показывал зелёный. Опомнившись, я увидел, что остальные пешеходы уже почти перешли дорогу, и поспешил последовать за ними на станцию.
В это время тут не протолкнуться. У входа выстроились плотные очереди пассажиров, которых медленно поглощали станционные турникеты. Зрелище это нисколько не удивляло меня, не трогало. Когда же я перестал удивляться, что у каждого из мириад людей в этом городе есть своя жизнь? Спина моя будто налилась свинцом. От осознания, что мне исполнился 31 год, меня охватывала апатия. В этом не было ничего ужасного. Как, впрочем, и ничего хорошего.
Внезапно я понял, что совсем не хочу идти на работу.
Это было как-то совсем на меня не похоже. Детские мысли. Но если так подумать: а прогуливал я когда-нибудь уроки? И ведь на самом деле ни разу не прогуливал. Похоже, я вышел никудышным взрослым. Часто причина, по которой люди не могут повзрослеть, кроется в том, что они не сумели побыть детьми. Преимущества взрослой жизни для меня были большой загадкой. А раздумья по поводу того, что я не повзрослел, всё больше и больше терзали мою душу.
Я попытался вспомнить свои планы на сегодня. Встреч ни с кем не намечалось. Во всяком случае, я не собирался с кем-либо встречаться. Довольно туго мне потом придётся, но как-нибудь выкручусь. Свою рабочую сумку я оставил на вокзале, в камере хранения. Я достал из кармана свой мобильник и уже было собрался позвонить на работу… Однако, подумав, выключил его и положил обратно. Если уж прогуливать, то как ребёнок.
Я точно знал, куда хочу поехать. Сев на поезд линии Тюо, я прибыл на станцию Токио. Там же я купил два билета на «Тохоку-синкансэн»: один до Хатинохе, другой до Аомори. В 8:56 я сел на «Хаятэ» и, свернувшись клубком в тесном сиденье, задремал на три часа.
В Хатинохе я пересел на экспресс до Аомори. После 30 минут ожидания я сел в тепловоз на линии Цугару. Небольшой маршрут, проходящий через полуостров Цугару, в северной оконечности острова Хонсю. Сколько же на меня нахлынуло воспоминаний. Маленький двухвагонный поезд. В день по маршруту курсировало по пять таких.
Ничего не изменилось с тех пор. В безлюдном вагоне стояла удивительно уютная атмосфера. Этой дорогой пользовались все местные. Оттого в вагоне возникало особое ощущение близости.
Я же почувствовал себя немного отрешённым.
Ведь теперь я чужак. В этой атмосфере уюта я во всех отношениях посторонний человек.
На соседнем сиденье расположились влюблённые школьники. Я смотрел на них и улыбался. Они были одеты в форму моей средней школы. Они совсем не изменилась с той поры. Со своего места я прекрасно слышал их разговор. Болтали они о всякой детской ерунде. И в то же время было видно, как им хорошо. До чего искренним был их разговор…
Когда-то и в моей жизни было место такой искренности.
Может, это всё глупости, но я улыбался, ведь мне нет ничего дороже того времени.
Времени, когда у меня были верный друг и замечательная подруга. Мы всегда ездили вместе на этой самой электричке. Мне хотелось, чтобы тяжело волочившийся поезд шёл ещё медленней. Сейчас же то время мне представляется какой-то древней историей о далёком крае.
И ведь точно.
Я проделал немалый путь, чтобы доехать досюда.
Раньше я отчаянно пытался умчаться как можно дальше.
Видимо, именно сюда я жаждал попасть?
Не понимаю.
Чуть не доезжая до конечной, я вышел на «Цугару-Хамана».
Я быстро окинул взглядом небольшую стоянку для велосипедов, развернулся и направился в сторону города. Над головой возвышалась эстакада для так и не введённой в эксплуатацию железной дороги «Цугару Кайкё»*.
Дорога плавно уходила вверх, пока, наконец, не упиралась в цех мастерской, пришедшей со временем в упадок. Мастерскую окружал покосившийся забор, за которым расположилась небольшая гора. У меня ушло минут тридцать, чтобы забраться на неё.
Как только я выбрался из лесной чащи, я увидел невероятный пейзаж.
Перед моим взором предстал широкий светло-зелёный луг.
Всё поле было усеяно сорняками. В гуляющем по полю ветре чувствовался определенный синий аромат. Широкий, тянущийся до горизонта светло-зелёный мир.
Я неспешно шагал по полю, в то время как шелест травы под ногами легонько щекотал мой слух.
Вдалеке, справа от меня, стоял заброшенный железнодорожный вокзал. Он состоял из трёх выстроенных в ряд бетонных платформ. Сверху их соединял закрытый деревянный пешеходный переход. В некоторых местах виднелись дыры в полу и отсутствующие участки стен. Этот недостроенный вокзал так и не смог принять ни одного поезда.
Место, в которое нельзя приехать и из которого нельзя уехать.
Однако там хранилось то, что когда-то было для меня всем.
Я поднял голову наверх, и в глазах отразилось бескрайнее небо. Синее небо, по которому плыли массивные кучевые облака. Повернув голову, я заметил, как вслед за ней развернулось и небо, и оттого сложилось впечатление, будто меня опоясала его синева.
Высоко в небе пролетел самолёт.
Маленький белоснежный самолёт.
Белла Сьела…
Показалось.
Впрочем, его и не могло там быть. Этот самолёт парил лишь в моих далёких воспоминаниях. Его не было ни в одном журнале про самолёты. Этот необычный своим фюзеляжем самолёт и не мог там оказаться.
Белла Сьела…
Результат наших упорных стараний. Настолько прекрасный, что при взгляде на него накатывала грусть.
«Какой потрясающий…», — послышался голос Саюри.
Я знал, что и это плод моего воображения. Ни её, ни самолёта не могло тут быть. Это всего лишь взбудораженные этим местом частички моих воспоминаний.
И всё же призрачный образ девушки казался мне чересчур правдивым. Я услышал шаги Саюри позади, после чего она резво обогнала меня и обернулась. Ветер колыхал подол её коротенькой школьной юбки и волосы, подстриженные до плеч.
«Самолёт!», — радостно произнесла Саюри. Она выглядела точно так же, как и 16 лет назад, когда мы ещё учились в средней школе. Почему ты пришла ко мне именно такой? Ведь я бы узнал тебя даже взрослой.
Я ощутил дуновение ветра на коже и тут же пришёл в себя.
И самолёт, и фигура Саюри внезапно исчезли.
Некоторое время я продолжал бездумно смотреть в точку, где ещё совсем недавно стоял призрак девушки.
Я застыл, с изумлением переводя взгляд то на зелёную луговую траву, то на синее небо. Вдалеке я завидел мыс, который будто висел над землёй. За ним лежало море, окрашенное в прохладный чёрно-синий цвет. Одновременно оно казалось глубоким, тёмным и при этом необычайно прозрачным. Именно таким представал Сангарский пролив летом. За проливом виднелись слившиеся с небом серо-голубые очертания острова Хоккайдо.
Мне стало немного по себе.
Как будто там чего-то не хватало.
Точно. Не хватало башни.
Раньше, когда я страстно желал попасть в отделённый проливом Хоккайдо, на противоположном берегу в туманное небо устремлялась белоснежная башня.
Она была настолько большой, что её без труда можно было разглядеть с полуострова Цугару. Башня чем-то была похожа на космический лифт, который я как-то увидел в детском научном журнале. Прекрасная белоснежная прямая, словно начерченная по линейке. Гигантское сооружение прямиком из мира грёз, будто оставленное тут другой, внеземной цивилизацией. Но теперь её не увидеть.
Её попросту не стало.
Она навсегда потерялась.
Луговая трава струилась на ветру, чем-то напоминая неспокойное море. Внезапно я вновь почувствовал присутствие Саюри.
«Я постоянно думаю о том, что я что-то потерял. И всё же… до чего прекрасен наш мир».
Точно. Однажды она сказала то же самое. Едва ли у меня было хоть какое-то чувство прекрасного в средней школе, но те слова всё же каким-то образом нашли отклик в моём сердце. Это было задолго до начала войны. Тогда Хоккайдо ещё назывался «Эдзо», и он был вражеской территорией. Остров, который был так близко… и одновременно так далеко. Земля на краю неба, до которой не дотянуться.
Земля обетованная.
Точно. Тем летом, глядя на башню, мы втроём дали друг другу обет.
Для нас то место являлось землёй обетованной по ту сторону облаков
Башня была на моей совести.
Её, как и Саюри, больше не было.
Саюри… Где она сейчас? Почему мы не можем быть вместе?
Я слушал шелест травы и понуро начал загибать пальцы, пересчитывая всё то потерянное, загубленное и отвергнутое мной за эти десять лет. И хотя подобного было не так уж и много, на душе будто лежал камень.
Нетвёрдой походкой я направился в сторону вокзала. Тянущиеся вдоль рельсы то сходились, то вновь расходились. Я подошёл к проржавелому рельсу, сел на него и тихо заплакал. А вдруг я потерял именно то, чего никак не должен был терять? Впрочем, от этого никуда было не деться. Пока я, он и она оставались самими собой, на нашем пути не могло быть ни пересадок, ни смен пункта назначения.
Я так и сидел, словно вкопанный, пока на горизонте не заалело солнце. Наконец, я помотал головой, чтобы разогнать грусть, и не спеша поднялся, попутно отряхивая штаны от налипшей к ним ржавчины. Пора возвращаться домой. Оставив море позади, я мирно пошёл в обратную сторону.
daniel1024
05.10.20 в 00:29
|
|
Стоя на пешеходном переходе напротив "Одакю Халк", я невзначай посмотрел в небо.
daniel1024
05.10.20 в 00:30
|
|
Небольшой кусочек неба, что был виден из окруженного со всех сторон небоскрёбами западного входа на станцию Синдзюку, хоть и не казался бодрящим в это ранее утро, но его синева достаточно чётко выделялась на фоне серых улиц, и оттого появлялось чувство, что лето наконец наступило.
daniel1024
03.03.19 в 10:04
|
|
Для меня оно было подобно облаку насыщенного летнего воздуха, неспешно спускающегося с небес.
daniel1024
27.10.19 в 18:29
|
|
Я крепко зажмурил глаза и попытался представить себе это зрелище.
daniel1024
27.10.19 в 18:49
|
|
В голове сразу возникло лето шестнадцатилетней давности, которое было для меня весьма особенным.
daniel1024
27.10.19 в 19:02
|
|
Всё внутри сжалось и мне захотелось заплакать.
daniel1024
03.11.19 в 15:30
|
|
Я продолжал стоять, хотя зелёный свет уже загорелся.
daniel1024
04.11.19 в 18:43
|
|
Опомнишись, увидел, что остальные пешеходы уже почти перешли дорогу и поспешил последовать за ними в сторону входа на станцию.
daniel1024
10.11.19 в 19:57
|
|
Станция Синдзюку была в разгаре утреннего часа пик.
daniel1024
10.11.19 в 20:09
|
|
У входа выстроились плотные очереди пассажиров, которых медленно поглощали станционные турникеты.
daniel1024
10.11.19 в 20:18
|
|
Зрелище это ни сколько не удивляло меня, не трогало.
daniel1024
24.12.19 в 02:11
|
|
Когда же я перестал удивляться, что у каждого из мириад людей, живущих в этом городе, есть своя собственная жизнь?
daniel1024
24.12.19 в 16:57
|
|
Я чувствовал как спину тяготит усталость.
daniel1024
28.03.20 в 02:25
|
|
Я был охвачен апатией от того, что мне исполнился тридцать один год.
daniel1024
28.03.20 в 02:28
|
|
В этом не было ничего ужасного.
daniel1024
28.03.20 в 02:30
|
|
Впрочем, и хорошего в этом было мало.
daniel1024
28.03.20 в 02:30
|
|
Внезапно я подумал, что не хочу идти на работу сегодня.
semenovanadia
28.04.20 в 14:39
|
|
|
|
+1
|
|
|
+1
|
Но если поразмыслить, а прогуливал ли я школу в детстве?
semenovanadia
28.04.20 в 14:41
|
|
|
|
+1
|
В конце концов, я не смог повзрослеть.
semenovanadia
28.04.20 в 14:44
|
|
Людям, которым не удалось в своё время побыть детьми в полной мере, трудно привыкнуть к совершеннолетию.
daniel1024
23.05.20 в 18:55
|
|
Я понятия не имел о преимуществах взрослой жизни.
daniel1024
26.05.20 в 17:17
|
|
Сомнения же по поводу того, что я так и не смог повзрослеть продолжали копиться во мне словно напряжение в мышцах.
daniel1024
27.05.20 в 03:24
|
|
Я попытался вспомнить свои планы на сегодня.
daniel1024
26.05.20 в 17:30
|
|
Встречей ни с кем не намечалось.
daniel1024
26.05.20 в 17:32
|
|
Срочных задач на работе тоже не было, поэтому я решил, что как-нибудь уж выкручусь.
daniel1024
26.05.20 в 17:37
|
|
Свою рабочую сумку я оставил в камере хранения на вокзале.
daniel1024
26.05.20 в 17:41
|
|
Достав из кармана мобильный телефон, я уже собирался позвонить на работу...
daniel1024
26.05.20 в 17:42
|
|
Однако, ещё раз подумав, решил выключить его и убрать обратно в карман.
daniel1024
15.06.20 в 16:58
|
|
Если уж прогуливать, то делать это как в детстве.
daniel1024
15.06.20 в 17:01
|
|
Сомнений куда отправиться не было.
daniel1024
15.06.20 в 17:06
|
|
Сев на поезд линии Тюо, я доехал до станции Токио.
daniel1024
15.06.20 в 17:08
|
|
На станции я купил два билета: один на "Тохоку-синкансэн" до Хатинохе, другой до Аомори. Когда наступило 8:56, сел на "Хаятэ" и, сжавшись в тесном сиденье, задремал на три часа.
daniel1024
15.06.20 в 17:28
|
|
В Хатинохе я пересел на экспресс до Аомори.
daniel1024
15.06.20 в 17:31
|
|
После 30 минут ожидания в Аомори я сел на дизельную электричку линии Цугару.
daniel1024
15.06.20 в 17:35
|
|
Небольшой маршрут, пролегающий через полуостров Цугару, в северной оконечности острова Хонсю.
daniel1024
22.06.20 в 15:08
|
|
Сколько воспоминаний он у меня вызывал.
daniel1024
22.06.20 в 15:09
|
|
Маленький двухвагонный поезд.
daniel1024
22.06.20 в 15:15
|
|
В день по маршруту курсировало по пять таких.
daniel1024
22.06.20 в 15:54
|
|
Ничего не изменилось с тех пор.
daniel1024
22.06.20 в 15:26
|
|
В безлюдном вагоне стояла какая-то необычно тёплая атмосфера.
daniel1024
23.06.20 в 15:23
|
|
Этой дорогой пользовались все местные.
daniel1024
23.06.20 в 15:27
|
|
Оттого в вагоне возникало особое ощущение близости.
daniel1024
23.06.20 в 15:31
|
|
Я же ощутил небольшое чувство отчуждения.
daniel1024
23.06.20 в 15:41
|
|
Теперь я был здесь чужаком.
daniel1024
24.06.20 в 15:40
|
|
Для меня больше не было места в этой атмосфере близости.
daniel1024
24.06.20 в 15:52
|
|
На соседнем сиденье сидели влюбленные школьники.
daniel1024
24.06.20 в 16:07
|
|
