The two-headed eagle / Двуглавый орел: Глава восьмая

Глава восьмая
Убогий Карсо

Oigene 03.09.16 в 12:38

Из всего этого получилось просто чудесное повествование, когда я на аэродроме Капровидзы делал тем вечером доклад гауптману Краличеку. И дело даже не в том, что я сбил летательный аппарат легче воздуха, когда для этого не было даже соответствующих форм отчетности, но и полностью испортил его отчетные графики всего августа.

Oigene 03.09.16 в 13:15

Инструкции военно-воздушных сил ясно гласили, что при учете воздушных побед пилотов один дирижабль соответствует пяти машинам тяжелее воздуха. Это означало, что новый, неохотно введенный Краличеком график уничтоженных воздушных судов противника в августе так резко устремлялся вверх, что даже сам дирижабль не мог бы набрать высоту с такой скоростью. В конце концов Краличеку пришлось приклеить дополнительный лист миллиметровки над основным, чтобы всё уместить.

mrs_owl 03.09.16 в 19:29

Это само по себе уже было достаточно плохо, но когда я рассказал ему, что мы бомбардировали дирижабль радиоустановкой, его и так обычно бледная физиономия приняла синюшно-белый оттенок рыбьего подбрюшья.

mrs_owl 03.09.16 в 15:04

— Вы... вы ... что? — пролепетал он, ошеломлённо заикаясь.
— Осмелюсь доложить, я сбросил на него радиоустановку. Я расстрелял в эту штуку пять обойм, но безрезультатно. Больше мы ничего не могли сделать, разве что протаранить его. Но в чём проблема? Уничтожение вражеского дирижабля несомненно стоит рации по любому обменному курсу.

nvs1408 03.09.16 в 17:25

— Что значит — стоит рации, вы, ненормальный! Этот радиотехнический прибор был сверхсекретной единицей оборудования, бесценной для врага. А вы взяли и бросили его на их территории! Боже милостивый... Вы понимаете, что вас могут отдать под трибунал за разглашение противнику военной тайны?

nvs1408 03.09.16 в 17:37

Я попытался уверить его, что после падения с высоты примерно три тысячи метров такой хрупкий предмет, как рация, практически взрывается от удара, превращаясь в тысячу неопознаваемых фрагментов. Но его это не убедило — к несчастью, он припомнил случившийся в мае странный инцидент, когда корректировщик Тотта, бедный лейтенант Розенбаум, свалился примерно с такой же высоты, приземлившись в оранжерее женского монастыря в Гёрце, мёртвый, но без единой царапины. Краличек помолчал некоторое время, неодобрительно разглядывая меня сквозь очки. Наконец, слабая самодовольная ухмылка вернула некоторый цвет его лицу.

nvs1408 04.09.16 в 00:01

— Герр линиеншиффслейтенант, - сказал он самым напыщенным тоном, — дорогой герр линиеншиффслейтенант, должен сообщить, что у вас очень серьёзные неприятности. И у вас есть только один выход. Я задержу свой отчёт об этом постыдном инциденте при условии, что вы и цугфюрер Тотт при первой же возможности вылетите и попытаетесь найти обломки рации. Если вам удастся вернуть её, даже разбитой, тогда Военное министерство, возможно — подчёркиваю, лишь возможно — удовлетворится тем, что взыщет с вас её стоимость, эээ, дайте подумать... Семь тысяч пятьсот восемьдесят крон. Если же вам не удастся её найти — боюсь, мой отчёт о её потере будет отправлен в штаб Пятой армии самое позднее завтра вечером. Вам ясно?

nvs1408 04.09.16 в 00:18

Я возразил, что это совершенно нелепое задание. Не говоря даже об опасностях приземления близ границы, в тылу врага, я не имел представления, где выбросил рацию, где-то плюс-минус километр, а если бы даже имел — она либо разбилась на бесчисленные осколки о скалы Карсо, либо потонула в глубоких болотах Изонцо.

nvs1408 04.09.16 в 00:37

Однако война есть война, и приказ командира есть приказ, особенно если он подкреплен угрозой военного трибунала. Так что на следующее утро с первыми лучами солнца мы с Тоттом отправились с аэродрома Капровидза на задание, выглядевшее самым опасным за всю мою трехнедельную карьеру офицера-наблюдателя.

mrs_owl 04.09.16 в 12:24

Сравнив наши воспоминания о вчерашних событиях и сверив их с картой, мы в конце концов сузили зону поисков до двух квадратных километров болот и пастбищ между городом Монфальконе и рекой Изонцо, к югу от дороги на Червиньяно. Мы смогли связаться по телефону с несколькими передовыми наблюдательными постами, и они более или менее это подтвердили, вместе со впередсмотрящими с "Праги", которые определили наше местоположение, завидев рядом с дирижаблем.

mrs_owl 04.09.16 в 12:38

Даже после этого в то утро я не надеялся найти ничего, кроме смерти или плена. Район поисков был всего в паре километров от итальянских позиций, и, несомненно, там будет полно солдат и пушек.

mrs_owl 04.09.16 в 12:28

Лучшее, на что мы могли рассчитывать, что абсолютное, неприкрытое нахальство нашей миссии — лететь средь бела дня на сверхнизкой высоте над территорией врага — так ошеломит итальянцев, что собьет им прицел.

mrs_owl 04.09.16 в 12:53

Мы пересекли линию фронта восточнее Градиска-д'Изонцо, воспользовавшись утренним туманом, затем широким полукругом повели "Ллойд" на пастбище в слабонаселенном болотистом районе к югу от Червиньяно.

mrs_owl 04.09.16 в 12:59

Там мы прождали почти до десяти утра, когда солнце уже разгоняло с равнин последние клочья тумана, затем снова взлетели и зашли на Монфальконе с запада, держась на низкой высоте и надеясь сойти за итальянский аэроплан, если нас заметят. Вот тут и началось веселье. Первые два пролёта над зоной поисков прошли благополучно — за исключением того, что я не увидел и следа рации, обшаривая землю под нами через бинокль.

mrs_owl 04.09.16 в 13:14

Но в третий раз, прочесывая южное направление, мы прошли над палаточным лагерем, и какой-то часовой заметил чёрные кресты под нашими крыльями. Они открыли огонь, среди палаток внезапно замелькало множество ярких маленьких вспышек.

nvs1408 04.09.16 в 14:51

К ним присоединились пулемёты, посылая в нашу сторону трассирующие очереди, а вскоре полёт уже сопровождали взрывы и клубы дыма от зениток. Пока зенитчики определяли дальность, рвущиеся вверху и впереди снаряды швыряли нас из стороны в сторону, как мальчишки на улице пинают пустую консервную банку.

nvs1408 04.09.16 в 15:17

Затем я увидел её, прямо посреди поля: помятая, деформированная металлическая коробка, размером и формой похожая на нашу рацию. Я дал сигнал Тотту развернуться и садиться.

mrs_owl 04.09.16 в 12:33

Даже по высоким стандартам Тотта это был великолепный образец пилотажа — развернуть аэроплан и посадить его под огнём, в квадрате размером примерно сто на сто метров.

nvs1408 04.09.16 в 15:36

Я могу лишь предполагать, почему мы остались в живых — то ли итальянские артиллеристы решили, что подбили нас, то ли подумали, будто мы сошли с ума. Во всяком случае, их огонь ослаб достаточно надолго, чтобы я сумел выбраться из кабины и подбежать к металлическому ящику.

nvs1408 04.09.16 в 16:39

Действительно, это были остатки рации. Корпус разбился от удара, а его содержимое разлетелось в радиусе добрых пятидесяти метров. Я увидел чудесным образом уцелевшую радиолампу и металлическое основание другой.

nvs1408 04.09.16 в 16:47

Я знал о радиоустановках достаточно, чтобы понимать — эти лампы действительно представляют интерес для вражеской военной разведки, так что я подобрал их и побежал обратно к "Ллойду". Он был наготове, двигатель молотил на холостом ходу. Едва я добрался до аэроплана, на краю поля появились первые итальянские солдаты. Они закричали, потом стали стрелять.

nvs1408 04.09.16 в 17:20

Задыхаясь и в замешательстве забыв про страх, я быстро взвёл пулемёт Шварцлозе и дал по ним пару очередей, удерживая их на расстоянии, пока Тотт разворачивал по ветру нос аэроплана и давил на рычаг газа.

nvs1408 04.09.16 в 20:59

Пока мы, болтаясь, набирали высоту, вокруг нас свистели пули.
Мы сделали это, несмотря ни на что — нашли остатки радиоустановки и завладели ими в количестве, достаточном для убеждения самого непреклонного офицера контрразведки в том, что эта штуковина от удара разбилась до состояния, в котором никто и никогда не сможет определить, как она работала.

nvs1408 04.09.16 в 21:31

Вскоре выяснилось, что это была самая простая часть нашей затеи. Едва мы поднялись в воздух и направились к Лисертским болотам, как итальянская зенитная артиллерия снова взяла нас на прицел. На этот раз они не намеревались позволить нам вырваться.

nvs1408 04.09.16 в 22:25

Мы пролетели над разбитыми, лишёнными крыш зданиями Монфальконе, направляясь к краю плато Карсо, в безопасное место — к нашим рубежам среди холмов к северо-востоку от города. Вокруг рвались снаряды. Потом случилось неизбежное — вспышка и сильный оглушительный удар в правый борт, что-то врезалось мне в плечо.

nvs1408 05.09.16 в 06:56

Когда я пришёл в себя, а Тотт снова выровнял аэроплан, я увидел, что нижнее правое крыло раздроблено и превратилось в клубок планок и лохмотьев обшивки. Кроме того, фюзеляж и крылья были изрешечены осколками снаряда. Один из осколков, как я позже узнал, прошёл через плечо моей лётной куртки и слегка задел кожу под ней, оставив слабый коричневый след от ожога, который у меня остался и по сей день.

nvs1408 05.09.16 в 08:56

Но это еще не самое худшее — двигатель захлебывался, пар и кипящая вода с шипением вырывались из радиатора над верхним крылом. Мы уворачивались от обжигающих брызг, а Тотт изо всех сил пытался удержать аэроплан в воздухе. Мы теряли высоту, а впереди на нас надвигался голый и низкий известняковый хребет мышиного цвета. Камни были испещрены воронками от снарядов и покрыты тёмными полосами проволочных заграждений.

nvs1408 05.09.16 в 09:17

Мы приближались к печально известному горному кряжу Швиньяк. Этот Швиньяк, на словенском — что-то вроде "Холм-свинья", и в самом деле изрядно походил на спящую свинью. Вряд ли он мог кого-нибудь заинтересовать перед войной — просто пустынный, разрушающийся известняковый хребет, такой же, как сотни других гребней на плато Карсо — унылая куча камней, да кустарник, едва способный обеспечить пропитание стаду тощих коз.

nvs1408 05.09.16 в 10:41

Но с начала 1916 года за это место шли самые ожесточенные бои на австро-итальянском фронте, его постоянно бомбардировали и перезахватывали, и линия фронта перемещалась вверх-вниз по пустынным склонам.

victoria_vn 05.09.16 в 07:30

Австрийский оплот на северном краю Карсо, Монте-Сан-Микеле, был взят уже неделю назад, но южный оплот здесь, на краю Адриатики, стоял твердо, к сильному неудовольствию генерала Кадорны, который явно намеревался захватить наши позиции — холм 144, Швиньяк и Дебели-Врх — и обойти австрийцев с фланга.

victoria_vn 05.09.16 в 07:35

Таким образом, мы с Тоттом угодили в одну из самых горячих точек европейской цивилизации 1916 года. Оставался единственный вопрос: сможем ли мы достаточно долго удерживать "Ллойд" в воздухе, чтобы приземлиться на нашей стороне?

victoria_vn 05.09.16 в 07:43

Ответ оказался таким: почти, но не совсем. Двигатель заглох, когда мы пересекли итальянские передние траншеи, и мы наконец ударились о землю, пролетев приблизительно две трети нейтральной полосы, как раз перед первой полосой наших проволочных заграждений.

victoria_vn 05.09.16 в 07:52

Сначала я решил, что нам это не сильно поможет, услышав пугающе оглушительный хруст разламывающегося шасси аэроплана, а днище заскользило среди нагромождения скал, которые в этих краях считались землей. Думаю, на самом деле нас спас удар о внешний ряд колючей проволоки, остановивший нас, как тормозной трос на палубе авианосца, прежде чем мы успели проскользить довольно далеко на разваливающемся на куски аэроплане.

victoria_vn 05.09.16 в 09:41

Во всяком случае, я помню лишь резкий толчок при торможении, потом - как меня отбросило от Тотта, и мы вдвоем перелезли через борт с порезами, синяками и ушибами, но в целом невредимые, и нырнули в укрытие в ближайшую воронку, когда вокруг засвистели первые пули.

victoria_vn 05.09.16 в 10:24

В воронке мне тут же инстинктивно захотелось выкарабкаться обратно, невзирая на трескотню пуль наверху. Даже под градом свинца в двух метрах над головой было потрясением обнаружить, что воронка уже занята.

mrs_owl 05.09.16 в 10:22

Что касается ее обитателя, он, по-видимому, не возражал против вторжения и лишь приветственно ухмылялся. С первого взгляда было очевидно, что он находится тут уже довольно долго. Однако я всегда считал удивительным, как быстро человек привыкает к тому, от чего в других обстоятельствах покрылся бы мурашками отвращения. И это вдвойне верно, если (как в нашем случае) приподнять голову над краем воронки, чтобы поискать другое укрытие, определённо означало тут же этой головы лишиться.

mrs_owl 05.09.16 в 10:30

Мы с Тоттом быстро сошлись во мнении, что в целом мертвые менее опасны, чем живые, и устроились поудобнее, стараясь не смотреть на нашего компаньона, лежащего на спине у противоположного края, уставившись пустыми глазницами в безоблачное голубое небо. Думаю, это был итальянец, но не уверен.

mrs_owl 05.09.16 в 10:39

Обе армии носили серую форму, наша — слегка синеватого оттенка, а их — зеленоватого, но месяцы солнца, дождя и пыли давно уже стёрли эти различия. В любом случае, я не собирался проводить посмертное расследование — в покойниках есть молчаливая завершённость, от которой такие мелкие вопросы, как национальность, делаются смешными.

nvs1408 05.09.16 в 11:44

Я обдумывал наше положение. Мы оба пережили крушение невредимыми, и я предполагал — если на оставшиеся дневные часы мы скованы вражеским огнём, то, должно быть, ниже по склону наши люди так же удерживают итальяцев, так что до нас они не доберутся.

nvs1408 05.09.16 в 13:33

Когда мы только заползли в воронку, рядом разорвался небольшой снаряд, но с тех пор было тихо, из чего я заключил, что противник будет ждать до темноты, а затем вышлет наряд, чтобы снять с обломков аэроплана всё, представляющее хоть какой-то интерес. Я к тому времени намеревался поджечь его и уйти.

mrs_owl 05.09.16 в 16:38

А пока нам предстояло просто лежать в воронке под обжигающим солнцем и с трупом за компанию, считая часы до заката.

mrs_owl 05.09.16 в 16:31

Я посмотрел на часы: одиннадцать тридцать пять. Значит, придется поджариваться здесь еще десять часов, прежде чем станет достаточно темно для побега. Во рту уже пересохло от волнения и напряжения. Мы с Тоттом попытались устроить тень, навесив летные куртки на пару кусков колючей проволоки, натянутой между обломками винтовки, найденной на дне ямы.

mrs_owl 05.09.16 в 16:46

Мы стали ждать, стараясь не обращать внимания на огромных мух, заметивших нас и начавших собираться в рой. Меня озадачило, что при наличии в округе множества интересных объектов, которые мог найти и самый нечувствительный нос, эти насекомые уделяли столько внимания живым.

mrs_owl 05.09.16 в 16:52

Помимо зловония, у этой пустоши была и другая особенность, которая произвела на меня впечатление, пока мы лежали там в то августовское утро - это невообразимый шум.

victoria_vn 05.09.16 в 23:32

Как я полагаю, на Швиньяке это называлось "затишьем" - поскольку обе армии на какое-то время выдохлись, сражаясь за эту высоту. Но даже сейчас снаряды непрерывно свистели и грохотали над головой, выискивая тропинки и окопы в тылу и бредущих по ним потеющих солдат, отряженных на доставку обеда на передовую.

Oigene 06.09.16 в 13:11

Непрерывно трещали винтовки, словно на стерне после сбора урожая горел сухой хворост. Казалось, одного выстрела достаточно, чтобы вызвать перестрелку, не утихающую несколько минут. Почти как лай деревенской собаки ночью, заставляющий лаять всех остальных псов в округе, пока не устанут. Я подумал, если это затишье, каково же тогда, когда действительно шумно? Однако посреди этого грохота иногда, как ни странно, можно было разобрать обычные бытовые звуки вроде бряцания туалетного ведра в соседнем окопе. Иногда кто-нибудь ломал на дрова ящики или свистел. Звуки напоминали нам, что этот унылый склон, ещё два года назад безлюдный, как арктическая тундра, теперь кишел людьми, точно городская улица.

nvs1408 06.09.16 в 09:28

Около полудня шум выстрелов стих настолько, что я, не веря своим ушам, услышал слабые звуки, доносившиеся с переднего края, примерно в двухстах метрах вверх по склону. Это был скрипач, наигрывавший мелодию "In Prater blühn wieder die Bäume" [28], очень популярную в то лето 1916 года. Её сентиментальные звуки производили странное впечатление в этом похожем на склеп месте, не говоря уже о том, что у меня от самой этой музыки сводило челюсть.

nvs1408 06.09.16 в 09:43

Хотя оперетты по большей части доставляли мне удовольствие, я никогда не испытывал особого интереса к слащавым пьескам в стиле Шраммеля, всегда вызывавшим в воображении образ толстого чиновника, рыдающего воскресным вечером над пол-литровой кружкой вина в венском хойриге-гарден [29]. Во всяком случае, даже с такого расстояния было слышно, что музыкант не особенно хорош — возможно, для своих товарищей он был даже худшим испытанием, чем зловоние и мухи.

nvs1408 06.09.16 в 10:02

Потом где-то ниже по склону послышался тяжёлый глухой удар. Через несколько секунд, взглянув вверх, мы увидели в небе объект, похожий на пивную бочку с плавниками, летящую к нам с искрящемся шлейфом позади.

nvs1408 06.09.16 в 10:48