The two-headed eagle / Двуглавый орел: Глава двенадцатая

Глава двенадцатая
Надлежащая законная процедура

holamgadol 11.09.16 в 16:35

Следующее утро выдалось облачным, но спокойным. Местом казни назначили военный плац между Вилла-Опичина и Требичиано на пустынном карстовом плато, возвышающемся над Триестом — унылом ровном пространстве среди редких сосен, продуваемом ветрами, где вся растительность годами вытаптывалась солдатскими сапогами под рёв приказов сержантов. Я чувствовал облегчение — как я полагал, первоначально Каррачоло собирались расстрелять у крепостной стены в центре города, но потом решили перенести эту жуткую церемонию сюда, на гору, опасаясь возможных беспорядков и демонстраций городских итальянцев.

nvs1408 08.10.16 в 00:42

Неподалёку было маленькое запущенное кладбище, где когда-то хоронили жертв оспы из города внизу. После казни тело тайно похоронят здесь, в безымянной могиле. В старой Австрии имелся многолетний опыт подобных действий, и я знал, что энтузиазм патриотов, желающих возложить на могилу венки, сильно поубавится при мысли, что им придётся тащиться сюда из Триеста.

nvs1408 08.10.16 в 00:48

С первыми лучами солнца мы с Мейерхофером прибыли туда на штабной машине. Мы почти не разговаривали, внутри у нас всё сжималось от дурных предчувствий, но что толку было нервничать и болтать? Тем холодным осенним утром, пока небо над Липиццей постепенно светлело, мы молча стояли в ожидании. Нам с трудом удалось получить разрешение там присутствовать.

nvs1408 08.10.16 в 09:52

У меня состоялся неприятный разговор с командующим военно-морским округом, контр-адмиралом, бароном фон Куделкой. Я объяснял, почему мне следует присутствовать на казни, как представителю австро-венгерского военно-морского флота. В конце концов я был вынужден аргументировать тем, что поскольку город Фиуме входит в семьдесят второй военный округ, откуда набирают новобранцев для пополнения личного состава флота, технически майор Каррачоло мог считаться дезертиром императорского и королевского военно-морского флота.

nvs1408 08.10.16 в 10:02

Адмирал удивлённо посмотрел на меня, видимо, задаваясь вопросом, не коллекционирую ли я наручники и кожаные ремни.

nvs1408 08.10.16 в 10:05

— Хм. Отчего вы так стремитесь на казнь, Прохазка? Интересуетесь такими вещами? Сам я всегда старался этого избегать, с тех пор как лейтенантом на миноносце вынужден был присутствовать при повешении одного из членов экипажа, зарезавшего вагоновожатого в Заре. Если хотите моего совета — оставьте это полицейскому департаменту, им это доставляет удовольствие.

nvs1408 08.10.16 в 10:18

— Смею заверить, казнь не представляет для меня никакого интереса, герр адмирал. Просто мы с однополчанами... эээ... возмущены подлым вероломством этого человека в отношении императора и короля и его низким предательством Австрийского императорского дома.

nvs1408 08.10.16 в 10:22

— Вы... что?
— Возмущены его предательством, герр адмирал. И мы убеждены, что когда эта свинья получит по заслугам, должны присутствовать представители и армии, и флота, чтобы увидеть, как свершится правосудие.

nvs1408 08.10.16 в 10:27

— Но бога ради, Прохазка, насколько мне известно, этот ваш итальянец — австрийский подданный только в самом формальном смысле слова. Чёрт побери, если мы станем расстреливать каждого, кто уклонился от службы в австро-венгерской армии и покинул эту страну за прошедшие тридцать лет, всем военным заводам придётся сверхурочно производить боеприпасы. Я сказал бы, что примерно две трети американской армии формально — австрийские подданные. Да, как командующий округом, я согласен, что этот тип заслуживает расстрела, но как моряк и понюхавший пороху солдат Австрийского императорского дома, должен сказать, что это отвратительно. Я считаю, что военные ищут жертвы для устрашения остальных, и откровенно говоря, меня удивляет, что вам, молодым, хочется участвовать в этом жалком фарсе. Проклятые войны разрушают всё, что нам было дорого. Даже молодые офицеры становятся теперь педантами и доносчиками — не лучше кучки пруссаков. Честно говоря, от кавалера ордена Марии Терезии я ожидал большего. Ну ладно, получайте...
Он презрительно нацарапал что-то на листке бумаги.
— Вот ваше проклятое разрешение, подавитесь. Увидите, как какого-то несчастного привяжут к столбу и расстреляют, и второй раз смотреть на это вам не захочется.

nvs1408 08.10.16 в 20:52

И вот мы стоим на плацу в ожидании, подкрепившись лишь глотком из фляжки Мейерхофера. Я посмотрел на часы — шесть десять. Нам сказали — в половине седьмого. Может, они приедут позднее, если вообще появятся? Что, если они приедут раньше? На лекциях по тактике в Военно-морской академии нам всегда говорили, что военные операции следует планировать по меньшей мере на семьдесят пять процентов, а около двадцати пяти процентов оставлять на волю случая. Дрожа от холода тем ранним утром, я начинал подозревать, что мы отличным образом инвертировали эту пропорцию.

nvs1408 08.10.16 в 21:35

Наконец мы услышали лязг и скрежет мотора грузовика, с трудом преодолевавшего последние повороты петляющей зигзагами дороги от Триеста. В нём ехала расстрельная команда — десять юных, жалко выглядящих солдат во главе с лейтенантом, лицо которого выдавало желание оказаться в любом другом месте, где угодно, только не здесь и не сейчас.

nvs1408 08.10.16 в 21:45

За грузовиком следовал автомобиль с печально известным майором Бауманном, которому всегда нравилось присутствовать на казнях своих жертв, и капитаном из канцелярии военного суда.

nvs1408 08.10.16 в 21:50

Их сопровождал военный капеллан с двумя золотыми полосками на манжетах сутаны и военврач с чёрным саквояжем — полагаю, чтобы удостоверить смерть. Группа рабочих только что закончила устанавливать на каменистом плацу столб и провела белую черту в десяти шагах перед ним.

nvs1408 08.10.16 в 22:00

Последним, немного позади остальных, прибыл второй грузовик. Он с грохотом остановился, два солдата, вооружённых винтовками с пристёгнутыми штыками, вышли и откинули борт. В грузовике сидел главный герой представления, в наручниках, в сопровождении ещё четырех солдат. Ему помогли спуститься из грузовика, не особенно любезно.

nvs1408 08.10.16 в 22:07

Он выглядел бледным и измученным — видимо, Бауманн и его подручные применяли свои обычные методы даже к тем заключённым, которые сознавались во всём с самого начала. Но я видел, что даже почти наголо остриженный, в залатанной пехотной форме на несколько размеров больше, чем нужно, майор ди Каррачоло всё же держится с достоинством и выправкой настоящего офицера. Я снова взглянул на часы.

nvs1408 08.10.16 в 22:18

Уже шесть семнадцать. Мы с Мейерхофером прислушивались, пытаясь уловить любой непривычный звук, но до сих пор нам удалось различить только шум города внизу, пробуждавшегося, чтобы встретить ещё один день войны — свистки локомотивов на товарной станции и заводские гудки. И конечно, постоянный приглушённый грохот артиллерии вдалеке, на Карсо.

nvs1408 08.10.16 в 22:24

Начиналась процедура исполнения приговора. Я только однажды присутствовал на казни — моей собственной, в форте посреди Аравийской пустыни в 1915 году, когда туркам взбрело в голову повесить меня как шпиона. Но сейчас я впервые наблюдал эту процедуру как свидетель, и это лишь увеличивало мое глубокое отвращение к смертной казни.

nvs1408 08.10.16 в 23:56

Убить человека в бою не слишком трудно — я уже много раз это делал, и мне наверняка предстоит не раз сделать это снова. При этом обычно нет времени рассуждать, изобретать лучшие причины, чем ту, что противник неизбежно убьёт тебя, если ты не убьёшь первым. В процедуре, которую я наблюдал тем утром, самым гадким стало то, что всё выполнялось хладнокровно и обдуманно. Они делали это в тысячу раз отвратительнее и подлее, чем самый отпетый мерзавец, всаживающий в драке нож в спину хозяину пивнушки.

nvs1408 09.10.16 в 10:53

Сначала промаршировал расстрельный взвод, одного за другим солдат по команде направляли к грузовику, где они брали заряженные винтовки. В двух из десяти были холостые патроны, так что новобранцы могли впоследствии утешаться, думая, что это не его пуля сразила беззащитного человека — на самом деле слабая отговорка, ведь каждый, кто когда-либо стрелял из армейской винтовки, сразу почувствует разницу в отдаче между боевым патроном и холостым.

nvs1408 09.10.16 в 11:06

Эта часть представления завершилась, пленного вывели и привязали к столбу. Потом, к моему удивлению, к нему подошёл доктор с чёрным саквояжем, вытащил стетоскоп и расстегнул китель ди Каррачоло. Врач приложил инструмент к груди смертника, потом пощупал его пульс.

nvs1408 09.10.16 в 11:11

— Что он делает? — прошептал я Мейерхоферу.
— Проверяет, годится ли бедняга для смертной казни.
— А если нет, что тогда?
— Думаю, они отправят его в тюремный госпиталь, а потом, когда ему станет лучше, опять привезут сюда и расстреляют.
Медицина сделала для жертвы то немногое, что могла, теперь настал черёд католической церкви. Её представлял молодой капеллан с распятием и в лиловой траурной епитрахили. Кажется, тут возникли проблемы. Подошёл Бауманн, потом капеллан подал мне знак присоединиться к ним. Ди Каррачоло был сконфужен и отказывался говорить по-немецки.

nvs1408 09.10.16 в 11:44

— Tenente, — сказал он, улыбнувшись, — боюсь, что нервное напряжение из-за приготовлений к расстрелу заставило меня забыть немецкий. Не будете ли вы так любезны сказать этим людям, что я агностик и франкмасон, так что мне, конечно, не нужны услуги этого реакционера в чёрной рясе.
Я перевёл это замечание для капеллана и майора Бауманна. На мгновение мне показалось, что Бауманн, этот огромный, краснолицый человек с постоянно наклонённой, как у быка, головой, сейчас взорвётся. Он выпучил глаза и побагровел от злости.

nvs1408 09.10.16 в 13:20

— Да как ты смеешь, ползучая итальянская гадюка! Ты сейчас подчиняешься военным законам, и если я велел тебе получить отпущение грехов, значит, ты его, чёрт возьми, получишь! Понятно? Герр капеллан, немедленно отпустите грехи этому ублюдку и дайте ему последнее напутствие, чтобы мы, наконец, смогли его расстрелять.

nvs1408 09.10.16 в 13:28

— Но, герр оберст, пленный отказывается исповедаться...
— Делайте что сказано, черт возьми!
Так что ди Каррачоло поспешно отпустили грехи и помазали миром "in nomine patris et filii et spiritu sancti" [35].
Затем капеллан быстро удалился, чтобы уступить место сержанту, несущему металлический диск на веревке.

nvs1408 09.10.16 в 13:33

Это была крышка от жестяной консервной банки. Он повесил её майору на шею, чтобы она оказалась прямо напротив сердца, как мишень для расстрельной команды.
Наши ребята уже добрых четверть часа должны быть в воздухе, чтобы отобрать дичь. Где же они? Мейерхфер сказал, что они, конечно, видели, как он сбросил контейнер с сообщением. Внезапно мои размышления были прерваны.

nvs1408 09.10.16 в 13:47

— С вашего позволения, герр лейтенант, герр майор. Снова этот пленный — он хочет поговорить с вами обоими. Я опять пошёл к ди Каррачоло, привязанному к столбу, но пока ещё не с завязанными глазами. Бауманн, наклонив голову, шествовал рядом со мной и бормотал, захлёбываясь от злости:

nvs1408 09.10.16 в 13:52

— Ну, что ещё на этот раз, тысяча чертей? Герр лейтенант, скажите этой недисциплинированной итальянской свинье, чтобы прекратил растрачивать мое время понапрасну, и пусть встает по стойке "смирно", когда обращается ко мне.
Я перевёл ди Каррачоло эти замечания.

nvs1408 09.10.16 в 15:30

— Пожалуйста, сообщите майору, — сказал он, - что мне не предоставили возможность исполнить последнее желание.
Я передал это Бауманну. Ответом стал немедленный и жестокий удар смертнику по лицу.

nvs1408 09.10.16 в 15:37

— Что за чертовщина! Последнее желание, ах ты, дерьмо собачье... Клянусь Богом, я тебя пристрелю... то есть, ты, проклятый итальяшка...
— Я только прошу позволить высказать последнюю просьбу. Я полагаю, это общепринято в отношении приговоренных...

nvs1408 09.10.16 в 15:48

В этот момент я почувствовал, что ситуация вышла из-под контроля: Бауманн вытаскивал свою саблю из ножен и уже готов был воспользоваться ею. Я кивнул Мейерхоферу, дав ему знак подойти ко мне для моральной поддержки.
— Господин майор, почтительнейше просим вас разрешить этому человеку высказать его последнюю просьбу. Как принято во всех цивилизованных странах.

eritrea 09.10.16 в 17:10

— В воинском уставе ничего об этом не сказано.
— Да, герр майор, но всё же таков обычай. Оберлейтенант Мейерхофер и я представляем здесь Австро-венгерские военно-воздушные силы и императорский флот соответственно, и мы считаем, что будет досадно, если в отчётах об этом событии нам придётся упоминать о таком упущении.

nvs1408 09.10.16 в 16:52

— Ну ладно, чёрт с вами. Исполняйте последнее желание этой скотины, но не медлите с этим. Заключённые в бараках ждут моих допросов. Чего он хочет?
— Сказать последнее слово, если позволите, герр майор.
— Последнее слово? Будь он проклят, я этого не допущу...

nvs1408 09.10.16 в 16:58

— Но оберлейтенант Мейерхофер и я почтительно настаиваем, герр майор. То, что смертнику дозволяется сказать речь у виселицы, или, как в данном случае, у столба — тоже обычай. Так что, если он объединит это со своей последней просьбой, мы сэкономим время, и все останутся довольны.

nvs1408 10.10.16 в 01:04

Бауманн закатил глаза.
— Ох, ну ладно. На каком языке хочет говорить этот мерзавец?
— Думаю, на итальянском, герр майор.
Каррачоло кивнул.
— Герр оберлейтенант, — крикнул Бауманн, обращаясь к офицеру, командующему расстрельным взводом, — кто-нибудь из ваших знает итальянский?

nvs1408 10.10.16 в 01:10

— Осмелюсь доложить, нет, герр майор. Они все русины.
— Тогда пусть говорит. Только поживее, и никакой агитации, понятно?

nvs1408 10.10.16 в 01:17

Итак, майор Каррачоло, крепко привязанный к столбу, начал последнюю речь. Полагаю, из всех присутствовавших только я полностью понимал смысл звонких фраз, разносившихся над унылым и пустынным плато на высоком карстовом гребне — la Patria, Italia, il Risorgimento, священное пламя патриотизма, освобождение последних частей Италии от власти Франциско Джузеппе, "толстогубого старого палача", как описал его майор. Юные солдаты из расстрельной команды ёрзали от нетерпения, а среди сосен чирикали просыпающиеся птицы.

nvs1408 10.10.16 в 07:40

Майор Бауманн уже нетерпеливо постукивал ботинком по земле и смотрел на часы. Но Каррачоло продолжал восторженно говорить о великой чести пролить кровь за свой народ в последние дни борьбы за то, чтобы "навсегда задушить двухголового австрийского стервятника".

nvs1408 10.10.16 в 07:59

Он предсказал, что будущие поколения станут свято чтить место, где он пролил кровь своего сердца за святое дело свободы. Потом он переключил внимание на меня.
— Но что сказать... si orrible, si perfido... о тех гадюках, чьи жизни я когда-то пощадил, о тех, что сейчас злорадствуют по поводу моей смерти. Да, мой австрийский друг, вы не смогли справиться со мной в честном бою, в воздухе, а теперь пришли посмотреть, как меня расстреляют, беспомощного, привязанного к столбу, как собаку. Скажите спасибо, что мне завяжут глаза, и я не смогу заглянуть в глубину вашей чёрной души.

nvs1408 10.10.16 в 08:05

"Если бы ты только знал, — думал я, — если бы ты только знал..." Но продолжай, мой итальянский друг, чем дольше ты разглагольствуешь, тем больше пройдёт времени. Но где же они запропастились, чёрт бы их взял? Уже почти шесть сорок.
Неожиданно Бауманн рявкнул:
— Ну всё, хватит, достаточно, слышишь? Ты воспользовался своим правом говорить. Завтрак остынет.
— Но герр майор... — возразил я.

nvs1408 10.10.16 в 08:18

— Заткнитесь. Фельдфебель, завяжите ему глаза, и покончим с этим.
Моё сердце заколотилось. Теперь времени не оставалось — две минуты самое большее. Когда Каррачоло завязали глаза, он запел "Хор еврейских рабов" из "Набукко" Верди.

nvs1408 10.10.16 в 08:26

Я подумал, что даже учитывая эти печальные обстоятельства, он всё же был куда лучшим скульптором, чем оперным певцом.
Наконец, всё было готово.

nvs1408 10.10.16 в 08:35

— Заряжай! Товсь!
Загремели затворы десяти винтовок.
— Целься!
Винтовки направили на цель, а оберлейтенант поднял саблю. Я увидел, как дрожала его рука.

nvs1408 10.10.16 в 08:41

Тут в конце плаца послышался автомобильный гудок. Вверх по дороге взбирался грузовик, с самой большой скоростью, какой только мог в те дни развить грузовик, полный солдат. Он остановился, и оберлейтенант, нерешительно опустив саблю, отдал солдатам команду опустить оружие.

nvs1408 10.10.16 в 08:50

— Господи, ну что ещё такое? — сказал Бауманн.
Когда из грузовика вышел офицер и отдал честь, я увидел, что на нём и его людях высокие, без козырьков, фуражки венгерской кавалерии.
— Герр майор, — сказал молодой гауптманн по-немецки с певучим венгерским акцентом, — боюсь, я вынужден почтеннейше просить забрать ваш расстрельный взвод и позволить моим людям казнить преступника.
— На каком основании, чёрт вас возьми?

nvs1408 10.10.16 в 09:00

— Выяснилось, что поскольку этот человек уроженец Фиуме, он является подданным Франца Иосифа, святейшего короля Венгрии, а не Франца Иосифа, императора Австрии, и потому попадает под юрисдикцию военной власти Венгерского королевства.

nvs1408 10.10.16 в 09:06

— Я так не считаю, — неуверенно пробормотал Бауманн. — Означает ли это, что вы намерены судить его повторно?

nvs1408 10.10.16 в 09:08

— Со всем уважением, нет. Королевское правительство Венгрии в Будапеште вполне удовлетворено вердиктом военного суда Триеста. Но правительство заинтересовано в том, чтобы он был расстрелян венгерскими войсками. Это дело передано премьер-министру Тисе, и он на этом настаивает. У меня есть с собой телеграмма, возможно, вы желаете её увидеть.

nvs1408 10.10.16 в 09:13

— Но это нелепо... возмутительно. Суд заверили, что этот человек — подданный Австрии.
— Если он уроженец Фиуме, то это, с вашего позволения, невозможно. После соглашения 1867 года Фиуме является венгерской территорией.
— Но не весь...

nvs1408 10.10.16 в 09:18

— Окрестности возможно и нет. Но основная часть города управляется из Будапешта.
— Я отказываюсь это признавать — суд установил, что этот человек родился в районе Кантрида, то есть на австрийской территории...

nvs1408 10.10.16 в 09:23