The Wine-Dark Sea / Винно-темное море: Глава третья

На следующее утро Джек Обри пришел с совещания, совещания казначеев с мистером Адамсом: Джек, как и Кук, и многие другие дальновидные капитаны до него, номинально был своим собственным казначеем, так же как Адамс номинально был капитанским клерком; но, разделив работу между собой, они довольно хорошо справлялись как с ней, так и со своими особыми обязанностями, тем более что аномальный статус «Сюрприза» означал, что его отчеты никогда не должны были пройти мимо медленных, осмотрительных глаз продовольственной службы, для которой все лица заведовавшие магазинами Его Величества, были виновны в растрате до тех пор, пока не смогли доказать свою невиновность подписанными документами всевозможного характера. На этом совещании они взвесили несколько мешков сушеного гороха, и Джек, воспользовавшись весами, свисающим с удобной балки, взвесился и сам: к своему стыду он обнаружил, что наел полпуда, а он имел в виду похудеть как можно скорее. Он не хотел больше слышать шуток по поводу тучности, шутливых замечаний по поводу выпуска жилетов, серьезных профессиональных предостережений о цене, которую здоровенные грузные мужчины с сангвиническим темпераментом так часто должны были платить за то, что мало двигались, слишком много ели и слишком много пили: апоплексический удар, размягчение мозга, импотенция.

nemox 16.05.22 в 15:30

Взад-вперед, вперед-назад, расхаживая по наветренной стороне квартердека, по его личному владению, по узкой необремененной тропинке, по которой он проходил сотни, даже тысячи миль с тех пор, как впервые командовал «Сюрпризом»; совершенно знакомая местность, по которой его разум мог дать себе волю. Ветер был слишком далеко от траверза, чтобы корабли, шедшие на юго-восток, могли поставить лисели, но на них было все, что у них было, включая этот необычный предмет — средний стаксель, и они шли на четырех узлах. Они действительно представляли собой элегантное зрелище с любого расстояния; но с близкого расстояния глаз моряка все еще мог видеть многие следы побоев, через которые они прошли: некоторые

nemox 16.05.22 в 15:33

узлы еще не были заменены сращиваниями или новой веревкой; чистовая отделка палуб еще не была восстановлена — то, что обычно напоминало бальный пол, кое-где все же больше походило на кровавую бойню; и облака горячего вулканического пепла и шлаков играли Старого Гарри с краской и чернением реев, не говоря уже о смоле. Огромное количество мелкой, невзрачной, высококвалифицированной работы выполнялось от одного конца корабля до другого, и прогулка капитана Обри сопровождалась ровным стуком молотков герметика. Было раннее утро, и хотя погода стояла ясная, насколько можно было пожелать, если не считать отсутствия ветра, на квартердеке не было никого, кто не был бы вызван туда по долгу службы: Видаль и Рид, вахтенный офицер и мичман; мужчины у руля; плотник и двое его матросов на гаке, приводя в порядок скромную декоративную резьбу фрегата. Пришла и ушла обычная ежедневная процессия Джемми Птичника, Сары и Эмили, несущих курятники и ведя за собой козу Амальтею; и, как обычно, Джек, размышляя о быстром росте девочек, думал о своих дочерях, об их нынешнем росте, весе и счастье, об их возможном, но маловероятном улучшении манер, о французском языке и фортепиано под управлением мисс О'Мара. Но ни Стивен, ни Мартин не появились, ни кто-либо из выкупленых. За этими размышлениями о доме последовало полторы мили размеренной ходьбы, а затем возникли две отчетливые мысли: «Я должен спросить Уилкинса, будет ли он исполнять обязанности третьего лейтенанта, пока мы не доберемся до Кальяо: говорят, он был помощником хозяина в Агамемноне». Вторая мысль натолкнулась на тех молодых людей, которые, сдав военный экзамен на звание лейтенанта, оставались старшими мичманами или помощниками капитана, потому что они не сделали также

nemox 17.05.22 в 14:47

«сойти за джентльмена», немой, неписанный, непризнанный экзамен, результат которого объявлялся только отсутствием комиссии, — практика, становившаяся все более и более частой. Он рассмотрел часто выдвигаемые преимущества — более однородный беспорядок, меньше трений, большее уважение рук к джентльменам, чем к себе подобным, — и недостатки — исключение таких людей, как Кук, неустановленные квалификации и различные стандарты тех, кто сделал выбор, невозможность обжалования. Он все еще размышлял, когда, дойдя до поручней и повернувшись, заметил, что молодой человек, о котором идет речь, один из товарищей по выкупу, теперь присутствует вместе с некоторыми другими из тех, кому было позволено пройти по квартердеку.

nemox 17.05.22 в 14:48

Через четыре поворота он услышал пронзительный крик Рида: «О нет, сэр, нет. Вы не можете говорить с капитаном», — и он увидел, как Дютур, предупрежденный и решительно отведенный назад к группе с подветренной стороны.
-- Но что я сделал? -- воскликнул он, обращаясь к Стивену, только что поднявшемуся по лестнице. «Я только хотел поздравить его с его игрой».
— Мой дорогой сэр, вы не должны обращаться к капитану, — сказал Стивен.

nemox 17.05.22 в 15:37

— Вы не можете перейти на наветренную сторону без приглашения, — сказал Уилкинс.

-- Даже я не могу с ним разговаривать, кроме как при исполнении служебных обязанностей, -- сказал Рид.

-- Что ж, -- сказал Дютур, оправившись от своего удивления и довольно хорошо скрывая некую досаду, -- вы, как я вижу, представляете подчеркнуто формальное, иерархическое общество. Но я надеюсь, сэр, — обращаясь к Стивену, — что я могу без греха сказать вам, как сильно я наслаждался вашей музыкой? Я считаю адажио Боккерини виртуозным, виртуозным…»

nemox 17.05.22 в 15:39

Они ушли, все еще говоря о Боккерини, с настоящим знанием и признательностью со стороны Дютура. Стивен, который в любом случае не отличался экспансивностью, имел тенденцию избегать француза из общих принципов; но теперь он добровольно остался бы в своей компании, если бы не пробило шесть склянок. За шестым последовал столпотворение на носу и на корме, когда катер, буксируемый за кормой, подтащили к берегу, была оттащена, чтобы принять мистера Рида, ее команду, бочки с водой для иссохшего «Франклина» и две карронады. К счастью, драгоценную воду можно было перекачивать из трюма в бочки на лодке, но в силу природы вещей карронады не могли: их спускали с усиленного грота-реи, спускали с бесконечными предосторожностями, так если бы каждая из них была сделана из из стекла, а не из металла ,и они были получены с еще большей осторожностью. Это были уродливые, приземистые маленькие объекты, но у них были свои преимущества: они весили всего лишь треть веса обычной двенадцатифунтовой пушки «Сюрприза», но стреляли вдвое тяжелее; кроме того, с ними мог сражаться гораздо меньший экипаж –

nemox 17.05.22 в 16:24

две ревностные руки в крайнем случае, в отличие от семи или восьми, собравшихся вокруг длинной двенадцатифунтовки. С другой стороны, они не могли стрелять своими тяжелыми ядрами ни очень далеко, ни очень точно, поэтому Джек, любивший тонкую артиллерийскую работу, выводя противника из строя издалека, прежде чем спуститься и взять его на абордаж, носил их главным образом как балласт, пребегая к ним только тогда, когда он обдумывал прорывную экспедицию, бросающуюся в гавань и палящую по близлежащим батареям и тому подобному, в то время как лодки займутся своей добычей. Или в таком случае, как этот, когда то обезоруженный Франклин мог быть оснащен бортовым залпом в двести сорок фунтов.

nemox 17.05.22 в 16:27

— Если такая погода сохранится, — сказал Джек, — и барометр будет совершенно устойчивым, «Франклин» скоро станет очень полезным компаньоном: и мы, в конце концов, приближаемся к пути торговых судов, не говоря уже о бродячих китобоях. '

— Я очень хочу, чтобы это продолжалось, — сказал Стивен. «Температура в Раю, должно быть, была примерно такой же».

Так продолжалось день за золотым днем, и во второй половине дня можно было часто слышать, как Мартин и Дютур играли, а иногда явно репетировали, так как они снова и снова совершали пассаж.

nemox 17.05.22 в 16:55

И все же, несмотря на свою музыку и несмотря на то, что он лучше играл с французом гараздо лучше, чем в салоне, Мартин не был счастлив. Стивен редко бывал в оружейной комнате — помимо всего прочего Дютур, частый гость, был любознательным человеком, склонным задавать вопросы, отнюдь не всегда осторожным; и уклоняться от расспросов часто было потенциально хуже, чем отвечать на них, и, не считая общего воздухообмена на квартердеке, Стивен и его помощник встречались по большей части либо в лазарете, либо в каюте Стивена, где велись их журналы. Оба были очень обеспокоены последствиями своего лечения: они вели точные записи в течение длительного периода, и в настоящее время изучение и сравнение этих историй болезни составляли большую часть их профессиональных обязанностей.

nemox 17.05.22 в 20:40

На одной из таких встреч Стивен сказал: «В очередной раз мы не превышали пяти узлов в любое время дня, несмотря на весь этот свист и царапанье ахтерштагов. И очень хорошо, что пресной водой разрешено стирать что угодно, кроме одежды инвалидов, несмотря на наши молитвы о дожде. Тем не менее, если мы не умрем от жажды, я утешаю себя мыслью, что даже этот вялый шаг приближает нас почти на сто миль к моим листьям коки — на сто миль ближе к тому, чтобы поваляться в каком-нибудь чистом тепловатом ручье, смывая с глаз въевшуюся соль с моего лица и жевать листья коки, как я это делаю, о радость.

nemox 17.05.22 в 20:40

Мартин сложил воедино стопку бумаг и через мгновение сказал: «Я понятия не имею об этих паллиативах, которые так скоро входят в привычку. Посмотрите, что случилось с беднягой Паденом, и как мы обязаны держать опиум под замком. Взгляните на духовную комнату на этом корабле, единственную святая святых, обязательно охраняемую днем и ночью. В одном из моих приходов не менее семи пивных, и некоторые из них продают непривычные спиртные напитки. Я надеюсь все или, по крайней мере, некоторые из них закрыть. Алкоголь – это проклятие нации. Иногда я переворачиваю в уме проповедь, призывая своих слушателей переносить свои испытания, полагаться на собственную силу духа, на внутреннюю силу, а не на свой мутный эль, табак или пьянство».
«Если человек опустил руку в кипящую воду, разве он не вытащит ее?»

nemox 17.05.22 в 20:45

«Конечно, он должен ее вытащить — мгновенное действие. То, что я осуждаю, так это настойчивая снисходительность.

Стивен с любопытством посмотрел на Мартина. Это был первый раз, когда его ассистент говорил с ним в невежливой, если не откровенно неучтивой манере, и ему на ум пришли некоторые бойкие реплики. Однако он ничего не сказал, а сидел и размышлял о том, какие фрустрации, ревность, неудовлетворенность повлияли на Натаниэля Мартина, чтобы вызвать это изменение не только тона, но даже самого голоса и, возможно, личности: слова и манера их произношения были полностью вне характера.

Когда молчание длилось несколько тяжелых минут, Мартин сказал: «Надеюсь, вы не думаете, что в моих замечаниях есть что-то личное». Только ваше упоминание о листьях коки заставило меня задуматься о другом…

nemox 17.05.22 в 20:50

Его прервал сокрушительный грохот «Франклина», когда он стрелял сначала по правому, а затем по левому борту и когда ее капитан просил своих людей «выглядеть живыми, выглядеть живыми и участвовать». Остались только двое, чтобы проверить такелаж и снасти, но они обменивались бортовыми залпами и длились это достаточно долго, чтобы заглушить последние слова Мартина и первые из тех, что произнес только что прибывший Нортон, хотя он и проревел их: поэтому он был обязан повторять, все так же, как если бы он приветствовал мачту: «Капитан приветствует мистера Мартина и был бы рад его компании завтра за обедом».

nemox 17.05.22 в 21:05

— Мое уважение и наилучшие комплименты капитану, и я буду счастлив услужить ему, — сказал Мартин.

«И Франклин вызвался сказать, что капитан Пуллингс снова выбил себе челюсть», — это доктору Мэтьюрину.

— Я сейчас закончу, — сказал Стивен. «Пожалуйста, мистер Нортон, пусть они опустят мою маленькую лодку. Падин, — обратился он по-ирландски к своему здоровенному помощнику, — прыгай в лодочку и греби для меня.

— Принести бинты и, может быть, батавскую мазь? — спросил Мартин.

«Никогда в жизни. Не волнуйтесь: я знаю эту рану с тех пор, как она была сделана.

nemox 18.05.22 в 09:49

Это было много лет назад, в Ионическом море, когда турок нанес Пуллингсу ужасный удар по лицу ятаганом, так повредив его скулу и сочленение сустава, что он часто соскальзывал, особенно когда выходило что капитан Пуллингс звал с большей, чем обычно, силой. Стивен вставил более или менее правильно в свое время, и теперь он сделал это снова; но это была деликатная маленькая операция, и она требовала руки со знанием дела.

nemox 18.05.22 в 17:25

Это был первый раз, когда Стивен находился на борту «Франклина» с тех критических дней, когда его горизонт был почти полностью ограничен стенами его операционной и перевязочной — кровь и кости, шины, ворсинки, паклю и бинты. , пилы, расширители, крюки для артерий — и у него было мало времени, чтобы увидеть ее как корабль, увидеть ее изнутри. Не смог, конечно, и Том Пуллингс показать Доктору свою новую команду, уже очень близкую его сердцу. — Я так рад, что вам не пришлось встречаться прежде, чем все наше вооружение было на борту, — сказал он. «Теперь ты увидишь, как изящно и опрятно они сидят в своих портах и как хорошо они могут перемещаться, особенно на миделе; и я покажу вам, наши новые кросс-катарпины, снаряженные сегодня днем. Они приносят ванты на фок-мачте и корме, как я думаю, вы заметили, когда Падин вез вас. И есть огромное количество других вещей, которые удивят вас».

nemox 19.05.22 в 04:26

Действительно огромное количество: большее количество объектов, чем предполагал доктор Мэтьюрин на любом корабле на плаву. Давным-давно, в начале морской карьеры Стивена, Пуллингс, тогда еще высокий, худощавый мичман, показал ему корабль Его Величества «Софи», бриг, первую карликовую команду Джека Обри: он сделал это так любезно, добросовестно, но как подчиненный, демонстрирующий свои основные черты сухопутному человеку. Теперь это был капитан, показывающий свой новый корабль человеку с многолетним морским стажем, и Стивену не пропустили вообще ничего: причудливую веревку, построенную на новых принципах, конечно, эти кросс-катарпины, чертежи усовершенствованной металлической стойки, прикрепленной болтами к задней части ахтерштевня, стойка будет сделана, когда он пришвартуется в Кальяо. И все же, хотя его проводник стал теперь гораздо более крепким и почти неузнаваемым из-за страшной раны, в нем было то же простодушное открытое дружелюбие, неизменное удовольствие от жизни, от жизни на море, и Стивен ходил за ним повсюду, восхищаясь и восклицая: "Боже мой, как прекрасно" пока солнце не село, и сумерки, пронесшиеся по небу с тропической быстротой, вскоре не оставили даже Пуллингса без того, на что можно было бы указать.

— Спасибо, что показал мне свой корабль, — сказал Стивен, перебираясь за борт. «Для своего размера он — красота мира».

nemox 19.05.22 в 05:01

— Вовсе нет, — сказал Том, улыбаясь. — Но, боюсь, я был слишком многословен.

— Никогда в жизни, мой дорогой. Благослови тебя Бог. Падин, оттолкни. Отчаливай.'

— Спокойной ночи, сэр, — сказали семеро сифиан, их улыбки сияли в массивных бородах, когда они с грохотом оттолкнули лодку.

— Спокойной ночи, доктор, — крикнул Пуллингс. — Я забыл план новых клюзов, но обещаю показать его вам завтра: капитан пригласил меня на обед.

nemox 19.05.22 в 09:11

«Я рад этому, — подумал Стивен, махая шляпой. — Это сделает вечеринку менее неловкой.

В тот вечер он больше не видел Мартина, но время от времени думал о нем; и когда он лёг спать, лежа в своей койке, тихонько покачиваясь в тихом море, он размышлял не столько о вспышке в тот полдень, сколько о идее смены личности. Он видел это достаточно часто. Восхитительный ребенок, даже восхитительный ранний подросток, всем интересующийся, живой, ласковый, превратится в толстого, тяжелого, глупого зверя и никогда не выздоровеет: стареющие мужчины станут всецело эгоцентричными, равнодушными к тем, кто был их друзьями, скупыми. Однако, если не считать очень сильных, очень безобразных страстей, возникающих из-за наследства или политических разногласий, он не замечал этого ни у молодых, ни у старых мужчин. Он раскачивался и думал, его мысли свободно блуждали, иногда к близкому, но совершенно отдельному предмету непостоянства в любви; и в настоящее время он обнаружил, что это также будет бессонной ночью.

nemox 19.05.22 в 09:19

Когда он поднялся на палубу, луна стояла высоко, и была обильная роса. «Почему же, — спросил он, чувствуя под ладонью намокшие перила, — при такой обильной росе луна не покрывается пеленой?

И еще нет звезд?

— Вы вышли на палубу, сэр? — спросил Видаль, несший среднюю вахту.

-- Я да, -- сказал Матюрин, -- и был бы признателен, если бы вы рассказали мне о росе. Говорят, что она падает: но падает ли она на самом деле? А если падает, то откуда? И почему, падая, она не затмевает луну?

— Я мало знаю о росе, сэр, — сказал Видаль. -- Все, что я могу сказать, это то, что она любит ясную ночь и воздух настолько неподвижный, насколько это возможно, и каждый моряк знает, что она ужасно натягивает все снасти, так что вы должны ослабить все, если вы не хотите, чтобы ваши мачты выкручивались. Сегодня ночью, правда, очень густая роса, -- продолжал он, подумав, -- и мы гирляндами на мачтах хлопали, чтобы собирать ее, когда она стекает вниз: если прислушаться, то слышно, как она бежит в большую бочку. Это немного, и это не очень вкусно, мачты были обмазаны дегтем; но я знал много путешествий, когда это было необычайно желанным. И во всяком случае она свежая и отстирает рубаху от соли; а еще лучше, — понизив голос, — пару кальсон. Соль чертовски сильная на краях. Что напомнило мне, сэр: я должен попросить еще немного вашей мази.

'Во всех смыслах да. Загляните в лазарет, когда я буду делать утренний обход, и Падин прямо сейчас приготовит вам мазь.

nemox 19.05.22 в 10:41

Тишина: огромное пространство, залитое лунным светом, но без горизонта. Стивен посмотрел вверх, на пропитанные росой паруса, темные в лунной тени, брамсели и марсели, натянутые ровно настолько, чтобы корабль шел легонько, на медленном курсе.

nemox 19.05.22 в 12:49

-- Что касается росы, -- сказал Видаль через некоторое время, -- вы можете спросить у мистера Дютура. Вот вам ученый джентльмен! Не в физике, конечно, а больше в философско-моральной линии: хотя, как я понимаю, у него много друзей в Париже, которые ставят опыты с электрическим флюидом, газовыми баллонами, весом воздуха и прочими такими вещами, возможно, туда и входит роса. Но какое удовольствие слушать, как он говорит о моральной политике! Права человека, братство, знаете ли, и равенство! Он много часов поучал нас своими наблюдениями, можно сказать, своим ораторским искусством, о справедливой республике. И задуманная им колония — ни привилегий, ни угнетения; нет денег, нет жадности; все общее, как в заварушке с хорошими товарищами по кораблю – ни уставов, ни юристов – голос народа единственный закон, единственный суд – каждый должен поклоняться Высшему Существу так, как считает нужным – никакого вмешательства, никаких принуждений, полная свобода».

nemox 19.05.22 в 12:52

«Похоже на земной рай».

— Так говорят многие наши люди. А некоторые заявляют, что не стали бы так рьяно останавливать мистера Дютура, если бы знали, что он собирается делать, а могли бы даже присоединиться к нему.

— Разве они не учитывают, что он охотился на наших китобоев и торговых судов и помогал Калахуа в его войне с Пуолани?

-- О, что касается каперской стороны, то это был исключительно его парусный капитан-янки, и они, конечно, никогда бы не присоединились к этому -- не против своих соотечественников, хотя это и естественно, в военное время, со стороны иностранца. Нет: им так нравилась колония, с ее покоем и равенством, и с приличной жизнью, без изнурительной работы, и со старостью, о которой и думать не стоит.

nemox 19.05.22 в 12:53

— Мир и равенство от всего сердца, — сказал Стивен.

— Но вы качаете головой, сэр, и я осмелюсь сказать, что вы думаете об этой войне. Это было, к сожалению, искажено, но г-н Дютур все прояснил. Стороны без памяти тратили время на драку, и когда Калахуа нанял этих французов-отбросов с Сандвичевых островов с мушкетами, его уже не сдержать. Они не имели ничего общего с поселенцами мистера Дютура. Нет. Мистер Д. намеревался приплыть с демонстрацией силы и встать между ними, затем основать свою собственную колонию и убедить обе стороны примером и убеждением. А насчет убеждения. . .! Если бы вы его слышали, то сразу бы убедились: у него чудесный дар, можно сказать, помазание, даже на иностранном языке. Наши люди думают о нем мирно.

nemox 19.05.22 в 14:51

«Он определенно замечательно говорит по-английски».

— И не только это, сэр. Он замечательно хорошо относится к тому, чем были его собственные люди. Вы знаете, как он просиживал с ними ночь за ночью в лазарете, пока они либо не вылечились, либо не убрались за борт. И хотя хозяин «Франклина» и его товарищи были настоящими гонщиками, люди, которые сейчас с нами, говорят, что мистер Д. всегда вмешивался, чтобы защитить их, и не стал бы высекать их».

В этот момент, незадолго до восьми склянок, сонный, зевающий Грейнджер вышел на палубу, чтобы сменить своего товарища по кораблю; и вахтенные по правому борту, большинство из которых спали на поясе, зашевелились: корабль обрел приглушенную жизнь. -- Три узла, сэр, пожалуйста.

nemox 19.05.22 в 15:21

сообщил молодой Веделл, теперь исполняющий обязанности мичмана. И в обычном звоне, зове, торопливых звуках перемены — все это было довольно осторожно в четыре часа утра — Стивен ускользнул в свою каюту. Было что-то удивительно приятное в доверчивости Книппердоллингов, размышлял он, лежа с руками за головой, любезная простота, и он все еще улыбался, когда заснул.

nemox 20.05.22 в 05:58

Спать, но ненадолго. Вскоре были вызваны бездельники, и они присоединились к вахте в ежедневном ритуале мытья палуб, заливая их потоками морской воды, шлифуя их, очищая камнями и протирая их, высушивая их с восходом солнца. Были закаленные матросы, которые могли проспать все это — Джек Обри был одним из них, и еще можно было услышать его храп, — но Стивен не был. Однако на этот раз это не сделало его несчастным или раздражительным, и он лежал, мирно думая о ряде приятных вещей. Ему на ум пришла Кларисса: в ней тоже было что-то от этой простоты, несмотря на такую тяжелую жизнь, какую только можно себе представить.

nemox 20.05.22 в 06:00

Ты не спишь? – хриплым шепотом спросил Джек Обри через щель в двери.

— Нет, — сказал Стивен. «И я не хочу плавать; но я выпью с тобой кофе, когда ты вернешься на корабль. Животное, — добавил он про себя. «Я не слышал, чтобы он вставал». Это было правдой.

Джек весил слишком много, но все равно был удивительно легким на ногах.

nemox 20.05.22 в 06:20

С таким прекрасным бодрым началом дня доктор Мэтьюрин не опоздал на утренний обход, что редкость для человека с таким смутным представлением о времени. Эти обходы были незначительными с чисто хирургической точки зрения, но у Стивена все еще были упорные язвочки и оспы. В длинных, довольно тихих переходах они и цинга были ежедневной пищей врача; но в то время как Стивен мог заставить моряков избегать цинги, выпивая лимонный сок в грог, никакая сила на свете не могла помешать им спешить в публичные дома, как только они оказывались на берегу. Эти случаи он лечил каломелем и гваяком, и обычно препараты готовил Мартин: Стивен не был удовлетворен состоянием двух своих пациентов, и он решил давать им гораздо более радикальное венское лекарство, когда он увидел жука на палубе как раз по эту сторону полуоткрытой двери, четкого в свете амбулаторного фонаря, желтого жука. Лонгикорн конечно, но какой лонгикорн?

nemox 20.05.22 в 06:24

Во всяком случае, активный длиннорог. Он опустился на четвереньки и молча подкрался к нему: с жуком в носовом платке он посмотрел вверх. Его продвижение привело дверь прямо перед ним, и вся аптека была освещена, ясно и как будто в другом мире: там был Мартин, серьезно смешивая последний из своего ряда микстур, и на глазах у Стивена он поднял стакан и выпил его.

nemox 20.05.22 в 06:25

Стивен поднялся на ноги и закашлялся. Мартин резко обернулся. — Доброе утро, сэр, — сказал он, взбивая стакан под фартуком. Приветствие было вежливым, но механическим, без спонтанной улыбки. Он, очевидно, не забыл вчерашней неприятности и, казалось, и возмущался тем, что его не пустили на «Франклин», и ожидал негодования со стороны Стивена за его оскорбительные замечания. Стивен и в самом деле был угрюмого темперамента, как знал Мартин: его можно было даже назвать мстительным, и он с трудом прощал обиду. Но было больше, чем это; это было так, как будто Мартин только что избежал разоблачения в действии, которое он очень хотел скрыть, и в его поведении оставался некоторый оттенок вызывающей враждебности.

nemox 20.05.22 в 08:12

Падин вошел и, попросив Господа благословить джентльменов, с трудом объявил, что лазарет готов для их почестей. Врачи ходили от койки к койке, Стивен спрашивал каждого, как он себя чувствует, измерял его пульс и осматривал его болезненные органы; он кратко обсуждал каждый случай со своим ассистентом на латыни, а Мартин записывал свои наблюдения в книгу: как только книга закрылась, Падин дал каждому моряку по снадобью и таблетки.
Когда все закончилось, они вернулись в амбулаторию, и, пока Падин мыл стаканы, Стивен сказал: «Меня не устраивают Грант и Макдафф, и я намерен на следующей неделе подвергнуть их венскому лечению».

nemox 20.05.22 в 08:15

«Мои авторитеты говорят об этом, но я не припоминаю, чтобы они называли его принцип».

— Это murias Hydrargi Corrosivus.

«Фиал рядом с миррой? Я никогда не слышал, чтобы он использовался.

'Именно так. Я приберегу его для самых упорных случаев: есть серьезные недостатки. . . Что случилось, Падин?

nemox 20.05.22 в 08:21

Заикание Падина, всегда сильное, усиливалось от волнения, но со временем оказалось, что стаканов в буфете час назад, даже не час назад, было десять, и они блестели: теперь их было только девять. Он поднял раскинутые руки, согнув один палец, и повторил «Девять».

-- Мне очень жаль, сэр, -- сказал Мартин. — Я разбил одну, когда смешивал зелья, и забыл сказать Падину.

nemox 20.05.22 в 08:22

И Джек Обри, и Стивен Мэтьюрин были очень привязаны к своим женам, и оба писали им довольно часто; но в то время как письма Джека были обязаны всем своим существованием надежде, что они доберутся до дома тем или иным способом — через купца, военного корабля или посылку — или, в противном случае, они доберутся туда в его собственном морском сундуке и будут прочитаны вслух Софи с объяснениями того, как дует ветер или течение, то Стивена не всегда предназначался для отправки. Иногда он писал их для того, чтобы быть в каком-то контакте с Дианой, пусть отдаленном и одностороннем; иногда для прояснения вещей в своем уме; иногда для облегчения (и удовольствия) говорить то, что он не мог сказать никому другому, и это, конечно, имело лишь эфемерную жизнь.

nemox 20.05.22 в 08:25

«Моя дорогая душа, — писал он, — когда последний элемент проблемы, кода или головоломки встает на свои места, решение иногда становится настолько очевидным, что человек хлопает рукой по лбу и восклицает: «Дурак, не видел этого раньше. ” Уже довольно давно, как вы прекрасно знаете, если бы у нас была возможность мгновенной связи, меня беспокоила перемена в моих отношениях с Натаниэлем Мартином, перемена в нем и его несчастье. Много веских причин я приводил, когда писал в последний раз, называя чрезмерную заботу о деньгах и убежденность в том, что обладание ими по общей справедливости принесет ему больше внимания и счастья, чем он имеет, а также многие другие причины, такие как ревность, скука, о неподходящих товарищах, от которых нет спасения, о тоске по дому, жене, отношениях, последствиях, мире и покое и принципиальной неприспособленности к морской жизни, длительной морской жизни.

nemox 20.05.22 в 08:27

Но я не упомянул действующую причину, потому что не заметил ее до сегодняшнего дня, хотя это должно было быть достаточно очевидно из его интенсивного обращения к Аструку, Бурхаве, Линду, Хантеру и тем немногим другим авторитетам в отношении венерической чумы, которыми мы располагаем (у нас нет и Локера, и ван Свитена), и даже больше из-за его необычайно настойчивых и жадных подробных расспросов о возможности заражения от использования одного и того же кресла, питья из одной чашки, поцелуев, игрушек и тому подобного. Есть ли у него болезнь, я не могу сказать наверняка без надлежащего обследования, хотя я сомневаюсь, что она есть у него физически: однако метафизически он находится в очень плохом состоянии. Лежал ли он с ней или нет, на самом деле он определенно хотел этого, и он достаточно клерк, чтобы понимать, что желание есть грех; а также убежденный, что он болен, с ужасом смотрит на себя, нечистого снаружи и внутри. К несчастью, он отнесся к вчерашнему разногласию серьезнее, чем я, — наши отношения в лучшем случае представляют собой холодную вежливость, — и в этих обстоятельствах он не станет со мной советоваться. И, очевидно, я не могу навязывать свои услуги. Ненависть к себе обычно с большей вероятностью порождает ненависть к другим (или, по крайней мере, угрюмость и чувство обиды), чем манерность. Бедняга, сегодня днем ​​он приглашен отобедать в каюте и принести свой альт. Я боюсь какого-то ликования: он в очень нервном состоянии».

nemox 20.05.22 в 08:29

В дверь уверенно постучали, и вошел мистер Рид, улыбаясь, совершенно уверенный в том, что ему будут рады. Время от времени то, что осталось от его руки, нуждалось в перевязке, и это был один из назначенных дней: Стивен забыл об этом; Падина не было, и повязка лежала на самом заднем шкафчике. Пока он накладывал, сгиб за сгибом, Рид сказал: «О, сэр, во время дежурства на вахте мне пришла в голову замечательная мысль. Пожалуйста, не окажете ли вы мне большую услугу?

nemox 20.05.22 в 08:40

— Мог бы, — сказал Стивен.

— Я думал о том, чтобы пойти в Сомерсет-Хаус, чтобы сойти за лейтенанта, когда мы вернемся домой.

— Но ты еще недостаточно взрослый, мой дорогой.

— Нет, сэр, но вы всегда можете добавить год или два: проверяющие капитаны ставят только «выглядит на девятнадцать лет», знаете ли. Кроме того, мне, конечно, будет девятнадцать, особенно если мы будем продолжать в том же темпе; и у меня есть надлежащие сертификаты морской службы.

nemox 20.05.22 в 08:42

Нет. Меня беспокоило то, что, поскольку я теперь всего лишь штатив, а не четвероногий, они могут усомниться в том, что пропустят меня. Так что я должен иметь все на моей стороне. В эти безветренные дни я честно переписывал свои журналы — их ведь надо показать — и ночью мне вдруг пришло в голову, что это был бы блестящий штрих и поразил бы капитанов, если бы я добавил какие-нибудь морские подробности. На французском.'

«Конечно, это должно их сразить».

nemox 20.05.22 в 08:45

- Вот я и подумал, что если взять Колина, одного из Франклинов в моем отряде, порядочного парня и лучшего матроса, хотя он почти не говорит по-английски, на бак первой собачьей вахты, скажем так, сэр, и указать на все, что принадлежит фок-мачте, и он сказал мне на французском, и вы сказали мне, как это записать, это было бы очень капитально. Это сразило бы капитанов наповал — такое рвение! Но боюсь, я прошу у вас слишком много времени, сэр.

nemox 20.05.22 в 16:15

'Вовсе нет. Держи этот конец бинта, хорошо? Теперь: страхуй и подтяни красиво.
— Большое вам спасибо, сэр. Я бесконечно обязан. Значит, до первой собачей?
-- Вы не можете на это рассчитывать, мистер Рид, сэр, -- сказал Киллик, входя в свежевычищенном синем сюртуком Стивена и белыми кашемировыми бриджами через руку. — Не в первую собаку, нет, и не последнею. В которые Доктор собирается отобедать с Капитаном, а потом будут играть до самой стены вахты. А теперь, сэр, будьте любезны, — обратился к Стивену, — дайте мне эту дурную старую рубашку и наденьте эту, прямо из под утюга. Нельзя терять ни минуты.

nemox 20.05.22 в 16:30

На самом деле ужин прошел на удивление хорошо. Мартин, возможно, не носил Джека Обри в своем сердце, но он уважал его как флотоводца и покровителя: было бы невеликодушно сказать, что его уважение возросло из-за перспективы получить еще один бенефициар, но на каком-то уровне этот факт может ну оказали свое влияние. Во всяком случае, несмотря на осунувшийся и нездоровый вид, свою роль веселого и благодарного гостя он играл весьма неплохо, только вина почти не пил; и он рассказал два анекдота по собственной инициативе: один о форели, которую он щекотал мальчиком под падением плотины, и один о тете, у которой была кошка, ценная кошка, которая жила с ней в доме возле пруда у Лондона — животное исчезло — запросы во все стороны — слезы, которые длились целый год, до того дня, как вошел кот, вскочил на свое привычное кресло у огня и начал умываться. Любопытство привело его на борт корабля, направлявшегося в Суринам, корабля из Пула, который только что вернулся.

nemox 20.05.22 в 16:31

После обеда было предложено поиграть, и, поскольку одной из главных целей пира было доставить удовольствие Тому Пуллингсу, они сыграли хорошо знакомые ему мелодии. Песни, чаще всего, и танцы, какие-нибудь восхитительные мелодии с вариациями на них; время от времени пели Джек и Пуллингс.

— Ваш альт очень выиграл от ремонта, — сказал Джек, когда они встали для прощания. «У него очаровательный тон».

— Благодарю вас, сэр, — сказал Мартин. «Мистер Дютур улучшил мою аппликатуру, настройку и смычок — он много знает о музыке — он любит играть».

nemox 20.05.22 в 16:32

— Ах, правда? — сказал Джек. — А теперь, Том, не забудь свой горизонт, прошу тебя.
В роли практически всемогущего капитана Джек мог быть глух к намекам, особенно если они доходили до него косвенно: Стивен был менее удачлив, и два дня спустя, когда Дютур, пожелав ему доброго утра и рассказав о доставленном им удовольствии, что он задерживался на квартердеке все время, пока они играли, продолжал с легкостью, которая удивила Матюрена, пока он не вспомнил, что богатые люди привыкли, чтобы с их желаниями считались: дайте знать капитану Обри, что для меня было бы еще большим удовольствием быть допущенным к одному из ваших сеансов: я не виртуоз, но я провел свое время в весьма знатной компании; и если бы мне позволили играть вторую скрипку, мы могли бы заняться квартетами, которые всегда казались мне квинтэссенцией музыки».

nemox 20.05.22 в 16:35

-- Я упомяну об этом, если хотите, -- сказал Стивен, -- но должен сказать, что в целом капитан смотрит на это как на личное дело, совершенно непринужденное и неформальное.
-- Тогда, может быть, мне придется довольствоваться тем, что я буду слушать издалека, -- сказал Дютур без видимой обиды. — Тем не менее, было бы любезно с вашей стороны поговорить об этом, если представится возможность.
Он прервался, чтобы спросить, что происходит на борту «Франклина». Стивен сказал ему, что они снаряжают фор-маршрутные гики. -- Les bouts-dehors des bonnettes du petit perroquet, -- добавил он, заметив выражение полного невежества взгляда Дютура, невежества, не уступавшего ему самому до вчерашнего дня, когда он помогал Риду записывать термины в свой дневник. От этого они перешли к рассмотрению парусов вообще; и через некоторое время, когда Стивену уже не терпелось уйти, Дютур, взглянув ему прямо в лицо, сказал: «Воистину замечательно, что вы знаете французкий в отношении клепки парусных гиков, а также в отношении столь многих животных и птиц».

nemox 20.05.22 в 16:41

Но это правда, что вы замечательно владеете нашим языком. Задумчивая пауза. -- А теперь, когда я имею честь познакомиться с вами поближе, мне кажется, что мы могли встречаться и раньше. Вы не знаете Жоржа Кювье?

— Меня представили месье Кювье.

'Да. А разве вы не бывали время от времени на вечерах у мадам Ролан?

nemox 20.05.22 в 16:42

— Вы, наверное, имеете в виду моего двоюродного брата Доманову. Нас часто путают».

— Возможно. Но скажите-с, как получилось, что у вас есть двоюродный брат Доманова?

Стивен посмотрел на него с изумлением, и Дютур, заметно напрягшись, сказал:

— Простите меня, сэр. Я дерзок.

-- Вовсе нет, сэр, -- ответил Стивен, уходя. Его внутренний голос продолжал: «Возможно ли, что животное узнало меня, что у него есть какое-то представление, пусть смутное, о том, чем мы занимаемся?
– и что это в какой-то степени угроза?» Лицо Дютура было нелегко прочесть.
На первый взгляд в нем была открытая простота энтузиаста вместе с вежливостью его класса и нации; это не исключало, конечно, бытового лукавства и двуличия, но было и еще кое-что, легкая настойчивость во взгляде, некоторая самоуверенность, которая могла иметь гораздо более глубокий подтекст. -- Неужели я никогда не научусь держать рот на замке? -- пробормотал он, открывая дверь лазарета, и в ответ на приветствие Падина громко сказал: -- Бог, и Мэри, и Патрик с вами. — Мистер Мартин, доброго утра вам.

nemox 20.05.22 в 16:47

«Как продолжаются и продолжаются эти безмятежные дни, один сменяет другой, а между ними только прекрасная ночь», — сказал он, входя в каюту. — Возможно, мы почти на суше. Но скажи мне, Джек, дождя никогда не будет? Я прерываю ваши вычисления, как я понимаю.

— Сколько будет двенадцать шестерок? — спросил Джек.

nemox 20.05.22 в 16:49