The Commodore / Коммодор: Глава шестая

Днем в субботу, когда «Берлинги» были видны на левом борту, брамсельный бриз, который так красиво гонял «Рингл» с тех пор, как мыс Финистерре почти полностью покинул его, возможно, оглушенный грохотом битвы на юге… на западе, по правому борту.

Шхуна, готовая к бою, набивала все больше и больше парусов, наклоняясь вниз, в тот воздух, который был в полумраке на правом борту. Доктор Мэтьюрин, оторвавшись от поручней, где он наблюдал за тучами встревоженных, беспокойных морских птиц, круживших широкими кругами над своими далекими скалами, был отправлен вниз, в то темное, тесное треугольное пространство, где ему предстояло лечить раненых, в одиночку, если Рингл сможет двигаться на юго-запад вовремя, чтобы присоединиться к драке, чудовищной драке, судя по грохоту полных бортовых залпов линейных кораблей, не меньше.

nemox 19.06.22 в 08:35

Плесень, самая старый, но самый опытный матрос на борту, сморщенный грешник пяти футов ростом, стоял у верхушки мачты с трубой: пьянящий запах пороха уже слабо распространялся по палубе, когда он крикнул: «Эй на палубе, вон там». Я вижу сквозь полосу дыма и мрака. Это только эскадрилья на стрельбе. Я вижу широкий вымпел Беллоны. Я ясно вижу Стэйтли.

Пока он говорил, ласковый ветерок оживился, сметая низко лежащие клубы дыма, обнажая все силы, теперь усиленные двумя бригами и шхуной из Лиссабона, и ведя «Рингл» быстрым галсом вперёт, к месту встречи.

nemox 19.06.22 в 08:39

Рид поспешил вниз, чтобы выпустить Доктора. «Это было больше похоже на настоящую битву, сражение флота, чем что-либо, что я когда-либо слышал», — сказал он. «Если вы возьмете мой бинокль, вы увидите, что они стреляли с обеих сторон по разным наборам целей, буксируемых вдоль линии. Обе стороны! Вы когда-нибудь видели такое, сэр?

nemox 19.06.22 в 08:58

— Никогда, — ответил Стивен с предельной правдой. Его рабочее место находилось в каюте или ее эквиваленте: и хотя в определенных четко определенных случаях, когда барабан не бил тревогу, ему разрешалось наблюдать за офицерами, мичманами и матросами, выполняющими упражнения с большим орудием, он никогда не видел, как они выполняли упражнения, сражаясь с обеих сторон корабля одновременно. Это редко случалось даже в бою, за исключением случаев, когда сражение превращалось в рукопашную схватку, как это произошло при Трафальгаре, и практически никогда на практике, одной из причин была стоимость пороха. Правительство разрешило определенный скудный паек, которого хватило лишь на незначительное количество тренировок с фактически стреляющими орудиями: все, что сверх этого, должно было быть оплачено капитаном, и лишь немногие капитаны были полностью убеждены в важности артиллерийского дела и были достаточно богаты, чтобы покупать количество пороха, необходимое для того, чтобы сделать корабельную роту настолько опытной, чтобы они могли дать три точных бортовых залпа за пять минут. Некоторые, хотя, как Томас Темзский, были достаточно обеспечены, считали, что быстрота маневрирования, блестящая медь, блестящая краска, хорошо зачерненные реи и природная британская доблесть подойдут для всех целей, и их упражнения с большим оружием не приведут ни к чему большему, чем пускать и выпускать оружие в тупом шоу, никогда не используя даже правительственное пособие: большинство этих офицеров почти не участвовали в боевых действиях или вообще не участвовали в них. Джек Обри, с другой стороны, видел больше боев на море, чем большинство; и он, как и многие его друзья, был убежден, что никакая храбрость не победит врага примерно равной силы, у которого есть датчик погоды и который может стрелять быстрее и точнее. Кроме того, он видел катастрофические последствия того, что экипаж не готовился сражаться с обеими сторонами. Однажды, например, когда он был пассажиром на Яве, он познакомился с фригатом «Конституция»: в какой-то момент боя американец подставил свою уязвимую корму британскому кораблю, но руки, стрелявшие из орудий правого борта, ни ума, ни, прежде всего, подготовки, чтобы эффективно расправиться с теми, кто слева. «Конституция» удалилась почти невредимой, и хотя несколько позже «Ява», полная духа, пыталась взять ее на абордаж, ничего не вышло. К исходу того декабрьского дня унылая Ява была захвачена и сожжена, а ее уцелевшие люди, в том числе и Джек, были увезены заключенными в Бостон.

nemox 19.06.22 в 11:11

Теперь у него было достаточно денег для большого количества пороха; и теперь, решив иметь эскадру, которая могла бы справиться с любым противником равной силы, он проводил крупномасштабные артиллерийские учения героического масштаба, все его корабли выстроились в боевой порядок и стреляли по целям, проходившим с обеих сторон на расстоянии кабельтова, хорошая длина чтоб быть в упор.

Когда «Рингл» приблизился к кораблю с вымпелом, лежавшему посередине линии, Стивен с некоторым беспокойством заметил, что, хотя поверхность океана была настолько гладкой, насколько можно было бы пожелать, с едва заметной рябью, его основное тело, огромная жидкая масса, вздымалась с длинной южной зыбью, движение было ясно видно среди лодок вдоль борта «Беллоны», потому что коммодор вызвал капитанов «Стейтли», «Темзы» и «Авроры», и их гички поднимались и опускались с удивительной скоростью. Как он слишком хорошо знал, никому, кроме опытного моряка, будет трудно подняться на борт без позора; тем не менее, пока он все еще размышлял над проблемой, «Рингл» скользнул под корму «Беллоны», мягко пробежал по ее левому борту и зацепился за ее носовые цепи.

nemox 19.06.22 в 11:18

«Мистер Барлоу, — крикнул Рид помощнику капитана на полубаке, — гордень для снаряжения доктора, сюда. Крепкий подъемный гордень, извольте, -- прибавил он с некоторым ударением.

Это был крепкий гордень; и когда вещи Стивена были закреплены, ему было велено сесть на свой морской сундук, держась за веревку обеими руками. -- Держитесь крепче, сэр, и никогда не смотрите вниз, -- сказал Рид, а затем, на вершине зыби, он крикнул: Акуратней теперь: тихонько. Стивен и его пожитки поднялись, качнулись внутрь и коснулись палубы с таким же ударом, как если бы разбилось яйцо. Он поблагодарил руки, пристально посмотрел на одно из знакомых лиц и сказал: «О, Кейли… . .' и осторожно схватил левое ухо мужчины, ухо, которое он пришил обратно после того, как оно было частично оторвано игривым товарищем. «Очень хорошо, — сказал он, — вы выздоравливаете, как молодая собака», — и пошел вдоль трапа по левому борту, встречая полдюжины кивков и поклонов от бывших товарищей по кораблю, потому что почти все «Сюрпризовцы», не поселившиеся в Шелмерстоне, присоединился к своему капитану на «Беллоне».

nemox 19.06.22 в 11:23

Подойдя к квартердеку, он увидел капитана Темзы Томаса, выходящего из каюты коммодора, выглядевшего разъяренным: его лицо было странного цвета, крайняя бледность гнева под загаром делала его похожим на маску. Его выпроводили за борт со всеми должными церемониями, не дождась никаких благодарностей, в отличие от Даффа с «Величайшего» и Говарда с «Авроры», которые отплыли на своих гичках прямо перед ним.

Стивен заметил интеллигентные взгляды и тайные улыбки среди офицеров, собравшихся формальным строем на квартердеке, но как только катер Темзы отчалил, Том Пуллингс отвернулся от входного иллюминатора с широкой, искренней, веселой улыбкой совсем другого рода и поспешил к нему, крича: «Добро пожаловать на борт, дорогой доктор, добро пожаловать на борт. Мы не ожидали увидеть вас так скоро — какой очаровательный сюрприз. Приходите и повидайтесь с капитаном — коммодором. Он будет так счастлив и освобожден. Но сначала позвольте мне назвать моего второго лейтенанта — первый находится в больничном листе: совсем не в этом дело — лейтенант Хардинг, доктор Мэтьюрин.

nemox 19.06.22 в 11:27

Они обменялись рукопожатием, внимательно глядя друг на друга — товарищи по кораблю могли получить или испортить даже короткое плаванье — и на вежливое «Как поживаете, сэр?» другой ответил: «Ваш слуга, сэр».

Это был первый раз, когда Стивен увидел Пуллингса в бесконечно желанной форме пост-капитана, и, когда они шли на корму, он заметил это: «Как хорошо тебе идет этот китель, Том».

— Сэр, — сказал Пуллингс со счастливым смехом, — должен признаться, я очень люблю его.

Они подошли к часовому морской пехоты, и Пуллингс сказал: — Я оставлю вас здесь, сэр, и принесу отчет о скорострельности, как только она будет выписана. Нельзя терять ни минуты, потому что половина смысла каракулей на грифельной доске все еще в моей голове, а другая половина в голове мистера Адамса.

nemox 19.06.22 в 12:36

Стивен, улыбаясь, прошел через экипаж в большую каюту, а Джек сидел прямо на корме, глядя поверх кормы, обеими руками положив руки на свой покрытый бумагами стол; он сидел неподвижно и с таким суровым несчастным видом, что улыбка Стивена тотчас же померкла. Он закашлялся. Джек обернулся, сильное недовольство на мгновение замаскировало несчастье, прежде чем он вскочил, гибкий, как гораздо более молодой человек: он схватил Стивена с еще большей, чем обычно, силой, воскликнув: «Боже, клянусь жизнью , Стивен, как я рад тебя видеть! Как дела дома?

— Все хорошо, насколько мне известно, но я, знаете ли, пришел впопыхах.

nemox 19.06.22 в 12:41

«Да. Да. Расскажи мне о своем походе. У вас, должно быть, всю дорогу был попутный ветер. В пакете говорилось, что вы все еще носились в Даунсе еще в прошлый вторник — я имею в виду в прошлый вторник на неделе. Господи, я так рад тебя видеть. Хочешь немного мадеры и печенье? Шерри? Или, может быть, кофейник? Что, если бы мы оба выпили кофе?

'Во всех смыслах. Этот негодяй из Рингла, хотя, без сомнения, и опытный моряк, не имеет понятия о кофе. Совсем нет, животное.

«Киллик. Киллик, сюда, — позвал Джек.

'Что теперь?' — спросил Киллик, открывая дверь спальни. Он добавил «сэр» после отчетливой паузы; и, бросив на Стивена холодную улыбку, сказал: — Надеюсь, я хорошо вижу вашу честь?

— Очень хорошо, благодарю вас, Киллик. А вы как?

— Терпимо, сэр, терпимо. Но у нас большие обязанности, мы носим широкий вымпел».

nemox 19.06.22 в 12:44

— Прикури кофейник, — сказал Джек. — И сделай койку для Доктора.

— Что я только что делал, не это ли? — ответил Киллик, но более сдержанно-обиженным тоном, чем обычно, и не без опаски.

— Итак, расскажи мне о своем путешествии, — продолжал Джек. «Боюсь, я оборвал вас в спешке».

nemox 19.06.22 в 13:12

«Я не буду беспокоить вас своими делами на суше, за исключением того, что судно и его люди вели себя самым образцовым образом и что мы сошли на берег в Шелмерстоне, а затем снова в Корунье; но позвольте мне сказать вам, что, несмотря на сильный и попутный ветер, который иногда уносил нас на двести миль между полуднем и следующим днем. . .' Он жадно перечислял птиц, рыб, морских млекопитающих (среди них стая китов), овощей, ракообразных и других форм жизни, выловленных с поверхности или пойманных небольшим тралом, пока не заметил, что внимание Джека ослабло. . «Возле Финистерре, — продолжал он, — ветер на некоторое время оставил нас, и я, возможно, видел тюленя-монаха; но ветер скоро откликнулся на наш свист и весело понес нас вниз, пока не показались Берлинцы и мы не услышали грохот ваших орудий. Этот превосходный молодой человек Рид развесил паруса во всех направлениях, так не желая пропустить битву, как мы предполагали; и он не принял бы их, когда ветер оживился - мачты гнулись самым удивительным образом. Но, однако, это оказалось не более чем крупнокалиберным артиллерийским упражнением героического масштаба. Надеюсь, вы нашли его удовлетворительным, мой дорогой?

nemox 19.06.22 в 13:15

— Стивен, это была кровавая бойня. Это было действительно так. Но, может быть, в другой раз мы поступим лучше. Скажите, вы не привезли писем, когда уезжали из Шелмерстона? Я имею в виду, в частности, из Ашгроува.

— Я этого не делал, — сказал Стивен. «Мне очень жаль разочаровывать, но я обещал юному Риду поймать утренний прилив, святой утренний прилив. Кроме того, не только из желания успеть к вам на встречу — можно даже сказать, помимо чувства долга, — я путешествовал с дочерью и Клариссой Оукс, везя их в Испанию, где нужно было проконсультироваться с выдающимся авторитетом; и я не заехал: Кларисса и Софи не подруги.

'Нет. Я знаю, что это не так.

— Простите, что разочаровал, — снова сказал Стивен в тишине.

— О, никогда не беспокойся об этом, Стивен! — воскликнул Джек. — Ты не мог разочаровать. Во всяком случае, я получил его на днях лиссабонским пакетом, и это было чертовски неприятное письмо. Не скажу, что меня это насторожило, но. . .'

nemox 19.06.22 в 13:16

Стивен сказал про себя: «Брат, я никогда не видел тебя таким разрушенным, кроме одного раза, когда тебя вычеркнули из списков военно-морского флота».

— Входи, — позвал Джек.

— Все готово, сэр, — сказал Том Пуллингс. — А вот и отчет об учениях. Боюсь, вам это не понравится.

Джек взглянул на бумагу. — Нет, — сказал он. 'Нет. Это не приятно. Попробуем показать им что-нибудь получше. Стивен, ты давно не видел учений с большой артиллерией, и я не помню, чтобы когда-нибудь показывал тебе корабль, стреляющий с обеих сторон по мишеням. Хочешь посмотреть?

'Я хотел бы этого больше всего.'

nemox 19.06.22 в 13:17

Когда они вышли на квартердек, Пуллингс отдал приказ к оружию, и сквозь грохот барабана Джек сказал: «Вы понимаете, это только главные батареи, орудийная палуба и верхняя палуба, тридцать- два фунта и восемнадцать.

Даже доктор Мэтьюрин не мог предположить, что это было обычное упражнение с большой артиллерией, когда стрелков отвлекли от их обычного занятия, чтобы три или четыре раза запустить и вытащить свои орудия, прежде чем их отпустили. Вовсе нет: это имелось в виду, и все в эскадре знали, что это имелось в виду, как пример того, как эти вещи должны делаться в бою; и все на «Беллоне» чрезвычайно заботились о том, чтобы пример корабля-вымпела действительно был образцовым, ибо не только уже была очень высокая степень гордости за барк, но даже среди тех, кто служил с ним с самого первого его командования, неуклюжий бриг в Средиземном море, было сильное стремление угодить коммодору или даже больше именно для того, чтобы избежать его неудовольствия, которое могло быть разрушительным, прежде всего в настоящее время. С раннего утра мистер Мирс, канонир, его помощник, четвертьканониры и, конечно же, артиллерийские расчеты, первый капитан, второй капитан, тунеядец, кочегар, триммеры, абордажники, пороховые мальчики и морские пехотинцы, подбадривали друг друга, свои расчеты, смазывая салазки, выпрашивая жир у поваров для облегчения блоков, расставляя снасти и дробовые гирлянды именно так, в то время как мичманы и офицеры, заведовавшие указанными дивизиями, тоже суетились над каждой деталью пороховых рожков, пыжей, гильз , замки, работы и тому подобное: и это каждый экипаж сделал как на правой, так и на левой батареях, ибо, хотя на «Беллоне» было более пятисот человек на борту, этого было недостаточно, чтобы обеспечить людей для каждого борта, и один экипаж умел обслуживать два орудия.

nemox 19.06.22 в 13:34

Бригады, часто возглавляемые старыми Сюрпризавцами, привыкшими к манере Джека Обри, или, во всяком случае, людьми, повидавшими немало боевых действий, были сформированы, как только Джек принял командование, и с тех пор они тренировались вместе. Они должны были быть уверены, но они не были. Они накинули платки на головы, подтянули брюки, плюнули на руки и уставились вперед, на яркий свет над гладко вздымающимся морем палубе, ожидая сигнальной пушки с квартердека и появления мишеней.

— Очень хорошо, мистер Мирс, — сказал капитан Пуллингс, и пронзительное орудие выстрелило: его дым едва унесся назад, как появилась правая мишень, три груды бочек и изношенной парусины летели на вертикальных рангоутах, каждая из которых представляла собой полубак, травез и квартердек линейного корабля, буксируемые целиком на длинном тросе шлюпками эскадры. И с двухминутным интервалом появился левый борт, тоже двигавшийся неторопливым шагом в пределах трехсот ярдов.

«С носа на корму, огонь, как они идут», — крикнул Пуллингс с квартердека, и второй лейтенант на орудийной палубе повторил его слова, Джек поставил секундомер.

nemox 19.06.22 в 13:43

Два долгих рывка, корабль накренился на семь градусов, показывая все зубы; и на следующем подъеме орудийная палубная носовая тридцатидвухфунтовая пушка издала свой громадный угрюмый рев, выпустив столб пламени, который осветил всю струю дыма, и ее ядро ​​попало в стволы от цели: приветствия по линии на обеих палубах, но экипажу носового орудия было не до таких вещей — они держали орудие на полной отдаче, протирали губкой, заряжали патрон, а затем ядро, с бешеной скоростью вбивали пыж в цель, вздымали пятидесятипятитонное чудовище снова с грохотом и помчался к левому борту, где второй капитан уже был готов к тому, что они направят свой массивный орудие на следующего. К этому времени стрельба прошла на полпути как по орудию, так и по верхней палубе по правому борту. Сокрушительный грохот, клубы дыма уже смутили настроение и восприятие Стивена, но теперь шум удвоился, когда в дело вступили орудия левого борта, и еще одна группа целей переместилась в пределах досягаемости. У него было впечатление огромного, подавляющего шума, пронизанного яростными струями напряженной, сосредоточенной работы, где он мог видеть артиллерийских расчетов, блестящих от пота, когда они вздымались, наводили и стреляли из своих орудий, прежде чем прыгнуть на другую сторону, другие, никогда друг другу не мешающие, никогда не спотыкаясь — почти без слов — жесты, кивки сразу понятны.

nemox 19.06.22 в 14:23

Затем, с последней преднамеренной тридцатидвухфунтовой пушкой прямо в корму, все было кончено, и на оглушенный мир воцарилась тишина. Дымовая завеса унеслась с подветренной стороны, подальше от эскадры. Джек посмотрел на встревоженного Тома и сказал: — Боюсь, это не совсем эквивалентно трем бортовым залпам за пять минут, капитан Пуллингс.

— Боюсь, что нет, сэр, — сказал Том, качая головой.

«И все же это было недалеко; и мы скоро придумаем что-нибудь попроще, — продолжал Джек. «И в любом случае это дало общее представление о том, чего можно ожидать, относительно хорошее общее представление. Что вы об этом думаете, доктор?

— Я и не подозревал, что сражаться с обеими сторонами было так тяжело, — сказал Стивен тем довольно громким голосом, что обычно бывает после тяжелой артиллерийской стрельбы, — и так искусно и опасно, когда пушки отскакивают с обеих сторон с такой ужасающей силой. Одиночный бортовой залп я видел достаточно часто, и он требовал удивительной маневренности, но это превосходит всякое воображение. Я наблюдал за их ужасной работой в поясе — ничего над баррикадой квартердека вплоть до восемнадцатифунтовых орудий на верхней палубе, которые теперь были размещены и все их орудия закреплены, — но внизу, на самой артиллерийской палубе, с этими громадные куски, гремящие в ухе с обеих сторон, и весь дым, должно быть, это было очень похоже на сам ад».

nemox 19.06.22 в 14:26

«Использование делает мастера», — заметил Джек. «Удивительно, к чему можно привыкнуть. Немногие выдержали бы твои пилы и ведра крови, но ты ни на что не обращаешь внимания. Он повернулся, чтобы вернуться в каюту, и Стивен уже собирался последовать за ним, когда к нему подошел старший ассистент хирурга. — Простите меня, сэр, — сказал он, — но мы очень обеспокоены состоянием мистера Грея — первый лейтенанта — Маколей считает, что это может быть очень внезапный и резкий приступ камня; и с покорностью я согласен.

— Я сейчас же приду, мистер Смит, — сказал Стивен. и по мере того, как они спускались, палуба за палубой, сдавленные крики пациента становились все более явными. Появление Стивена принесло некоторое облегчение, и Грей остановился, чтобы быстро осмотреть его — быстро, потому что в этом не было никаких сомнений, — но как только его отпустили, стон начался снова, хотя он изо всех сил кусал простыню и одеяло, его тело выгнулось и дрожало от боли. Стивен кивнул, пошел в свою амбулаторию, достал нетронутую настойку лауданума (когда-то приносившую ему утешение и наслаждение, но чуть не погубившую его, так как это была жидкая форма опиума) и несколько пиявок, влил дозу, которая заставила его помощников замереть, дал им инструкции по поводу инструментов и бинтов, поставил полдюжины пиявок, сказал молодым людям на латыни, что он полностью согласен и что, как только пациент будет в хорошем состоянии — если он доживет до этого времени, — он будет оперирован, вероятно, в самом начале. Утро: Плотник приготовит нужный стул: в Арчболде был размеренный чертеж.

nemox 19.06.22 в 14:32

Он вернулся на квартердек и некоторое время прохаживался там по приятному вечеру. Эскадра шла на юго-юго-восток под легкими парусами, и с бака «Стейтли», следующего за кормой, доносились звуки музыки, стрелки плясали до последней вахты. В какой-то момент он увидел в полумраке Киллика, который сказал ему: «Сегодня на ужин будет редкая старая утка, сэр», — ласковым покровительственным тоном, прежде чем пройти по сходням к полубаку: оттуда по вантам он добрался до фор-топа, этой широкой удобной платформы высоко над палубой, со сложенными лисилиями вместо подушек и великолепным видом на идущие корабли, направляющиеся в Африку под курсувыми и марселями с одинарными рифами под небом, уже наполняющимся всполохами. Но Киллик был так же равнодушен к звездам, как и к красоте «Лорела», прелестного маленького корабля с двадцатью двумя пушками прямо впереди. Он поднялся наверх по назначению, в одно из очень немногих мест на корабле (500 человек и более на пространстве длиной 170 футов и шириной не более 46 футов 9 дюймов, почти полностью заполненном припасами, провизией, водой, оружием, порохом и дробью), где люди могли поговорить наедине, увидеть своего старого друга Баррета Бондена, с которым он едва обменялся двумя словами с тех пор, как присоединился Рингл; и он смотрел на молодых матросов, которые тоже сидели там, играя в шашки, с большим неудовольствием.

nemox 19.06.22 в 16:01

— Убирайтесь, приятели, — весьма любезно сказал им Бонден, и они сразу же ушли, авторитет рулевого коммодора не оставлял им ни минуты выбора.

«Как дела?» — спросил Киллик, пожимая Бондену руку.

-- Все а-танто, -- ответил Бонден, -- все а-танто, спасибо. Но что случилось с барком?

— Хочешь знать, что случилось с барком?

— Верно, приятель. Все изменилось. Любой мог бы подумать, что на борту находится Старый Ник или Старый Джарви — кривые взгляды, ни одной улыбки, офицеры нервничают, люди подпрыгивают, как в день рока или адмиральской инспекции. Он не был особенно взволнован, и люди не были особенно потрясены, когда мы покинули Помпей, но на борту было много старых товарищей по кораблю, настоящих моряков, и в целом это был счастливый корабль. Что на него нашло?

nemox 19.06.22 в 16:04

"Почему," сказал Киллик, и он искал поразительный, даже эпиграмматический ответ; но в конце концов, отказавшись от попытки, он сказал: «Дело не только в Пурпурном императоре и его верном недовольном корабле — который он не мог бы встретить военный бриг янки и взять его, если бы бриг был хоть сколько-нибудь умным — и это не этот старый статный с ее пакетом пуфов на борту; хотя все это помогает. Нет. Это домашнее несчастье сделало это. Домашнее неблагополучие, переполнившее барк, во всяком случае неуклюжий барк, что ни говори, с таким количеством мертвых, невежественных зеленокожих, кучей жалких загнанных людей и старшим лейтенантом, который слишком болен, чтобы исполнять свой долг. Домашнее несчастье.

— Что ты имеешь в виду под своими домашними неудачами? — строго спросил Бонден.

— Я имею в виду, что капитан — коммодор и миссис О — разошлись медными тряпками. Это то что.'

— Боже Всемогущий, — прошептал Бонден, откинувшись на спинку борта, ибо слова Киллика на данный момент звучали совершенно убедительно. Но после паузы он сказал: «Откуда ты знаешь?»

nemox 19.06.22 в 16:07

— Ну, — сказал Киллик, — вы многое замечаете. Вы не можете не слышать вещи, и вы соединяете их вместе. Никто не может назвать меня любопытным. . .' Бонден не прокомментировал». . . и никто не может сказать, что я не дорожу интересами капитана.

— Верно, — сказал Бонден.

— Ну, пока мы были в Ост-Индии, и в чертовом Ботаническом заливе, и в Перу, и так далее, миссис О присматривала за тем, что у нас есть здесь, в Ашгроуве, я имею в виду в Хэмпшире; и она присматривала за поместьем Вулкомб, которое капитан унаследовал от генерала: мистер Крофт, адвокат Крофт, был не совсем в своем уме, будучи таким древним. А там, внизу, живет семья Пенгелли.

— Пенгелли. Да, я их помню.

nemox 19.06.22 в 16:08

У этих Пенгелли было две фермы в поместье, обе принадлежали старому Фрэнку Пенгелли на всю жизнь; и когда капитан в последний раз был в Дорсете, как раз перед тем, как мы отплыли, старый Пенгелли сказал ему, что беспокоится об аренде, умереть до того, как корабль вернется домой, беспокоясь за свою семью, так как это аренда на две жизни, а он второй сын своего отца, если вы понимаете. Бонден кивнул. Аренда на одну, две или три жизни была обычным явлением и в его части Англии. -- Ну, кажется, когда капитан садился на коня, -- помнишь того большого серого, обкусанного блохами? он сказал, что правильно увидит молодых Пенгелли, под которыми старый Фрэнк понимал своих сыновей. Но когда старый Фрэнк умер, что он и сделал, когда нас не было в отъезде и года, миссис отдала Уэстон-Хей его старшему сыну Уильяму, а Алтон-Хилл со всеми его овечьими выгулами — молодому Фрэнку, племяннику и крестнику старика, оставив другого брата, Калеба, ни с чем».

— Этот Калеб был праздным, пьяным, бестолковым существом, никаким фермером. Хотя у него была хорошенькая дочь.

nemox 19.06.22 в 16:10

'Да. Но когда мы вернулись домой, выяснилось, что капитан действительно имел в виду сыновей, когда говорил о молодых Пенгелли, и они с миссис переговаривались по этому поводу. Много раз и очень тяжело. И о некоторых других изменениях, которые она внесла: там, в Дорсете, погибло много людей, пока нас не было. Киллик колебался, не в силах разглядеть выражение лица Бондена в темноте, но вскоре продолжил: — Да, у Калеба была хорошенькая дочь, которую звали Нэн, а Нэн работает горничной в Асбгроув. Ты знаешь, что Нед Харт работает в нашем саду?

'Конечно, я знаю. Конечно, я знаю. Мы были товарищами. Он потерял ногу в старом Вустере.

— Ну, Нед и Нэн хотят пожениться. И если Калеб сможет получить эту аренду, он говорит, что подставит их. Вот как я так много узнаю: Нэн рассказывает Неду, как Калеб идет на работу, а Нед рассказывает мне, как человеку, который знает мысли капитана.

'Справедливо. Но они никогда не поделятся медными тряпками из-за такой вещи?

'Нет. Но одно прибавлялось к другому, и каждый раз возникали разногласия, с резкими словами и неприязнью. Вы помните Парсона Хинкси?

— Джентльмен, который когда-то ухаживал за мисс Софи, игрок в крикет?

nemox 19.06.22 в 16:12

— Да, оказалось, что это Парсон Хинкси советовал — советовал аренду и все остальное, все то, о чем они не соглашались. Он приезжал в Эшгроув по крайней мере каждую неделю, пока мы отсутствовали, говорит Нед, а теперь он сидел в капитанском кресле.

— О, — сказал Бонден.

«Мать Вильямс и ее подружка обратили на него много внимания; и дети. Я видел.

Бонден мрачно кивнул: бесперспективное положение дел.

nemox 19.06.22 в 16:15

«Так что были слова, и Парсон Хинкси всегда привлекал внимание. И Парсон Хинкси приходит очень часто. Но это было ничто, ничто по сравнению с тем, что случилось, когда капитан был в Лондоне, а она отправилась на обед в Бархэм, где миссис Оукс присматривала за маленьким чадом бедного доктора.

— Она не натуралка. . . Она такая хорошенькая девица, какую я когда-либо видел, разговаривает с Падинами на их языке, а с нами совсем как христианка. Смеется, когда барк плывет по морю, поднимается на плечах у старого Плесени, никогда не боится морской болезни — любит море. Мы просто перевезем ее и миссис Оукс на тендере. Милая девица, и Доктор счастлив, как… . .' Прежде чем он смог догадаться о самом типе счастья, Киллик продолжил: «Что случилось, Нэн не могла сказать, но это было связано с тем шелком, который капитан купил на Яве, и из которого мы сшили свадебное платье миссис Оукс».

nemox 19.06.22 в 16:19

— Я сшил ему лиф, — сказал Бонден.

«Ну, это только часть рулона, а остальное было доставлено домой, как и предполагалось. Итак, миссис О. надела его на этот обед, где присутствовал Парсон Хинкси и еще какой-то джентльмен; а когда вернулась, она сорвала его, сказав, что никогда больше не будет носить такую тряпку, и отдала горничной, которая показала Нэн кусочек — никогда не видела таких прелестных вещей, сказала она.

— Не знаю, что с этим делать, — сказал Бонден.

nemox 19.06.22 в 16:38

— Я тоже, — сказал Киллик. «Нет, пока все это не дошло до Нэн через горничную миссис А. Клэптон и ее друзей. Но, кажется, когда капитан вернулся через день или около того после этого обеда, его уже ждало письмо об аренде, которая его раздражала, и он упрекнул миссис О. в том, что она слишком часто видится с пастором Хинкси, что она больше думает о его совете, чем о его советах мужа, а может быть, он еще что-то сказал, увлекаясь, вроде. В любом случае, это было намного, намного больше, чем она могла вынести, и она бросилась на него, как татарка, настоящая дикарка, крича, что если он может использовать ее так, и так обвинять ее, в то время как она носила его тролльи останки и была вежлива с ней была бы проклята, если бы имела к нему еще какое-то отношение, и она сняла свое кольцо и сказала ему, что он мог бы… нет, она никогда этого не говорила: она выбросила его в окно. Но она могла бы сказать это, и даже хуже: никто никогда не думал, что в ней столько мужества или ярости, что она способна тащить его вверх и вниз, хотя ни разу не слезы, не сквернословие и не ломая вещи. Ну, это было как раз перед тем, как мы отплыли. Последние дни он спал на даче, а она в уборной с запертой дверью; и не было нежных прощаний на прощание, хотя дети проводили его до лодки и махали, и... . .'

Корабельный мальчик перегнулся через перила и сказал: «Мистер Киллик, сэр, Гримбл спрашивает, взять утку или подождать вас?» и повар Коммодора говорит, что она испортится, иначе.

nemox 19.06.22 в 16:44

— Киллик, — сказал коммодор, передавая ему пустую соусницу, — скажи моему повару, чтобы он наполнил ее чем-то, очень похожим на соус, или примит последствия. Небо и земля одинаково восстают против пересохшей и иссохшей утки, — добавил он, обращаясь к Стивену.



— Если утке не хватает масла, она теряет все права на имя, — сказал Стивен. — А вот несколько аксельбантов — как по-английски «аксельбанты»? — с внутреннего бока существа, которые хорошо пропитаются глотком этого «Эрмитажа».

— Хотел бы я так резать, — сказал Джек, глядя, как нож Стивена нарезает длинные тонкие полоски. «Мои птицы обычно снова взлетают в воздух, самым гибельным образом размазывая жир по столу и коленям моих гостей».

«Единственное судно, на котором я когда-либо плавал, позорно перевернулось вверх дном, — сказал Стивен. «Каждый занимается своим делом, — сказал Платон, — это справедливость».

nemox 19.06.22 в 16:47

Принесли соус, несколько бледный и жиденький, но достаточный: Джек ел и пил. «Наверняка вы хотите еще немного?» сказал он. — Птица лежит перед тобой или то, что от нее осталось. И еще бокал вина?

'Я не буду. Я справился неплохо; и, как я уже сказал, я должен быть сносным спартанцем. Завтра у меня, вероятно, будет напряженный день, и я начну рано. Но я присоединюсь к вам, когда появится портвейн.

Джек ел без смущения — они были очень старыми друзьями, сильно различавшимися по размеру, весу, способностям, потребностям, — но и без особого аппетита.

Стивен сказал: «Расскажу ли я вам еще одно наблюдение Платона?»

— Пожалуйста, — сказал Джек, и его улыбка на мгновение вернулась.

nemox 19.06.22 в 16:49

— Тебе должно понравиться, у тебя очень красивая рука. Хинкси процитировал это, когда я обедал с ним в Лондоне, и мы обсуждали меню: «Каллиграфия, — сказал Платон, — это физическое проявление архитектуры души». Если это так, то моя душа должна быть дерновой и плетневой, так как от моего почерка отреклась бы отсталая кошка; тогда как у вас, особенно на ваших картах, есть очень изящная плавность и ясность, внешняя форма души, которая могла бы зачать Парфенон ».

Джек отвесил вежливый поклон, и в комнату вошел пудинг: пятнистая собака. Он молча предложил кусок Стивену, который покачал головой и какое-то время машинально ел, прежде чем отодвинуть тарелку.

Киллик принес портвейн с миндалем, грецкими орехами и птифурами. Джек сказал ему, что он может лечь спать, и встал, чтобы запереть за собой двери салона и спальни, не обращая внимания на его шокированное «Что, кофе не?»

nemox 19.06.22 в 16:57

— Я не знал, что вы обедали с Хинкси, — сказал он, снова садясь.

— Конечно, нет. Это было, когда я прибежал в Лондон на тендере, а ты уже был в море. Я столкнулся с ним в задней части магазина Клементи, где он перебирал партитуры — фортепиано и клавесин. Я нашел его очень осведомленным, разговорчивым на тему вашего старого Баха, и отвел его обратно к Блэку, где мы относительно неплохо пообедали. Лучше бы стол солдат не начал реветь и орать. Тем не менее, мы закончили вечер очень приятно, болтая о Бендасах в библиотеке: мы могли бы сыграть некоторые из их дуэтов, которые я принес с собой, когда мы допьем вино.

— О, Стивен, — сказал Джек, — к музыке у меня не больше привязанности, чем к еде. Я не прикасался к своей скрипке с тех пор, как мы вышли в море. Но вернуться к Хинкси, что вы о нем думаете?

«Я нахожу его очень хорошей компанией: он ученый и джентльмен, и он был очень добр к Софи, пока нас не было».

nemox 19.06.22 в 17:12

-- О, я ему очень обязан, я знаю, -- сказал Джек и ворчливым тоном добавил: я бы хотел, чтобы мне не пришлось благодарить его за набор рогов.

Стивен не обратил внимания на это глубокое бормотание: его мысли были где-то в другом месте. — Я помню, — сказал он наконец. «Они играли в крикет, и кто-то ударил или поймал мяч так, что раздался общий крик одобрения. Мой сосед закричал: «Кто это был? Кто это был?» подпрыгивая вверх и вниз. "Это был красивый джентльмен," сказал ее спутник. «Мистер Хинкси». Его обычно считают красивым.

«Красивый так же красив, — сказал Джек. «Я не могу себе представить, что они в нем находят».

— О, с его атлетической формой — чего вы не можете отрицать — и с его любезными качествами — он кажется мне превосходно приспособленным для того, чтобы нравиться молодой женщине. Или женщина определенного возраста, если уж на то пошло.

— Не могу себе представить, что они в нем находят, — повторил Джек.

nemox 19.06.22 в 17:20

— Возможно, ваше воображение работает на другом колесе, мой дорогой, но, как бы то ни было, мисс Смит, мисс Люси Смит так много видит, что приняла его предложение руки и сердца. Об этом он сказал мне не без некоторого скромного торжества в конце нашего обеда, а перед тем, как мы расстались, он сказал мне, что отец этой дамы, один из видных деятелей Ост-Индской компании, так полностью одобряет брак, что он использовал все свое влияние, чтобы назначить мистера Хинкси епископом — разумеется, англиканским епископом — Бомбея. Может быть, Бомбей — возможно, Мадрас или Калькутта — или, возможно, епископ-суфражист — мой разум был немного сбит с толку нашими тостами, — но, во всяком случае, благородное индийское заведение для него и его невесты. Джек, мы все еще в районе пива, не так ли?

'Пиво? О да, осмелюсь сказать. . . Стивен, я не могу передать вам, как я рад, что вы мне все это рассказали. . . Значит, он женится? . . . Я так боялся. . . Стивен, портвейн ждет тебя. . . Я был на грани того, чтобы обнажить себя. . . глупые, постыдные мысли».

— Я рад, что ты этого не сделал, брат. Близкая дружба не может выдержать такого напряжения: результаты всегда плачевны».

"Я так счастлив," заметил Джек, через мгновение; и действительно можно было видеть, как он раздувался вместе с ним. — А что там было с пивом?

nemox 19.06.22 в 17:23

Я спросил, находимся ли мы все еще в пивном районе или области, в той части океана, в которой пиво мы приносим из дома и которое мы ежедневно подаем по абсурдной и преступной цене галлон - галлон: восемь пинт! — каждому, пока есть в наличии. Разве пиво еще не уступило место еще более пагубному грогу?

«Я считаю, что мы все еще на пиве. Мы обычно не начинаем, пока не поднимемся на Пик Тенерифе. Хочешь немного?

— Пожалуйста. Сегодня ночью мне особенно нужен легкий, спокойный сон; а пиво, респектабельное корабельное пиво, — самое действенное гипнотическое средство, известное человеку».

nemox 19.06.22 в 17:35

Со временем вернулся Джек с литровой банкой, из которой они попеременно глотнули, сидя и глядя за корму на длинный кильватерный след в лунном свете.

— Но знаешь, — сказал Джек, — я не выдвигал прямых обвинений.

— Брат, — сказал Стивен, — ты можешь нанести женщине сильный удар ногой по заду, а потом заявить, что никогда не бил ее по лицу.

'В этом случае . . . на скольких других вы были не так виновны, как когда-либо позволяли ваши слабые силы? Стыдно так придираться. Это было неудачно; но это не дает вам никакой моральной высоты. Никак нет. Единственный выход — ползать на животе, ревя Пеккави и колотя себя в грудь. И вот что я тебе скажу, Джек: и ты, и Софи поражены, глубоко поражены этим проклятым пороком ревности, этим пагубнейшим пороком, который портит всю жизнь как внутри, так и снаружи; и если ты не поднимешь свой ветер, ты можешь безнадежно погибнуть».

— Я всегда гордился полной свободой от ревности, — сказал Джек.

nemox 19.06.22 в 17:38

«Долгое время я гордился своей необыкновенной красотой почти по тем же причинам; или даже лучше, — сказал Стивен.

Они допили свое пиво; и вскоре Стивен, вернувшись в каюту с четвертьгалереи, сказал: «Но я рад, что вы не раскрыли свой разум: позже вы бы на меня обиделись, и в любом случае я не мог бы проявить к вам сочувствия что бы вы чувствовали свою правоту. Утром я почти наверняка должен разрубить камень у мужчины, и супружеские раздоры, прежде всего те, которые основаны на недоразумениях, кажутся пустяками по сравнению с литотомией на море и вероятной смертью в крайнем страхе, нечеловеческими страданиями и бедствиями — предельное страдание ума».

nemox 19.06.22 в 17:42