Пастка для жар-птиці Роздобудько Ірен / Ловушка для жар-птицы: ЧАСТИНА ПЕРША/ ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
| Украинский оригинал | Перевод на русский | |
|---|---|---|
Сожалеем, но текст оригинала доступен только зарегистрированным пользователям. |
Мать была против ее дружбы с Саламандрой. Она рассказывала, что когда-то эта девочка прыгнула из окна, привязав к рукам куски фанеры наподобие крыльев. Kazarina 30.12.12 в 17:47 |
|
|
А ее отец, говорила она, погиб на какой-то «чужой войне», а мать - пьет водку и, возможно, именно поэтому дочь ее все время болеет сердцем. А весь дом у них завален книгами, и в квартире трудно дышать от пыли. Когда Вере был один год, говорила мать, эта девочка пугала ее, неожиданно заглядывая в колыбель, которую иногда ей оставляла Верина мать. И Вера заходилась плачем. Kazarina 30.12.12 в 17:49 |
||
|
Вера этого не помнила. Их пути не пересекались, пока девочка в глазах восторженной маленькой Веры не превратилась в сказочную Саламандру, а сама Вера не стала слишком рано интересоваться Кортасаром и Павичем (Кортасар, Павич - поэты и прозаики, представители магического реализма. - прим. переводчика). Kazarina 30.12.12 в 17:50 |
||
|
«Малышка, - писала Саламандра. - Все, что пишу, - для тебя. Ближе у меня никого нет. Угнетает тишина, и я постоянно вынуждена прислушиваться к стуку собственного сердца. Сейчас у нас - «мертвый час» (представь себе!), так это называется. Трогательно, не так ли? Ха! Санаторий и есть санаторий! Только, думаю, на этот раз мне не выбраться отсюда. Обидно, не увижу, какой ты станешь лет через десять! Сколько всего изменится в твоей жизни... Но знаю, что и ты никогда не забудешь тот вечер, когда мы впервые сидели у тебя и ели жареное мясо. Помнишь? Ты тогда осталась дома одна. Я и сейчас не могу вспомнить, почему решила зайти к тебе - ты была для меня совсем маленькая и неинтересная. Kazarina 30.12.12 в 17:54 |
||
|
Ты открыла дверь - я увидела, какая ты бледная, а точнее - полузеленая, со всклокоченными волосами, только что срезанными большими ржавыми ножницами. Я сразу догадалась: Малышка переживает свою первую любовь, которая, конечно же, должно быть несчастливой. Почему же еще глупый ребенок может резать волосы и быть такой зеленой? Ты впустила меня, и руки твои дрожали. Kazarina 30.12.12 в 17:56 |
||
|
Откуда мне было знать, что ты давно наблюдаешь за мной? Ты подожгла материнскую сигарету и со взрослым видом начала забавно дуть в нее, будто надувала воздушный шарик. Ты хотела быть взрослее. Ты хотела умереть. И ... есть. И тогда - помнишь, Малышка, мы нажарили мяса и накрыли скатертью табурет напротив окна вашей однокомнатной квартирки. Мы отлили из маминой бутылки, стоявшей в серванте, белого вермута и осторожно добавили туда воды. Мы ели мясо и учились курить - и я впервые увидела тебя, Малышка, и подумала: «Такие долго не живут ...» Kazarina 30.12.12 в 17:58 |
||
|
«Я хочу, чтобы ты никогда не узнала, чем заканчивается великая любовь, - писала Саламандра. - Пусть у тебя она будет средней и никогда не достигает той высоты, которая дает людям чувство долга. Средняя тянется, как горизонт над морем. А великая обречена на страшную и грубую смерть. Она всегда падает по закону бутерброда... Ты вырастешь в необычную женщину - я чувствую это, ведь моя жизнь так плотно сконцентрирована, что у меня нет времени на пустые разговоры. Kazarina 30.12.12 в 18:00 |
||
|
Только сейчас ты - Золушка, дочь дворничихи. Но это все пройдет. Только не стань такой, как те глупые девчонки из седьмого подъезда, - это мертвецы, отребье, которое имеет возможность разве что нацепить на себя бриллианты и с ног до головы облиться французскими духами... Мы с тобой - из другого измерения, помни это». Kazarina 30.12.12 в 18:03 |
||
|
«Сегодня дождь, - писала Саламандра. - Третий день меня готовят к операции. Не хочу огорчать тебя подробностями. Kazarina 30.12.12 в 18:03 |
||
|
Но признаюсь только тебе - я не верю в успех. Мое сердце сломалось еще во время моего рождения. Пишу на второй день. До операции не более часа ... Kazarina 30.12.12 в 18:04 |
||
|
Малышка, ты моя великая любовь - никогда не думала, что влюблюсь в девчонку». Kazarina 30.12.12 в 18:04 |
||
|
Этот последнее письмо пришло именно тогда, когда тело Саламандры привезли домой. Она лежала посреди большой комнаты - и ее старшая сестра или тетя при всех подкрашивали ее бледные губы. После ритуала созерцания все соседи спустились во двор и ждали выноса гроба там. В комнате осталась только Вера и шестеро мужчин. Вера знала, что Саламандре стыдно лежать так перед ними, стыдно быть немой среди тех, кто может двигаться и разговаривать, ей очень хочется сбросить со лба бумажную ленту с молитвой и весело улыбнуться и показать всем язык. «Потерпи еще немного, - говорила Вера ей. - Я с тобой. Я здесь. Я охраняю тебя». Мужчины понесли Саламандру по лестнице и при каждом шаге она качала головой, а бумажная лента сползала ей на глаза. Когда мужчины остановились отдохнуть на втором этаже, из дверей квартиры вдруг высунулась соседка и спросила по деловому: «А на дорогу дали? Надо обязательно дать мертвецу «на дорогу» - хоть копейку. Kazarina 30.12.12 в 18:07 |
||
|
Это для Петра, чтобы райские ворота открыл!» И Вера сунула в рукав мертвой Саламандры свой кошелек: Kazarina 30.12.12 в 18:08 |
||
|
«Пусть откроются перед тобой все ворота, Саламандра!» Ей хотелось положить в гроб все свои украшения, которые они вместе так любили примерять, все морские камешки и ракушки, карандаш, блокнот, сборник Пастернака, пачку сигарет. Ей хотелось положить на эти бледные и холодные руки свою голову ... Но рядом были люди, и Вера была наедине с Саламандрой только эти четыре пролета между этажами. Ей было так хорошо шептать подруге: «Ничего, я с тобой, я с тобой ...» И Саламандра была спокойна. Совершенно спокойна. Kazarina 30.12.12 в 18:10 |
||
|
День второй Kazarina 30.12.12 в 18:10 |
||
|
- Госпожа Вера, Владимир, в буфет завезли трюфели в вакуумной упаковке! - сообщила Алина, заглядывая на следующее утро в приемную. Kazarina 30.12.12 в 18:11 |
||
|
Вовик сразу же достал из своего дипломата полосатый пластиковый пакет и с выражением молчаливого вопрос посмотрел на Веру. Kazarina 30.12.12 в 18:11 |
||
|
- Конечно же, идите! - сказала она. - А я тем временем пойду выпью кофе. Kazarina 30.12.12 в 18:11 |
||
|
По дороге в кафе на башню она зашла в отдел промышленности и пригласила с собой знакомую - бывшую однокурсницу Люсю. В кафе утром толпилось много народу. Утренний кофе на работе считалась священным ритуалом. Кофейня напоминала кают-компанию парохода: полумрак, деревянные стены и маленькие столики на две персоны, за круглыми окнами-иллюминаторами плыли облака. Женщины сели в угол. Люся постоянно озабоченно поглядывала на дверь - хотя бы ее шеф не появился, потому у Люси раз была сдача четырехстраничного «вестника». Kazarina 30.12.12 в 18:13 |
||
|
- Как тебе работается? - спросила Люся. Kazarina 30.12.12 в 18:14 |
||
|
- Пока трудно сказать, - ответила Вера, разминая в тонких пальцах длинную сигарету. Kazarina 30.12.12 в 18:14 |
||
|
- Я ваш отдел, откровенно говоря, не люблю. Kazarina 30.12.12 в 18:17 |
||
|
Они всегда держатся как-то особняком, - сказала Люся. - Правда, говорят, что у вас там самые высокие оклады. У Лилианы как будто личные связи с олигархом. Kazarina 30.12.12 в 18:18 |
||
|
- А ты что-нибудь можешь рассказать о моих дамочках? Все они кажутся мне немного странными... Kazarina 30.12.12 в 18:18 |
||
|
- По моему, они просто закомплексованные, как все «блатные». Ведь Лили каждую из них откуда-то вытащила. Профессионального образования им не хватает ... Kazarina 30.12.12 в 18:19 |
||
|
- Вот как ... Kazarina 30.12.12 в 18:26 |
||
|
- Конечно же, в наше время это не имеет большого значения. Вообще, этот отдел создавался «под Лили». А уж она собрала свою команду. Могу рассказать то, что знаю. Хотя за подлинность информации не отвечаю - люди разное говорят... Алина когда-то работала в издательстве. Для Лили она - ничто, можно сказать, тень. Говорят, что брак у нее - «по расчету», и довольно неудачный: мать сама подыскала ей какого-то оболтуса, чтобы дочка не нагуляла. Но ее это не волнует. Кажется, у нее много других развлечений. Я как-то сама видела, как она садилась в машину какого-то пожилого джентльмена. Бездарность. Kazarina 30.12.12 в 18:26 |
||
|
- А Лилиана? Kazarina 30.12.12 в 18:28 |
||
|
- Лили - из тех, кто пойдет по головам. И такое было не раз. Ты почувствуешь это на своей шкуре. Лично я ее не люблю. Хотя это мое чисто субъективное впечатление, не пугайся. О, забыла, у них еще была одна - Ольга. Но она сейчас в психушке. Теперь ее бывший муж - супруг Лилианы. Лили так старалась утешить его, стала другом семьи. Они вместе посещали Ольгу. А теперь, кажется, хотели бы, чтобы она никогда не вышла из больницы. Продолжают ее посещать. Такой семейный альтруизм. К сожалению, больше ничего не могу сказать. Держись. Может, перейдешь впоследствии в другой отдел. Kazarina 30.12.12 в 18:30 |
||
|
Женщины допили кофе и докурили сигареты. Надо было возвращаться к работе. Kazarina 30.12.12 в 18:30 |
||
|
Когда Вера пришла на свое место, увидела, что у нее на столе лежит большой желтый апельсин ... Kazarina 30.12.12 в 18:31 |
||
|
*** Kazarina 30.12.12 в 18:31 |
||
|
Вкус и запах первого новогоднего апельсин - горьковато-сладкий, необычный, «заморский» - когда-то поразил ее, пятилетнюю, стал символом семейного праздника и дома, которого у нее почти никогда не было. Вера помнила себя только с пяти до тринадцати лет, затем начиналась глухая темная пропасть. Ни один лучик света не достигал ее дна. Временами Вере казалось, что она существует на грани молчания и крика, когда жесткий смоляной сгусток стоит в горле и медленно - в зависимости от жизненных ситуаций - продвигается то вниз (и тогда начинаются язвенные боли), то вверх, наполняя голову огнем необузданных слез. Проклятый чужой подарок лежал на столе и сверкал своим круглым обманчивым боком, вызывая забытые чувства. «Надо лечить нервы!» - Подумала она. Успешная и достаточно самоуверенна на людях, Вера жила на самом деле так, будто из нее, как из этого апельсина, кто-то тонко и коварно лезвием срезал кожу. Она тщательно скрывала свое безумное возбуждение от малейшего доброго слова и была готова почти по собачьи служить каждому, кто погладит по голове. Так чувствуют себя сироты и воспитанники детских домов. И Вера пыталась избавиться от этого комплекса. Kazarina 30.12.12 в 18:37 |
||
|
В конечном итоге, она многого достигла, не имея за своей спиной надежного тыла. За десять лет она несколько раз бывала за рубежом и везде чувствовала себя своей - именно так, как «предсказывала» Саламандра. Kazarina 30.12.12 в 18:37 |
||
|
Из всех городов Европы больше всего ей понравилось маленький немецкий городок Гарц. Она тщательно собирала свои воспоминания о путешествиях, ведь других у нее не было. И, зная этот недостаток, она, как в раковину, пряталась в воспоминания недавнего прошлого, собирая их по капле и записывая в большой блокнот. Она боялась потерять и их. Но они вытекали из памяти когда вздумается, отделяя Веру от реальности и вводя ее в транс. Со временем она замечала, что неспособна управлять своими чувствами. Вот и сейчас, смотря на золотистый плод, она словно грезила наяву. Перед ее глазами предстал именно Гарц. Пряничное и сахарное, это местечко даже летом имело запах рождественского яблочного пирога. А главное - попав туда впервые, Вера почувствовала, что с ней начинается «дежа вю»: каждый дом, каждая улица были ей знакомы. Когда-то в студенческой библиотеке ей попался фотоальбом со снимками старинных улиц мира. Там она наткнулась на снимок почти кукольной площади какого-то немецкого пригорода с крошечными домиками, с фигурками мужчин во фраках и цилиндрах и женщин в длинных юбках, с белыми зонтиками и цветами в высоких прическах. На слайде - справа от магазина сладостей, напротив городского фонтана в виде голого мальчика Ганса с гусем - она сразу «узнала» окно дома, в котором родилась, выросла и тихо умерла в окружении детей и внуков. Затем такие же дома она «узнавала» на слайдах других городов. Kazarina 30.12.12 в 18:44 |
||
|
Много лет спустя, во время своей первой загранкомандировки, Вера в Гарце попала на ту самую пряничную площадь. На ней почти все сохранилось в том же виде. Kazarina 30.12.12 в 18:45 |
||
|
По своей болезненной привычкой теряться, отставать и бродить, Вера незаметно отбилась от шумной толпы туристов, направлявшейся к рынку дешевой одежды «из вторых рук». Она прошла мимо лавки сладостей, поздоровалась с трехсотлетним Гансом, который держал в руках общипанного дождями гуся. От площади по мостовой и узкой улице она вышла к роще. На ее холмах сверкал шпиль старинного замка. Находясь здесь впервые, она знала, куда идти, и не удивлялась этому. Вера знала и то, что так же сориентируется в любом городе, и совсем не задумывалась - почему? Однажды в полуразрушенном караимском поселке-музее, стоя у глиняной амфоры, в которой песок еще хранил запах виноградного вина, она услышала песню на языке мертвых, смех женщин, звон кованых бус, говор соседей и запах плова, заправленного острым перцем и миндалем ... Kazarina 30.12.12 в 18:51 |
||
|
В Гарце Вера впервые вдохнула воздух свободы - это был запах дорогих сигарет и хорошего, старинной марки, пива. Вера поднималась извилистой тропинкой к замку, отхлебывая из пузатой темно-зеленой бутылки напиток свободы. А внизу, аккуратно проложенной дорогой, шли туристы, и таблички-указатели не давали им сбиться с направления. Вера знала все картины, все расположения комнат в этом замке Валейведерив, видела все старинные и потрескавшиеся лютни на блеклых коврах, могла рассказать пасторальные сюжеты гобеленов (Пастора́ль (фр. pastorale — пастушеский, сельский) — жанр в литературе, живописи, музыке и в театре, поэтизирующий мирную и простую сельскую жизнь). Именно поэтому она и не вошла тогда внутрь, а села со своим пивом у подножия имения, ревниво глядя, как туристы фотографируют то, что принадлежит только ей... Она щурила глаза и просто грелась на солнышке, и мечты несли ее дальше - в пурпурно черную Испанию, в дождливые сады Альбиона, на набережную Венеции. Внизу, за аккуратно прореженным перелеском, лежал маленький Гарц - ее первое осознанное воспоминание... Kazarina 27.01.13 в 12:55 |
||
|
... Kazarina 01.12.13 в 19:01 |
||
|
- Госпожа Вера, вы просили напомнить, что через полчаса должны ехать на интервью, - оторвал ее от мыслей голос Владимира. - полчаса прошло... и... вы раздавили апельсин... Девушки хотели вас угостить... Дать вам полотенце? Kazarina 27.01.13 в 12:59 |
||
|
«Что это со мной? - остановила себя Вера, с удивлением разглядывая свою руку, которая до сих пор сжимала сочный плод. Сквозь пальцы на стол текла жидкость. - Мне ничего ни от кого не нужно!» Kazarina 27.01.13 в 13:06 |