Погода за окном могла быть тоскливой и прохладной, но она никак не влияла на серую кобылку радостно улыбающуюся в подушку. Самые тёплые мысли на свете поддерживали в ней хорошее настроение.
Её подруга, её лучшая подруга, лежала на кровати в каких-то шести метрах от неё, хихикая под одеялом. Приглушённые гудки еле-еле дошли до ушей Октавии, а затем, как она и ожидала, несколько секунд спустя зазвонил её телефон. Это был уже третий за утро раз: первый звонок разбудил виолончелистку, а второй осведомил о личности таинственного нарушителя.
Земная пони потянула копыто к прикроватной тумбочке и взяла телефон, не глядя ответив на звонок.
«Аллё?»
Крохотный смешок раздался с того конца линии, одновременно с усилившимся хихиканьем, которое наполняло комнату. Она терпеливо ждала, пока загадочный звонивший прочистил горло и заговорил комичным басом. «Вам нужен холодильник?»
"… Неужели ты и вправду это делаешь?»
«Мэм, я действительно должна знать. Вам нужен холодильник?»
«Я не вправе распоряжаться бытовой техникой. Вся она принадлежит университету.»
«Тогда мы приедем и… эм, подождите немного.» Телефон и комната затихли, пока Винил пыталась выкрутиться из сложившейся ситуации. «Ну хорошо, а университету нужен холодильник?»
«Откуда я знаю что им нужно, а что нет?»
Раздосадованная ДиДжей резко выбралась из под одеяла. «Ну блин, Октавия!»
Показав язык, кобылка сползала с кровати и подошла к своей подруге. «Вот именно поэтому я и не пытаюсь разыграть другого пони самым старым розыгрышем из книги.»
«Откуда ты вообще знаешь о телефонных розыгрышах?» Винил вскользь похлопала по свободному рядом с ней месту. Её подруга поняла намёк и, забравшись на кровать, легла рядом с единорожкой.
«Как я и сказала: старейший трюк из книги. Розыгрыши были описаны в одном из «справочников по подготовке к студенческой жизни», что я прочитала. Благо они были направлены на распознание и нейтрализацию этих проказ, вместо их использования, хотя-"
«Сколько книг ты прочитала?» Пытливо блеснули стекла фиолетовых очков.
Октавия проклянула себя за то, что не встала пораньше, дабы увидеть Винил без них. «Я… несколько штук. Мне было очень скучно, не забывай.»
«Ты вообще пыталась заняться чем-нибудь, чтобы развеять свою скуку?» Потянувшись передним копытцем вперёд, единорог начала лениво поглаживать слегка растрёпанную гриву своей подруги.
Виолончелистка нахмурилась. «Например?»
«Забей. Я так, типа, знаешь, к слову сказала.» Голос ДиДжея слегка содрогнулся.
«Иногда ты ведёшь себя очень странно, Винил.» Она хихикнула. «Почему ты трогаешь мою гриву?»
Запнувшись на секунду, единорог начала отчаянно перебирать в голове мысли. «Потому что это… то что делают лучшие подруги. Одна из таких вещей, во всяком случае. Знаешь, типа, возиться с гривами друг друга.»
«Правда? А в чём заключаются остальные? Я должна как можно быстрее приступить к изучению.» Октавия прикусила нижнюю губу и резко засунула копыто в гриву своей соседки, заставив ту вздрогнуть.
«Полегче там! Ты вовсе не должна вырывать мне волосы. Да и вообще, не парься насчёт изучения чего-либо. У тебя для этого есть я! Я расскажу всё что тебе нужно будет знать.»
«Оу, огромное спасибо тебе, Винил. Что бы я без тебя делала.» Она наклонилась поближе и оставила благодарный поцелуй на белой щеке, прежде чем спрыгнуть с кровати. «К сожалению, тебе придется подождать с обучением, потому что у меня скоро начинается лекция.»
Октавию обдало резким порывом ветра, когда Винил рванула к двери в ванную комнату. «Я первая в душ!» Крикнула она надломившимся голосом, зайдя в обложенное синей плиткой помещение.
«Ла-а-дно?» Вскоре, пепельно гривая пони забыла о этих выходках Винил, полностью сосредоточившись на подготовке к сегодняшнему дню.
Сперва, она должна собрать книги и канцелярские принадлежности, которые пригодятся ей на лекции. Затем — утренняя зарядка. И наконец, после зарядки она наверняка вспотеет, поэтому нужно будет принять душ и привести в порядок внешний вид. Ничто не должно было препятствовать её четкому расписанию.
--
Неловкость.
Сильная, неизбежная неловкость.
Они спустились по ступенькам не смотря друг на друга.
«Мы собираемся об этом говорить?» Решилась спросить Октавия.
«Нет.» Ответила Винил.
«Но ведь мы всё равно обычно ходим без одежды, так какая разница-"
«Я была в душе!»
«Это была чистая случайность! Я слишком увлекалась и забыла что ты там!»
«Неужели ты не слышала воду?»
«Я… слишком погрузилась в эту повседневность.»
«Да уж, это точно.»
ДиДжей вышла через дверь и придержала её для земной пони. Октавия нервно улыбнулась. «Мы… мы же всё еще друзья?»
Этот вопрос шокировал Винил, выводя её из праведного гнева. «Что? Да! Конечно же мы друзья. Просто… давай никогда-никогда больше об этом не говорить, хорошо?»
Улыбаясь, на этот раз искренне, виолончелистка кивнула. «Хорошо.»
«Круто. А теперь обними меня и можешь идти на занятия.» Объятия закончились даже слишком быстро, и Октавия радостно ускакала в направлении университета.
Винил вошла обратно в здание и поднялась по ступенькам. У неё сегодня лекций не было, а значит нужно было чем-то занять себя до прихода подруги. Университет предлагал множество средств для убийства времени, таких как: бильярд, прокат фильмов, бар, но ни одно из них не привлекло внимания единорожки.
Наоборот, она просто вернулась в комнату, закрыв за собой дверь. Вспышка магии привела в действие ДиДжейский пульт (переехавший к столу белой пони), который радостно зажужжал, как питомец приветствующий свою хозяйку. Вдобавок, громоздкий компьютер дал о себе знать, пробудившись ото сна.
Подняв очки с глаз, и напялив их на лоб, Винил почувствовала улыбку, подкравшуюся к уголкам её рта. У неё давно не было ни времени, ни сил на составление музыки, но теперь была пара свободных часов и вдохновение.
Надеюсь эти стены крепкие.
Уже через несколько минут активного творчества, окно вибрировало от очень низких, почти неслышимых басов, пустив мурашки по коже у ДиДжея. Она всегда с этого начинала, только чтобы наполнить тело энергией и заставить сердце биться в ритме композиции. Этот звук наполнял комнату спокойной, но в то же время живой атмосферой, заставляя Винил всё время двигаться и думать о музыке.
Но сегодня что-то явно было не так. Она ушла с привычных тонов, пытаясь придать музыке новую жизнь, когда один конкретный инструмент привлёк ее внимание.
Может… всего лишь попробовать…
С нажатием кнопки и всплеском магии, глубокий, угрожающий звук раздался из её колонок. Виолончель, играющая одну-единственную ноту. Качество звука было почти что идеальным, каждое скольжение несуществующего смычка по виртуальный струнам было записано с необычайной чёткостью.
И… это было здорово.
Она придавала басам совершенно иное звучание, теперь такое тёмное и пугающее, как будто предупреждающее о надвигающейся опасности, наравне с энергией что они содержали до этого.
Винил схватилась за это внезапное понимание и начала экспериментировать с другими нотами, простые мелодии, ничего скопытосшибательного. Но когда музыка зациклилась и пошла наравне с её прошлыми набросками, единорожка с восторгом взвизгнула. Это было что-то, о чём она даже и не думала раньше. Кто же знал, что такой старый инструмент, так идеально подойдёт к современным тонам?
Следующие полтора часа прошли в яром духе экспериментаторства, когда ДиДжей пустила в дело пару других инструментов из смычковой категории. Винил чувствовала что это было совершенно новым словом в музыке, но она была слишком слепа, чтобы заметить его раньше.
И всё это благодаря Октавии.
Как будто бы ей нужна была другая причина-
Внезапно громкость музыки резко скакнула вверх, вышибив всевозможные мысли мечущиеся сейчас в голове у ДиДжея. Она сжала зубы и попыталась сосредоточиться на экране, но было нелегко в таком шуме концентрироваться на чём-либо вообще.
Вздохнув, она убавила звук до более разумных пределов. Эти предательские мысли подкрались медленно и незаметно, нашёптывая перспективы и возможности к которым она не была ни готова, ни предрасположена. Но им было совершенно всё равно.
Что если…
Может быть…
«Проклятие, отстань от меня!» Выкрикнула она, тряхнув стол мощным ударом копыта. Но мысли не прекратились, поэтому беспомощная единорожка лишь зарылась лицом в копыта.
Когда же это закончится…
--
Прохладный ветер моментально растрепал её гриву, как только Октавия вышла из аудитории на улицу. Вздохнув, виолончелистка тщетно попыталась восстановить порядок на голове, но уже через несколько секунд сдалась, направившись в студенческую деревню.
Впереди, рядом с дорогой что веда домой, стояли две кобылки, и одной из них была знакомая мятно-зелёная единорожка, поднявшая голову повыше, заметив Октавию.
Сердце забилось немного быстрее от неприятных воспоминаний связанных с ней, и виолончелистка решила вежливо проигнорировать парочку.
«Эй!» Позвала Лира. Другая кобылка, чья грива развивалась на ветру, тоже обратила на серую пони внимание. Октавия попыталась продолжить свой путь, но вдогонку ей раздался ещё один крик. «Эй, подожди минутку!»
«Мне действительно нужно домой-" Ответила она через плечо, совсем немного замедлив шаг.
«Это займёт всего минуту. Господи, ты ведешь себя как будто я кусаюсь.» Зелёная единорожка подошла и улыбнулась. Синяк под глазом почти прошёл, но всё равно был сильно заметен.
Серая кобылка выдавила смех. «Да, это было бы абсурдно.»
«Слушай, эм, ты же далеко не фанат этой Винил Скретч, так ведь?»
О нет, нет, нет, мы не слишком-то и сторонились друг друга в последнее время, так? Неужели она видела нас вместе? Неужели она знает что мы живём в одной квартире?
Раз ответы на эти вопросы не пришли сами, виолончелистка решила придерживаться плана. «Да… разумеется. Она… действует мне на нервы.»
«Та же фигня. Она многим пони здесь не угодила, насколько я знаю.» Зловещая ухмылка расплылась по лицу Лиры. «Как насчёт мести?»
Ледяная ярость понемногу пробуждалась к жизни в голове виолончелистки. «Мести?» Спокойно спросила она. «За что?»
Ухмылка на секунду дрогнула. «За… эм, все эти гадости, что она говорит про тебя на лекциях.
«Обзывательства и различные оскорбления?»
"… Да. Неужели она не тебя не бесит?»
«До того момента как я покину класс. Она редко пересекается со мной в отличное от психологии время. Думаю, это слишком по-детски искать отмщения, за что-то настолько банальное.»
«Но могу поспорить, на этих ваших «совместных посиделках» она ещё хуже! Я права?» Единорожка стремительно теряла контроль над ситуацией, никак не ожидав такого ответа.
«Когда как. Повторюсь: когда её нет поблизости, я забываю о ней. Я не позволяю таким негативным чувствам контролировать меня.» Октавия шагнула вперёд, разочарованно нахмурившись. «Но ты похоже сделала наоборот, Лира. Вместо того чтобы принять эту крохотную ссору и забыть о ней, ты ищешь других пони, готовых ополчиться на неё. Более того, ты не только позволяешь ненависти к Винил контролировать свои действия, ты оставляешь несмываемый отпечаток на всей своей жизни. Каждый раз, когда начальник критикует твою работу или случайный прохожий посылает пару «ласковых» слов в твой адрес, ты что, будешь устраивать им кровную месть? Скажи мне, неужели это сопутствует счастливой жизни?»
Рот зелёной кобылки отчаянно ловил воздух, а широко раскрытые глаза бешено моргали, как-будто пытаясь отразить эту словесную атаку. «Я — я не- почему -"
«Тебе стоит подумать о том, какой пони ты становишься. Подумать хорошенько, потому что если в ближайшее время ты не изменишься, Бон Бон станет не единственной подругой, что поставит тебе синяк под глазом.» Это был выстрел наобум, но он попал в цель, тем не менее, единорогу нашлось что сказать в ответ.
«Х-хэй! Ты и понятия не имеешь что произошло между мною и Бон, так что не втягивай её в это!»
Октавия смиренно опустила голову. «Это так. Прошу прощения. Но мои слова правдивы, и ты это знаешь.»
Выражение лица Лиры было довольно противоречивым, на нём боролись ярое несогласие и признание правоты земной пони. «Ты… тебе пора идти, Октавия.»
Виолончелистка развернулась по направлению к дому, остановившись только чтобы спросить. «Ты подумаешь над этим?»
«Я… возможно.»
Кивнув, Октавия направилась к студенческой деревне, продолжив путь по дороге. Позади, между двумя пони развернулся довольно любопытный диалог.
«Самое время поддержать меня, Си-Топ.» Пробормотала подавленная единорожка.
«Самое время надрать тебе круп, Ли-Ли.»
«Почему ты не помогла?»
«Потому что она права.»
«Нет, не права, я же не такая… правда?»
Даже на расстоянии было слышно, как голос «Си-топ» наполнился злобой. «Ты сказала мне заткнуться три раза за сегодня. Я и понятия не имею, почему всё ещё тгуляю с тобой.»
И последним, что Октавия услышала, было очень короткое, но такое важное слово.
"… Прости.»
Она позволила себе победно улыбнуться, когда жилые дома показались из-за угла.
Я наверное поставила рекорд по количеству лжи на одну беседу, но оно того стоило.
Необычный жужжащий звук стал чётче, когда земная пони вошла в строение с тонкими стенами. Похоже он исходил сверху, где-то рядом с десятой комнатой…
«О нет.» Глаза Октавии раскрылись ещё больше, когда она вспомнила значительное количество музыкальных инструментов в её комнате… которые остались под присмотром у скучающей ДиДжея. «О-о-о-о нееет.»
Она промчалась мимо знакомой пегаски на лестничную площадку, стараясь подниматься быстро, но осторожно. На половине пути вверх, прояснились некоторые другие звуки. Скрипки, альты… виолончели?!
«Она же старинная, ты, глупая единорог!» Прошипела она сквозь сбивающееся дыхание.
Как посмела Винил трогать её самые сокровенные вещи! Как посмела она играть на её виолончели! И… как посмела она так преуспеть в этом!
Пробежав через коридор, настоящая виолончелистка проскользила до двери в квартиру и резко распахнула её без какого-либо предупреждения, чтобы поймать преступницу с поличным.
Краем глаза она заметила футляр от виолончели совершенно не тронутым, стоявшим там же, где она его и оставила. Теперь внимание земной пони было полностью сосредоточено на втором столе, за которым и находилась единорожка.
Музыка… она раздавалась из компьютера Винил. Вся она, от виолончели до скрипки была сыграна на компьютере. Откуда она вообще знает как сочетать их с таким мастерством? Можно было с полной уверенностью сказать, что Винил никогда в жизни не изучала классическую музыку, и не смотря на это, сейчас она создавала её. Откуда взялось такое вдохновение?
Седельная сумка сползала с Октавии, с тихим ударом шлёпнувшись на ковёр, в то время как сама виолончелистка осторожно закрыла дверь, дабы не беспокоить музыканта за работой.
Рисование могло быть чем-то большим, чем просто хобби, она определённой хорошо обращалась с карандашом, но это то, что Винил рождена была делать. Это было более, чем очевидно. Её поза, расслабленная, но сконцентрированная, её движения, резкие, талантливо-точные и в то же время опытные, и её творчество, такое чистое и вдохновляющее, всё это доказывало, что кьютимарка подходила ей, как никогда раньше.
Когда музыка продолжилась, зацикливаясь и меняясь, она становилась всё лучше и лучше с каждым повтором, а Винил всё более обеспокоенной. Она тряхнула головой, как-будто бы чтобы отогнать неприятные мысли, иногда бормоча что-то себе под нос.
ДиДжей внезапно усилила звук до неподобающей громкости, встряхнув этим всё здание. Октавия невольно подпрыгнула от резко усилившихся басов, но Винил точно не услышала её из-за музыки.
Было слишком громко, чтобы наслаждаться ею, и единорог, по-видимому, разделяла это мнение, снова убавив звук.
Но она осталась такой же растерянной, какой была и до этого, беспокойно ёрзая на своём месте. Октавия наблюдал за синим хвостом, скользящим по полу и обратно почти гипнотически, не нарочно следующему в такт музыке.
Внезапно, Винил со всего размаху стукнула копытом по столу, крикнув: «Проклятие, отстань от меня!» перед тем как зарыться лицом в копыта.
Страх поразил холодом сердце Октавии. Винил, похоже, заметила её в отражении и поняла, что всё это время была не одна. Это ощущалось, как быть пойманным за просмотром момента интимной близости между двумя влюблёнными, не смотря на реальные побуждения, о вас подумают самое худшее.
«Извини.» Сказала она беззащитно. «Я… не хотела мешать.» Не глядя выключив музыку магией, Винил повернулась к своей подруге. Судя по явному удивлению на её лице, Октавия была совершенно невиновна.
Виолончелистке показалось, что сама вселенная задержала дыхание, когда перед глазами открылось это необычайный вид. «Красные…» Прошептала она еле слышно.
«Нет! Э, Прости. Я, ну, не тебе кричала.» Белая кобылка попыталась выдавить из себя смех, но её голос надорвался, угробив попытку разрядить обстановку.
Октавия приблизилась на пару шагов. «Я услышала… твою музыку.» Сказала она, пытаясь оживить беседу, несмотря на то, что её мысли были далеки от этого.
Красные.
Конечно же они были красными.
Ни у кого больше нет красных глаз, конечно же у Винил они были именно такого цвета.
ДиДжею было явно неудобно под пристальным, не моргающим взглядом, но серая кобылка не могла остановиться. Неделями она мечтала о них и пыталась поймать взглядом. Эти две бездонные жемчужины, которые ускользали от неё так долго, теперь, наконец, были полностью видны.
И они были красивыми.
«Зачем ты носишь очки?» Где-то далеко раздался её голос, когда кобылка подошла ещё ближе к единорожке.
«Я-я… эм…» Теперь Винил не могла отвести взгляд, будучи загнанной в угол под натиском такой близости.
Они стояли на расстоянии вытянутого копыта, с аметистом отражающемся в рубине. Белая кобылка выглядела почти испуганной: теперь, без очков, за которыми можно спрятаться, между ними не было препятствий. Октавия подошла вплотную и коснулась её алебастровой щеки.
ДиДжей почувствовала тепло, подкравшееся к основанию её шеи, а в комнате воцарилась тишина, нарушаемая только пылким дыханием её подруги. Шёрстка Октавии была такой мягкой… и её копыто, нежно удерживающее её на месте, как-будто она хотела уйти, как-будто она вообще когда-либо захотела бы сдвинуться с места…
Они стояли вместе, комната вокруг растворялась как сон ранним утром. Беспокойства и сомнения метались в голове у сине-гривой кобылки, но эти смутные, окутанные туманом страхи, были выжжены прочь сиянием глаз Октавии.
Со своей стороны, виолончелистка ещё никогда не была так решительна в своей жизни. Это не имело никакого смысла, пока нет, но казалось правильным, и после жизни доверия только слепым фактам и наставлениям учителей в школе, она решила, что с неё хватит, по-крайней мере на сейчас.
Всем, что имело значение были последние, медленные шаги что свели их лицом к лицу.
Всем, что имело значение было сбивчивое дыхание ДиДжея у её подбородка.
Всем, что имело значение было приблизиться на последние… несколько… сантиметров…
И всем, что имело значение был поцелуй.
RainbowHouse
11.05.14 в 09:10
