passiflora: переводы

Isabel Allende. El plan infinito / Исабель Альенде. Бесконечный план

→Cuarenta y cinco minutos más tarde estacionaron ante una hilera de cuartos desamparados en un callejón de basuras. A medida que se internaban en los vecindarios más pobres de la ciudad fue evidente que Benedict tenía razón, no había un solo blanco a la vista. En los umbrales de las puertas, frente a los bares y en las esquinas se agrupaban jóvenes ociosos que amenazaban con gestos obscenos y gritaban improperios a su paso.
0 Сорок пять минут спустя они припарковались перед линией обшарпанных домишек в переулке, сплошь заваленном мусором. Едва они въехали на территорию самого нищего в городе района, как стало ясно, что Бенедикт прав: белому человеку не стоит соваться сюда одному. Перед дверями грязных баров и на углах толпились молодые бездельники, встречая их угрожающими жестами и отпуская им вслед грязные ругательства.
→—Por esos lados usted no puede andar solo y menos en un automóvil como el suyo —le aseguró y sin esperar respuesta se le pegó a los talones para acompañarlo.
0 - В эти места не стоит соваться в одиночку - даже пешком, а тем более, на такой машине, как ваша, - сказал он и, не дожидаясь ответа, последовал за ним по пятам.
→Tina Faibich recibió la llamada ese martes por la tarde, su jefe estaba en conferencia con un par de abogados de la compañía de seguros en el caso de King Benedict y no debía interrumpirlo, pero había tal apremio en la voz del desconocido, que no se atrevió a tramitarlo. Fue una decisión acertada, porque le salvó la vida a Margaret, al menos por un tiempo. Venga de prisa, dijo el hombre, dio la dirección de un motel en Richmond y colgó el teléfono sin identificarse. King Benedict hojeaba una revista de historietas en la antesala cuando vio salir a Gregory Reeves y mientras esperaba el ascensor alcanzó a preguntarle adónde iba tan apurado.
0 Во вторник вечером кто-то позвонил в приёмную Тине Фейбиш. Ее шеф как раз проводил конференцию, посвященную делу Кинга Бенедикта, вместе с парочкой адвокатов страховой компании, и ей не следовало бы вмешиваться, но незнакомый голос в трубке казался настолько встревоженным, что она отважилась побеспокоить шефа.
Это было правильное решение, потому что оно спасло жизнь Маргарет - по крайней, мере, на какое-то время.
- Приезжайте скорее! - сказал незнакомец, затем назвал адрес какого-то мотеля в Ричмонде и повесил трубку, даже не представившись.
Кинг Бенедикт листал в приемной журнал комиксов, когда Грегори Ривз вылетел из своего кабинета. Пока ониждал лифта, Кинг спросил, куда он так спешит.
→Se quedó en la sala de espera junto al niño dormido hasta la mañana siguiente, cuando el cardiólogo le avisó que no había peligro; no se trataba de una falla al corazón, sino de un ataque de ansiedad; el paciente podía irse, pero debía ver a su médico, hacerse una serie de exámenes y ojalá consultar a un psiquiatra, porque andaba perdido en desvaríos de loco.
0 До самого утра она просидела в приемной рядом со спящим Дэвидом, пока кардиолог не сообщил, что опасности нет: это не инфаркт и не сердечная недостаточность. Пациент может вернуться домой, но должен находиться под наблюдением врача, пройти полное обследование и, желательно, проконсультироваться у психолога, потому что он совсем погряз в своем безумном бреду.
→Media hora más tarde ella estaba a su lado, después de hacer el viaje desde Berkeley a velocidad prohibida. Le abrió la puerta envuelto en una toalla, descompuesto, y se abrazó a su amiga tratando de explicarle a borbotones dónde le dolía, aquí, en el pecho, la cabeza, la espalda, por todas partes. Carmen lo arropó con una bata, cogió a David medio dormido, los metió a los dos en su automóvil y voló al hospital más cercano donde en pocos minutos tenían a Gregory Reeves en una camilla, conectado a una sonda y una máscara de oxígeno.
0 Через полчаса она уже сидела с ним рядом, промчавшись ис Беркли с ошеломительной скоростью. Он открыл ей дверь - всклокоченный, завернутый в полотенце, и крепко обнял свою подругу, пытаясь невнятно объяснить, где у него болит - грудь, голова, спина, везде и всюду.
Кармен натянула на него халат, взяла на руки полусонного Дэвида, усадила обоих в свой автомобиль и помчалась в ближайшую больницу, где через пару минут Грегори Ривза уложили на носилки, подключили к нему зонд и надели кислородную маску.
→Por la mente de Gregory pasó su padre nómada, desplazándose, cruzando fronteras, tratando de alcanzar el horizonte, de llegar al fin del arco iris y encontrar más allá algo que aquí se le negaba. El país ofrece grandes espacios abiertos para escapar, enterrar el pasado, dejar todo y partir de nuevo cuantas veces sea necesario sin cargar con culpas ni nostalgias, siempre se puede cortar las raíces y volver a comenzar, mañana es una hoja en blanco.
0 В душе Грегори унаследовал кочевой нрав отца; он мечтал пребывать в вечном движении, пересекая границы, пытаясь достичь горизонта, пройти под воротами радуги и в конце концов найти нечто такое, чего не нашел здесь. Эта страна предлагала ему бескрайние просторы, куда он мог бежать, стереть из памяти свое прошлое, бросить все и снова уйти куда глаза глядят, не оглядываясь назад, не отягощаясь чувством вины и ностальгии, зная, что всегда можно обрубить старые корни и начать все сначала, ведь завтра уже будет другой день.
→Durante el viaje al cementerio iba pensando en el trabajo acumulado en la oficina, en que debía arreglar el caso de King Benedict o decidirse a ir a juicio con riesgo de perderlo todo, había perseguido como un perro obstinado cada pista, por insignificante que pareciera, pero no tenía nada concreto a lo cual aferrarse. Sentía especial cariño por su cliente, era como un niño bueno en el envoltorio anacrónico de un cincuentón, pero sobre todo admiraba a Bel Benedict, esa mujer admirable que merecía sacudirse la pobreza de encima. Por ella debía anticipar las maniobras de los otros abogados y derrotarlos en su propio terreno, no gana quien tiene la razón, sino quien pelea mejor, había sido la primera lección del viejo de las orquídeas.
0 По дороге на кладбище он думал о работе, скопившейся в офисе: ему предстояло внести поправки в дело Кинга Бенедикта или предстать в суде, рискуя потерять все, вцепляясь бульдожьей хваткой в каждую мелочь, в каждую ничтожную на первый взгляд деталь. Но в том-то и дело, что пока ему не за что было зацепиться.
Он испытывал особую нежность к этому клиенту, как к доброму мальчику, впавшему в детство в пятьдесят с лишним лет; но ещё больше он восхищался Бел Бенедикт, этой поистине необыкновенной женщиной, которая заслуживала того, чтобы выбраться из нищеты. Ради нее ему приходилось предусматривать маневры других адвокатов и разрушать их на их собственной территории. Выигрывает не тот, кто прав, а тот, кто лучше вооружён, - это был первый урок старого адвоката.
→Se sintió un poco mareado, no veía bien. Se introdujo en la tina y se dejó invadir por el bienestar del agua caliente, tratando de relajar los miembros agarrotados por la tensión sin pensar en nada, pero los acontecimientos del día acudieron a su mente en tropel, los trámites de la muerte en el hospital, el breve servicio religioso, el solitario funeral donde la única nota de color fueron los grandes ramos de claveles rojos que compró para acallar la conciencia por no haberse ocupado de su madre en tantos años. Recordó la lluvia, el silencio obstinado y sin lágrimas de Judy, su propia incomodidad, como si la muerte fuera una indiscreción; la única falta de cortesía y de buenas maneras de Nora Reeves.
0 Он почувствовал, как у него немного закружилась голова, и перед глазами все поплыло. Он залез в ванну, окунувшисьв благодатно горячую воду, стараясь расслабить сведенные от напряжения мускулы, и ни о чем не думать, но события этого дня толпились в его мозгу; перед его глазами вставали похоронные процедуры в больнице, короткая заупокойная месса, траурная процессия, где единственными цветными пятнами были огромные букеты красных гвоздик, которые он купил для очистки совести, что не вспоминал о матери столько лет. Он вспомнил, как шел дождь, вспомнил упрямое молчание Джуди, не пролившей ни единой слезинки, вспомнил собственное чувство неловкости, словно в ее смерти было повинно его безразличие. Теперь ему не хватало ее деликатности и хороших манер.
→Del mismo modo se preservaría su hija; tal vez el largo calvario que la había conducido tan lejos en un camino degradante, no había destruido aún aquella esencial belleza y bastaba una de esas purgas colosales que recetaba Olga y un buen baño con jabón y cepillo para dejarla limpia, sin una sola huella, sin picaduras de agujas, arañazos, machucones ni llagas, la piel de nuevo luminosa, los dientes sin manchas, el cabello vivo y el corazón lavado de culpa para siempre.
0 Таким же образом спасется и его дочь; возможно, долгие испытания, которые завели ее так далеко на путь деградации, еще не разрушили окончательно ее совершенную красоту, и вполне достаточно хорошей взбучки, как советовала Ольга, и мытья с мылом и щеткой, чтобы вернуть ей прежнюю чистоту, и тогда не останется ни следов от инъекций, ни ссадин, ни синяков, ни язв; кожа ее снова станет безупречной, розовой и сияющей, зубы - белоснежными, волосы - мягкими и блестящими, а сердце навсегда очистится от чувства вины.
→Gregory sentía la cabeza llena de ruido, como en los peores tiempos de la guerra; el descalabro crecía incontenible a su alrededor, empezó a beber demasiado y sus alergias no le daban tregua, se ahogaba como si tuviera los pulmones llenos de algodón. El alcohol le producía una euforia breve y luego lo sumía en una tristeza larga y al día siguiente amanecía con la piel enrojecida, un zumbido en los oídos y los ojos hinchados.
0 У Грегори нестерпимо шумело в голове, как в худшие времена на войне; ситуация совершенно вышла из-под его контроля, он стал много пить, и его неустанно мучила аллергия, он прямо-таки задыхался, ему казалось, будто легкие его полны ваты. Спиртное давало лишь мимолетное облегчение, а потом он погружался в долгую депрессию, а на следующий день у кожа у него покрывалась красными пятнами, опухали глаза и шумело в ушах.
→Para colmo debió suprimir el seguro profesional por falta de fondos, ante el espanto de Mike Tong, quien profetizaba toda suerte de catástrofes financieras y sostenía que trabajar en ese campo sin la protección de un seguro era una actitud suicida. A Reeves no le alcanzaban el dinero, las fuerzas ni las horas, estaba muy cansado, añoraba un poco de soledad y silencio, necesitaba al menos una semana de vacaciones en alguna playa, pero resultaba imposible viajar con David.
0 В довершение всего, ему пришлось отказаться от профессиональной охраны из-за нехватки средств, к величайшему ужасу Майка, предрекавшего финансовую катастрофу, утверждая, что работать на этом поприще без профессиональной охраны - форменное самоубийство. Ривзу отчаянно не хватало денег, времени и сил, он очень уставал, он жаждал хоть немного побыть в тишине и уединении, ему требовалась по меньшей мере неделя отпуска на море, но не могло быть и речи о том, чтобы оставить Дэвида дома или взять его с собой.
→Después la vio caminando a grandes trancos por una ruta solitaria, ella delante y él tratando de alcanzarla, pero mientras más corría, más ancha era la distancia y la figura que perseguía se tornaba más pequeña y más borrosa contra el horizonte; el asfalto estaba ardiente y blando, se le pegaban los pies, jamás le alcanzarían las fuerzas para vencer la fatiga, no podía avanzar, caía, se arrastraba de rodillas, el calor le impedía respirar.
0 Потом он видит, как она широким шагом уходит вдаль по пустынной дороге. Она уходит все дальше, а он пытается ее догнать, но, чем быстрее он бежит, тем шире становится пропасть между ними, а фигура матери становится все меньше, с каждой минутой разрываясь, тая на горизонте; асфальт горячий и вязкий, ноги к нему прилипают, и бежать становится все труднее; его одолевает усталость. Вот уже нет сил бежать; он падает, ползёт на коленях, жара не дает дышать...
→Con los años se había encogido al tamaño de una muñeca transparente, pero con los cosméticos milagrosos de sus fantasías, o tal vez simplemente con la inocencia de la muerte, recuperó la frescura perdida en tanta vida y al morir se veía tal como Gregory la recordaba cuando era niño y ella le revelaba las constelaciones en el firmamento.
0 С годами она стала совсем крошечной, истаяв до состояния прозрачной куклы, но, благодаря флеру ее фантазий, а быть может, по той причине, что смерть очищает всех, к ней вновь вернулась утраченная свежесть, и в смерти снова казалась такой, какой Грегори ее помнил в своем детстве, когда она показывала ему созвездия в ночном небе.
→Durante varios minutos jadeó desplomado en el suelo, buscando aire, con golpes de tambor en las sienes. Una parte lúcida de su mente registró lo que ocurría y supo que debía pedir ayuda o moriría allí mismo, pero no logró acercarse al teléfono ni le salió la voz para gritar; se encogió como un recién nacido, temblando, tratando de recordar lo que sabía sobre ataques al corazón.
0 Несколько минут он задыхался, лежа на полу, силясь глотнуть воздуха, а в висках у него бешено стучало. Умом он понимал, что происходит, прекрасно осознавая, что должен позвать на помощь, иначе он прямо здесь и умрёт, но не смог ни дотянуться до телефона, ни закричать. Скорчившись на полу в позе эмбриона, он мелко дрожал, лихорадочно вспоминая все, что знает о сердечных приступах.
→Cuando todos partieron y quedó solo, algo estalló en su alma, un dolor terrible clavado en el pecho y repartiéndose desde allí en ondas por el resto de su cuerpo, quemándolo, partiéndolo, rompiéndole los huesos y arrancándole la piel, perdió la capacidad de contenerse, ya no era él mismo sino ese intolerable sufrimiento, esa atormentada medusa de mar desparramándose por la habitación y llenando el espacio, una sola herida sangrante. Trató otra vez de levantarse, pero no pudo mover los brazos, se dobló y cayó de rodillas sin poder respirar, fulminado por una lanza atravesándolo de lado a lado.
0 Когда все ушли, и он остался один, что-то чужое словно застряло в его душе,; резкая боль пронзила грудь, волнами распространяясь по всему телу, сжигая плоть, ломая кости и взрывая кожу. Он не осознавал, кто он и где находится, он больше не был самим собой, весь превратившись в одно невыносимое страдание, подобно огромной измученной медузе, заполнившей собой всю комнату, или сплошной кровавой ране. Он снова попробовал встать, но не смог пошевелить руками; согнувшись вдвое, он упал на колени, не в силах вздохнуть, словно сраженный копьем, пронзившим его насквозь.
→Gregory Reeves se sintió bañado por la sonrisa de Nora, que tanto necesitó de niño y en vano buscó de adulto. Permaneció inmóvil en el silencio tranquilo de un tiempo detenido en los relojes, hasta que lentamente desapareció el séquito de los muertos. La última en irse fue su madre que retrocedió flotando y se diluyó en la pared, dejándole la certeza de un cariño que no supo expresar en vida, pero que siempre le tuvo.
0 Грегори Ривз чувствует, как его окутывает улыбка Норы, в которой он так нуждался в детстве, и которой напрасно ждал, став взрослым. Он продолжает недвижно стоять, пока свита мертвых медленно исчезает. Последней уходит мать, растворяясь в воздухе, оставляя после себя лишь слабый отсвет на стене, а в нем - уверенность в своей любви, которой он не знал при ее жизни, но которая теперь всегда будет с ним.
→Quiso ponerse de pie para abrazarla como no lo había hecho jamás, pero no logró moverse y se quedó en su sitio repitiendo mamá, mientras la habitación se llenaba de una luz incandescente y poco a poco llegaban otros visitantes: Cyrus, Juan José Morales de la mano de Thui Nguyen, el chico de Kansas que murió en sus brazos y otros lívidos soldados; Martínez sin asomo de la antigua insolencia, pero todavía con su atuendo de pachuco, y muchos más que fueron entrando silenciosos y llenaron el cuarto.
0 Он хочет подняться и обнять ее, как никогда не делал прежде, но не может двинуться с места и лишь повторяет: "Мама, мама..." А комната меж тем наполняется неземным светом, и мало-помалу в ней собираются другие гости: Сайрус, Хуан-Хосе под руку с Туи Нгуен, парнишка из Канзаса, умерший у него на руках, другие погибшие солдаты; вот появился Мартинес, без тени прежней наглости и злобы, но в своем прежнем наряде пачуко, и многие другие. Все они безмолвно наполняют комнату.
→Pensó que tal como Nora Reeves se había transfigurado en la muerte, Margaret podría salvarse de la corrupción y por un milagro resucitar entre sus cenizas. Su madre había vegetado varias décadas intocada por las groseras pruebas del mundo y, estaba seguro, se convertiría en niebla dentro de su ataúd, a salvo del diligente oficio de las larvas de la descomposición.
0 Он подумал, что, как Норвюа Ривз преобразилась в смерти, так и Маргарет сможет спастись от разрушения и каким-то чудом воскреснуть из пепла. Несколько десятков лет его мать прозябала, угнетаемая варварством этого мира, и теперь, он был уверен, испарится из гроба и спасется, таким образом, от разложения и могильных червей.
→Pero una madrugada lo llamaron del hospital y amaneció con su hermana junto a una camilla donde yacía el cuerpo leve de una mujer sin edad. Su madre iba para los ochenta años, pero se había despedido de la existencia hacía mucho, abandonándose a una locura benigna que la ayudó a evadirse por completo de los dolores de la existencia, aunque sin afectar sus modales educados ni la delicadeza de su espíritu.
0 Но на рассвете ему позвонили из больницы, и он встретил утро вместе с сестрой возле смертного ложа, на котором лежало легкое крошечное тело женщины без возраста. Его матери было около восьмидесяти лет, но она уже давно покинула этот мир, погрузившись в благословенное безумие, помогавшее ей избегать тягот бытия. При этом она не утратила своих деликатных манер и душевной утончённости.
→Al dejarlos solos Gregory partía intranquilo y regresaba apurado, imaginando las innumerables desgracias que podían ocurrir en su ausencia. Los fines de semana los dedicaba completos a su hijo, a limpiar la casa, ir al mercado, reparar los destrozos, cambiar la paja de las ratas y lavar el tanque de los peces, que solían amanecer flotando desvanecidos porque David les echaba de un cuanto hay en el agua. Hasta dormido lo perseguían las deudas impagas, los impuestos atrasados y la posibilidad de verse en un lío sin salida porque no confiaba en sus abogados y él mismo había descuidado a algunos clientes.
0 Оставляя их одних, Грегори сходилтс ума, от беспокойства и старался вернуться как можно скорее, представляя себе все бесчисленные несчастья и катастрофы, которые могли произойти за время его отсутствия.
Выходные он целиком посвящал сыну, уборке дома, походам на рынок, устранению поломок, замене подстилки доя крыс, и мытью аквариума для рыбок, которые уже к утру пребывали на грани обморока, потому что Дэвид швырял к ним в аквариум все, что попадалось ему под руку.
Даже во сне его преследовали неоплаченные долги, просроченные налоги и возможность оказаться всьезвыходной ловушке, потому что он не доверял своим адвокатам и сам отказал нескольким клиентам.
Резюме
Пол:
женщина
Родной язык:
русский
С нами:
с 7 августа 2011 г. (5549 дней) по приглашению notabenoid
Деятельность:
160091 версия перевода с общим рейтингом 43826
726 комментариев
Карма: 5 (оценок: 5)
Написать passiflora личное сообщение