Afterlight - Elle Jasper / Полумрак - Джаспер Эль: Глава 4 (1 часть)

Глава 4
Знакомство

oljaa 11.03.12 в 18:28

Я понятия не имела о том, куда мы направлялись, но я слепо верила Проповеднику, тихо следуя за ним во влажный сумрак Саванны. Я практически чувствовала, что была вне тела, я была невидима для всех вокруг меня. Все, о чем я только могла думать – это мой брат; что я действительно хотела услышать, так это то, что с Сетом всё будет хорошо. И у меня были серьезные сомнения насчет того, что я услышу это сейчас. Проповедник двигался безмолвно, и он, безусловно, заговорит только тогда, когда будет готов. А я во время этого молчания умирала изнутри: боролась со слезами и паникой. Я испытывала желание закричать во всю мощь своих легких. Я держала рот закрытым, но несказанные слова обжигали мое горло.
В то время как мы спешили дальше, я знала - бестолку спрашивать куда мы собирались; он или проигнорирует меня или скажет замолчать и подождать, пока мы не доберемся до нужного места, поэтому я просто продолжала молча следовать за ним. Достаточное количество людей уже были на ногах, когда мы пересекали Бей-стрит; мы постарались скорее миновать экскурсионную групу тура "по следам привидений", что направлялась к дому Кехое. Люди сидели на скамейках в парке или прогуливались по кварталам - никто из них не подозревал, что только что произошло кое-что сверхъестественное.
Я могла чувствовать тяжесть собиравшегося в воздухе дождя, а также и привычную мне соленую воду на языке; едва эта мысль пришла мне в голову, как сверху раздались далекие раскаты грома.
Длинные тени накрыли улицы, а свет фонарей падал на памятники и скамейки, от этого все казалось искаженным, неправильным. Даже высокие дубы казались угрожающими, с длинными, протянутыми ко мне руками, которые пытались достать меня, когда я проходила под ними, они больше были похожи на нитевидные волосы ведьмы, чем на один из символов Саванны. Мир вокруг меня казался неясным и смещенным, словно я держала ракушку около уха. Я стряхнула с себя эти ощущения настолько, насколько смогла, поспешила за Проповедником.
Весь путь до улицы Тэйлор мы прошли без остановок и в полной тишине, там старый Галла повернул направо.
Когда мы достигли Монтери-Сквер, он пересек улицу и остановился на углу около большого исторического трехэтажного здания из белого кирпича. Черные балконы из кованого железа на вторых и третьих этажах выходили в сторону квартала; дом был укрыт громадными, покрытыми мхом дубамами, типичными для района. На парадных воротах висела медная табличка, на которой было написано ДОМ Дюпре, 1851. Определенно — Дом Дюпре. Когда я росла, я видела его сотню раз; я никогда ничего не знала о нем или о его обитателях, не считая того, что они были богатыми, радикальными интервентами, поэтому я не понимаю, почему или как они могут помочь моему брату.
У Проповедника, тем не менее, были связи, и я доверяла всему — и я имею в виду абсолютно всему — тому, что он считал необходимым. Возможно, Дюпре занимались той же темной африканской магией? Черт, я надеялась на это.

oljaa 11.03.12 в 18:29

Проповедник словно прочел мои мысли, он остановился на ступени впереди меня и повернулся. Снаружи было достаточно темно, поэтому все, что я могла разглядеть – это белки его глаз, серебряные волосы на фоне эбеновой (тёмной) кожи, но я знала, даже не смотря на темноту, что он внимательно меня изучал. Он всегда так делал.
- Ты пила свой чай этим утром, да?- спросил он
Меня ошеломил этот странный вопрос, но я ответила:
- Да, Сэр.
- Ты же не пропускала ни одного утра с тех пор, как я уехал, ведь так?
Я знала, что вопросы сейчас задавать не следует. Когда Проповедник был предельно серьезен по поводу чего-то, он никогда не валял дурака, а именно сейчас он был серьезен – и не важно, насколько странным казался вопрос.
- Нет, сэр, я никогда не пропускаю ни одного утра. Никогда.
Тем не менее, внутри себя я кричала. Нафиг тебе это нужно знать?
Я благоразумно держала комментарий при себе.
- Я знаю тебя, девочка, – мягко говорил Проповедник, – и тебя убивает то, что приходится держать этот красивый рот на замке. Тебе хочется знать, что же мы тут делаем, и как эти люди могут помочь твоему брату - я знаю. Ты хочешь знать, почему твой брат изменился, и как он выпрыгнул и удрал. Но сейчас я тебе вот что скажу – не надо тут трепать языком, даже если очень захочется. Держи рот на замке и не делай много движений, и во имя всего святого не бей никого, если они дотронутся до тебя. Что ты тут увидишь и услышишь? Сразу же это не уложится в твоей голове и сердце, и я прошу тебя просто принять это.
Он положил мне на плечо свою руку, и она была сильной и теплой
- Обещаешь мне это, Райли По?

oljaa 12.03.12 в 04:31

Если до этого момента я не была потрясена, то теперь была. Не думаю, что я когда-либо в своей жизни слышала, чтобы мой сводный дедушка говорил столько много слов во время одного разговора. Но Проповедник сделал бы всё для меня и Сэта, и всё ради чего это затевалось – Сэт.
-Да, сэр – тихо ответила я
Сам факт того, что Проповедник предупредил меня, что кто-то может дотронуться до меня, немедленно обострил мою бдительность. Он знал, что у меня был пунктик по поводу людей – незнакомцев – дотрагивающихся до меня. У меня были рефлексы, которые я не в силах изменить.
Кроме того. С чего бы кому-то в доме Дюпре дотрагиваться до меня? Я глубоко вдохнула и медленно выдохнула.
-Я обещаю – ответила я, и, черт возьми, надеялась, что смогу сдержать своё обещание.
Проповедник кивнул и повернулся к двери. Ему не надо было стучать или звонить в звонок. В тот момент, когда я шагнула на освещённую веранду вслед за ним, двойные двери из дуба и меди открылись и на пороге появился старик в сшитом на заказ сером костюме. Высокий и жилистый, с коротко остриженными седыми волосами, он взглянул на меня, а затем обратился к Проповеднику.
- Они ожидают Вас в кабинете, мсье, - сказал он с сильным французским акцентом. Не сказав ни слова, старик осмотрел моих драконов, ангельские крылья и костюм: тонкую короткую юбку с цветочным рисунком, разорванную белую рубашку, чёрные кожаные ботинки и широкий чёрный вельветовый воротник.
- Сюда, - сказал он, склонив голову. Он прошёл через фойе, затем повернул в последнюю комнату на первом этаже. Мы проследовали за ним. Мои каблуки громко цокали по паркетному полу, нарушая тишину этого дома.
Античные вазы, старинные масляные портреты, и нетронутая мебель прошлого века – это лишь небольшая часть дома, которую мне удалось рассмотреть. Войдя в комнату, я остолбенела. Там находилось не меньше 15 человек, и все разом посмотрели на нас, как только мы вошли. Только 6 из них не были Галла. Молодая девушка, на вид ровесница Сета, стояла возле элегантной пожилой пары – женщины и мужчины. Мои глаза внимательно изучали комнату. Я заметила двух молодых парней моего возраста. Затем я увидела парня, внимательно смотрящего на меня. Он находился от меня дальше всех и был почти окружён людьми Галла. По-видимому, это его не беспокоило, потому что он непринуждённо стоял у стены, скрестив руки на груди. Его коричневые волосы падали ему на глаза, которые, можно сказать, внимательно меня изучали. На нём были выцветшие джинсы с дырой на бедре, кожаный ремень и аккуратная белая рубашка на худом, хорошо сложенном теле. Затем я обратила внимание на его челюсти, его профиль, и что-то знакомое мелькнуло в его облике.
Я удивлённо посмотрела назад, когда другой профиль, стоявший у стены, бросился мне в глаза. Это был он. Что за чёрт? Но прежде, чем я успела понять, что, чёрт возьми, происходит, моё внимание привлёк человеческий голос. Он был мягкий, завораживающий, французский.

oljaa 12.03.12 в 04:45

- Bonsoir, ma chère (Добрый вечер, дорогая), - произнес пожилой мужчина, медленно вставая с мягкого, обитого бордовой материей роскошного кресла с подголовником, стоявшего возле камина.
Он приблизился, его пронзительный взор был направлен прямо на меня, и мне было сложно думать о чем-то или ком-то еще, кроме него и его голоса. Он передвигался весьма грациозно, почти казалось, что он парит над огромной комнатой. Остановившись в нескольких шагах, он быстро и изыскано поклонился и улыбнулся.
- Accueillir à la maison de Duprè (Добро пожаловать в дом Дюпре).
Я беспомощно посмотрела на него и, когда уже было собиралась сказать ему, что совершенно не понимаю, о чем, черт возьми, он говорит, почувствовала руку Проповедника у себя на спине. Я приняла это как призыв хранить молчание.
- О, Жиль, - произнесла маленькая женщина, всё с тем же французским акцентом, - по-английски, любимый, - и посмотрела на меня.
- Ah, oui—pardon (Ах, да - пардон), - мужчина – очевидно Жиль – обратился ко мне, перейдя на английский:
- Прошу меня простить, юная леди, от этой старой привычки, боюсь, сложно отказаться, - он сдержано кивнул в мою сторону.
-Добро пожаловать в дом Дюпре, - пронзительные небесно-голубые глаза встретились с моими и задержались на мне. - Мы ждали тебя.
Я хотела уже сказать: "Это прекрасно, ей-богу, но чем вы можете помочь моему брату? И что насчет вон того парня, который преследовал меня?" Крепкая рука Проповедника на моей спине удержала меня от вопроса. Впрочем, глаза мои так и кричали: "Что происходит? Почему вы ждали меня?"
В тот же момент Проповедник заговорил с Жилем Дюпре на чистом французском языке. Ошеломленная, я ждала, выхватив одно-единственной слово из быстрой речи: Сет. Молчать становилось все сложнее и сложнее, мне уже было невыносимо от всех этих молчаливых пристальных и испытующих взглядов. Но в тот момент, когда я уже начала терять самообладание, Жиль снова повернулся ко мне. Он взял меня за руки и я застыла. Проповедник стоял неподвижно рядом со мной, но я оставалось спокойной. Ну, спокойной для меня, так или иначе. По крайней мере, я не оттолкнула старика.
Жиль взглянул на наши сцепленные руки, а я наблюдала за тем, как его глаза скользят по хвосту татуированного дракона вверх по моей руке, пока мы не повстречались взглядами. И, когда он заговорил, меня снова охватило ощущение полного очарования.
- Райли По. Расписная, - почти с восхищением произнес он. - Ты очень любима своими темными братьями, как и твой брат. Вы... семья.
Он отпустил мои руки и величественно поклонился.
- Я понимаю, что такое семья, ma chère (моя дорогая), - протяжным, элегантным жестом он указал на других. - Это моя семья, мисс По. Вот моя возлюбленная, Элиза, моя прекрасная дочь, Жозефина, и мои мальчики, - он протянул свою руку еще дальше, - Серафим, Жан-Люк, а вон там в углу, задумчивый, мой старший, Элигий.

oljaa 12.03.12 в 04:46

Я молча окинула взглядом семью Дюпре. Элиза, маленькая, с превосходно убранными темными волосами, хвостиком откинутым назад, была как минимум на пятнадцать лет младше своего мужа. Она тепло мне улыбнулась и отвесила короткий изящный поклон. Их дочь, Жозефина, стояла подле кресла матери, с любопытством наблюдая за мной, и смотрела так, будто хотела сказать что-то так же сильно, как и я. Её светло-каштановые волосы свисали естественными локонами почти до самой талии и посередине разбегались по телу, длинная челка была заколота шпильками сзади, как у хиппи, а широкие небесно-голубые глаза, как у родителей, нарочито уставились на меня. Зауженные темные джинсы, ярко-розовые высокие сапожки и черная футболка с пацификой на груди - она была похожа на обыкновенного подростка. Она окинула взглядом мои ноги, потом встретилась со мной глазами.
- Мне нравятся твои ботинки. И меня зовут Джози, - едко ухмыльнулась она.
Проповедник снова сильно надавил мне на спину, молча говоря, чтобы я не разговаривала. Я посмотрела на Джози, не произнеся ни слова, и ее ротик скривился в улыбке - так, как если бы она читала мои мысли. Серафим и Жан-Люк изучали меня, так же не проронив ни единого слова, и были настолько похожи, что можно было подумать, что они близнецы. Оба атлетичного телосложения и с темно-русыми волосами, у Серафима коротко стриженные, а у Жан-Люка длинные и беспорядочные. Они молча взирали на меня, но выражения их лиц выдавали серьезный интерес и что-то ещё, что в тот момент я не могла описать словами. Затем Жан-Люк изобразил мне пальцами знак мира и усмехнулся. Единственное, что было ясно, это то, что не важно, сколько глаз в комнате рассматривало меня в ту минуту. Элигий был тем, кто волновал меня больше остальных. И это раздражало сильнее всего.
Я лишь на мгновение бросила на него свой взгляд. Элигий Дюпре. Конечно, мне были знакомы эти милые поглядывания, и резкие посматривания, и я начинала злиться по-настоящему, и на него из-за всей этой ситуации в целом. Какого черта здесь происходит? Почему Элигий шел за мной, что случилось с трупом, и - черт! - я в полном смятении. Зачем Проповедник привел меня сюда? Как эти люди могут помочь Сету? И почему мне нельзя ничего говорить? Я посмотрела на Проповедника, как и я, не проронившего до сего момента ни единого слова, но я узнала этот взгляд. Он означал: "Делай, что я говорил, девочка". Наконец, я обратила свой взор к Жилю, который мягко улыбался. Ничего не оставалось, как ждать.
-Теперь, когда ты познакомились с ma famille, chère (моей семьей, дорогая), прошу любить нас и жаловать. Так же, как мы любим и жалуем тебя; мы все станем очень... близки, - он дотронулся до моего подбородка своим изящным пальцем, и я с трудом удержалась, чтобы не отмахнуться от него.
Он улыбнулся:
- Ах, oui (да), твой Проповедник сказал нам, что ты не любишь, когда к тебе прикасаются другие, - он фыркнул и снова провел пальцем по моему подбородку. - Могу тебя заверить, это не то, о чем ты могла подумать.

oljaa 12.03.12 в 05:02

Остальные Дюпре тоже засмеялсь - все, кроме Элигия, и, несмотря на данное себе ранее обещание, я не смогла удержаться. Прищурив глаза, я выпалила:
- Вы понятия не имеете, о чем я думаю.
Проповедник возле меня зашикал, чтобы я замолчала, и промямлил какое-то африканское слово, значение которого я не знала, но имела определенное представление, что бы оно могло значить. Я с любопытством посмотрела на него.
- Что? - спросила я еле слышно, хотя прекрасно понимала, что.
- Пойдем, моя свирепая расписная, - сказал Жиль. Он схватил меня за локоть и осторожно потянул к креслу, которое оставил ранее, и по какой-то причине я позволила ему это.
- Садись. Нам нужно многое обсудить.
Я села, с любопытством посмотрев на Проповедника, который безучастно взирал на происходящее. Ждать долго не пришлось.
Жиль встал у камина, опёрся на длинную, отполированную старинную каминную полку и начал:
- Твои братья Галла и моя семья знакомы друг с другом уже много лет, - произнес он с легким, изящным акцентом. - И с сожалением я должен признать, что мы слишком расслабились.
Он вздохнул, на короткое время закрыл глаза, затем снова посмотрел на меня.
- Нам не следовало ослаблять свою бдительность, ни на минуту, это было...
- Жиль, - нежным голосом сказала его жена, Элиза, - будь добр.
- Oui (да), ты права, любимая, - ответил он, - лучше всего обнаружить себя и рассказать все начистоту.
Он снова вздохнул.
- Между предками Проповедника и семьей Дюпре, много веков назад, был заключен договор, - продолжил он. - Они обязались обеспечивать нас... тем, что нам необходимо, а мы, в свою очередь - предоставить полную защиту городу и отдаленным островам. Опеку, если угодно.
Жиль смотрел на меня, ожидая, что я пойму его, хотя это было абсолютно невозможно. Я вообще не понимала, о чём он говорил. Я хотела спросить его, как старик, женщина средних лет, девочка-подросток и трое молодых парней могут продолжать выполнять многолетний контракт по охране целого города – и от чего. Но всё-таки я промолчала. Для меня это все длилось вечность, но, если мрачное выражение лица Проповедника могло означать что угодно, то сейчас я знала, что мне можно было остыть и послушать. Пока, во всяком случае. Это имело какую-то связь с тем, что, чёрт возьми, случилось с моим младшим братом. И, как ни странно, я почувствовала странную силу, исходящую от Жиля Дюпре. Я не могла объяснить это, но поняла, что оно заставило меня держать рот закрытым, а мой зад – прочно сидящим в кресле.
Жиль продолжил:
- Видишь ли, расписная моя, твой брат и его юные друзья разрыли могилу и неосторожно выпустили на свободу ужасные души двух братьев – Валериана и Викториана Аркос.
Он подошёл ближе и наклонил голову.
- Как и мы, они происходят из древнего могущественного румынского семейства стригоев. Они ни перед чем не остановятся, чтобы заполучить то, чего захотят. И поверь мне, – он криво улыбнулся, – если они действительно захотят, то их будет непросто загнать назад в могилу.
Стригои? Что за чёрт? Отсутствующее выражение моих глаз было очевидно. Я не могла в это поверить. Я оглядела всю комнату, несмотря на просьбу Проповедника оставаться на месте и сохранять спокойствие. Мне было не по себе. Галла и Дюпре пристально смотрели на меня и молчали. Я поняла, что все ждут моего ответа. Я медленно поднялась с кресла, тряхнула головой и недоверчиво усмехнулась. Я всё ещё не могла поверить в это.

oljaa 12.03.12 в 13:09

Повернувшись к Проповеднику, я спросила:
- Зомби, Проповедник? Вы серьёзно? Вы думаете, Сет и его друзья выпустили зомби из-под чёртового могильного камня? Я вас уважаю и ценю ваше предостережение – но зомби? Знаете, я не могу поверить в подобную чушь, и у меня нет на это времени.
Сказав это, я направилась к двери:
- Пойду искать брата, – добавила я через плечо.
- Стой!
Знакомый голос заставил меня обернуться и открыть рот в полнейшем изумлении.
Элигий Дюпре преградил мне путь к двери и стоял так близко, что я могла почувствовать шедший от него сладковатый землистый запах. Как, чёрт возьми, он оказался здесь так быстро? Все Галла, находящиеся в комнате, включая Проповедника, двинулись ко мне. Комната наполнилась смесью африканского и французского языков. Меня обуяло желание закричать, заорать и бежать так, будто за мной гонится сам дьявол. Я с силой толкнула Элигия Дюпре.
- Подвинься, парень, – сказала я дрогнувшим голосом, который был мне несвойственен.
В фойе было свободно, поэтому я добежала до двери и выскочила наружу. Там стоял Элигий и ждал меня.
-Чёрт!
Я тут же остановилась. Ну, вот опять! Как же он так быстро перемещается? Дважды! Это было… невозможно! Мой мозг отказывался это осознавать. Даже не пытался. Ей-богу, я не придумала ничего лучше, чем спросить, едва дыша:
- Какого чёрта ты делаешь?
- Пытаюсь удержать тебя от совершения глупости,- сказал он тихо. Казалось, его мягкий голос звучал прямо у меня в голове.
- А теперь, если ты хочешь найти своего брата, пойдём внутрь,- он сделал ко мне два шага. Часть его оставалась в тени. - Пожалуйста.
Должно быть, выражение недоверия на моём лице было более заметно, чем я думала, потому что Элигий слабо улыбнулся.
- Да, прошлой ночью в аллее был мёртвый парень. Но я его не убивал. И мы не зомби. - Он наклонил голову. - Ну что, пойдём?
Когда кто-то другой, кроме меня, произносил слово зомби, это звучало гораздо глупее, чем когда это говорила я. О чем я думала? Но когда Проповедник уверен, ничто, включая зомби, не может стать исключением из правил. Проповедник и Эстель твердо верили им, несмотря ни на что.
- Возвращайся в дом, дитя моё, – сказал за моей спиной Проповедник. - Время идёт, а твой брат всё ещё не найден.
Мне пришлось послушаться Проповедника. Я последний раз взглянула на Элигия, поднялась по лестнице и молча проследовала мимо моего приёмного деда в фойе. Но от меня не ускользнул взгляд, который тот бросил на Элигия, прежде чем проследовать за мной. Этот взгляд я видела сотни раз.
Это был предостерегающий взгляд. Но мне было наплевать, я сделала, как он просил. Я вошла в комнату с надеждой, что это в последний раз, и удивилась, увидев всех там же, где их оставила.
Жиль вышел вперёд:
- Приношу свои извинения, дорогая. Я знаю, это слишком. Но прошу тебя, садись, – он указал рукой на кресло. - Есть кое-что, о чём тебе следует знать.
Я взглянула на Проповедника, он кивнул мне в ответ. Я пересекла комнату и погрузилась в кресло. Джози стояла рядом со мной и внимательно меня рассматривала. Я увидела двух других сыновей Дюпре, которые смотрели на меня с таким же вниманием, как и их сестра.
- Как видишь, нас нельзя назвать… обычными, – сказал Жиль, медленно расхаживая передо мной.

oljaa 12.03.12 в 13:21

Я положила ногу на ногу, скрестила руки на груди и принялась пристально рассматривать старика: его дорогой костюм, ухоженные ногти, его аристократический профиль. Боковым зрением я видела у двери Элигия, который, вероятно, блокировал пути отхода для меня. В моей голове смешались сомнения и паника. Я бы сделала что угодно, чтобы спасти Сета. Но это было безумие.
- Что угодно? – спросил Жиль. Он остановился и посмотрел мне в глаза. - Честно, дорогая?
У меня по коже пробежал холодок. Старик читает мои мысли? Или я сказала это вслух?
- Да, – ответила я твёрдым, уверенным голосом, нарушая данное Проповеднику обещание молчать. - Всё, что угодно.
Жиль кивнул.
- Хорошо. Рад это слышать, - он подошёл ближе, остановился и наклонил голову. - Но чтобы помочь твоему брату, ты должна слушать внимательно, с открытым умом и сердцем.
- Хорошо, – ответила я, вспомнив недавние слова Проповедника.
- Дети, – позвал он свою семью.
Всё, что произошло потом, произошло так чертовски быстро, что я едва успела заметить. Я чуть повернула голову, чтобы посмотреть на Проповедника, а когда снова посмотрела на Жиля, его там не было. Вместо него стоял Жан-Люк. Я поискала глазами Джози, которая только что стояла около своей матери. Теперь она находилась на месте Элигия, а тот уже был возле очага. Я стояла, смущённо крутя головой. Я заметила, что лишь Жиль и Элиза поменялись местами. Никто не остался на месте, все сменили своё местоположение. И всё это произошло прямо у меня перед глазами. Я неуверенно смотрела вокруг, и чувствовала, что меня охватывает нервная дрожь.
- Что… происходит? – спросила я тихо. - Что это было, чудной цирковой аттракцион семьи дю Солей? Французские иллюзионисты? Или я сошла с ума?
Я не успела моргнуть, как Жиль снова оказался передо мной. Он тепло улыбался, глаза его блестели… что-то ещё в нём изменилось. Затем, громко прочистив горло, я подняла глаза и увидела Серафима, сидящего на шкафу в углу комнаты. Он с удивительной лёгкостью спрыгнул на пол и оказался рядом со мной – ей-богу – меньше, чем за секунду. Я заглушила крик.
- Мы – создания полумрака, - сказал тихо Жиль.
Он наклонился ко мне, взял меня за руку и повёл по комнате, продолжая говорить. Не знаю почему, но я покорно последовала за ним, в то время, как мой мозг дико и мучительно пытался понять, кто такие создания полумрака.
- Около двух веков назад ночью меня забрал Аркос. Я до сих пор не знаю, почему, - Он закрыл глаза и покачал головой. - Я ушёл, когда началось моё перерождение. Вскоре я полностью изменился. Я понял, что не могу продолжать жить без моей любимой семьи. Поэтому эгоистично забрал их всех, одного за другим, прямо из их постелей. Я заставил их выпить моей отравленной крови, чтобы они стали такими же, как я. Затем последовал ужасный месяц перерождения.

oljaa 12.03.12 в 13:25

- Жиль, нет, – тихо сказала Элиза. В мгновение ока она оказалась позади него и обхватила его руками. Положив голову ему на плечо, Элиза добавила: - Вовсе не эгоистично, любимый.
Я покачала головой в полнейшем изумлении.
- Забрал их? Создания полумрака? Перерождение? Что всё это значит? – спросила я. - И какое отношение всё это имеет ко мне и моему брату?
Полумрак – это понятно, Галла называли это сумерками. Но кто такие братья Аркос, ужасные убийцы, создания полумрака – абсолютно непонятно.
Элигий немедленно оказался передо мной, сверля меня глазами.
- Аркос – это вампиры, потомки семейства стригоев,- сказал он, и его голос снова казался звучащим прямо в моей голове.
Было странно наконец-то увидеть лицо, чей голос я слышала, и почувствовала, что не могу оторвать взгляд от его глаз. Его губы шевелились, должно быть, он говорил вслух. Он так резко схватил меня за руку, что я рефлекторно дёрнулась. Но это не помогло, он держал мою руку, словно в тисках, так что я не могла вырваться. Он подошёл ближе, и уголком глаз я увидела, что люди Галла сделали шаг вперёд.
- Наш род мало известен за пределами румынских сказок и фольклора. Мы все считаемся членами клана Киндред, в наших венах течёт кровь стригоев. Однако существуют некоторые различия. Мы – бессмертны, и нам требуется человеческая кровь. Но наш голод был удовлетворён другим способом – гуманным. В этом нам помог Проповедник и его предки. Братья Аркос были погребены на целых 150 лет, однако теперь они на свободе, и они не люди. Они охотятся.
Его лицо находилось так близко к моему, что я видела цветные крапинки в его яростных глазах.
- У них нет ни жалости, ни сострадания. Они никогда не насытятся и никогда не остановятся.
Мои мысли перескочили к мёртвому парню в алее. Я представила себе его изуродованное тело, лежащее на земле. Его плоть была разорвана, повсюду была кровь. Элигий крепко держал меня за руку, не спуская с меня глаз. Моё сердце бешено билось в грудной клетке, моя кожа дрожала в том месте, где он касался. Внезапно вся комната перестала существовать, были только он и я. Он был единственный, кто мог дать мне прямой ответ на прямой вопрос.
Поэтому я спросила его:
-Что ты такое?
Мой голос слегка дрожал. Я смело смотрела ему в глаза и ждала ответа. При этих словах по его лицу пробежала едва заметная дрожь.
- Мы похожи на вампиров, но мы не они,- сказал он возбуждённо, и в первый раз я заметила у него лёгкий французский акцент. Его челюсти напряглись, и я снова посмотрела на его полные губы. - Как сказал мой отец, мы заключили сделку с вашими собратьями. Они поддерживали нашу жизнь, а мы защищали город от других вампиров.

oljaa 12.03.12 в 13:29

Он понизил голос, наклонил голову и внимательно смотрел на меня.
- Однако сейчас, Когда братья Аркос на свободе, у нас появилась одна большая чёртова проблема, моя дорогая.
- Ну, хватит! - сказала Элиза голосом, одновременно тёплым и строгим.
Лёгкое дуновение воздуха коснулось моего лица и заставило меня вздрогнуть. Открыв глаза, я увидела, что Элигий находится на противоположном конце комнаты, прислонившись к стене. Казалось, что он никогда не двигался с места. Я посмотрела прямо на Жиля.
- Как это может помочь моему брату? - спросила я, затем увидела Проповедника, тихо стоявшего перед дверью.
- Как? - внезапно предчувствие того, что может случиться сдавило мою грудную клетку, и я, задыхаясь, осела на пол.
- Сет, - я произнесла имя моего брата, и к горлу подкатил комок.

oljaa 12.03.12 в 13:32