Diana Gabaldon Lord John and the Private Matter / Лорд Джон и Личное дело: Глава 17.

Глава 17.

Zanoza2016 12.06.18 в 10:48

НЕМЕЗИДА

Zanoza2016 12.06.18 в 10:49

ОТКРОВЕННО ВЗБУНТОВАВШИСЬ, Грей отказался от дальнейшего употребления яичных белков. В ответ Том Бёрд, проявив непоколебимое упрямство, запретил ему пить вино. К тому времени, когда они добрались до первой почтовой станции, нелегкий компромисс все же был найден, и на обед Грей, будто дитя малое, получил хлеб и молоко, изрядно развеселив этим своих попутчиков – пассажиров дилижанса.
Игнорируя насмешки и непреходящее ощущение тревоги в голове и желудке, он зажал одной рукой намоченный в молоке ломоть хлеба и, одолжив старенькое, неистово скрипевшее перо со скверными чернилами, лорд Джон принялся писать.
Сначала записку Кворри; потом Магрудеру – на тот случай, если первая потеряется. Ни для шифровки, ни для осторожной формулировки времени не было – только голые факты и просьба о подкреплении, которое он просил отправить, как можно быстрее.
Грей подписал записки, свернул их и запечатал, капнув покрытым копотью свечным воском, затем поставил своим кольцом оттиск в виде улыбающегося полумесяца. Это напомнило ему о Тревельяне и его изумрудном перстне с изображенной на нем корнуэльской клушицей. Успеют ли они?

Zanoza2016 12.06.18 в 10:50

В тысячный раз он ломал голову, пытаясь понять, существует ли еще какой-нибудь более быстрый способ… И в тысячный раз неохотно приходил к заключению, что нет. Наездник-то он хороший, но в его нынешнем состоянии шансы справиться с адской поездкой из Лондона до Саутгемптона практически сводились к нулю – даже если немедленно нашлась бы хорошая лошадь.
«Это должен быть Саутгемптон», – успокаивал он себя в сотый раз. Тревельян попросил три дня: недостаточное время, чтобы помешать преследованию… Если только он не планировал, что Грей умрет. Но в таком случае, зачем выпрашивать время? Почему просто не отделаться от него, зная, что скоро его противник будет неспособен к погоне?
Нет, скорее всего, он прав в своих предположениях. Теперь лорд Джон мог только подгонять почтовый дилижанс силой своего желания и надеяться, что к тому времени, когда они прибудут на место, он в достаточной степени восстановится, чтобы суметь сделать то, что должно быть сделано.
– Готовы, милорд? – Том Бёрд появился рядом, держа наготове плащ, чтобы набросить ему на плечи. – Пора ехать.

Zanoza2016 12.06.18 в 10:50

Грей со всплеском бросил хлеб в чашку и поднялся.
– Проследите, чтобы их отправили в Лондон, пожалуйста, – велел он почтовóму, вручая письма вместе с монеткой.
– Разве вы не будете доедать? – спросил Бёрд, сурово глядя на почти полную миску молока с хлебом. – Вам понадобятся силы, милорд, если вы хотите…
– Ну, хорошо! – Грей схватил последний кусок хлеба, быстро макнул в чашку и, на ходу запихивая его себе в рот, направился к ожидающему дилижансу.

ЗАГОРАЖИВАЯ СВОИМИ мачтами движение другого корабля, «Нампара» – торговое судно Ост-Индской Компании – высоким силуэтом выделялась на фоне неба с пролетающими мимо облаками. Слишком огромный, чтобы подойти к причалу, корабль стоял на якоре вдалеке; рыбак, перевозивший Грея и Бёрда к судну, прокричал что-то людям, сидевшим в ялике, который направлялся к берегу, и получил в ответ невнятный в шуме воды рев.
– Не знаю, сэр, – сообщил рыбак, качая головой. – «Нампара» собирается выйти с отливом, – а он уже начался.
Мужчина вытащил из воды одно весло, показывая на быстро убывающую серую воду, хотя Грей и под присягой не сказал бы, в каком направлении шла волна.

Zanoza2016 12.06.18 в 10:50

Всю ночь и еще полдня они тряслись по колдобинам в почтовом дилижансе до Саутгемптона. По-прежнему ощущая тошноту, Грей не хотел смотреть на море: казалось, всё в поле его зрения тревожно двигалось в противоположных направлениях – вода, облака, ветер, лодка, поднимающаяся под ним. Джон подумал, что его стошнит, если он откроет рот, поэтому предпочел угрюмо смотреть на владельца лодки и показательно сжимать свой кошелек, что достаточно хорошо заменяло ответ.
– Вероятно, «Нампара» далеко уйдет, прежде чем мы доберемся до нее… Но мы постараемся, сэр, да, мы попытаемся! – человек удвоил свои усилия, как следует загребая, а Грей закрыл глаза, крепко цепляясь за покрытую чешуей доску, на которой сидел, и пытался не обращать внимания на вонь дохлой рыбы, которая пропитала его намокшие бриджи.
– Эй, на палубе! На палубе!
Крики рыбака пробудили Джона от чертовых мучений, и он увидел борт большого торгового судна, возвышавшийся перед ними, словно утес. Они все еще находились в нескольких десятках футов от корабля, и все же массивная громадина заслоняла солнце, отбрасывая на них холодные темные тени.

Zanoza2016 12.06.18 в 10:51

Даже такой несведущий в морском деле человек, как он, понимал, что «Нампара» готова к отправлению. Множество мелких лодок, которые, скорее всего, снабжали судно провизией, гребли мимо них к берегу, разлетаясь, словно мелкие рыбешки, опасавшиеся находиться вблизи огромного морского чудовища в момент его пробуждения.
Легкая веревочная лестница все еще свисала с борта. Когда рыбак развернул лодку, одним веслом умело удерживая ее подальше от монстра, Грей встал, бросил рыбаку его плату и ухватился за ступеньку. Опускающейся волной плоскодонку вытянуло из-под его ног, и Джон уцепился за веревку изо всех сил, вздымаясь и опускаясь вместе с кораблем.
Будто осколки, под ногами Грея проплыла со стороны носовой части корабля небольшая флотилия какашек. Джон поднял голову и стал напряженно и медленно карабкаться по лесенке, а снизу почти вплотную прижимался Том Бёрд, подстраховывая, чтобы хозяин не упал. И когда, наконец, Грей достиг верха, тело его покрылось холодным липким потом, а во рту появился металлический привкус крови.
– Мне нужен владелец судна, – сказал лорд Джон офицеру торгового флота, суматошно спешившему среди путаницы мачт и паутины качающихся канатов. – Немедленно, по приказу Его Величества.

Zanoza2016 12.06.18 в 10:51

Человек покачал головой, не внимая тому, что говорил Грей, и беспокоясь лишь о том, чтоб они не мешались. Он уже отвернулся, подзывая рукой кого-то, кто подошел бы, чтобы увести их.
– Капитан занят, сэр. Мы собираемся отплывать. Хендерсон! Подойди и…
– Не капитана, – произнес Грей и, быстро закрыв глаза против дурманящего раскачивания паутины веревок над головой, полез в карман плаща, где нащупал сильно измятое предписание. – Владельца. Я хочу видеть мистера Тревельяна… Сию же минуту.
Офицер повернул голову и внимательно посмотрел на него. Грею показалось, что тот качнулся, наподобие темной мачты рядом с ним.
– С вами все в порядке, сэр? – слова прозвучали так, будто их произнесли со дна дождевой бочки. Грей облизнул губы, готовясь ответить, но его опередили.
– Конечно, он не здоров, вы же видите, глупец, – сердито произнес стоявший рядом Бёрд. – Но это неважно. Вы отведёте майора, куда он говорит, и как можно быстрее!

Zanoza2016 12.06.18 в 10:52

– Кто вы, юноша?
Офицер напыжился, впиваясь взглядом в Бёрда, который ни капли не испугался:
– Это тоже неважно. Он сказал, что у него письмо от короля, и он не обманывает, так что руки в ноги, приятель!
Офицер выхватил бумагу из пальцев Грея, взглянул на королевскую печать и отбросил листок, как будто тот вспыхнул огнем. Том Бёрд наступил на письмо, прежде чем бумагу сдуло, и поднял его, в то время как офицер отступил назад, бормоча извинения – или, возможно, проклятия, Грей не мог разобрать из-за звона в ушах.
– Может, вам лучше присесть, милорд? – спросил Бёрд с тревогой, пытаясь стряхнуть следы ботинка с пергамента. – Вон там стоит бочка, она никому сейчас не нужна.
– Нет, благодарю вас, Том, мне уже лучше.
Так и было: силы снова возвращалась к нему после трудного подъема, а от холодного бриза прояснилось в голове и высох пот. Корабль был намного устойчивей под ногами, чем легкая рыбачья плоскодонка. В ушах у Джона все еще звенело, но он сжал мышцы живота и посмотрел вслед офицеру.
– Том, вы видели, куда направился тот человек? Давайте-ка пойдем за ним: будет лучше, если Тревельяна не успеют предупредить.

Zanoza2016 12.06.18 в 10:52

Казалось, что на корабле царит полный хаос, хотя Грей предполагал, что некий порядок все же присутствовал. Моряки носились взад-вперед, спрыгивая с канатов с произвольной неожиданностью спелых плодов. Их крики звенели в воздухе в таком изобилии, что Грей и вообразить не мог, как один понимал другого. Тем не менее, польза от бедлама была: никто не пытался остановить их и даже, похоже, не замечал их присутствия. Вслед за Томом Грей прошел через пару дверей с застекленной верхней частью и спустился по лестнице в сумрачные глубины трюма. «Все равно, что в крысиную нору пробираться, – подумал Грей смутно… – А мы с Томом, получается, хорьки ?»
Короткий проход и еще одна лестница – неужели Том действительно выслеживал офицера по запаху в недрах корабля? – еще один поворот, и, точно… Офицер, стоявший около узкой двери, из которой свет потоком лился в глубокие и глухие трюмы, разговаривал с кем-то, кто стоял внутри.
– Вот он, милорд, – прошептал Том, затаив дыхание. – Это он.
– Том! Том, мальчик мой, это ты?

Zanoza2016 12.06.18 в 10:53

За спиной прозвучал громкий недоверчивый голос, и, обернувшись, Грей увидел своего камердинера в объятиях высокого молодого человека, чье лицо доказывало их родство.
– Джек! Я думал, ты умер! Или, что ты убийца, – Том выскользнул из объятий брата, лицо его омрачилось беспокойством. – Джек, ты ведь не душегуб?
– Нет. Какого черта, ты этим хочешь сказать, ты наглый маленький пирожок с соплями?
– Не смей так со мной разговаривать. Я – камердинер Его Светлости, а ты просто лакей, так что, вот!
– Кто? Нет, ты… Да быть такого может!
Грей и хотел бы услышать, чем закончится этот разговор, но долг звал в другом направлении. С грохочущим сердцем он повернулся спиной к Бёрдам и, не обращая внимания на возражения, протиснулся мимо корабельного офицера.
Каюта оказалась просторной, свет заливал пространство через окна кормы, и Джон зажмурился от внезапной яркости. Здесь присутствовали и другие люди, – он смутно ощущал их – но все его внимание было приковано к Тревельяну.

Zanoza2016 12.06.18 в 10:54

Тот сидел на морском сундуке в одной рубашке с засученным рукавом и одной рукой прижимал к предплечью окровавленную тряпицу.
– Боже правый, – воскликнул Тревельян, глядя на него. – Сама Немезида... Живее всех живых.
– Можно и так выразиться, – Грей сглотнул набежавшую слюну и глубоко вздохнул. – Джозеф Тревельян, вы арестованы за убийство Рейнхардта Майрхофера по приказу... – Грей сунул руку в карман, но письмо все еще находилось у Тома Бёрда. Неважно, оно все равно поблизости.
Прежде чем Джон смог продолжить, под его ногами возникла дрожащая вибрация, и доски, казалось, сдвинулись под ним. Грей пошатнулся и ухватился за угол стола. Тревельян чуть печально улыбнулся.
– Мы снимаемся с якоря, Джон. Вы слышите, как поднимают цепь. И это – мое судно.
Вся фатальность его ошибки навалилась на Грея, и он снова глубоко вздохнул. Нужно было, не слушая возражений, настоять на встрече с капитаном, вручить письмо и любой ценой помешать судну уйти… Но спеша удостовериться в присутствии Тревельяна и думая только о том, чтобы найти этого человека, загнать его в угол и, наконец, призвать к ответу, он принял неверное решение. А теперь уже слишком поздно.

Zanoza2016 12.06.18 в 10:54

Если не считать Тома Бёрда, Джон оказался один, и, хотя Гарри Кворри и констебль Магрудер знали, где он находится, это знание не спасет его… Потому что теперь они мчались под парусами, направляясь далеко от Англии и спасения. А Грей сомневался, что Джозеф Тревельян когда-нибудь захочет вернуться, чтобы предстать перед судом короля.
И все же, Джон полагал, что его не выкинут за борт, пока земля в поле зрения. И, возможно, он все еще может добраться до капитана. Или Том Бёрд мог бы. Вероятно, это благословение, что письмо все еще у Бёрда, и Тревельян не мог немедленно уничтожить его. Но закует ли капитан в кандалы владельца судна и решится ли прервать плавание этого мощного корабля перед лицом лишь довольно сомнительного письма с приказом и полномочиями?
Он оторвался от ироничного взгляда Тревельяна и без особого удивления увидел, что человек, стоявший в углу каюты, не кто иной, как Финбар Скэнлон, спокойно складывающий инструменты и флаконы в сумку.
– А где же миссис Скэнлон? – спросил Грей, принимая храбрый вид. – Также на борту, полагаю?

Zanoza2016 12.06.18 в 10:54

Слегка улыбнувшись, Скэнлон покачал головой.
– Нет, милорд. Она в Ирландии, в безопасности. Я не стал бы подвергать ее риску.
«Из-за ее положения, – подумал Грей. – Ни одна женщина не решится рожать ребенка на борту корабля – независимо от его размеров».
– Значит, путешествие будет долгим?
В своем помутненном состоянии он даже не догадался спросить у Стэплтона о месте назначения плавания. Если бы он не опоздал, это не имело бы значения. Но сейчас? Куда, во имя Господа они направляются?
– Достаточно долгим.
Ему ответил Тревельян, который, отняв кусочек ткани от руки, внимательно рассматривал ранку. Грей увидел, что нежная кожа с внутренней стороны его руки рассечена, и кровь все еще медленно сочится из нескольких небольших разрезов, образующих прямоугольник.
Тревельян повернулся, чтобы взять чистую тряпицу, и Грей увидел за его спиной кровать. За кисейной занавесью, не двигаясь, лежала женщина. Джон подошел к постели, неустойчиво держась на ногах, поскольку корабль содрогнулся и начал двигаться, набирая ветер в паруса.

Zanoza2016 12.06.18 в 10:55

–- Полагаю, это миссис Майрхофер? – тихо спросил Джон, хотя женщина, казалось, спала слишком глубоко, чтобы легко проснуться.
– Мария, – тихо прошептал Тревельян рядом, обертывая руку бинтом и глядя на женщину.
Из-за болезни она похудела и осунулась, и мало походила на свой портрет. И все же, Грей подумал, что в полном здравии она была прекрасна. Сейчас кости ее лица обозначились слишком сильно, хотя форма их оставалась грациозной, а темные и пышные волосы были убраны с высокого лба назад и блестели от пота. Ей тоже пускали кровь – на сгибе локтя виднелась чистая повязка. Руки женщины лежали поверх покрывала, и Джон увидел на ее пальце слишком большой для нее перстень Тревельяна с изумрудным кабошоном и гравировкой в виде корнуэльской клушицы.
– Что с ней? – спросил он Скэнлона, который подошел и встал с другой стороны.
– Малярия, – по-деловому ответил аптекарь. – Трехдневная лихорадка. С вами все в порядке, сэр?
Стоя так близко, Грей чувствовал характерный запах и видел, что кожа женщины пожелтела, а на висках блестели крупные капли пота. Странный мускусный душок желчи долетел до него сквозь аромат парфюма, которым она пользовалась – те же самые духи, которыми разило от ее мертвого мужа, лежавшего в окровавленном платье из зеленого бархата.

Zanoza2016 12.06.18 в 10:56

– Она будет жить? – спросил лорд Джон.
«Вот получится нелепость, – подумал он, – если Тревельян убил ее мужа, чтобы заполучить ее, только чтобы потерять потом от смертельной болезни».
– Теперь, она в руках Божьих, – произнес Скэнлон, качая головой. – Как и он, – кивнув теперь на Тревельяна, и Грей резко взглянул на него.
– Что вы имеете в виду?
Опуская рукав поверх повязки, Тревельян вздохнул.
– Пойдемте со мной, Джон, выпьем. У нас теперь достаточно времени; времени просто навалом. Я расскажу вам всё, что вы хотите знать.
– Я бы предпочел, чтобы мне в открытую проломили голову, а не отравили снова… Если вам все равно, сэр, – произнес Грей, одарив Тревельяна недружелюбным взглядом. К его досаде, тот рассмеялся, хотя сразу же замолчал, взглянув на женщину в постели.
– Я уже и забыл, – сказал Тревелян, улыбнувшись одним только уголком рта. – Прошу прощенья, Джон. И хотя объясняться поздновато, – добавил он, – я не собирался убивать вас – только задержать.

Zanoza2016 12.06.18 в 10:56

– Возможно, и не собирались, – холодно заметил Грей, – но я подозреваю, что вы были готовы это сделать.
– Да, – откровенно признал Тревельян. – Понимаете, мне требовалось время… Я не мог рисковать, надеясь, что, несмотря на нашу договоренность, вы не начнете предпринимать шаги. Вы не стали бы говорить обо мне открыто… Но если бы рассказали вашей матери, то уже к вечеру об этом знал бы весь Лондон. Я не мог медлить.
– Ну, да, чего бы вам переживать о такой мелочи, как моя смерть, в конце концов? – спросил Грей, сердясь на свою глупость, которая заставила его поторопиться. – Подумаешь, еще одна?
Тревельян, открыв шкафчик, засунул туда руку. Услышав эти слова, он замер, повернув озадаченное лицо к Грею.
– Еще одна? Я никого не убивал, Джон. И рад, что не убил вас… Мне было бы жаль.
Снова повернувшись к шкафу, он вытащил оттуда бутылку и пару оловянных стаканчиков.
– Вы не возражаете против бренди? У меня есть и вино, но оно пока не отстоялось после разгрузки.
Несмотря на гнев и опасение, Грей утвердительно кивнул, когда Джозеф принялся разливать янтарный напиток. Тревельян сел и сделал глоток из своего стаканчика, удерживая ароматную жидкость во рту и прикрыв глаза от удовольствия. Через мгновение он проглотил и поглядел на Грея, все еще стоявшего и смотревшего на него сверху вниз

Zanoza2016 12.06.18 в 10:57

Слегка пожав плечами, Тревельян наклонился и открыл ящик стола, откуда достал маленький и грязный бумажный свиток и толкнул его через стол Грею.
– Садитесь же, Джон, – предложил он. – Вы немного бледны, простите, что упомянул об этом.
Почему-то чувствуя себя глупо и негодуя, как на это чувство, так и на слабость в коленях, Грей медленно опустился на предложенный табурет и взял бумажный свиток.
Шесть листков грубой и довольно потрепанной бумаги, вырванные из журнала или записной книжки, были убористо исписаны с обеих сторон. Долгое время листки находились в сложенном состоянии, затем в какой-то момент их развернули и зачем-то скатали в крепкий рулон; и лорду Джону пришлось прижимать их обеими руками, чтобы прочитать. Но одного взгляда оказалось достаточно, чтобы понять, что это за бумаги.
Подняв глаза, Грей увидел, что Тревельян наблюдает за ним и меланхолично улыбается.
– Вы, ведь, именно это искали? – спросил корнуэлец.
– Вы же знаете, что да, – Грей отпустил бумаги, и они свернулись обратно в цилиндр. – От кого вы получили их?

Zanoza2016 12.06.18 в 13:37

– Разумеется, от мистера О'Коннелла.
Небольшой рулончик мягко перекатывался, следуя движениям корабля, и раздробленный набежавшими облаками свет из кормовых окон внезапно стал очень ярким.
Тревельян сидел, потягивая напиток и погрузившись в свои мысли, и, казалось, совсем забыл про Грея.
– Вы обещали… рассказать мне все, что я захочу узнать, – сказал Грей, беря в руки свой стаканчик.
Тревельян быстро закрыл глаза, затем кивнул и открыл их, взглянув на Грея.
– Конечно, – сказал он просто. – Нет причин, почему бы и нет… теперь.
– Вы говорите, что никого не убивали, – осторожно начал Грей.
– Пока что, нет, – Тревельян поглядел на женщину в постели. – Остается поглядеть, не убил ли я свою жену.
– Вашу жену? – вырвалось у Грея.
Тревельян кивнул, и Грей увидел, как на его лице промелькнула свирепая пятивековая гордость корнуэльских пиратов, обычно скрытая под роскошным обликом торгового магната.
– Мою. Во вторник вечером нас поженил… ирландский священник, которого привел мистер Скэнлон.

Zanoza2016 12.06.18 в 13:37

Грей повернулся на табурете, вытаращив глаза на Скэнлона. Тот пожал плечами и улыбнулся, но ничего не сказал.
– Полагаю, моя семья – добрые протестанты, коими они всегда являлись со времен короля Генриха – будет в ярости, – Тревельян чуть улыбнулся. – Это, может, и не совсем законно. Но приходится, когда черт гонит… Мария – католичка. Она хотела выйти замуж прежде, чем... – голос Тревельяна затих, когда он посмотрел на лежавшую в кровати женщину. Она была беспокойна теперь: руки и ноги подергивались под покрывалом, а голова неудобно повернулась на подушке.
– Уже скоро, – спокойно сказал Скэнлон, проследив его взгляд.
– Скоро, что? – спросил Грей, внезапно испугавшись услышать ответ.
– Лихорадка вернется снова, – ответил аптекарь. Лицо его нахмурилось. – Это трехдневная лихорадка: она приходит, уходит, а затем, на третий день возвращается опять. И так снова и снова. Вчера леди была в состоянии путешествовать, но, как видите... – он покачал головой. – У меня есть иезуитская кора , она может помочь.

Zanoza2016 12.06.18 в 13:38

– Я сожалею, – формально сказал Грей Тревельяну, который склонил голову с мрачной покорностью.
Грей прочистил горло.
– Может, тогда вы будете столь любезны объяснить, как, если не от вашей руки, Рейнхардт Майрхофер встретил свою смерть? И каким образом эти бумаги попали к вам?
Тревельян посидел минуту, медленно дыша, затем быстро поднял лицо к свету из окна и закрыл глаза, подобно человеку, который в полной мере наслаждается последними мгновениями жизни перед казнью.
– Думаю, тогда я должен начать с самого начала, – произнес он, наконец, все еще не открывая глаз. – Это случилось в тот день, когда я впервые увидел Марию на одном из приемов леди Брэкнелл. Девятого мая прошлого года.
Слабая улыбка скользнула по его лицу, как будто тот момент снова предстал у него перед глазами. Он открыл их и посмотрел на Грея совершенно откровенно.
– Я никогда не ходил в подобные места, – сказал он. – Никогда. Но джентльмен, с которым у меня деловые отношения, приехал пообедать со мной в «Бифштекс», и мы обнаружили, что предмет разговора займет гораздо больше времени, чем легко вместит в себя продолжительность обеда. И поэтому, когда он пригласил меня пойти с ним на свою следующую встречу, я согласился. И там... я увидел ее.

Zanoza2016 12.06.18 в 13:38

Тревельян открыл глаза и посмотрел на кровать, где лежала женщина, неподвижная и пожелтевшая.
– Я не знал, что такое возможно, – заметил он почти с удивлением. – Если бы кто-нибудь рассказал мне подобное, я бы посмеялся над ним… И все же...
Он увидел сидевшую в углу женщину, и был поражен ее красотой… Но гораздо больше – ее печальным видом. Не то чтобы достопочтенного Джозефа Тревельяна затрагивали эмоции, – свои или чужие – но, тем не менее, мучительное горе, которое читалось на лице женщины, привлекло и встревожило его.
Он не подошел к ней сам, но долгое время не мог отвести от нее глаз. Его внимание заметили, и хозяйка любезно сообщила ему, что эта женщина – фрау Майрхофер, жена мелкого австрийского дворянина.
– Пойдите и поговорите с ней, – настаивала хозяйка, взглянув на прекрасную печальную гостью с сочувственной добротой. – Это ее первый выход в свет после трагической потери – ее первенец, бедняжка… Уверена, немного внимания будет ей очень полезно!

Zanoza2016 12.06.18 в 13:39

Тревельян пересек комнату, не имея представления, что сказать или сделать. Он не владел языком соболезнований и не имел навыков светской беседы, потому что его ремеслом были бизнес и политика. И все же, когда хозяйка, представив их, ушла, он обнаружил, что все еще держит руку, которую поцеловал, и глядит в мягкие карие глаза, в которых утонула его душа. И без дальнейших размышлений или колебаний выпалил: «Да поможет мне Бог, я люблю вас».
– Она рассмеялась, – лицо Тревельяна вспыхнуло от воспоминаний. – Она рассмеялась и произнесла: «Ну, значит, Боже, помоги и мне!». И мгновенно преобразилась. И если я влюбился в Долорозу , то меня… совершенно очаровала... Алегретта . Я готов был сделать все что угодно, лишь бы горе не возвращалось в ее глаза, – Джозеф снова посмотрел на женщину в кровати и неосознанно сжал кулаки. – Я сделал бы все, чтобы заполучить ее.

Zanoza2016 12.06.18 в 13:40

Она была католичкой и замужней женщиной. Прошло несколько месяцев, прежде чем она уступила ему – мужчине, привыкшему получать все, что он хочет. А ее муж…
– Рейнхардт Майрхофер – выродок, – сказал Тревельян, при этом его узкое лицо ожесточилось. – Бабник, и даже хуже.
Вот так и началась их с Марией любовная история.
– Это случилось до того, как вы обручились с моей кузиной? – довольно резко спросил Грей.
Тревельян моргнул, как будто немного удивившись.
– Да. Если бы у меня была хоть какая-то надежда убедить Марию бросить Maйрхофера, то конечно, я бы никогда не заключил помолвку. Однако, несмотря ни на что, она оставалась непреклонной: Мария любила меня, но не могла решиться оставить своего мужа. А раз так... – он пожал плечами.
А раз так, Тревельян не видел ничего плохого в женитьбе на Оливии. Тем самым он увеличивал состояние и закладывал основу своей будущей династии с девушкой из безупречной семьи… Сохраняя при этом страстный роман с Марией Майрхофер.
– Не смотрите так осуждающе, Джон, – произнес Тревельян, вытянув губы и слегка искривив их. – Я стал бы для Оливии хорошим мужем. И она была бы счастлива и довольна.

Zanoza2016 12.06.18 в 13:41

Бесспорно, это правда. Грей знал, по крайней мере, дюжину пар, где муж содержал любовницу, – с ведома или без ведома жены. И его мать говорила...
– Но я так понимаю, Рейнхардт Майрхофер оказался не столь сговорчивым? – спросил Джон.
Тревельян издал короткий смешок.
– Мы вели себя более чем осторожно. Хотя его, скорее всего, это не волновало… Поскольку стало средством наживы.
– Значит, – Грей осмелился предположить, – он обнаружил правду и взялся шантажировать вас?
– Не всё так просто.
Тревельян узнал от своей возлюбленной и кое-что об интересах и деятельности ее мужа… И, заинтересовавшись этой информацией, сам намеревался извлечь гораздо бóльшую выгоду.
– Хороший интриган, этот Майрхофер, – сказал Тревельян, тихонько поворачивая стаканчик в руках, чтобы раскрыть букет бренди. – Он умел вращаться в обществе и выискивать крупицы информации, которые мало что значили сами по себе, но могли сложиться в нечто важное… И, либо продавал это потом, либо, если сведения имели военное значение, передавал их австрийцам.

Zanoza2016 12.06.18 в 13:42

– И, разумеется, вам не пришло в голову поделиться этими знаниями с кем-нибудь в верхах? Это же измена, в конце концов.
Тревельян глубоко втянул воздух, вдыхая пряность бренди.
– О, я думал, что просто понаблюдаю за ним некоторое время, – произнес он тихо. – Ну, понимаете, хотел выяснить точно, что он затевает.
– Выяснить, что могло бы иметь выгоду для вас, имеете в виду.
Тревельян скривил губы и медленно покачал головой над бренди.
– У вас очень подозрительный склад ума, Джон… Вам кто-нибудь говорил об этом? – и, не дожидаясь ответа, продолжил. – Поэтому, когда Хэл поделился со мной своими подозрениями о вашем сержанте О'Коннелле, мне пришло в голову, а не смогу ли я одним выстрелом убить двух зайцев, понимаете?
Хэл немедленно принял предложение, и Тревельян поставил Джеку Бёрду, своему пользующемуся наибольшим доверием слуге, задачу следить за сержантом. Если бы у О'Коннелла действительно оказались документы из Кале, то можно было бы подстроить так, чтобы Рейнхардт Майрхофер услышал о них.

Zanoza2016 12.06.18 в 13:43

– Было бы желательно узнать, как Майрхофер поступит с такой находкой: я имею в виду, к кому он обратится.
– Хм, – скептически произнес Грей, с подозрением разглядывая свой бренди, но никакого осадка не заметил. Он сделал осторожный глоток и обнаружил, что напиток приятно обжег нёбо, стирая противные запахи моря, болезни и нечистот. Джон сразу же почувствовал себя неизмеримо лучше.
Тревельян снял парик. Его коротко подстриженные волосы были унылого и невнятного коричневого оттенка, но отсутствие парика совершенно изменило его внешность. Некоторые мужчины, (Кворри например), оставались теми, кем были, как их не наряди, но только не Tревельян. Когда, как и положено, он носил парик, то выглядел элегантным джентльменом. С непокрытой же головой, в одной рубахе, да с окровавленной повязкой на руке Джозеф походил на пирата, замышляющего напасть на жертву. Узкое лицо его светилось решимостью.
– И вот, как и просил Хэл, я поручил Джеку Бёрду наблюдать за О'Коннеллом… Но этот кретин ничего не делал! Просто ходил на службу, а остальное время проводил в пьянстве и распутстве, перед тем, как отправиться в дом к той маленькой белошвейке, у которой жил.

Zanoza2016 12.06.18 в 13:43

– Хм, – снова произнес Грей, совершенно безрезультатно пытаясь представить Ифигению Стокс, как нечто маленькое.
– Я посоветовал Бёрду попытаться сходить в гости к этой бабе Стокс – посмотреть, сможет ли та хитростью и лаской подтолкнуть О'Коннелла к действию, но она оказалась удивительно равнодушна к нашему Джеку, – сказал Тревельян, поджав губы.
– Возможно, она на самом деле любила Тима О'Коннелла, – заметил Грей, получив в ответ от Тревельяна взлетевшие вверх брови и недоверчивое «п-ф-ф-ф». Видимо, он считал любовь исключительной привилегией высших сословий.
– Ну, так вот, – взмахом руки Тревельян отклонил этот вопрос, – наконец, Джек Бёрд сообщил мне, что О'Коннелл кое-как сумел завязать знакомство с мужчиной, которого встретил в таверне. Сам по себе тот мало что собой представлял, но был известен тем, что имел смутные связи с людьми, симпатизирующими Франции.
– Кому это было известно? – перебил его Грей. – Не думаю, что вам.
Тревельян бросил на него быстрый взгляд, настороженный, но полный любопытства.
– Нет, не мне. Вы случайно не знаете человека по имени Боулс?

Zanoza2016 12.06.18 в 13:43

– Да, знаю. Откуда, черт возьми, вы его знаете?
Тревельян слегка улыбнулся.
– Правительство и торговля работают рука об руку, Джон, и что затрагивает одно, влияет и на другое. Вот уже на протяжении нескольких лет у нас с Боулсом существует взаимное соглашение, касающееся торговли небольшими дозами информации.
Он продолжал бы свою историю и дальше, но Грея внезапно осенило.
– Взаимное соглашение, говорите. Не имеет ли это соглашение отношения… к заведению, известному как «Лэвенд-Хаус»?
Тревельян уставился на него, приподняв одну бровь.
– Вы очень проницательны, Джон, – сказал он, удивившись. – Дики Касуэлл говорил, что вы гораздо умнее, чем кажетесь… Не то чтобы вы выглядите полным идиотом, – поспешил он добавить, заметив выражение обиды на лице Грея. – Просто Дики несколько восприимчив к мужской красоте, и поэтому склонен не замечать другие качества мужчины, если он этой самой красотой обладает. Но, в конце концов, я нанял его не для того, чтобы он разграничивал подобные качества, а всего лишь затем, чтобы он сообщал мне сведения, которые могут представлять интерес.

Zanoza2016 12.06.18 в 13:44

– Боже милостивый.
Грей почувствовал, что головокружение грозило снова одолеть его, и на мгновение закрыл глаза. «Сведения, которые могут представлять интерес». Сам факт, что человек посещал «Лэвенд-Хаус», не говоря о том, чем он мог там заниматься, – уже «сведения, представляющие интерес», будьте уверены. С подобной информацией Боулс или его агенты могли оказывать давление на мужчин, угрожая разоблачением и вынуждая их совершать любые предложенные действия. Сколько людей паук удерживал, запутав в своей паутине шантажиста?
– Итак, Касуэлл работает на вас? – спросил Грей, открыв глаза и сглотнув металлический привкус в горле. – Значит, вы – владелец «Лэвенд-Хауса»?
– И борделя на Мичем-стрит, – лицо Тревельяна стало еще более довольным. – Большое подспорье в бизнесе. Вы не представляете, Джон, о чем мужчины могут нечаянно проболтаться, когда пьяны или во власти похоти.
– Неужели? – Грей отхлебнул немного бренди. – Тогда я удивляюсь тому, что Касуэлл раскрыл мне кое-что о ваших собственных похождениях. Именно он сообщил мне, что вы бываете там с женщиной.

Zanoza2016 12.06.18 в 13:45

– Правда? – довольное выражение исчезло с лица Тревельяна. – Он не говорил мне этого.
Нахмурившись, мужчина слегка откинулся назад, затем издал короткий смешок и покачал головой.
– Как поговаривала моя старенькая нянюшка: «С собакой ляжешь – блохастым встанешь». Осмелюсь предположить, Дики очень обрадуется, если меня арестуют и посадят в тюрьму или казнят… Наверное, он решил, что эта возможность, наконец-то, представилась. Он надеется, что «Лэвенд-Хаус» достанется ему, если со мной что-то случится; полагаю, на одной только вере в это он и продержался так долго.
– Он в этом убежден. А разве это не так?
Тревельян пожал плечами, внезапно утратив интерес.
– Теперь это неважно.
Он поднялся, беспокойно прошелся и снова встал у кровати. Грей видел, что Тревельян не мог удержаться, чтобы не прикоснуться к женщине: пальцами он поднял влажную прядь с ее щеки и заправил ей за ухо. Мария пошевелилась в забытьи, веки встрепенулись, и Джозеф, взяв ее за руку, встал на колени и что-то прошептал, поглаживая суставы ее пальчиков своим большим пальцем.

Zanoza2016 12.06.18 в 13:45

Грей заметил, что Скэнлон также наблюдал за ними. Аптекарь принялся заваривать какое-то зелье на спиртовке, и над сосудом начал подниматься горький пар, затуманивая окна. Оглянувшись на кровать, Джон увидел, что Англия теперь осталась далеко позади: лишь узкая горбушка суши все еще виднелась из окна, возвышаясь над бурлящим морем.
– А вы, мистер Скэнлон, – спросил Грей, поднявшись со стаканчиком в руке, и осторожно приблизился к аптекарю. – Как вы оказались замешанным в это дело?
Ирландец искоса посмотрел на него.
– А, ну, разве любовь – не великая сука?
– Пожалуй, что так. Я так понимаю, вы имеете в виду нынешнюю миссис Скэнлон?
– Да, Фрэнси, – глаза ирландца засветилась теплом, когда он произнес имя жены. – Мы полюбили друг друга – она и я – после того, как этот скотина, ее муж, ушел. Не имело значения, что мы не могли пожениться, хотя ей этого хотелось. Но потом этот ублюдок вернулся!
Тут большие чистые руки аптекаря сжались в кулаки.

Zanoza2016 12.06.18 в 13:45

– Этот гаденыш ждал, пока я не уйду. И вот, я возвращаюсь от больного лихорадкой и нахожу мою Фрэнси, лежащей на полу в луже крови, а ее прекрасное личико изувечено… – он резко замолчал, дрожа от гнева и нахлынувших воспоминаний.
– В комнате находился человек, он склонился над нею, и я подумал, что он-то и сделал это, и направился к нему. Я убил бы его, если бы Фрэнси не пришла в себя и не прохрипела, что избил ее не он, а Тим О'Коннелл.
Тем человеком оказался Джек Бёрд, проследивший за О'Коннеллом до аптеки, а затем, услышав звуки побоев и женские крики, он бросился наверх, где застал Тима О'Коннелла и оттолкнул его.
– Благослови его Бог, он появился вовремя и спас ей жизнь, – произнес Скэнлон, перекрестившись. – Я сказал ему, – правда сказал! – что взамен он волен забрать все, что угодно, просить меня сделать, все, что пожелает, но он не взял никакого вознаграждения.
Грей резко повернулся к Тревельяну, который отошел от своей жены и теперь присоединился к ним.
– Очень полезный малый, Джек Бёрд, – сказал Грей. – Похоже, это у них семейное.

Zanoza2016 12.06.18 в 13:46

Tревельян кивнул.
– Видимо, да. Это Тома Бёрда я слышал в коридоре?
Грей в свою очередь кивнул, но ему не терпелось вернуться к основной истории.
– Да. Зачем вообще О'Коннелл вернулся к своей жене, не знаете?
Тревельян и аптекарь обменялись взглядами, но ответил первый.
– Наверняка сказать трудно… Но, учитывая, что выяснилось позже, могу предположить, что пришел он туда не затем, чтобы повидать свою жену, а, скорее, хотел найти место и спрятать бумаги, которые у него находились. Я уже говорил, что он вступил в контакт с одним из мелких шпионов.
Джек Бёрд доложил об этом Гарри Кворри, а, значит, и Боулсу, но, будучи верным слугой, также сообщил и своему хозяину. Это его давняя привычка – в дополнение к обязанностям лакея ему было поручено собирать по тавернам сплетни, которые могли представлять интерес или ценность, а уж Тревельян сам решал, как ими воспользоваться.
– Значит, вы занимаетесь не только корнуэльским оловом и индийскими специями, – произнес Грей, сурово глядя на Тревельяна. – А когда мой брат просил у вас помощи, он знал, что вы торгуете также и информацией?

Zanoza2016 12.06.18 в 13:47

– Возможно, и знал, – ответил Тревельян вежливо. – Время от времени мне удавалось обратить внимание Хэла на мелкие интересные дела – и то же самое он делал для меня.
Для Грея не было сюрпризом, что состоятельные люди рассматривали государственные дела преимущественно с точки зрения своей личной выгоды, но сам он редко сталкивался с таким откровенным и наглым проявлением этого. И, разумеется, Хэл не стал бы заниматься шантажом… Джон прогнал эту мысль прочь, упрямо возвращаясь к обсуждаемому вопросу.
– Итак, О'Коннелл предпринял попытку начать переговоры с этим мелким интриганом, и вы узнали о ней. Что потом?
О'Коннелл не уточнил, какой именно информацией обладает, а сказал только, что у него кое-что имеется, что может представлять ценность для заинтересованных сторон.
– Это похоже на то, что подозревали в армейских верхах, – сказал Грей. – О'Коннелл не был профессиональным шпионом; он просто понял важность заявок и не упустил шанс. Возможно, он знал кого-то во Франции, кому рассчитывал продать их – но полк отправили домой прежде, чем у него появилась возможность связаться с покупателем.

Zanoza2016 12.06.18 в 13:47

– Точно, – нетерпеливо кивнул Тревельян, раздраженный тем, что его перебили. – Разумеется, я знал, что это за данные. Но мне показалось, что вместо того, чтобы просто вернуть сведения, будет полезней узнать, кем являются те заинтересованные стороны.
– И, конечно, вам не пришло в голову поделиться этими мыслями с Гарри Кворри или с кем-то еще из полка? – любезно поинтересовался Грей.
Ноздри Тревельяна расширились.
– С Кворри? С этим болваном? Нет. Возможно, я мог бы сказать Хэлу – но он же уехал. Мне показалось, что лучше держать дело в своих руках.
«Ну, да, – подумал Грей цинично. – Неважно, что благополучие половины британской армии зависело от этого дела; естественно, продавец лучше знает!»
Следующие слова Тревельяна ясно показали, что дела зашли глубже, чем деньги или военные планы.
– Я узнал от Марии, что ее муж имел дело с тайнами, – сказал он, обернувшись через плечо на кровать. – Я задумал использовать О'Коннелла и его данные в качестве приманки, чтобы вовлечь Майрхофера в компрометирующую деятельность. И когда его разоблачат, как шпиона...

Zanoza2016 12.06.18 в 13:47

– Его либо выслали бы из страны, либо казнили бы, оставив вам, таким образом, гораздо больше свободы в отношении его жены. Ну, да.
Тревельян резко взглянул на Грея, но решил не придираться к его тону.
– Точно, – подхватил он иронию Грея. – Однако, организовать все так, чтобы свести О'Коннелла и Майрхофера друг с другом, оказалось делом весьма непростым. Этот мерзавец О'Коннелл был осторожным и долгое время выжидал, чтобы найти покупателя, подозрительно относясь к любым предложениям.
Тревельян заволновался, встал и вернулся к кровати.
– Мне пришлось самому встретиться с О'Коннеллом, выдав себя за мнимого посредника, чтобы втянуть сержанта в сделку и уверить его, что имеются деньги… Разумеется, я пришел не в своей одежде и назвался вымышленным именем. Между тем, я добился успеха и у другой стороны, заинтересовав этим делом Майрхофера. Но он решил кинуть меня – двуличный ублюдок, каким всегда и был! – и велел одному из своих слуг найти О'Коннелла.
Услышав имя Майрхофера из другого источника и поняв, что человек, с которым он разговаривал, действовал под вымышленным именем, О'Коннелл совершенно логично предположил, что Тревельян и есть Майрхофер, и ведет переговоры инкогнито в надежде снизить цену. Поэтому он пошел за Тревельяном с места их последней встречи, ловко и терпеливо выследив его до самого «Лэвенд-Хауса».

Zanoza2016 12.06.18 в 13:48

Наведя справки в округе и догадавшись о сущности этого заведения, О'Коннелл посчитал, что обладает заметным преимуществом перед человеком, которого принял за Майрхофера. Он мог обличить его прямо на месте предполагаемых преступлений, а затем потребовать все, что ему хотелось, ничего не давая взамен.
Конечно, эти планы разрушились, когда он не нашел никого в «Лэвенд-Хаусе», кто слышал бы имя Майрхофер. Сбитый с толку, О'Коннелл упрямо слонялся поблизости и, увидев, наконец, выходящего Тревельяна, пошел за ним назад в бордель на Мичем-стрит.
– Мне не следовало открыто идти в «Лэвенд-Хаус», – признался Тревельян, пожав плечами. – Но дело с О'Коннеллом заняло больше времени, чем я предполагал… И я торопился, – корнуэлец не мог отвести взгляда от женщины.
Даже оттуда, где сидел Грей, было видно, как ее бледные щеки начинали пылать от жара.
– Обычно вы сначала шли в бордель, где переодевались женщиной, а уже оттуда в «Лэвенд-Хаус» и потом обратно? – спросил Грей.

Zanoza2016 12.06.18 в 13:48

– Да. Это была наша обычная договоренность. Джентльмен, входящий в публичный дом, ни у кого не вызывает вопросов – как и шлюха, выходящая из него, чтобы отправиться на встречу с клиентом, – ответил Тревельян. – Но Мария, естественно, не могла встречаться со мной там. В то же время, никто и ни в чем не заподозрит женщину, которая пришла в «Лэвенд-Хаус»… Никто из тех, кто знает, что это за место.
– Гениальное решение, – произнес Грей с плохо скрытым сарказмом. – Один только вопрос… Почему вы всегда надевали зеленое бархатное платье? Или одинаковые платья, я правильно понимаю? Вы же с миссис Майрхофер вместе использовали эту маскировку?
Тревельян секунду смотрел непонимающе, но потом улыбнулся.
– Да, – ответил он. – Что касается цвета… – он пожал плечами. – Мне нравится зеленый. Это мой любимый цвет.
В борделе О'Коннелл упорно задавал вопросы о джентльмене в зеленом платье, возможно, под именем Майрхофер… Но добился только того, что Магда и ее девочки решили, что сержант совершенно безумен. В результате, естественно, О'Коннелл пребывал в некотором смятении ума.
– Он не был опытным шпионом, как вы заметили, – вздохнув, сказал Тревельян и покачал головой. – Уже подозревая, он убедился, что затевается какое-то коварство…

Zanoza2016 12.06.18 в 13:49

– Как и было, – вставил Грей, и в ответ получил полный раздражения взгляд от Tревельяна, но тем не менее, он продолжил.
– И поэтому, думаю, О'Коннелл решил, что ему необходимо более безопасное место, чтобы спрятать бумаги, которыми он владел… Вот почему он вернулся в свою квартиру в переулке Брюстера.
Там он обнаружил свою брошенную жену на большом сроке беременности от другого мужчины, и с нелогичной ревностью избил ее до бесчувствия.
Грей помассировал свой лоб, ненадолго закрыв глаза, чтобы ослабить головокружение.
– Хорошо, – сказал Джон, – пока что дело мне вполне понятно. Но… – добавил он, открывая глаза, – у нас все еще имеются два мертвеца, с которыми нужно разобраться. Очевидно, Магда сказала вам, что О'Коннелл расколол вас. И все же вы говорите, что не убивали его? Так же, как и Майрхофера?
Внезапный шорох в кровати прервал его, и, вздрогнув, Джон повернулся.
– Это я убила своего мужа, любезный господин.
Голос из кровати звучал тихо и хрипло, с легким намеком на иностранный акцент, но все трое мужчин вздрогнули, испугавшись, будто прозвучала труба. Мария Майрхофер лежала на боку, волосы ее разметались по подушке. А глаза были огромные, остекленевшие от начинающейся лихорадки, хотя женщина все сознавала.

Zanoza2016 12.06.18 в 13:49

Тревельян тут же подошел к ней и встал на колени, потрогав ее щеку и лоб.
– Скэнлон, – позвал он, одновременно командным и просящим тоном.
Аптекарь сразу подошел, нежно пощупал пульс под челюстью, проверил зрачки… Но, закрыв глаза, женщина отвернулась от него.
– Пока что я достаточно хорошо себя чувствую, – произнесла она. – Этот человек… – она махнула рукой в сторону Грея. – Кто он?
Грей встал и поклонился ей, неуклюже держась на ногах, поскольку палуба под ним поднялась.
– Майор Джон Грей, мадам. Я назначен Короной расследовать происшествие… – он колебался, не понимая, как объяснить, (и вообще, объяснять ли), – происшествие, которое касается ваших собственных интересов. Я правильно понял, вы говорите, что убили герра Майрхофера?
– Да, убила.
Скэнлон отошел, чтобы проверить свое адское варево, и Мария повернула голову, снова встретившись с пристальным взглядом Грея. Женщина была слишком слабой, чтобы поднять голову с подушки, и все же, несмотря на состояние, в ее глазах читалась гордость – почти высокомерие… И Джона вдруг осенило, что именно так привлекло в ней корнуэльца.

Zanoza2016 12.06.18 в 13:50

– Мария...
Тревельян предупреждающе положил свою ладонь на ее руку, но она не обратила на это внимания и по-прежнему властно смотрела на Грея.
– Какая теперь разница? – спросила она, тихим, но чистым как кристалл, голосом. – Сейчас мы в море. Я чувствую волны, они несут нас: мы сбежали. Это твои владения, ведь так, Джозеф? Море – твое королевство, и мы в безопасности, – слабая улыбка заиграла на ее губах, когда она посмотрела на Грея, заставив его почувствовать себя очень странно.
– Я оставил сообщение, – счел нужным упомянуть Грей. – Мое местонахождение известно.
Улыбка стала шире.
– Значит, кто-то знает, что вы на пути в Индию, – насмешливо произнесла она. – Как думаете, они последуют за вами?
Индия. Не дождавшись от леди разрешения сидеть в ее присутствии, Грей все-таки сел. Слабость в коленях обусловливалась, как раскачиванием судна, так и последствиями отравления ртутью… Но больше – известием о конечном пункте их путешествия.
Все еще борясь с головокружением, Грей испытал облегчение от мысли, что успел набросать записку Каворри. «По крайней мере, меня не расстреляют за дезертирство, когда – или если – мне, наконец-то, удастся вернуться». Он слегка тряхнул головой, чтобы прояснить разум, и, стиснув зубы, сел прямо.

Zanoza2016 12.06.18 в 13:51

Ждать помощи неоткуда, и предпринять сейчас ничего не получится, остается только выполнять долг в меру своих возможностей. Все остальное придется оставить на волю Провидения.
– Как бы то ни было, мадам, – произнес он твердо, – мой долг, узнать правду о смерти Тимоти О'Коннелла. И обо всем, что может быть связано с ней. Если ваше состояние позволяет вам, то я хотел бы услышать и ваш рассказ.
– О'Коннелл? – пробормотала она и, прикрыв глаза, беспокойно повернула голову на подушке. – Мне незнакомо ни это имя, ни этот человек. Джозеф?
– Нет, дорогая, это не имеет никакого отношения к тебе, к нам.
Тревельян говорил ласково, гладя рукой по волосам женщины, но глаза его тревожно разглядывали ее лицо. Переведя свой взгляд с него на Марию, Грей тоже заметил, что лицо женщины заметно побледнело, как будто какая-то сила высосала кровь из ее кожи.
В одно мгновение под ее глазами залегли серые тени; соблазнительный изгиб рта побледнел и сжался, а губы почти исчезли. Потускневшие и ввалившиеся глаза, казалось, еще больше провалились. Тревельян заговорил с ней, и Грей ощутил беспокойство в его тоне, хотя слов не разбирал, так как все его внимание сконцентрировалось на женщине.

Zanoza2016 12.06.18 в 13:51

Скэнлон подошел взглянуть на нее и что-то сказал. Хинин… что-то о хинине.
Внезапно Мария вздрогнула, глаза ее сомкнулись, и лицо побледнело. Казалось, сама плоть натянулась на ее костях, когда она, свернувшись калачиком, плотнее закуталась в одеяло и затряслась. Грей видел малярийный озноб и прежде, но, несмотря на это, все равно был потрясен внезапностью и силой приступа.
– Мадам, – начал он, беспомощно протянув к ней руку.
Грей понятия не имел, что делать, но чувствовал, что должен как-то помочь, предложить какое-то утешенье… Женщина была так хрупка, так беззащитна в лапах болезни.
– Она не может разговаривать с вами, – резко сказал Тревельян и схватил его за руку. – Скэнлон!
Аптекарь возился у жаровни. Он уже взял щипцы, вытащил большой камень, гревшийся на углях, и бросил его в свернутое льняное полотенце. Осторожно держа его в руках, Скэнлон поспешил к постели, и, порывшись в простынях, пристроил сверток в ногах женщины.
– Отойдите, – приказал Тревельян, потянув Грея за руку. – Мистер Скэнлон должен позаботиться о ней. Она не может говорить.

Zanoza2016 12.06.18 в 13:52

Конечно же, это была правда… И все же, Мария приподняла голову и с трудом открыла глаза, крепко стиснув зубы от мучившего ее озноба.
– Д-Д-Д-Джоз-зеф!
– Что, любимая? Что мне сделать?
Тревельян мгновенно оставил Грея, припав на колени возле нее.
Мария схватила его руку и крепко сжала, борясь с сотрясающим ее до костей, ознобом.
– С-с-скажи ему. Если мы оба умрем... Меня оправдают!
«Оба?» – удивился Грей. У него не было времени размышлять о сказанном: Скэнлон поспешил с дымящейся чашкой к женщине и помог ей приподняться с подушки. Он поднес сосуд к ее губам, бормоча слова ободрения, чтобы заставить глотнуть, даже, несмотря на то, что горячая жидкость выплескивалась и проливалась из ее стучащих зубов. Мария вытянула изящные ладони и обхватила чашку, крепко цепляясь за эфемерную теплоту. И последнее, что Джон увидел перед тем, как Тревельян заставил его покинуть каюту, – это изумрудное кольцо, свободно болтающееся на исхудавшем пальце.

СКВОЗЬ ПОЛУМРАК он последовал за Tревельяном наверх, на открытую палубу. Паруса подняли, бедлам утих, и половина команды исчезла в трюме. В самом начале Грей едва заметил окружение; теперь он увидел белоснежные облака парусов, вздымающиеся над головой, полированную древесину и блестящую металлическую отделку судна. «Нампара» шла под полными парусами, летела, словно живое существо, и Джон чувствовал корабль… чувствовал её. «Она», – англичане называют корабли «она» – гудела под ногами Грея, и на мгновение он ощутил неожиданно радостное волнение.

Zanoza2016 12.06.18 в 13:52

Волны изменили свой цвет от серого в гавани до лазурно-синего на морских глубинах, а свежий ветер раздувал волосы Грея, унося запахи болезни и ограниченного пространства. Последние остатки его собственного недомогания, казалось, также унесло ветром… Возможно только потому, что его слабость казалась несущественной, в сравнении с отчаянным положением женщины внизу.
Люди на палубе все еще суетились, слышались команды с нижнего уровня и ответы из таинственного царства парусов наверху, но теперь все стало более организованным, и суматоха меньше бросалась в глаза. Tревельян направился к корме, найдя местечко у поручней, где они не будут мешать работе матросов, и там, на освежающем ветру, мужчины некоторое время стояли, облокотившись и наблюдая, как в далекой дымке исчезает последний кусочек Англии.
– Как думаете, она умирает? – наконец спросил Грей. Эта мысль занимала все его сознание, как, должно быть, и Тревельяна.
– Нет, – взорвался корнуэлец. – Она не умрет, – и наклонился над поручнями, угрюмо глядя на быстро бегущую воду.

Zanoza2016 12.06.18 в 13:53

Грей ничего не сказал, а просто закрыл глаза и позволил солнечным бликам, которые отбрасывали волны, танцевать под сомкнутыми веками красно-черными узорами. Он не должен давить; всему свое время.
– Ей хуже, – сказал Тревельян, наконец, не выдержав молчания. – Так не должно быть. Я часто видел малярию: первый приступ обычно самый сильный. Если есть хинная кора для лечения, то последующие припадки происходят реже и не такие тяжелые. Скэнлон тоже так говорит, – добавил он, подумав.
– Она давно заболела? – поинтересовался Грей. Эта болезнь не часто поражает городских жителей, но, возможно, леди заразилась, путешествуя с Maйрхофером.
– Две недели.
Грей открыл глаза и увидел, что Tревельян, подняв подбородок, стоит прямо, его короткие волосы взметнулись гребнем от ветра. В глазах стояли слезы, но, возможно, это от порывов ветра.
– Я не должен был позволять ему сделать это, – пробормотал Тревельян и в тщетной ярости и с оттенком отчаяния крепко сжал руками поручни. – Господи, как я мог позволить ему сделать это?

Zanoza2016 12.06.18 в 13:53

– Кому? – спросил Грей.
– Скэнлону, конечно.
Tревельян на секунду отвернулся, вытер запястьем глаза, затем, откинувшись назад, прислонился к поручням спиной к морю. Скрестив руки на груди, он угрюмо смотрел вперед, поглощенный ужасными видениями, проносившимися перед его мысленным взором.
– Давайте прогуляемся, – предложил Грей через минуту. – Идемте, свежий воздух пойдет вам на пользу.
Тревельян не решался, но затем пожал плечами и согласился. Некоторое время они шли молча, кружа по палубе и уворачиваясь от матросов, выполняющих свою работу.
Помня о своих сапогах на кожаных каблуках и вздымающейся палубе, Грей сначала шагал осторожно, но доски были сухие, и движение корабля расшевелило его чувства: несмотря на свое собственное затруднительное положение, Джон ощущал, что его настроение улучшилось, когда кровь прилила к щекам и снова потекла по затекшим конечностям. И впервые за несколько дней он снова начал чувствовать себя по-настоящему хорошо.
Да, он оказался пленником на корабле, направлявшемся в Индию, и поэтому вряд ли скоро увидит свой дом. Но лорд Джон был солдатом, привыкшим к долгим путешествиям и разлукам… А мысль об Индии, со всеми ее знаменитыми тайнами и историческими кровопролитиями, была, бесспорно, захватывающей. И он точно знал: Кворри сообщит его семье, что, он, скорее всего, все еще жив.

Zanoza2016 12.06.18 в 13:54

Вот интересно, как поступит его семья с подготовкой к свадьбе? Неожиданное бегство Тревельяна спровоцирует грандиозный скандал, который станет еще больше, если выплывет наружу (что, несомненно, произойдет!) участие в этом фрау Майрхофер и шокирующее убийство ее мужа. Лорд Джон не был склонен верить заявлению леди, что это она убила Майрхофера, – только не после осмотра тела. Даже для физически крепкой женщины сделать такое... а Мария Майрофер была хрупкого телосложения, – не больше, чем его кузина Оливия.
Бедная Оливия. В течение многих недель все крупные лондонские газеты будут склонять ее имя в качестве «брошенной невесты» – Но, по крайней мере, ее личная репутация останется незапятнанной. Слава Богу, дело достигло своей кульминации перед свадьбой, а не после нее. Это уже хорошо.
Пустился бы Тревельян в бега, если бы Грей не обличил его? Или он остался бы… и женился на Оливии, продолжая управлять своими компаниями, балуясь политикой и вращаясь в обществе, как приближенный к герцогам и министрам, поддерживая видимость надежного торговца – и тайно продолжая свой страстный роман с вдовой Майрхофер?

Zanoza2016 12.06.18 в 13:54

Грей краем глаза посмотрел на своего спутника. Лицо корнуэльца все еще было мрачным, но короткий всплеск отчаяния исчез, только челюсти решительно сжались.
О чем вообще думал этот человек? Сбежать вот так, оставив после себя скандал, который будет иметь катастрофические последствия для его коммерческих дел. Побег Тревельяна затронет всех – его предприятия, их инвесторов, клиентов, шахтеров и рабочих, капитанов и моряков, клерков и кладовщиков, работающих в компаниях… и даже брата Тревельяна в Парламенте.
Однако мужчина плотно сжимал челюсти и шагал, не как человек, который отправился в случайное путешествие, а как некто, видящий далекую цель.
Грей узнал, и решительность, и силу желания, которые это породили, но также начал понимать, что внешний вид солидного делового человека являлся именно фасадом: под этой маской работал разум, подобный ртути, способный мгновенно суммировать обстоятельства и менять тактику – и более чем безжалостный в своих решениях.
С волненьем в сердце Джон понял, что Tревельян немного напомнил ему Джейми Фрейзера. Но нет: хотя Фрейзер был безжалостным и быстрым, и мог быть столь же страстным в своих чувствах – но прежде всего, он – человек чести.

Zanoza2016 12.06.18 в 13:55