Ildefonso Falcones. Los herederos de la tierra / Ильдефонсо Фальконес. Наследники земли: Ч3. Гл.17-19

← →
Английский оригинал Перевод на русский

Сожалеем, но текст оригинала доступен только зарегистрированным пользователям.

Часть третья

gojungle 28.10.18 в 17:29

0

Между местью и любовью

passiflora 28.10.18 в 17:40

0

17

passiflora 28.10.18 в 17:40

0

Барселона, июль 1409 года

passiflora 28.10.18 в 17:40

0

В Барселону прибыла радостная весть: Мартин-младший, король Сицилии, сын короля Мартина, наследник трона Арагона и граф Барселонский, только что разбил сардов в битве при Санлури, во главе двенадцатитысячной армии. После кровавой битвы, где им пришлось принять удар более двадцати тысяч сардов, генуэзцев и французов, выступивших на стороне сводов против каталонцев, и где погибли лучшие воины Каталонии - такие, как советник Барселоны Хуан Десвалльс.

passiflora 29.10.18 в 07:48

0

Восстание на острове Сардиния, всегда мятежном и непокорном, было подавлено принцем, который написал отцу, что отправился на эту войну, дабы снискать себе славу военными подвигами, подобно своим предкам, достопамятным королям. Помимо его собственного, сицилийского войска, принца поддержала каталонская армия, и теперь Барселона праздновала победу, звоня колоколами всех своих церквей, монастырей и соборов. Король Мартин призывал горожан возблагодарить Бога за победу и почтить его торжественным крестным ходом, который должен был выступить из каждого прихода. Кроме того, монарх заказал новену в кафедральном соборе, и в первый из девяти дней, когда он, выступив из своего замка Вальпонселла, направился в собор, его сопровождала вся Барселона. После начала новены более двадцати тысяч человек прошествовали по всей Барселоне, благодаря Господа за победу.

passiflora 29.10.18 в 12:26

0

По вечерам, после торжественных церковных служб, люди выходили на улицы, а празднования продолжались несколько дней, благо стояло лето, дни были ясными, а ночи - теплыми.

passiflora 29.10.18 в 12:28

0

В больнице Санта-Крус восточное крыло было уже построено, и Уго мог убедиться, что арочные потолки на втором этаже и впрямь напоминают кувшины, распиленные пополам и перевернутые вверх дном, вздымаясь ввысь, как и в ангарах на верфях. Это было огромное строение, высокое и длинное, способное вместить более сотни пациентов - мужчин, поскольку женщинам было отведено помещение на первом этаже, также с высокими арочными потолками, хотя и не такими высокими, как наверху. Женщин-больных регулярно навещала Рехина, уже получившая диплом врача, и Мерсе, довольно неохотно сопровождавшая ее.

passiflora 29.10.18 в 12:37

0

Там же, на первом этаже, помимо других хозяйственных служб, помещался и винный погреб, заведовать которым наняли Уго, хотя и с таким жалованьем, что он никак не мог себе позволить отказаться от должности сомелье Роже Пуига, хотя у него и была такая мысль после того, как его избил одноглазый восемь лет назад. Несмотря на мизерное жалованье, он все же согласился, поскольку ему нравилось это грандиозное строительство. Эстеве, дворецкий, позволил ему совмещать оба вида деятельности, как он делал прежде, возделывая свои виноградники. Поскольку речь шла о больнице Санта-Крус-де-Барселона, граф тоже не стал этому препятствовать. Вот если бы Уго решил одновременно служить какому-то другому дворянину, граф этого ни за что бы не допустил. А против больницы он не стал возражать. Уго проклинал сам себя, продолжая служить этому человеку, которого всей душой ненавидел, но ничего не мог с этим поделать.

passiflora 29.10.18 в 12:53

0

Винный погреб в больнице был просто великолепным, полностью соответствуя всем требованиям, которые Уго предъявил архитектору при планировке: расположение, вентиляция, несколько составлявших его помещений, составлявших: одно - для изготовления вина, другое - для брожения, третье - для созревания, а также пресс... и особый пол - кирпичный, гладкий, с легким уклоном, чтобы стекал сок. Был даже очаг, где можно было установить перегонный куб и гнать aqua vitae.

passiflora 29.10.18 в 13:05

0

Работа была тяжёлой. Больнице требовалось много вина, которое нужно было готовить - или, по крайней мере, сохранять, не позволяя ему превратиться в уксус, что далеко не всегда ему удавалось. Существовала, конечно, некая процедура, якобы способная повернуть процесс вспять и превратить уксус обратно в вино. Об этой процедуре рассказывал ему ещё Маир - правда, столь скептическим тоном, что заразил своим недоверием даже Уго. Этот метод состоял в том, чтобы ввести в сосуд с уксусом вытяжку из грецких орехов и ивовой коры. Говорили, будто бы через три - четыре дня вино утратит свой кислый вкус.
Уго никогда не пытался проверять этот метод на собственном опыте - вплоть до 1409 года, когда в больницу Санта-Крус поступили две сотни бездомных, в добавление к уже содержавшимся в ней больным.

passiflora 29.10.18 в 13:23

0

По времени это совпало с пребыванием в Барселоне папы Авиньонского, Бенедикта XIII, бежавшего из Перпиньяна от эпидемии чумы и прибывшего к каталонскому двору, чтобы вместе с ним и с королем разобраться наконец в ситуации с церковным расколом, которая в последнее время стала ещё более запутанной, поскольку недавно объявился третий папа, Александр V, выбранный месяц назад на консилиуме, собранном в городе Пизе, незадолго до того, как закончились неудачей переговоры между Бенедиктом XIII и Григорием XII, чтобы положить конец расколу. После этого оба папы, из которых Римскому было уже восемьдесят лет, наконец-то пришли к соглашению в Савойе, после чего Бенедикт XIII сел на корабль и отплыл в Италию, куда прибыл в сентябре 1407 года.

passiflora 30.10.18 в 08:58

0

Григорий же XII, однако, не удержался в Сиене и выбрал другое место для переговоров: Пьетрасанту. Таким образом, пока первый, Авиньонский, высаживался в Портевенере, второй, Римский, обосновался в Лукке. Эти два города в Пьетрасанте разделяли всего несколько лиг, однако, ни один из пап не решался сделать первый шаг и нанести визит другому. Таким образом, они даже не пытались встретиться, чтобы решить проблему раскола.
Итак, католическая церковь раскололась на три папства: Рим, Авиньон и Пизу. Кардиналы и короли переходили на сторону то одного, то другого папы, в зависимости от своих интересов, то обещая, то отнимая епископства, буллы, пребенды, деньги и целые королевства.

passiflora 30.10.18 в 09:51

0

При Бенедикте
XIII неотлучно находился его духовник - монах-доминиканец Висенте Феррер, о котором ходили слухи, что он может творить чудеса. Несколько лет назад, во время одного из своих приездов в Барселону, он увидел под аркой де лос Орбс, где собирались слепые нищие, сияющего ангела с мечом в руке. Доминиканец заявил, что этот ангел снизошёл, чтобы поприветствовать Его Святейшество в Барселоне, и что отныне этот город находится под его покровительством.
Очарованный проповедями монаха, Совет Ста построил над аркой часовню, а сама арка с тех пор стала известна как Врата Ангела.

passiflora 30.10.18 в 10:02

0

Теперь же, после бегства папы Бенедикта XIII, монах прибыл вместе с ним в Графский Город в сопровождении сотен своих учеников и последователей всех языков и национальностей, многие из которых были бездонными нищими, одетыми в лохмотья. Все они последовали за ним, чтобы лицезреть чудеса и слушать апокалиптические проповеди этого монаха, что путешествовал из города в город в сопровождении целой армии самоистязателей, бичевавших себя по спине ремёнными плетями.
В честь брата Висенте советники Барселоны пожертвовали триста золотых флоринов на еду и одежду для всех нуждающихся, сопровождавших чудотворца. Многим из них не хватило места в здании больницы, и они разместились прямо в огромном дворе, где уже начали строить великолепный монастырь.

passiflora 30.10.18 в 11:35

0

Разумеется, помимо еды и одежды, для них требовалось ещё и вино - огромное количество вина.
Городские празднества в честь победы короля Мартина-младшего на Сардинии закончились грандиозной помойкой; никогда ещё в городе не было продано столько вина, и по столь непомерным ценам.
И эти самые неимущие оказались первыми, кому довелось попробовать прокисшее вино, восстановленное Уго при помощи ореховой вытяжки.
Сам он с отвращением выплюнул его, едва попробовав. Он пытался исправить его, как мог, даже используя для этого запасы вина для больных, которые подмешивал к этой кислятине.
И снова выплюнул. Он попробовал добавить к вину фруктовый сок. Вкус тоже оказался сомнительным, однако, народ с удовольствием его пил за здоровье брата Висенте.

passiflora 30.10.18 в 11:52

0

Уго снисходительно улыбался, глядя, как они - в большинстве своём, беззубые старики - поднимают свои кружки, провозглашая тосты. Он видел, как они радуются, получив поношенную одежду, бесплатную еду и вино.
- За короля Мартина! - кричали они. - За его сына, Мартина-младшего! За Барселону, где нас так сердечно приняли!
Снова и снова они пили и провозглашали тосты. Уго позволил им пить, сколько влезет. Он и сам присоединился к пирующим, давясь этим уксусом, который безбожно драл горло и вызывал изжогу. Люди бродили туда-сюда, кричали, шутили и смеялись.
Кто-то хлопнул Уго по заду. Тот обернулся.

passiflora 30.10.18 в 12:07

0

Он так и не смог понять, кто же это был. Он стоял, растерянно глядя по сторонам, когда его снова шлепнули - уже с другой стороны. Он вновь обернулся.
Перед ним стояли две старухи, одна из которых протягивала ему кружку с вином.
- Пей! - настаивала она.
Уго посмотрел на них. Одна потянулась скрюченными пальцами к его промежности; Уго в испуге отшатнулся. Обе зашлись хриплым каркающим смехом. Вторая старуха неуклюже покружилась, демонстрируя ему свои обновки; в ее покрасневших, с желтыми белками глазах мелькнуло что-то похожее на кокетство.
- Пей! - повторила она шёпотом, словно уговаривала малыша.
Уго принял у неё кубок. Уксус показался ему уже не таким кислым.

passiflora 30.10.18 в 12:24

0

Уго осушил кубок одним глотком. Для него уже не имело значения, как и с кем он начал этот день; важно, что закончил он его здесь, в больничном дворе, среди бедняков. Вспомнив тех двух старух, он с улыбкой встряхнул головой. Возможно, эти две женщины и сопровождали святого монаха, но сами они были от святости весьма далеки.

passiflora 30.10.18 в 12:41

0

- О чем вы думаете, папа? - спросила Мерсе. - Что заставляет вас улыбаться?

passiflora 29.10.18 в 08:20

0

Мерсе исполнилось уже тринадцать чудесных лет. Уго не хотелось объяснять ей, почему он улыбается, и поискал взглядом Барху, что смеялась и танцевала на берегу, возле Санта-Мария-дель-Мар, напротив Пла-де-Палау, где, возле палаток, в которых продавали сладости и вино, собрались музыканты, весьма оживившие праздник в честь победы на Сардинии. Однако, Барху он не увидел. Несомненно, она причислила бы этих двух старух к разряду тех гарпий, что сосут его кровь... ничего не давая взамен. В какой-то степени, так оно и было; она говорила ему об этом ещё в те времена, когда пыталась заставить его порвать с Марией. Он уже много лет не видел Марию и не имел ни малейшего желания с ней встречаться.

passiflora 29.10.18 в 08:47

0

Уго уже много лет не спал со своей супругой. Его интимная жизнь ограничивалась редкими свиданиями с рабынями, служанками или замужними женщинами, неудовлетворенными или просто распутными. Он знакомился с ними в больнице, в тавернах или на городских празднествах - таких, как сегодняшнее, которые Барселона устраивала по самым разным поводам. Это были тайные, торопливые свидания; порой они даже стоили ему немалых денег - скажем, когда он наведывался в бордель на улице Виладалльс - и почти никогда не приносили удовлетворения. Всякий раз в его памяти оживал чистый и девственный образ Эулалии, свежий вкус ее губ, нежность юной кожи и собственные мечты, дарившие ему тогда бесконечную радость.

passiflora 29.10.18 в 09:02

0

Все эти годы он ничего не знал о ней, да и не хотел знать.
Он встряхнул головой, отгоняя столь несвоевременные воспоминания. Старухи в больничном дворе тут же перестали глумиться, как только он разделил с ними тост. Обе осушили свои кружки, молча поблагодарив его за компанию, за то, что не шарахнулся от них, как от зачумленных, а галантно разделил с ними кружку вина, как те молодые люди, что ухаживали за ними в юности. Уже одно это стоило того, чтобы прожить все эти нелегкие безрадостные годы! Всего лишь один глоток вина - и больше они не трогали его, больше не смеялись над ним. Их глаза теперь блестели, словно обманув старость, а черты их морщинистых лиц смягчались, расплываясь в улыбке.

passiflora 30.10.18 в 13:16

0

- Я думаю о двух старухах, - ответил он дочке, - которые изъявили мне свою благодарность.

passiflora 29.10.18 в 09:14

0

- За что? - спросила она.

passiflora 28.10.18 в 18:54

0

Уго секунду помедлил.

passiflora 29.10.18 в 09:15

0

- Ни за что, - ответил он наконец.

passiflora 28.10.18 в 18:55

0

- Папа! - воскликнула она. - Но, если ты ничего для них не сделал, за что они тебя благодарят?

passiflora 29.10.18 в 09:16

0

Уго повернулся к Мерсе и крепко прижал ее к себе.

passiflora 30.10.18 в 12:09

0

- Честно говоря, кое-что я все же сделал для этих старух, - признался он. - Я уделил им чуточку внимания.

passiflora 29.10.18 в 09:18

0

- Вот и хватит с них! - к его удивлению, заявила дочь. Он крепче прижал ее к себе.
- Больно! - шутливо крикнула Мерсе.
- А теперь? - спросил он, немного разжав объятия.

passiflora 30.10.18 в 13:19

0

Он ласково встряхнул ее. Ему хотелось сжать ее крепче, чтобы чувствовать ее, осязать, слышать ее голос и смех; хотел делить с ней жизненную силу и молодость. Наконец, он отпустил ее и поцеловал в щеку, прежде, чем она успела отстраниться и снова притворно пожаловаться:

passiflora 30.10.18 в 13:23

0

- Больно!

passiflora 30.10.18 в 13:23

0

Отец и дочь вместе радовались ее детству. Строительство больницы предоставило интереснейший фон для их жизни - непрерывно меняющийся, но всегда увлекательный и наводящий на размышления. Когда Мерсе была свободна от учебы, Уго поощрял ее игры с другими подростками, которых всячески привечал; она с удовольствием носилась вместе с ними, но, едва в больничном дворе появлялась Рехина, чтобы лечить больных, уже размещенных на первом этаже, несмотря на то, что на втором еще велись строительные работы, она тут же требовала, чтобы Мерсе шла ей помогать. Возражать девочка не смела, но было видно, что лекарское дело ей не по душе. Уго прекрасно это знал, да и сама она не раз ему в этом признавалась.

passiflora 30.10.18 в 13:31

0

- А кем, ты считаешь, должна стать Мерсе? - спросила однажды Барха. - Виноделом? Так у тебя больше нет виноградников. Сомелье? Так ни одна женщина..

passiflora 28.10.18 в 17:45

0

- Она выйдет замуж, как все женщины. - перебил Уго.

passiflora 28.10.18 в 17:44

0

- Без приданого? - ехидно спросила Барха. - У тебя его нет. Мы ничего не можем предложить, хозяин. За кого она выйдет замуж? На кого она может рассчитывать, кроме нищего менестреля, или за кого-нибудь из этих вольноотпущенников, наводнивших Раваль? Остаётся лишь одно: учиться медицине у этой гарпии. А Рехина своё дело знает, уж этого у неё не отнимешь. Будет очень хорошо, если она станет хорошей повитухой.

passiflora 28.10.18 в 17:50

0

Уго признавал правоту мавританки и против воли поощрял совместную работу дочери с Рехиной; но при этом, едва выдавалась свободная минутка, как Мерсе отправлялась к отцу в больничный погреб или сбегала куда-нибудь вместе с друзьями.

passiflora 30.10.18 в 13:35

0

Жауме умер в 1409 году, и подозрения Рехины полностью подтвердились: у старика не было семьи, и ему некому было оставить наследство, однако, своей наследницей он объявил не Мерсе, а мавританку. Так что теперь они платили квартплату Бархе, и Рехина смирилась с этим, поскольку не желала с ней связываться.

passiflora 28.10.18 в 19:02

0

Погреб больницы Санта-Крус предоставлял ему такие возможности, каких никогда не было у графа. Его работа в больничном погребе состояла в том, чтобы готовить много вина для больных, несмотря на скудость тех средств, что выдавал ему управляющий. Готовить собственное вино с маленького больничного виноградника казалось ему более достойным, чем покупать дешевое пойло и поить им больных.
Тем не менее, закончив свои дела во дворце на улице Маркет, он запирался в больничном подвале и экспериментировал. Поскольку он выполнял свои обязанности, поставляя больным вино, никто его не беспокоил и не мешал.

passiflora 30.10.18 в 13:42

0

Он старался понять суть вина. Почему брожение сначала идет так бурно, а потом останавливается? Он пытался контролировать этот процесс, меняя вкус, крепость, тело, содержание. Добавлял aqua vitae, груши, ежевику, тростниковый сахар, гвоздику, имбирь, корицу, мускатный орех, айвовую и апельсиновую кожуру, душицу, изюм, тмин, чабрец... Применял тысячи всевозможных способов, чтобы получить разные по вкусу и восприятию вина; добавлял их в разные моменты приготовления: то в самом начале, то во время созревания или выдержки. Кроме того, ему приходилось готовить всевозможные целебные снадобья на основе вина: шалфей с медом, разведенные в красном вине - от головной боли; боярышник и плющ с белым вином - при воспалениях мочевого пузыря, или с артемисией - для почек; шпорник с красным вином - от неприятного запаха...
Десятки всевозможных прописей и сборов для лечения самых разных болезней.

passiflora 30.10.18 в 14:03

0

Уго находил убежище в своем погребе. Уединяясь там, он словно терял представление о времени и пространстве; там не существовало ничего, кроме его самого и его вин.
Рехина там никогда не появлялась. Зато Мерсе всегда знала, где его найти, и всегда врывалась в погреб в самый неожиданный момент. Он учил ее виноделию, и девочка проявляла куда больший интерес, чем когда-либо выказывала его своему учителю или вот теперь - Рехине, решившей обучать ее медицине и изготовлению лекарств. Мерсе радовала отца своим восхищением и искренним интересом к его работе, жадно слушая его объяснения и задавая вопросы. Уго едва не лопался от гордости.
Наконец, в погребе появлялась Барха, напоминая, что пора ужинать, и Уго, представив себе миску с дымящейся вечерней ольей, внезапно спохватывался, что забыл пообедать.

passiflora 30.10.18 в 14:13

0

Время от времени он позволял себе прогуляться по виноградникам Раваля, поболтать с виноделами и вдохнуть запах земли. И, конечно, при любой возможности он брал с собой Мерсе, когда у не было время для прогулок по Барселоне, как в этот солнечный июльский день, когда на Пла-де-Палау праздновали победу короля Сицилии Мартина-младшего над сардами, генуэзцами и французами; за спиной у них возвышалась Санта-Мария, а впереди, спокойное и сияющее, простиралось море.

passiflora 30.10.18 в 14:18

0

Народ танцевал на площади. Флейты и барабаны заиграли новый танец. Отец и дочь молча смотрели друг на друга; музыка заглушала все звуки, но их нежные взгляды говорили друг другу больше, чем любые слова.
Внезапно тревожно и скорбно зазвонили колокола: сначала в Санта-Марии, потом ей стали вторить колокола всех церквей и монастырей Барселоны.
Музыка тут же смолкла. Это был не тот радостный колокольный звон, возвещавший о военной победе. Нет, этот звон вовсе не был радостным, он не призывал горожан к веселью. Это был погребальный звон, возвещавший о чьей-то смерти.
Музыканты сложили наземь свои инструменты, как если бы это было оружие. Люди замолчали и стали медленно расходиться, вопросительно глядя друг на друга, словно ища ответа. Чья это могла быть смерть, оказавшаяся столь важной, что смогла остановить праздник? Никто не осмеливался произнести это вслух, но большинству пришла в голову одна и та же мысль: смерть короля.

passiflora 31.10.18 в 13:30

0

Да, конечно, это была смерть короля; но не короля Мартина, а его сына, Мартина-младшего, короля Сицилии, умершего от лихорадки вскоре после победы. Проклятая Сардиния с ее ненавистью к каталонцам, Асю жизнь приносившая одни лишь несчастья, теперь поглотила ещё одну жертву.
Радость сменилась плачем и скорбью. Вместо праздника - траур и похороны.

passiflora 30.10.18 в 14:31

0

Умер король; но, что намного важнее, умер единственный наследник арагонской короны и Каталонского княжества; прервалась прямая мужская линия владетельного дома Барселоны, основанная Вифредом Волосатым и продолженная великими королями: Рамоном Беренгером, Хайме Завоевателем, Педро Великим; другим Педро - Церемонным, и еще многими славными монархами, что расширили королевство и завоевали Средиземное море, при которых расцвела торговля, обогатив их вассалов. И вот из всех этих великих королей в живых остался один лишь старый Мартин, которому вот-вот должно было исполниться пятьдесят три года, вдовец королевы Марии, умершей три года назад. В 1409 году король Мартин Экклезиаст был всего лишь тучным мужчиной, страдающим одышкой, вечно усталым и сонным - последним в некогда великой династии графов Барселонских.

passiflora 31.10.18 в 13:40

0

Помимо скорби по поводу смерти наследника, придворные не на шутку боялись предстоящей грызни за престол, которая, как утверждали пессимисты, была уже не за горами.

passiflora 30.10.18 в 15:08

0

В 1409 году скончался ещё один верный слуга короля: граф де Наварклес, главнокомандующий каталонской армии. Роже Пуиг, его племянник, унаследовал его титул и земли, поскольку у графа не осталось живых наследников.

passiflora 28.10.18 в 19:05

0

- Его милость желает, чтобы ты сопровождал его в замок Наварклеса, - объявил Уго дворецкий, - чтобы оценить состояние тамошнего погреба и запасы вина. Выезжаете завтра на рассвете.

passiflora 28.10.18 в 17:54

0

- В Наварклес? - удивился тот.

passiflora 28.10.18 в 17:51

0
Минутку...

Следующая страница →