RIVER ARDEN - AFTER HIS EULOGY / Ривер Арден - После последних слов: TWELVE

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

Aida_Winter 18.05.26 в 17:00

РИЗ

Aida_Winter 18.05.26 в 17:00

Я вижу его в дверях аудитории на просеминаре во вторник в четыре пятьдесят семь и думаю: ну конечно. Мне следовало догадаться. Я и догадался. Я понял это в ту самую секунду, когда в конце прошлой недели пришло письмо из канцелярии — то, в котором сообщалось, что просеминар, на который я записался ещё в сентябре, объединяют с другой группой из-за недобора студентов. Нас всех перевели на курс к доктору Кальманн, который проходит по вторникам и четвергам в пять часов в Карриган-холле, аудитория 304. Я понял это уже тогда. Понял так, как понимаешь вещь, которую боишься произнести вслух. Так же, как годами знал, какой пастой он пользуется. Я понял это и не позвонил Мендесу. Не бросил семинар, не изменил регистрацию. Не сделал очевидного — а ведь любое из этих действий было очевидным. И вот сейчас вторник, четыре пятьдесят семь, я в Карриган-холле, в 304-й аудитории, сижу на третьем стуле от двери у стены, а Гриффин стоит в дверном проёме со стаканчиком кофе в руке. Он замирает. Замирает так, как замираешь, когда то, чего ты долго и сильно боялся, наконец-то произошло. Я уже видел его таким однажды. И сам был таким однажды, на тротуаре, когда он вырос передо мной. Но сегодня тот, кто боится, — это я. Этот страх не нов. Это страх оказаться с ним в одной комнате на два часа дважды в неделю, и моё тело знало об этом до того, как включился мозг.

Aida_Winter 18.05.26 в 17:02

Он видит меня. Смотрит на меня одну секунду, и его лицо каменеет. Не двигается. Просто фиксирует факт. Всё происходит там, за глазами, а остальное его тело остаётся неподвижным. Я учусь читать это выражение. У меня была целая неделя, чтобы научиться его читать. Это не отсутствие реакции. Это контролируемая версия одной очень конкретной реакции. Это взгляд человека, который только что оценил ситуацию и выбирает, как ему поступить. Он решает войти. Заходит. Проходит через всю аудиторию. В комнате осталось одно свободное место. В аудитории есть ровно одно свободное место, и оно находится прямо напротив меня, на противоположной стороне. Мы сидим за семинарским столом, рассчитанным на четырнадцать человек, и место напротив — это как раз то место, которое ему придётся занять. Я вижу, как он это осознаёт. Вижу, как он принимает решение. Вижу, как он обходит стол с дальней стороны, чтобы не проходить за спинкой моего стула. Садится напротив меня. Ставит кофе на стол. Не смотрит на меня.

Aida_Winter 18.05.26 в 17:02

Ставит кофе. Достаёт тетрадь. Достаёт ручку. Кладет и то, и другое строго под углом девяносто градусов к краю стола. Не поднимает глаз.

Aida_Winter 18.05.26 в 17:02

— Итак, — произносит доктор Кальманн во главе стола. — С возвращением. У нас появились новые лица.

Aida_Winter 18.05.26 в 17:02

Она неопределённо кивает в сторону тех, кто сидит на моей стороне стола. Нас тут четверо: я, девушка по имени Мин, которую я видел на другом курсе, парень по имени Джонас и девушка, чьего имени я не знаю, но которая слегка машет рукой, когда профессор указывает на нас.

Aida_Winter 18.05.26 в 17:02

— Давайте познакомимся по кругу, — предлагает она.

Aida_Winter 18.05.26 в 17:03

Я цепенею. Цепенею, потому что вообще об этом не подумал. Я думал о том, как находиться с ним в одной комнате. Но я не подумал о том, как находиться с ним в одной комнате в тот момент, когда нужно будет вслух произнести своё имя. Он услышит моё имя. Он слышал его на тротуаре, слышал в аптечном проходе, но он ещё не слышал, как я говорю его о самом себе в третьем лице, при свидетелях, как имя, которым меня называют. Очередь доходит до первого человека. Мэдди. Второй курс, специализация — американистика. Вторым говорит Джонас. Первый курс. Модернизм. Кто-то на другой стороне стола, кого мне плохо видно, называет своё имя. Следующий — Гриффин. Гриффин называет себя. Гриффин называет своё имя и тему своей работы: что-то там про начало двадцатого века, архивы, остальное я не улавливаю, в ушах шумит от прилива крови к голове. Он произносит о себе одно короткое предложение. Умолкает. Его очередь окончена. Он смотрит на стол. Следующая Мин. Мин долго распространяется о своей теме. У Мин сложный проект. Мин будет полезна для семинара — из тех студентов, которые двигают семинары вперёд, в отличие от остальных. Я не вникаю в проект Мин. Я фиксирую лишь то, что между Мин и мной осталось три человека. Мне придётся назвать своё имя при нём. Он услышит, как я его произношу.

Aida_Winter 18.05.26 в 17:03

Высказывается девушка, которая махала рукой. Высказывается парень, чьё имя я уже забыл. Высказывается человек справа от меня. Моя очередь.

Aida_Winter 18.05.26 в 17:04

— Рид, — говорю я.

Aida_Winter 18.05.26 в 17:04

Я произношу это ровным голосом. Я называю свою тему: фотография, двадцатый век, — что-то правдоподобное, в чём я достаточно разбираюсь, чтобы защитить тему, если кто-то станет расспрашивать. Произношу одно короткое предложение о себе. Не смотрю на Гриффина. Смотрю на Гриффина. Смотрю, потому что не могу не смотреть. Его лицо неподвижно. Он разглядывает свою руку на столе. Рука сжимается в кулак, который он заставляет себя расслабить, а затем снова сжимает в кулак. Мне видно это с противоположной стороны стола. Доктор Кальманн говорит: «Добро пожаловать, Рид», остаётся ещё один человек, и круг знакомства завершён. Последний человек высказывается. С представлением покончено. Доктор Кальманн начинает говорить о заданных текстах. Я не слышу, что она говорит. Я сижу за этим столом два часа. Делаю записи на автопилоте. Записываю то, что говорят люди. Сам ничего не произношу. Один раз доктор Кальманн обращается ко мне, и я отвечаю. Не помню, что именно я сказал. Видимо, что-то приемлемое, потому что она кивает и переходит к другому. За весь семинар Гриффин произносит лишь одну вещь. Говорит что-то по поводу прочитанной статьи. Обращается напрямую к доктору Кальманн. Не ко всей аудитории. Но аудитория слышит его, потому что в комнате достаточно тихо. Я слышу его. Не поднимаю глаз.

Aida_Winter 18.05.26 в 17:05

Семинар заканчивается в шесть пятьдесят восемь. Начинается обычная суматоха окончания занятий. Скрежет стульев. Люди собирают сумки. Мэдди расспрашивает кого-то о статье. Я убираю тетрадь в сумку. Поднимаю глаза. Гриффин смотрит на меня. Смотрит на меня через весь стол. Я смотрю в ответ. Аудитория пустеет. Доктор Кальманн разговаривает с человеком слева от неё. Мин надевает пальто и что-то говорит Джонасу. Все они сейчас уйдут. Мы с Гриффином останемся в этой комнате. Мы останемся вдвоём за семинарским столом, и мне придётся что-то сказать. Вот только мне не удаётся ничего сказать, потому что Гриффин заговаривает первым.

Aida_Winter 18.05.26 в 17:05

— Каждый вторник, — произносит он. — И четверг.

Aida_Winter 18.05.26 в 17:05

— Да.

Aida_Winter 18.05.26 в 17:05

— До конца семестра.

Aida_Winter 18.05.26 в 17:05

— Да.

Aida_Winter 18.05.26 в 17:06

Он смотрит на меня ещё секунду. Берёт сумку. Забирает свой кофе, к которому так и не притронулся. Выходит из аудитории. Не оборачивается. Я сижу там какое-то время. Сижу, пока все остальные не расходятся, пока комната не пустеет, а доктор Кальманн не выключает свет у доски и не уходит к себе в кабинет. Только тогда я поднимаюсь. Ухожу. Иду домой в темноте. Не звоню Мендесу. Сажусь на диван. Зубная паста всё ещё лежит в пакете на диване, там, где я оставил её на прошлой неделе. Я так и не унёс её в ванную. Всю неделю я чистил зубы старым тюбиком, который был практически пуст. Я встаю. Достаю пасту из пакета. Отношу её в ванную. Выбрасываю старый тюбик. Возвращаюсь, сажусь на диван и смотрю на пакет, который теперь пуст. Думаю о том, что я прождал восемь дней, прежде чем просто отнести зубную пасту в ванную, и вот чем я теперь занимаюсь. Вот каким человеком я стал. Человеком, который оттягивает это на восемь дней, потому что, если я уберу пасту на место, тот день в аптеке окончательно останется в прошлом, а я не хочу, чтобы день в аптеке заканчивался.

Aida_Winter 18.05.26 в 17:06

Каждый вторник. И четверг. До конца семестра. Он сказал это так, словно нёс эту фразу в себе целый час и хотел, чтобы я знал, что он её нёс. Сказал глухо, ровно. Сказал так, что в этом не было никакого вопроса. Я встаю, наливаю стакан воды и снова сажусь на диван. Я думаю о том, что он имел в виду, когда произносил это именно так. У меня нет чёткого ответа. Я думаю об этом очень долго.

Aida_Winter 18.05.26 в 17:06