Devid Weber-Torch of Freedom / Дэвид Вебер-Факел свободы: Chapter Thirty

— Это становится все труднее, Джек. — Херландер Симоэнс откинулся в кресле для гостей на кухне Джека МакБрайда и покачал головой. — Ты думал что это или перестанет болеть, или что я привыкну к этому, или что я просто пойду вперед и сдамся. — Он обнажил зубы в горькой насмешке над улыбкой. — Я всегда думал, что я был довольно умным парнем, но, очевидно, я был неправ. Если бы я действительно был так чертовски умен, я бы сумел сделать одну из этих вещей к настоящему времени!

loks 24.02.14 в 03:10

— Я хотел бы сказать тебе какую–то магическую формулу, Херландер. — МакБрайд резким движением открыл еще одну бутылку пива и сунул ее своему гостю. — И, я буду честен с тобой, есть моменты, когда я просто хочу пнуть тебя прямо в задницу. — Было по крайней мере, немного юмора в его улыбке, и он покачал головой. — Я не знаю, больше зол я на тебя за то, как ты держишься прямо на своем пути, проталкивая себя через это или за то, как этот путь скручивает всю твою жизнь, а не только твою работу.

loks 24.02.14 в 03:10

— Я знаю.

loks 24.02.14 в 03:10

Симоэнс принял новое пиво и сделал большой глоток из бутылки. Затем он поставил ее на стол, сложив руки вокруг нее, так что его большие и указательные пальцы образовали свободную окружность вокруг основания. Он уставился на свои кутикулы в течение нескольких секунд, его изнуренное лицо приняло задумчивое выражение.

loks 24.02.14 в 03:11

— Я знаю, — повторил он, взглянув наконец на МакБрайда. — Я пытался преодолеть мой собственный гнев тем путем, какой ты предложил. Иногда я думал, что делал прогресс, к тому же. Но что–то всегда, казалось, приходило вместе.

loks 24.02.14 в 03:11

— Ты все еще смотришь эти голограммы по ночам? — Голос МакБрайд стал очень нежным, и плечи Симоэнса, казалось, сгорбились, фактически не переместившись ни на миллиметр. Он посмотрел вниз, на бутылку пива, его карие глаза закрылись, как жалюзи, и кивнул.

loks 24.02.14 в 03:11

— Херландер, — тихо сказал МакБрайд. Симоэнс посмотрел на него, и МакБрайд покачал своей головой. — Ты просто убиваешь себя, делая это. Ты знаешь это, так же как и я.

loks 24.02.14 в 03:12

— Может быть. — Симоэнс глубоко вздохнул. — Нет, не может быть, — да. Я это знаю. Ты это знаешь. В сущности, мой официальный терапевт знает это. Но я просто… не могу, Джек. Честно, пока я смотрю любое головидео время от времени кажется, что она на самом деле не ушла.

loks 24.02.14 в 03:12

— Но она ушла, Херландер. — Голос МакБрайда был столь же беспощаден, как был нежен. — И так же как Харриет. И так же как вся твоя проклятая жизнь, если этому удастся засосать тебя вниз.

loks 24.02.14 в 03:12

— Иногда я думаю, что это могло быть не так уж и плохо, — спокойно признался Симоэнс.

loks 24.02.14 в 03:12

— Херландер! — На этот раз голос МакБрайда был резким, и Симоэнс снова посмотрел вверх.

loks 24.02.14 в 03:12

Это было странно, подумал МакБрайд, когда их взгляды встретились. При нормальных обстоятельствах, один из имеющихся ученых, за безопасность которых он был ответственен, наблюдаемый в качестве гостя в своей квартире — как человек, который превратился во что–то необыкновенное, вроде личного друга — сломал бы все правила служб безопасности Согласования. На самом деле, это сломало бы каждого из них… если бы не тот факт, что личные приказы Изабель Бардасано были все еще в силе.

loks 24.02.14 в 03:13

У него были свои сомнения, когда он впервые получил эти приказы, и в некотором смысле, он еще больше сохранял их прямо сейчас. С одной стороны, его связь с Симоэнсом действительно обратилась в нечто такое, что действительно напоминало дружбу, и он знал, что это не было хорошо во многих отношениях. Превращение кого–то, у кого была солидная масса душевных страданий, в друга было одним из лучших рецептов по уничтожению собственного умственного спокойствия, какой он мог придумать. Подчеркивание того, что было сделано с Херландером Симоэнсом и его дочерью, было еще хуже, учитывая то, что это сделало с его собственным фактором гнева… и психической кратчайшей дорогой, по которой он вел его с собой. И, оставив все это в стороне, он слишком хорошо знал, что его объективность — профессиональная объективность, которой являлась его заклятая обязанность поддерживать Симоэнса там, где тот был затронут — была полностью уничтожена. То, что начиналось, как повиновение приказу, как простое усилие по исполнению сознания долга, чтобы сохранить важный научный актив функциональным, перетекло во что–то совершенно другое.

loks 24.02.14 в 03:13

Симоэнс был одинаково понимающим. Это было странно, но в некотором смысле тот факт, что МакБрайд начал с чисто прагматического усилия по спасению полезности Симоэнса в Гамма–Центре, фактически сделал более легким для гипер–физика открыться перед ним. МакБрайд был единственным человеком, который не начал с того, что касалось «только блага» для Симоэнса, и это позволило Симоэнсу понизить свою защиту там, где сотрудник службы безопасности был заинтересован. Были времена, когда МакБрайд спрашивал, если бы не было по крайней мере, следов самостоятельной разрушительности в отношении Симоэнса по отношению к нему — если малая часть того, на что ученый на самом деле и не надеялся, что он будет говорить или делать или показывать что–то, что заставит МакБрайда выдернуть его из Центра.

loks 24.02.14 в 03:13

Но независимо от точной природы запутанных эмоций, отношений, мотивов и надежд, Джек МакБрайд был единственным человеком во всей галактике, с которым Херландер Симоэнс был готов быть полностью честным. Он также был единственным человеком, который мог бы призвать Симоэнса к ответу за то, как уверенность в самобичующей привычке ученого наблюдать записанные образы Франчески ночь за ночью, вызывает у Симоэнса немедленный, оборонительный гнев.

loks 24.02.14 в 03:14

— Давай будем честны сейчас, Джек, — сказал теперь ученый, криво улыбаясь. — Рано или поздно ты соберешься решить, что пришло время выдернуть меня. Я знаю так же хорошо, как и ты, что моя эффективность по–прежнему падает. И я не то, что кто–то может называть душой компании, когда дело доходит до боевого духа остальной команды, не так ли? Это больше не активно разрушительно даже. Не совсем. Просто это медленное, мучительное изнашивание. Я так чертовски устал, Джек. Большая часть меня просто хочет остановиться. Просто хочет, чтобы все закончилось. Но есть и другая часть меня, которая не может остановиться, потому что если я так сделаю, Фрэнки просто уйдет навсегда, а эти ублюдки просто пойдут вперед и забудут о ней. Заметут ее под ковер.

loks 24.02.14 в 03:14

Его голос ожесточился с последними двумя предложениями, и его руки сомкнулись вокруг бутылки пива, сжимая ее. Регулирование этого, на самом деле, думал МакБрайд, и спрашивал, должен ли он попытаться отвлечь Симоэнса от его гнева.

loks 24.02.14 в 03:14

Он знал, что на самом деле должен был назначить консультацию с терапевтом ученого. Он должен был предложить свою информацию ей и просить ее совета, как он мог наиболее конструктивно реагировать на Симоэнса. К сожалению, он не мог. К его удивлению, одна из причин, по которой он не мог, была та, что это было бы предательством доверия Симоэнса. Несмотря на то, что он сказал другому человеку при их самой первой встрече об уважении его личной жизни, он фактически никогда не нарушал ее, и он подозревал, что Симоэнс знал это.

loks 24.02.14 в 03:14

Другая причина была более тревожной, когда он позволял себе противостоять ей [терапевту] (каковое он делал как можно реже). Он боялся. Боялся, что при обсуждении умонастроения и гнева Симоэнса, он может показать в целом слишком много своих определенных мыслей… особенно квалифицированному терапевту Согласования, кто уже думал с точки зрения потенциальной угрозы безопасности, которую ее пациент может представлять.

loks 24.02.14 в 03:15

«Может, мне попытаться и вытащить его из гнева или просто позволить ему выразить его? Ему нужно это давление, но не чтобы просто уйти, когда он сделает это, не так ли? — МакБрайд мысленно покачал головой. — Конечно, это не так. Это все равно, что добавить давлению больше кислорода. Что только заставит огонь вспыхнуть более горячо в конце».

loks 24.02.14 в 03:15

— Ты по–прежнему бомбардируешь Фабр и остальных, не так ли? — спросил он вслух.

loks 24.02.14 в 03:15

— Ты парень из безопасности, — парировал Симоэнс с помощью всего лишь вспышки гнева в его адрес. — Вы уже читаете всю мою почту, не так ли?

loks 24.02.14 в 03:15

— Ну да, — признался МакБрайд.

loks 24.02.14 в 03:15

— Тогда вы знаете, не так ли? — бросил вызов Симоэнс.

loks 24.02.14 в 03:15

— Вопрос заключается в том было ли это известно как разговорный гамбит, — сказал чуть категорически МакБрайд. — Способ окантовки главного, которое должно было быть обсуждено хоть с капелькой такта, Херландер.

loks 24.02.14 в 03:15

— О. — Глаза Симоэнса опустились на мгновение, а потом он пожал плечами. — Ну, в таком случае, да. Я все еще… даю им знать, что я чувствую.

loks 24.02.14 в 03:16

— Почему–то я подозреваю, что они уже получили по крайней мере смутное представление об этом, — сухо сказал МакБрайд, и Симоэнс удивил их обоих смешком. Резким смешком, но все же смешком.

loks 24.02.14 в 03:16

Несмотря на это, в действительности это было не смешно. Симоэнс имел не — достаточно — выродившуюся привычку выдавать реальные угрозы в своих электронных письмах два раза в неделю Мартине Фабр, но степень гнева — ненависти, если использовать честное слово — в этих сообщениях была мучительно ясна. На самом деле, МакБрайд спокойно посоветовал Фабр принять несколько дополнительных мер безопасности для себя. Если бы человек, отправляющий эти сообщения, был хоть на йоту менее важен для военных исследовательских программ Согласования, он очень может быть уже был арестован. Он, конечно, был бы поставлен под предупредительное наблюдение… за исключением того, конечно, что в этом случае он уже находился под предупредительным наблюдением.

loks 24.02.14 в 03:16

Это было так, словно смотреть замедленное голо с лавиной, думал МакБрайд. И во многом, абсолютный блеск и умственные способности, внимание и упрямство Симоэнса, которые сделали его одним из звездных исследователей Согласования, были только хуже. Хотел ли он или нет (а МакБрайд пришел к выводу, что он на самом деле хотел), гипер–физик активно применял этот же сосредоточенный отказ в его кампании, чтобы Фабр и члены Совета по Долгосрочному Планированию были полностью осведомлены о жгучей глубине его ненависти и обиды. В некотором смысле, эта кампания была всем, что удерживало его жизнь на плаву, единственное, что давало ему импульс — и волю — чтобы идти по пустырю, которым стала остальная часть его жизни.

loks 24.02.14 в 03:16

Но даже этого не было достаточно, чтобы остановить размалывающий распад того, кем и чем он когда–то был. Это не происходило в одночасье. Этого было не достаточно, чтобы милосердие произошло в одночасье. Но, несмотря на все усилия по спасению Херландера Симоэнса — или, по крайней мере, актива, который он представлял — ученый продолжал свой медленный, непоколебимый, неумолимый крах. Им удалось замедлить его, и его врач приписывал МакБрайду львиную долю этого достижения, но ничто, казалось, не было в состоянии остановить его.

loks 24.02.14 в 03:17

«Я не думаю, что есть что–то, что может остановить его, — мрачно подумал МакБрайд. — Я думаю, что его собственное бессилие является движущей силой. Я читал эти электронки, так что я точно знаю, что он говорил Фабр, и если бы я был ею, я бы уже потребовал, чтобы он был помещен на содержание под стражу. Как член СДСП, она бы добилась этого, если бы она попросила об этом, также. Удивляюсь, почему она не делает этого? Предполагаю, это по крайней мере, возможно, что она чувствует себя виноватой перед ним. Что она действительно чувствует себя ответственной за то, что создала обстоятельства, которые разорвали его жизнь пополам. Но в нем столько гнева, так много желания кого–то наказать — кого–то кроме него, или в дополнение к себе, может быть — за то, что случилось с его дочерью. На днях, он действительно накрутит себя до точки, когда попытается убить ее, или кого–то другого в Совете, или кого–то, кого он сможет наказать за то, что случилось с Франческой. И это будет концом».

loks 24.02.14 в 03:17

Когда этот день придет в конечном счете, МакБрайд знал, что это будет его работой остановить Симоэнса, и осознание этого грызло его. Его грызли симпатия, и его собственные сомнения.

loks 24.02.14 в 03:17

«Потому что истина в том, что на самом деле Бардасано права в том, как быстро мы, наконец, идем к «Прометею», — подумал он. — Я никогда не ожидал, что это случится в моей жизни, каковое было довольно глупым, учитывая то, насколько я молод, и сколько я знаю о том, что происходит внутри "луковицы". Но мы работаем в направлении этого момента так долго, что, эмоционально, я никогда не понимал, что я мог бы быть одним из тех, кто увидит его. Теперь я знаю, что будет… и протесты Херландера в каждом из этих сомнений, что я действительно не знаю, проснулся ли я полностью, не так ли?

loks 24.02.14 в 03:17

Сколько еще Херландеров собирается создать Совет? Сколько людей — а просто потому, что они "нормальные" не сохранит их людьми, черт побери! — собираются найти себя в его положении? Черт, сколько миллиардов или триллионов людей мы собираемся в конечном итоге убить просто так, из–за того что Совет по Долгосрочному Планированию имеет право направить весь род человеческий в возвышенности генетического превосходства? И как охотно мы в действительности будем принимать задачу Леонарда Детвейлера по улучшению каждого члена человеческой расы до нашей собственной вершины достижений? Мы действительно собираемся это сделать? Там будут по крайней мере некоторые бета–линии, конечно. И, вероятно, по крайней мере несколько гамма–линий.

loks 24.02.14 в 03:18

Очевидно, что мы не сможем обойтись без них, хотим ли мы этого? Мы найдем много причин для этого, и некоторые из них, вероятно, даже останутся в силе! Но что касается рабов "Рабсилы"? А как насчет всех тех "нормальных" там? Неужели мы будем рассматривать их как равных нам… в стороне, конечно, от печальной необходимости диктовать то, могут ли они иметь детей? При условии, конечно, что их хромосомы предлагают достаточную перспективу для них, чтобы им было позволено иметь детей вообще? А если мы не относимся к ним как к равным — а ты в действительности знаешь, что этого чертовски совершенно не будет, Джек — те дети, что мы позволим им в действительности будут ли в конечном итоге равны нам? Или они будут навсегда приговорены, чтобы никогда не подняться выше уровня гамма? И кто, черт возьми, из нас скажет целой галактике, что она должна пойти по нашему пути? Разве это не то же самое из–за чего мы были так злы на Беовульф столь долго? Поскольку ханжеские ублюдки настаивали, что мы не могли следовать нашим путем? Для чего нам следует делать, потому что это то, что сводится в конце концов, так или иначе к высокой мотивации, что мы приписываем себе».

loks 24.02.14 в 03:19

Он смотрел на свою собственную бутылку пива в течение нескольких секунд, а затем встряхнулся и снова посмотрел на Симоэнса.

loks 24.02.14 в 03:19

— Ты знаешь, Херландер, — сказал он разговорчиво, — эти письма будут наконец тем, что позволит Фабр выдернуть ковер из–под тебя. Ты же понимаешь это, не так ли?

loks 24.02.14 в 03:19

— Да. — Симоэнс пожал плечами. — Тем не менее, я не собираюсь просто дать ей пройти по этому, Джек. Может быть, я ничего не могу сделать, чтобы помешать ей сделать это с некоторыми другими Фрэнки, и, возможно, я ничего не могу сделать, чтобы… поквитаться с системой. Черт, я признаю, что я не могу! Но я могу по крайней мере сделать чертовски безусловным то, что она знает, как я обозлен, и почему. И говорить ей об этом, единственное облегчение, которое я, вероятно, нашел сейчас, не так ли?

loks 24.02.14 в 03:19

— Я знаю, что в этой кухне нет устройств наблюдения. — МакБрайд откинулся в своем кресле, и его тон был почти капризен. — В то же время, ты можешь принять во внимание мудрость говорить тому, кто работает в Безопасности для существования о том, что ты хочешь «поквитаться с системой». Это то, что мы называем в профессии, случающейся активной угрозой.

loks 24.02.14 в 03:19

— И ты еще не знаешь, что я нащупываю этот путь? — Симоэнс самом деле улыбнулся ему. — Если на то пошло, ты единственный человек, которому я могу сказать это, зная, что никто не собирается сообщить об этом в Безопасности! Кроме того, ты, как предполагается, удержишь меня на рельсах так долго, как сможешь, так что я понимаю, что ты не собираешься превратить меня в неблагонадежный элемент — каковое, несомненно, станет огромным сюрпризом твоему начальству, я не думаю, — до тех пор, пока ты сможешь продолжать получать по крайней мере некоторые работы от меня для Центра.

loks 24.02.14 в 03:19

— Ты знаешь это не как законченный вид, а не как нечто большее, не так ли, Херландер? — тихо спросил МакБрайд, а глаза гипер–физика метнулись на мгновение, встречая его.

loks 24.02.14 в 03:20

— Да, — сказал после паузы Симоэнс своим тихим голосом. — Да, я знаю это, Джек. И, — он снова улыбнулся, но на этот раз это была улыбка подходящая, чтобы разорвать сердце статуи — разве это не чертовщина, когда единственный настоящий друг, который у меня остался в галактике, это человек, которому в конечном счете, придется превратить меня в неприемлемо неблагонадежный элемент?

loks 24.02.14 в 03:20