Short Stories by Dorothy Parker / Рассказы Дороти Паркер: You Were Perfectly Fine — Ты был вполне ничего

ТЫ БЫЛ ВПОЛНЕ НИЧЕГО

tamika 03.04.14 в 21:56

Бледный юноша осторожно сполз в низкое кресло и перекатил голову на бок, так чтобы холодный чинц [1] успокоил его щёку и висок.
— Ох, милая, — вздохнул он. — Ох, милая, ох, милая, ох, милая. Ох.

tamika 03.04.14 в 21:56

Одна ясноглазая девушка, что грациозно и прямо сидела на диване, лучезарно улыбнулась ему.

— Нездоровится сегодня? — спросила она.

tamika 03.04.14 в 21:58

— О, всё прекрасно, — ответил он. — Просто замечательно. Знаешь, во сколько я поднялся? Ровно в четыре часа дня. Я всё пытался встать, и каждый раз, когда я отрывал голову от подушки, та то и дело скатывалась под кровать. Это не мою голову я сейчас надел. Думаю, это что-то, что когда-то принадлежало Уолту Вайтману. Ох, милая, ох, милая, ох, милая.

tamika 03.04.14 в 21:58

— Как ты думаешь, может от выпивки тебе станет лучше? — спросила она.

— Вышибить клином тот огромный клин, от которого мне так плохо? — ответил он. — Ох, нет, благодарствую. Пожалуйста, не говори мне больше ни о чём таком. Я завязал. Всё, совсем завязал. Глянь на эту руку — устойчивая, как колибри. Скажи-ка, прошлой ночью я был очень ужасен?

— О, боже! — сказала она. — каждый был изрядно навеселе. Ты был ничего.

— Угу, — ответил он. — Должно быть, я был что надо. На меня все обиделись?

tamika 03.04.14 в 21:59

— Боже правый, нет, — сказала она. — Все подумали, что ты очень забавный. Конечно, Джим Пирсон там, за обедом, на минуту слегка надулся, но народ, как бы удержал его в кресле и заставил успокоиться. Не думаю, что кто-то за другими столиками вообще это заметил. Вряд ли.

— Он собирался мне врезать? — спросил он. — Ох, божечки. Что я ему сделал?

tamika 03.04.14 в 22:00

— Ну, ты ничего не сделал, — ответила она. — Ты был в полном порядке. Но ты же знаешь, как глупеет Джим, когда думает, что кто-то слишком сильно суетится над Элинор.

— Я приставал к Элинор? — спросил он, — я это делал?

— Конечно нет, — сказала она. — Ты просто дурачился и всё. Элинор подумала, что ты очень забавный. Она изумительно проводила время. Лишь раз она слегка разозлилась, когда ты вылил ей на спину сок из моллюсков [2].

tamika 03.04.14 в 22:02

— Боже мой, — ужаснулся он. — Сок из моллюсков стекал по этой спине. А каждый позвонок в её теле — крошка Кэбот [3]. Господи. Что мне теперь делать?

— О, с ней всё будет в порядке, — сказала она. — Просто пошли ей цветы или что-нибудь в этом роде. Не волнуйся из-за этого. Тут нет ничего такого.

— Нет, я не волнуюсь, — ответил он. — Мне на всё наплевать. Я неплохо устроился. Ох, милая, ох, милая. Откалывал ли я за обедом другие очаровательные трюки?

tamika 03.04.14 в 22:03

— Ты был великолепен, — сказала она. — Не глупи. Все были от тебя без ума. Метрдотель слегка разволновался, потому что ты отказывался прекращать петь, но на самом деле он не возражал. Он только сказал, что боится: это место снова закроют, если там будет так шумно. Но ему самому было всё равно. Думаю, ему понравилось наблюдать, как хорошо ты проводишь время. О, ты там просто пел и пел, где-то около часа. Это было совсем не так уж громко.

— Значит, я пел, — сказал он. — Должно быть, это была потеха. Я пел.

tamika 03.04.14 в 22:04

— Ты не помнишь? — спросила она. — Ты просто пел песню за песней. Все в этом месте слушали. Им понравилось. Только ты всё настаивал, что хочешь спеть какую-то песню о чём-то вроде солдат или типа того, и все тебя постоянно затыкали, а ты то и дело пытался завести её снова. Ты был удивителен. Мы все пытались заставить тебя на минуту бросить пение и съесть что-нибудь, но ты отказывался об этом слушать. Вот это да! Ты был забавным.

— Я за обедом не ел? — спросил он.

tamika 03.04.14 в 22:05

— О, ни крошки, — ответила она. — Каждый раз, когда официант хотел тебе что-либо предложить, ты говорил: он твой давно потерянный брат, которого подменил в колыбели цыганский табор, и будто всё, что у тебя есть – его. Ты просто вынудил его наорать на тебя.

— Бьюсь об заклад, вынудил, — сказал он. — Уверен, что был смешон. Всеобщая развлекуха, вот кем, должно быть, я был. А что случилось потом, после моего сногсшибательного успеха у официанта?

tamika 03.04.14 в 22:05

— Пожалуй, ничего такого, — сказала она. — Ты вроде как невзлюбил какого-то седовласого старика, что сидел на другом конце комнаты, из-за того, что тебе не понравился его галстук, и ты хотел ему об этом сказать. Но мы тебя вывели до того, как он по-настоящему разбушевался.

— О, мы вышли, — сказал он. — Я ходил?

tamika 03.04.14 в 22:06

— Ходил! Конечно, ходил, — ответила она. — Ты был совершенно нормальным. На тротуаре был тот опасный участок со льдом, и ты действительно сильно шлёпнулся, бедный ты милый. Но, боже правый, такое могло случиться с каждым.

— О, конечно, — ответил он. — С Луизой Алкотт или кем-то ещё. Значит, я упал на тротуар. Это несомненно объясняет, что с моими… Да, вижу. А что было потом, если не возражаешь?

tamika 03.04.14 в 22:06

— Ах, как странно, Питер! — воскликнула она. — Не может быть, чтобы ты сидел здесь и не помнил, что случилось потом! Я и впрямь думаю, что ты, возможно, немного перепил за обедом… о, ты был в полном порядке и всё такое, но я точно знаю, что ты был изрядно навеселе. Однако с тех пор как упал, ты стал таким серьёзным… я никогда тебя таким не знала. Разве ты не помнишь, как говорил мне, что я никогда раньше не видела тебя настоящего? О, Питер, я бы просто не вынесла, если бы ты не вспомнил ту чудную долгую поездку вместе в такси! Пожалуйста, ты же её помнишь, правда? Думаю, если ты её не помнишь, это меня попросту убьёт.

tamika 03.04.14 в 22:06

— О, да, — вздохнул он. — Поездка в такси. О, да, конечно. Ммм, очень длинная поездка?

— Мы всё ездили и ездили вокруг парка, — ответила она. — Ах, как сверкали деревья в лунном свете, и ты сказал, будто никогда прежде не знал, что у тебя в самом деле есть душа.

— Да, — сказал он. — Так я сказал. Это был я.

tamika 03.04.14 в 22:07

— Ты говорил такие восхитительные, восхитительные слова. А я никогда не знала, всё это время, что ты ко мне чувствуешь, и никогда не смела дать понять о своих чувствах к тебе. А затем, прошлой ночью… о, Питер, любимый, пойми, что та поездка в такси была самым важным событием в наших жизнях.

— Да, — ответил он. — Догадываюсь.

tamika 03.04.14 в 22:07

— Мы будем так счастливы, — сказала она. — Ах, я так хочу всем рассказать! Но не знаю… может проще этим ни с кем не делиться.

— Думаю, да, — сказал он.

— Разве это не прекрасно? — спросила она.

— Да, - ответил он. — Великолепно.

— Восхитительно! — воскликнула она.

tamika 03.04.14 в 22:08

— Послушай, — сказал он, — не возражаешь, если я выпью? Я имел в виду, только для лечения, ты же знаешь. Я покончил с этой дрянью на всю жизнь, так что помоги мне. Однако мне кажется, что я вот-вот рухну.

— О, я думаю это пошло бы тебе на пользу, — сказала она. — Бедняжка, просто стыд, что тебе так плохо. Пойду, сделаю тебе виски с содовой.

tamika 03.04.14 в 22:08

— По правде сказать, — ответил он. — Я не могу понять, почему ты вообще хочешь снова со мной говорить после того, как я прошлой ночью выставил себя таким дурнем. Думаю, мне лучше уйти в тибетский монастырь.

— Ты сумасшедший болван! — воскликнула она. — Можно подумать я тебя теперь отпущу! Прекращай эти разговоры. Ты был совершенно нормальным.

tamika 03.04.14 в 22:08

Она спрыгнула с дивана, быстро поцеловала его в лоб и выбежала из комнаты.

Жалкий юноша смотрел ей вслед и долго, вяло качал головой, затем уронил её на взмокшие, трясущиеся руки.

— Ох, милая, — вздохнул он. — Ох, милая, ох, милая, ох, милая.

tamika 03.04.14 в 22:09

ПРИМЕЧАНИЯ.
[1] Чинц – лощёная хлопчатобумажная ткань с рисунком из цветов и птиц (используется для изготовления штор и обивки мебели).
[2] Сок из моллюсков — в действительности это бульон из моллюсков, который продаётся в маленьких бутылочках.
[3] Кэботы – богатая и влиятельная бостонская семья, знакомая по рассказам Д. Паркер.

victoria_vn 04.04.14 в 11:41