A Stitch in Time / Своевременный стежок: 1.12

Запись:

Melissa_Bennett 15.01.18 в 08:42

Проходя Первый Уровень в Бамаррене, я приобрёл репутацию изобретательного и серьёзного студента. Я не только побил все предыдущие рекорды по избежанию поимки в пустыне, но и преуспел в обучении. Единственным членом моей группы, который так же хорошо показал себя во всех областях, был бессловесный Восьмой.

Melissa_Bennett 15.01.18 в 08:42

У меня не было друзей как таковых, и я говорил себе, что одиночество было ценой за успех. Я считал игры и поведение своих одногруппников ребячеством, что любое излишнее взаимодействие только будет отвлекать от работы. Правда же была, конечно, в том, что я не знал, как создаются такие связи. Мне хотелось быть ближе к Восьмому, в меньшей степени - к Пятому, который не только был одним из лучших стратегов Арены в Бамаррене, но и был справедлив во всех своих действиях. Остальные – кто-то в большей степени, кто-то в меньшей – казались мне завистливыми и склонными к манипулированию. Когда я начал быстро делать успехи после удачи в пустыне, Первый и его пособники, очевидно, почувствовали от меня угрозу и начали кампанию, чтобы исключить меня из единения, которое мы как группа должны были создавать. Так же они поступали и с Восьмым. Поскольку это прямо противоречило нашим целям обучения, им приходилось применять коварство и изворотливость. С Пятым им было сложнее, поскольку он не был таким же холодным, как Восьмой и я. Мы упрощали им работу – Восьмой своей молчаливостью, а я - Милой.

Melissa_Bennett 15.01.18 в 08:42

Вдохновленный своим ориентиром Милой, я экспериментировал со становлением малозаметным, когда приходилось оставаться в помещении с теми, кто мне не нравился. Конечно, я не мог менять окрас, как регнар, но с помощью постоянной практики я научился изменять узы мыслей, чувств и восприятия, которые определяют мое нахождение в пространстве. Если я сижу на камне, я поддаюсь величине колебаний этого камня, пользуясь техниками, которым я начал учиться в пустыне. Чем лучше у меня получалось, тем чаще я мог удерживать остальных учеников на достаточном расстоянии – особенно тех, которые были так увлечены своими вопросами, что не уделяли должного внимания.

Melissa_Bennett 15.01.18 в 08:43

Когда я тайно пронёс Милу в свою секцию, я сделал ему домик за полками моего личного шкафа у стены. Этот шкаф был единственным, в чем право ученика на личное пространство было нерушимым. Никому не позволялось просматривать эти шкафы, даже главам высших уровней. Без этой толики уединённости я бы никогда не смог оставить у себя Милу. Я устроил ему жильё с атрибутами пустыни, и мне нравилось открывать шкаф и просто наблюдать, особенно когда я скучал по дому и семье.

Melissa_Bennett 15.01.18 в 08:43

Однажды после изнурительной тренировки я, вытянувшись, лежал на кровати. В комнате находилось ещё несколько моих товарищей по секции, и я не хотел участвовать в их идиотской беседе, поэтому я применил свою технику «исчезновения». Я работал над уравнениями по калибровке из инженерных уроков и тут услышал, как Третий воскликнул:
- У Десятого есть что-то в шкафу, – в Третьем было это всепобеждающее сочетание надменности и глупости, и он говорил так, словно меня здесь не было.

Melissa_Bennett 15.01.18 в 08:44

- Зачем же ещё он так долго туда таращится? – требовательно спросил Третий. Остальные в комнате, Шестой и Девятый, тоже не замечали меня, и их беседа перетекла в спор о том, проверить ли Третьему мой шкаф на контрабанду. Шестой, к своей чести, оторвался от своих занятий и напомнил Третьему, что под любым предлогом подобные проверки были запрещены. Третий ухмыльнулся на возражение Шестого и с логикой хамов доказывал, что его обыск был на пользу группе и что наш лидер секции поддержал бы его. Девятый, ещё один гигант мысли, согласился.

Melissa_Bennett 15.01.18 в 08:44

- Десятый думает, что он умнее всех. Посмотрим, насколько он умен, - Третьему я никогда не нравился, но его отношение больше уходило корнями в старинное мнение о том, что, раз его гребни выдавались больше, чем у остальных в группе, то он имел право нами командовать. Идеи о расовом превосходстве, подкрепленные его размерами и силой, делали его очень опасным. Когда Третий направился к моему шкафу, я с помощью дыхания глубже погрузился в транс, моя энергия превратилась в жидкость и стала частью покрывала на койке, где я лежал. Когда он уже собирался открыть мой шкаф, я «вернулся» в комнату и сел. Его величественные гребни чуть не отвалились.

Melissa_Bennett 15.01.18 в 08:45

- Я понимаю, конечно же, что ты хочешь позаимствовать у меня освежитель дыхания, Третий, но тебе нужно мое разрешение, – я вскочил, ожидая неизбежного физического противостояния, которое было неотъемлемой частью нашей коллективной жизни. Мы постоянно устанавливали и переустанавливали свои границы. Но Третий просто уставился на меня, таращился так, словно увидел самого Могрунда – призрачное существо из кардассианского мифа, которое время от времени возвращается из мира духов, чтобы восстановить моральное равновесие нашего мира. В детстве нас пугали тем, что за плохое поведение к нам обязательно придёт Моргунд.

Melissa_Bennett 15.01.18 в 08:46

Я перевел взгляд с бледного, застывшего лица Третьего на остальных. Они все были похожи на статуи, застывшие в мгновение ужаса. И мне это нравилось. В тот момент я понял, что они были под моим контролем и что у меня больше не будет проблем с ними. В особенности с Третьим. Я ощутил, как эта власть, словно наркотик, проходит по моим венам. И почувствовал, как увеличилась дистанция между нами из-за этого страха. Я принял этот перенос границ. Усилившаяся изоляция была справедливой ценой за неприкосновенность Милы и меня. Мы заработали бóльшую свободу – свободу в удовольствии от компании друг друга.

Melissa_Bennett 15.01.18 в 08:47