Converting Words. Maya in the Age of the Cross (by William F. Hanks) / Преобразование слов. Майя в эпоху Креста (автор Уильям Ф. Хэнкс): 17. A Land of Frontiers_23780

ЗЕМЛЯ РУБЕЖЕЙ

Lana_Yush 24.08.25 в 13:03

Существует множество свидетельсв того, что народ майя сопротивлялся проекту reducción до такой степени, что в середине XVII века некоторые миссионеры говорили о reducción perpetua — нескончаемой редукции. Сопротивление принимало различные формы, описанные Фэррис (1984), Джоунсом (1989), Чичаком (2000b) и Бракамонте-и-Соса (2001) и другими исследователями. Они охватывали все виды сопротивления: от вооружённого восстания и бегства до судебных исков и простого неповиновения. 27 Взглянув снова на карту 4, можно увидеть условную линию, за которой густо заселенный и дробно поделенный северо-запад резко переходит в, на первый взгляд, пустые восточные и южные пространства. Именно эту приблизительную границу историки региона называют «рубежом», а испанцы часто обозначали её словами despoblado — «незаселённая земля», или montaña — «горная лесная глушь».

Lana_Yush 24.08.25 в 13:11

На самом деле, как было многократно показано вышеупомянутыми авторами, приграничная зона была населена и хорошо известна народу майя. Через эту область проходило много людей и значительная часть торговли, перемещая товары, такие как воск, соль и металлические инструменты. Это было пространство непрерывной, интенсивной жизни на границе между урбанизированными северными и западными районами и лесами, простирающимися на востоке и юге.

Lana_Yush 24.08.25 в 13:38

В своих ранних исследованиях демографических процессов среди майя в колониальный период Фэррис (1978) выделяет два типа перемещений, которые играли ключевую роль в провинции. «Бегство» описывает движение больших групп людей, которые мигрировали из одного или нескольких pueblos reducidos через границу, в области за пределами испанского контроля. В этом смысле рубеж становился убежищем для множества майя, стремившихся уйти от притеснений и налогового бремени, полученных после обращения в reducidos. Второй вид перемещения, «сдвиг», происходил, когда группы переходили между общинами в пределах проекта reducción.

Lana_Yush 24.08.25 в 13:44

Это также могло происходить по причине желания бежать, но предполагало повторную интеграцию, как минимум потенциальную, в другое общество. Возможно, в свете демографических и пространственных обстоятельств, в которых находились миссии, такое движение населения неудивительно. Но Фэррис и те, кто следовал ее логике исследования миграции и сопротивления, показали, что данные перемещения являлись не второстепенной, а основной характеристикой колонии. Они влекли за собой утрату налоговых поступлений, вооружённые столкновения, длительные попытки вновь «свести» беглецов под контроль, re-reducir, (повторного обращения — исп., прим. перев.) — силой или убеждением, необходимость размещения гарнизонов в стратегических пунктах и сохранение запрещённых ритуальных практик, которые европейцы именовали идолопоклонством. 28

Lana_Yush 24.08.25 в 13:49

Мы можем дать общее описание рубежа в географическом смысле, и всё же его значение и исторический феномен выходит за рамки пространства. Фэррис (1984, с.16) утверждает, что рубеж стал экономической и социальной реальностью всех жителей колонии, предполагая, что последствия бегства ощущались даже в районах, находящихся под самым сильным действием проекта reducción. В своем наиболее фундаментальном исследовании сопротивления майя на протяжении первых полутора веков (в 1540-х–1690-х) Джонс (1989) развивает представление о рубеже как о совокупности границ и противопоставлений, которые он называет «пограничными оппозициями».

Lana_Yush 24.08.25 в 13:58

Еще в постклассический период, а затем и в колониальную эпоху, ученые отмечали существование разделения между северной и южной зонами. Север представлялся динамичным, экономически активным, урбанизированным, многоэтничным пространством торговли и предпринимательства. Юг же изображался как относительно изолированный, малоподвижный, сельский регион, «исключительно традиционный» (Джонс 1989, с.4). Джонс собирается коренным образом изменить эту картину юга путем пересмотра данного региона с точки зрения «пограничных процессов», которые он выделяет в таких местах, как Типу, Бакалар и территория, подконтрольная Ица. Наряду с другими вещами он показывает, что приграничная зона отнюдь не была статичным и пустым пространством, и намерен осмыслить ее место с точки зрения политической географии майя.

Lana_Yush 24.08.25 в 14:06

Серией важных исследований Педро Бракамонте-и-Соса, Габриэла Солис Робледа и Паола Пениче поместили концепцию рубежа на новый уровень, подробнейшим образом изучая историю южных montaña (Бракамонте-и-Соса и Солис Робледа 1996; Бракамонте-и-Соса 2001; Солис Робледа и Пениче 1996). Эти работы выдвигают продуктивную гипотезу о так называемых «пространствах автономии майя» (согласно терминологии Бракамонте-и-Соса и Солис Робледа), подразумевая свободу следовать традиционному образу жизни, совершать ритуалы, родниться и исповедовать веру — в конечном счете, пространство, в котором они продолжали оставаться культурно обособленным обществом у границы колонии. В соответствии с этим утверждением, такая частичная автономия осознанно поддерживалась народом майя, и они за нее «платили свою цену» в виде предоставления требуемых форм дани и рабочей силы, а также поддержки миссий.

Lana_Yush 24.08.25 в 14:14

Иными словами, в рамках того, что исследователи называют «колониальным пактом» (the sine qua non of persistence, необходимым условием существования — лат., прим. перевод.), майя обменивали частичную автономию — необходимое условие культурного выживания — на избирательное подчинение. Заметим, что в этой формулировке пространство автономии будет лежать за пределами «рубежа» без необходимости физически находиться вне колонии. Предполагалось, что автономию, символически воплощенную в пограничной линии, можно было частично реализовать и внутри сферы reducción. Ключом к достижению этого было разделение сфер социальной жизни, усиленное взаимодействием с sublevados через географически проведенную границу, но на самом деле по причине желания воспроизвести социальную и культурную разницу в самом сердце колонии.

Lana_Yush 24.08.25 в 14:22

Как бы мы ни представляли себе границы, составляющие пограничный комплекс, они были проницаемыми. Фэррис (1984, с.104) обращает внимание на то, что различия между городом и сельской местностью были условными и большая часть перемещений населения произошла вследствие изменений спроса на рабочую силу. Это очевидно в таких случаях, как экспедиция Миронеса 1621 года, когда жителей городов Sierra (Сьерра — название района, исп., прим. перевод.) — Окскутцкаба, Тикуля, Мани и Текаша — направили на прокладку дороги от Sierra до самой Гватемалы (Джонс 1989, с.160).

Lana_Yush 24.08.25 в 14:43

Программа строительства церквей и монастырей требовала многих тысяч рабочих, которые прибывали из всех районов колонии. В то же самое время, многие бежали, особенно на юг и восток от Кампече, вследствие чего скорее напрашивается образ не четкой границы между зоной reducción и остальной территорией, а обширной, подвижной зоны контакта, в которой майя и испанцы постоянно перемещались в обоих направлениях.

Lana_Yush 24.08.25 в 14:58

Когольюдо (1971 [1688], 2:142–43) описывает всё, что видит:
Tiénese por cierto, por muchas experiencias que en esta tierra se han visto, que no se trata materia alguna tocante los indios, y en especial de reduccion, que luego no corra la voz entre ellos, y llegue la noticia á los infieles vecinos. Y no hay que admirar, cuando se tiene por cierto que los de estas provincias se comunican con ellos muy de ordinario, llevando machetes, hachas, sal y otras cosas.

Lana_Yush 24.08.25 в 16:59

По множеству опытов, наблюдавшихся в этих землях, достоверно известно, что не существует ни одного дела, касающегося индейцев, и особенно reducción, о котором бы сразу не прошёл слух среди них и чтобы известие не дошло до соседних неверных. И в этом нет ничего удивительного, если принять во внимание, что жители этих провинций весьма часто с ними общаются, принося мачете, топоры, соль и прочие вещи.

Lana_Yush 24.08.25 в 17:04

Когольюдо продолжает, утверждая, что среди неверных живет значительное количество крещенных беглецов, многие из которых умели читать и писать, служа ризничими или певчими в своих pueblos в самой провинции. Другими словами, массовое бегство способствовало усилению взаимообмена между лингвистическими и знаниями обрядов, которые ризничные получили как послы reducción, и исконными системами, которые этот процесс менял. Зона убежища представляла собой пространство взаимодействия, в котором эти две системы соседствовали и смешивались. Положение беглеца, бывшего ризничего, была особенно двусмысленной, поскольку как минимум некоторые из них продолжали убеждать неверных майя сдаться монахам, как случилось с Кампече в начале XVII века (2:143).

Lana_Yush 24.08.25 в 17:12

Если район montaña был зоной взаимодействия, то и проект reducción изнутри был таким, как и многие pueblos reducidos, состоящие в нем. Возможно, наиболее ярким доказательством этого является упорное сохранение широко распространенных ритуальных практик майя на протяжении всего колониального периода, как становится ясно из признаний, полученных инквизицией и епископскими кампаниями по искоренению идолопоклонства. Согласно работе Чучиака (2000b, с.393), только в XVI веке духовенство задержало 28 жрецов ah kin в зоне reducción. В 1612 году епископ Гонсало де Салазар писал Папе, что в то время в Мериде было заключено под стражу более 400 жрецов ah kin, а в одном лишь епископском дворце находилось 12000 конфискованных ритуальных предметов (Чучиак 2000b, 389).

Lana_Yush 24.08.25 в 17:20

В период между 1560-ми годами и 1640 годом было конфисковано девять кодексов, написанных иероглифами, и за два первых века проекта reducción было обнаружено более двух дюжин общественных храмов майя, или «домов идолов» (Чучиак 2000b, с.422), многие из которых находились за пределами зоны reducción и продолжали, очевидно, выполнять свои функции. Выводом из этих кратких замечаний является то, что упорядоченный ландшафт из pueblos reducidos и guardianías с их аккуратной радиальной структурой существовал бок о бок и взаимодействовал со своим антагонистом — ландшафтом с иероглифическим дискурсом и «идолопоклонническими», или нехристианскими, ритуалами.

Lana_Yush 24.08.25 в 17:20

В этом смысле ландшафт reducción удвоился, а не уменьшился. Параллельное удвоение заметно и в переводах между языками, умножающих средства выражения, и в формах пространственной организации, соответствующих постклассической ритуальной иерархии, которые продолжали функционировать внутри pueblos reducidos (см. главу 3). Учитывая заметное количество жрецов ah kin по сравнению с малочисленностью францисканцев и близостью рубежа, справедливо говорить о том, что проект reducción столкнулся с жесткой конкуренцией и что знание и обряды широко распространялись на полуострове. Чтобы получить общее впечатление об этом движении, рассмотрим случай Сахкабчена.

Lana_Yush 24.08.25 в 18:03

Pueblo Сахкабчен был основан как congregación в 1615 году — место, в которое были свезены беглые майя из района montaña. В начале XVII века монахи-францисканцы предприняли большую серию reducciónes в области к югу от Кампече, в местах, которые они называли миссиями района montaña (см.Чучиак 2000b; Бракамонте-и-Соса 2001, 101 ff.). В рассматриваемый период поступало множество тревожных донесений об обрядах идолопоклонства как в данном регионе, так и в других частях провинции, и многие индейцы рассредоточились по территории и находились вне ее контроля. Основывая guardianías и внедряя предписанную схему управления, монахи стремились стабилизировать население и обратить его к policía cristiana.

Lana_Yush 24.08.25 в 18:15

К тому времени, как в 1612 году был основан Сахкачбен, эти попытки продолжались свыше 10 лет. В 1604 году доктор Педро Санчес де Агилар был наделен правом выискивать и редуцировать «идолопоклонников» в трех отдаленных поселениях в районе Чансеноте, о чем он составил отчет в 1608 году. В том же самом году, занимавший тогда должность provincial Сьюдад-Реаль приказал двум монахам-францисканцам принять участие в редукционных мероприятиях в Тикшеле и Чампотоне (Чучиак 2007, 9). По проверенной схеме, Санчес де Агилар собрал порядка 200 людей в город Чансероте, конфисковал и впоследствии разрушил их идолы и три иероглифические книги, и обратил их в новую веру путем крещения, катехизиса и наставлений (Солис Робледа и Пениче 1996, 29, 40).29

Lana_Yush 24.08.25 в 18:20

Главная работа Санчеса де Агилара (1613 года) об идолопоклонстве вытекает из этого контекста и свидетельствует о срочности, которую ощущали сторонники религии перед лицом идолопоклонников-отступников и очевидном сохранении обрядов идолопоклонства. Хуже того то, что документы изобилуют ссылками на идолопоклонников из числа майянских жрецов ah kin и пророков bobat, многие из которых были учителями или мастерами в покинутых ими католических миссиях. Сахкабчен, францисканская guardianía, стала центром повторного религиозного обращения беглецов, которых доставляли из отдаленных лесов.

Lana_Yush 24.08.25 в 18:25

В соответствии с работой Бракамонте-и-Соса (2001, 140), в регионе montaña в 1615 году reducidos были практически 1000 человек майя. Кроме того, сохранился ряд прошений от майя, скрывавшихся в лесах, с просьбой разрешить им или с выражением готовности переселиться в Сахкабчен по собственной воле. Например, в петиции 1624 года содержится критика светского духовенства, но также есть выражение глубокого почтения монахам и provincial, которые, в свою очередь, выражают любовь и поддержку, разрешают просителям переехать в Сахкабчен и дают указания guardián и монахам данного района предоставить им свободу выбора места жительства (Солис Робледа и Пениче, 1996, стр. 53). Это означает, что бегство, как и сам процесс reducción, было обратимым: люди меняли свое место жительство в обоих направлениях.

Lana_Yush 24.08.25 в 18:33

Период между 1620 и 1670 годами наполнен постоянными проблемами, связанными с бегством индейцев, набегами непокоренных майя на pueblos reducidos, восстаниями, а также с повторяющимися попытками (re-)reducción. В 1622–23 годах фрай Хуан Дельгадо, guardián Хесельчакана (чуть южнее Калкини) принял участие в recongregation людей, которые бежали в город, расположенный на крайнем юге, — Икспимиента (Джонс 1989, 157–58).

Lana_Yush 26.08.25 в 15:23

Беженцы из Хесельчакана по пути на юг проходили через город Хопельчен, и именно там были подвергнуты повторному процессу редукции. Среди тех, у кого взяли показания, был некто по имени Андрес Коб, который утверждал, что в Икспимиенте был храм с четырьмя жрецами ah kin, которые совершали ритуальные действия (Джонс 1989, 164–65). Жрецы были родом из городов Хомун, Мани, Покбок и Текаш, и практически наверняка обучены христианскому учению.

Lana_Yush 26.08.25 в 15:38

Через 20 лет после основания Сахкабчена как pueblo reducido здесь произошло восстание, в ходе которого были убиты испанцы, по-видимому в ответ на неоднократные злоупотребления по отношению к Indios. Восставшие майя вновь бежали в montaña только, чтобы в последующем получить прощение от guardián фрая Хуана Гутьеррреса и подвергнуться повторной редукции (Бракамонте-и-Соса 2001, 227). Всего за три месяца в 1644 году в северном и южном секторе колонии обратили примерно 9225 индейцев, из них 2444 человек — только в районе Кампече и Тикшеля (Бракамонте-и-Соса 2001, 206),

Lana_Yush 26.08.25 в 15:45

Некоторых людей, собранных в приграничной зоне при reducciones, отправляли обратно в родные города вместо того, чтобы насильно отправлять в новые pueblos, в конгреации которых они были отнесены. Поэтому в 1663 году большое количество майя вернулось из Икспимиенты в свой родной город Окскутцкаб (Джонс 1989, 157). 30
К середине 1660-х годов растущее количество беглецов майя, покинувших колонию и отправившихся в montaña, стало пугающим, и Сахкабчен стал одной из тех нескольких южных миссий, предоставивших им убежище на границе (Бракамонте-и-Соса 2001, 232 ff.).

Lana_Yush 26.08.25 в 15:54

Осуждая бесконечное плохое отношение и изъятие денег, товаров и услуг, многие майя бежали из Сахкабчена в леса в последние годы этого десятилетия. К 28 февраля 1670 года миссионеры-францисканцы направляли письма беглым caciques, пытаясь склонить их к возвращению в guardianía, где, как их уверяли, их не станут винить и будут принимать с любовью.

Lana_Yush 26.08.25 в 16:49

Caciques отвечали, что любили королевскую власть и монахов, но всё же отказывались вернуться по причине потери доверия к испанцам, негодования из-за repartimiento и нежелания платить limosnas (Солис Робледа и Пениче 1996, 124–27). 31 Весной и в начале лета 1670 года развернулась примечательная переписка: группы восставших caciques майя из Ичтока, Танлума, Куквуица, Канактуна получали письма от монахов и губернатора Фрутоса Дельгадо и отвечали на них. В переписке обсуждались уход майя в montaña, причины выезда из Сахкабчена и их нежелание возвращаться (некоторые документы представлены в издании Солиса Робледы и Пениче 1996).

Lana_Yush 26.08.25 в 16:58

Надлежащее описание этих документов и изложенных в них событий находятся за рамками данной книги. Краткий обзор дает Бракамонте-и-Соса (2001), обстоятельный анализ — Чучиак (2000a, 2000b); для целей данной книги я процитирую некоторые отрывки, поскольку в них отражен процесс reducción. 4 мая 1670 года собрался cabildo Мериды для обсуждения reducción 'индейцев, которые бежали' — 'indios huidos' — из города Сахкабчена. На собрании присутствовал «el ilustrísimo reverendísimo señor maestro don fray Luis de Cifuentes Sotomayor» Совета Его Величества и епископ провинций; Доктор дон Фрутос Дельгадо, губернатор; alcaldes ordinarios (обычные судьи — исп., прим. перев.); alguacil mayor (высший полицейский чиновник — исп., прим. перев.); капитан города; regidores; sargentos mayores (сержанты-майоры — исп., прим. перев.); и alfarezes (знаменосцы — исп.,прим. перев.), большинство из которых сами также являлись encomenderos и капитанами.

Lana_Yush 26.08.25 в 17:06

Escribano mayor, дон Педро Диас дель Валле, также присутствовал и вел протокол заседания. В списке имен, перечисленных в конце документа, насчитывается 31 позиция, с епископом на первом месте, губернатором — на втором, а остальные должности указаны ниже. На заседании encomenderos и члены cabildo анонимно проголосовали за то, чтобы провести reducción насильственными методами, предпочтительно в следующем месяце — январе, чтобы воспользоваться благоприятной прохладной и сухой погодой. Эти мероприятия были одобрены всеми encomenderos.

Lana_Yush 27.08.25 в 10:08

После голосования слово взял епископ и представил иной план, а именно, разместить военный контингент в городе Сахкабчене, не проводя reducción в близлежайшей сельской местности. Целью было не напасть на Indios, а напугать их. Он заметил, что индейцы лучше поддавались воздействию не грубой силы, а наличию угрозы нападения.

Lana_Yush 27.08.25 в 10:11

В данном случае епископ был францисканцем, и его соображение, что майя были податливее, если испытывали страх, нежели при прямой атаке, свидетельствует об их претензиях на наличие более глубоких познаниях об Indios, чем у encomenderos. В действительности, encomenderos и францисканцы являлись в колонии соперниками: обе стороны претендовали на время и труд Indios, и каждая обвиняла другую в некомпетентности и безнравственности.

Lana_Yush 27.08.25 в 10:16

Различие между этими двумя группами проявилось вновь в жалобах самих индейцев: они противились «испанцам», в число которых в основном входили encomenderos и военные, также как и духовенство, которое к тому времени уже было довольно вовлечено в искоренение идолопоклонства. Они, напротив, любили монахов, которые, как оказалось, принадлежали к тому же ордену, что и епископ.

Lana_Yush 27.08.25 в 10:18

Монахи-францисканцы в guardianía Сахкабчена с любовью обращались к беглым индейцам и убеждали их в том, что им будет даровано прощение, в то время как губернатор Фрутос Дельгадо высоко оценил их желание жить в 'vida sociable' (почти точная глосса термина policía), но предостерег от кровавой бойни, которая может начаться, если они не подчинятся (28 мая 1670 года). 32 Здесь мы видим хорошо известные линии противостояния между миссионерами и «испанцами» как в дискурсе об индейцах, так и в дискурсе, адресованном им.

Lana_Yush 27.08.25 в 10:26

Хотя миссионерская программа была спланирована так, чтобы неизбежно сформировать indios reducidos, следующих правилам policía cristiana и говорящих на lenguas reducidas, документы, которые были отправлены в Сахкабчен и из него, свидетельствуют о совершенно ином результате. Отдельно взятый человек мог бы однажды стать reducido, затем бежать и превратиться в беглеца или отступника-идолопоклонника, а в последующем вернуться в поле reducción. 33 Проект reducción в действительности осуществлялся в несколько этапов, и сегодняшние indios reducidos вполне могли оказаться вчерашними или завтрашними идолопоклонниками-отступниками; поэтому проект reducción оказался «вечным».

Lana_Yush 27.08.25 в 10:32

Одним из следствий такого рода перемещений стало активное циркулирование знаний между pueblos reducidos и пограничной зоной. Caciques майя, которые писали губернатору и церковным служащим, выразили хорошую осведомленность о различных группировках среди колонизаторов. Простым и ясным языком они открестились от бесчинств «испанцев», которых порицали и игнорировали. В то же самое время, они вновь выразили желание платить дань по установленным нормам, а также — свою любовь к Короне и Богу.

Lana_Yush 27.08.25 в 15:10

Беглые майя, таким образом, себя позиционовали как учтивых, разумных собеседников, которые фактически ведут переговоры относительно своего положения в колонии. Будь то на основе собственного опыта или благодаря наставлениям францисканцев, они занимали позицию в поле соперничества между монахами, encomenderos, епископом и губернатором — и, в конечном счете, Короной.

Lana_Yush 27.08.25 в 15:13

Среди документов, собранных Солис Робледой и Пениче (1996) есть свидетельства трех caciques майя, полученных в Мериде в июне 1670 года. Признание было установлено через переводчика, и ни один из них его не подписал, поскольку не умел писать. Все трое вступили в проект reducción повторно в городе Кауич, возвращаясь из места, которое называли Сайяб, в montaña к югу от Сахкабчена. Двое из трех были родом из Хопельчена, что в 20 лигах (80 км) к юго-востоку от Калкини. Третий был из Чина, близ Кампече.

Lana_Yush 27.08.25 в 15:16

Все трое покинули свои родные города и отправились в Сайяб 15 годами ранее (то есть, около 1655 года). Хотя их показания были записаны в Мериде, они «вернулись» именно в Кауич, южнее Кампече, и именно там приняли крещение вместе со своими детьми от guardián Кампече. Это показывает передвижения «беглых возвращенцев» в поле действия reducción, а также доказывает, что схемы побега приводили к образованию новых взаимоотношений между майя, которые оказывались в одном и том же месте, изначально бежав из не связанных и иногда далеко расположенных друг от друга населенных пунктов.
Эта документация содержит бесценное свидетельство о том, что бегство и возвращение были чем-то бо́льшим, нежели простым переселением людей.

Lana_Yush 27.08.25 в 15:22

Это было перемещение знаний и дискурсивных практик. Сам факт того, что беглые caciques писали письма испанцам или служителям миссий, сохранив приветственные и заключительные формулы вежливости, удивителен. Еще более примечательно то, что их письма были тонко связаны с политикой колонии. На самом деле, caciques они вели переговоры о собственном подчинении в письме от 24 января 1671 года, четко обозначая, на что готовы пойти и от чего отказываются.

Lana_Yush 27.08.25 в 15:27

Бесспорно, этот важнейший документ был составлен францисканцем, и это свидетельствует о том, что здесь, как и во многих других политически значимых диалогах между Indios и испанским правительством, рядом, давая наставления, находились монахи. Но именно такие рекомендации являются индоктринацией, поскольку вовлекают повстанцев Indios в опосредованное общение, которым отличалась эта колония. Они могли противостоять reducción, но их сопротивление выражалось в дискурсе, который соответствовал ожиданиям проекта.

Lana_Yush 27.08.25 в 15:31

Мы можем предположить, что эти подлинные письма на самом деле были составлены устно и trasuntados, «собраны и переведены», колониальными переводчиками или монахами-lengua. 34 И всё же, если в письмах намеренно не искажены сказанные авторами слова, они убедительно подтверждают знание народом майя жанра письма и уверенное владение им, а в случае с тремя мужчинами из Кауича, они владели навыком дачи показаний под присягой — он был ярко продемонстрирован, и, возможно, в какой-то степени обретен благодаря судебным процессам по идолопоклонству. В них также содержатся сведения о том, как indios huidos прикладывали письменные директивы от колониальных властей ко лбам в знак покорности. 35

Lana_Yush 27.08.25 в 16:07

Эти факты указывают на то, что дискурсивные формы в колониальном поле переносились за рубеж подобно семенам, готовым пустить корни в умах беглецов.
Ирония непрерывного проекта reducción заключается в том, что, сколь бы тягостно это ни было для монахов, он предполагал обширную и постоянную передачу знания и дискурса от центра колонии к периферии и обратно. Разумеется, миссионеры были практически убеждены в том, что Indios овладели внешними формами надлежащего поведения, но внутренне оставались идолопоклонниками и редко заслуживали доверия. Подобного рода мнение о наложении испанского культурного слоя на коренное ядро долгое время оставалось в историографии.

Lana_Yush 27.08.25 в 16:08

И все же побеги перемещали с собой различные формы reduccion, даже обходя контроль и религиозные цели самого проекта reducción. Бегство и последующее возвращение фактически объединили в себе то, что описал в Окскутцкабе Когольюдо (1971 [1688], 2:219) как «acá dentro en la provincia» — «здесь, внутри провинции», — с внушавшей страх внешней границей, вплетая каждое из этих пространств в сферу другого

Lana_Yush 27.08.25 в 16:44