Richard Dawkins The Oxford Book of Modern Science Writing / Ричард Докинз Оксфордская книга публикаций современной науки: Primo Levi from THE PERIODIC TABLE / Примо Леви из "Периодическая система"

Примо Леви из "Периодическая система"

Irina73 16.04.13 в 14:58

Примо Леви - конечно, ключевая фигура в мировой литературе, именно поэтому я нарушил свое правило касательно его, установленное для переводов.

Irina73 16.04.13 в 15:04

Он также, как оказалось, был химиком.

Irina73 16.04.13 в 15:04

Периодическая система - уникальная комбинация автобиографии и химии.

Irina73 16.04.13 в 15:04

Каждая глава озаглавлена именем элемента (я уже сделал сравнение с хромосомами, которыми Мэтт Ридли именовал свои главы, и с моими собственными 'Рассказами').

Irina73 16.04.13 в 15:09

Углерод - глава, из которой взят этот отрывок, также, оказывается биографической в другом смысле.

Irina73 16.04.13 в 15:10

Это биографии того или иного атома углерода, и она красиво и лаконично передает богатый выбор научных фактов и мудрости.

Irina73 16.04.13 в 15:11

Например, мы получаем яркое представление о сверхчеловеческой шкале времени, на которой атом заканчивает свое существование; из большого подземного резервуара известняка (или мела или угля), в который атомы углерода заперты целую вечность, вырываясь краткими экскурсиями в атмосферу и в экономику с помощью живых растений и фотосинтез.

Irina73 16.04.13 в 15:19

Итак, наш герой, связанный с тремя атомами кислорода и одним атомом кальция, вот уже сотни миллионов лет обитает в известковых скалах. За спиной у него долгое космическое прошлое, но мы его опустим.

Irina73 16.04.13 в 14:12

Время для него не существует, а если и существует, то лишь в форме температурных изменений, дневных или сезонных, причем только в случае, если, к счастью для нашего повествования, он залегает неглубоко от поверхности.

Irina73 16.04.13 в 14:13

Его монотонное существование, о котором нельзя думать без содрогания, – это безжалостное чередование жары и холода, температурные колебания (с неизменной частотой и чуть менее или чуть более широкой амплитудой); живым его можно назвать лишь условно; его плен достоин сравнения с католическим адом.

Irina73 16.04.13 в 14:13

Ему все еще пока соответствует настоящее время, время рассказа, а не прошедшее, время рассказчика. Он вмерз в вечное настоящее, на котором умеренные тепловые колебания почти не оставляют следа.

Irina73 16.04.13 в 14:13

Но к счастью для рассказчика, известковый пласт, в котором обитает наш атом, лежит на поверхности, иначе и рассказывать бы было не о чем.

Irina73 16.04.13 в 14:14

Обитает он в пределах досягаемости человека с киркой (да здравствуют кирка и ее более современные модификации; они и по сей день главные посредники в тысячелетнем диалоге химических элементов с человеком). В секунду, которую я, рассказчик, волен отнести к любому, хоть к тысяча восемьсот сороковому году, удар кирки отколол атом углерода и отправил в печь для обжига известняка.

Irina73 16.04.13 в 14:14

Оказавшись в мире меняющихся вещей, он поджаривался до тех пор, пока не отделился от атома кальция, продолжавшего, как говорится, твердо стоять на ногах, и двинулся навстречу своей судьбе.

Irina73 16.04.13 в 14:15

Крепко вцепившись в двух из трех своих прежних товарищей (мы имеем в виду атомы кислорода), он вышел через трубу и присоединился к воздуху.

Irina73 16.04.13 в 14:15

Неподвижное существование сменилось подвижным.

Irina73 16.04.13 в 14:15

Его подхватил ветер, бросил оземь, поднял на высоту десяти километров.

Irina73 16.04.13 в 14:16

Его вдохнул сокол, и он провалился в соколиные легкие, но проникнуть в густую кровь не сумел и был извергнут.

Irina73 16.04.13 в 14:16

Трижды он терялся в море, один раз – в бурном ручье, но также был извергнут.

Irina73 16.04.13 в 14:16

Восемь лет странствовал вместе с ветром: поднимался ввысь, парил над морем, нырял в облака, проносился над лесами, пустыням и ледяными просторами, пока не был пойман и вовлечен в органический процесс.

Irina73 16.04.13 в 14:16

Углерод – особый элемент, единственный, способный соединяться сам с собой и образовывать без большого расхода энергии длинные устойчивые цепи, а для жизни на Земле (той единственной формы жизни, которая нам известна) нужны как раз длинные цепи.

Irina73 16.04.13 в 14:17

Потому-то углерод и является ключевым элементом в создании жизни. Но его вхождение в живой мир легким не назовешь; путь этот неимоверно длинен, извилист и лишь в последние годы (да и то не до конца) изучен.

Irina73 16.04.13 в 14:17

И в самом деле, разве это не настоящее чудо, что вокруг нас, везде, где из почки рождается зеленый лист, постоянно происходит образование углерода, в неделю – миллиарды тонн?

Irina73 16.04.13 в 14:17

Итак, атом, о котором мы говорим, в компании со своими постоянными спутниками, удерживающими его в газообразном состоянии, проносился с ветром в тысяча восемьсот сорок восьмом году вдоль виноградных шпалер, и ему посчастливилось зацепиться за один из листьев, проникнуть внутрь его и остаться там, пригвожденным лучом солнца.

Irina73 16.04.13 в 14:25

Если в этом месте мой язык становится излишне метафоричным и неточным, виной тому не только моя беспомощность; эта синхронная работа троих (двуокиси углерода, света и растительной зелени), которую мы вправе назвать решающим событием, до сих пор не описана терминологически точно (и не известно, когда еще будет описана), настолько она не похожа ни на один процесс «органической химии» – науки, возникшей в результате кропотливой и трудоемкой работы человека. Тем не менее, это тоже химия, тонкая и стройная, и создана она была два или три миллиарда лет тому назад нашими бессловесными братьями-растениями, которые не способны ни экспериментировать, ни дискутировать и температура которых идентична температуре их среды обитания.

Irina73 16.04.13 в 14:25

Если понять – значит представить себе, то мы никогда не поймем, потому что не в состоянии представить себе «happening», происходящий на территории размером в одну миллионную миллиметра в течение одной миллионной секунды, действующие лица которого остаются невидимыми.

Irina73 16.04.13 в 14:26

Все словесные описания, лишь варьируя друг друга, будут приблизительными, в том числе и нижеследующее.

Irina73 16.04.13 в 14:26

Углерод проникает внутрь листа, сталкиваясь там с множеством других (в данном случае бесполезных) молекул углерода и кислорода, присоединяется к большой и сложной молекуле, благодаря которой активизируется и одновременно получает важнейшее послание небес в виде сверкающего пучка солнечных лучей, после чего в одно мгновенье, как насекомое в лапах паука, лишается кислорода и соединяется с водородом, а также (есть такая версия) с фосфором, включаясь в цепь жизни (не важно, длинную или короткую).

Irina73 16.04.13 в 14:31

Все это происходит быстро, бесшумно, при атмосферных температурах и давлении, а главное – безвозмездно. Когда мы, дорогие коллеги, научимся вести себя так же, то станем «sicut Deus» и заодно решим проблему голода на Земле.

Irina73 16.04.13 в 14:32

Но есть кое-что еще, о чем следует сказать.

Irina73 16.04.13 в 14:33

Двуокись углерода (газообразная форма углерода, о которой у нас идет речь), первооснова жизни, главный ее элемент, неизменный спутник всего растущего и последняя точка в судьбе всякой плоти, так вот, этот газ, называемый углекислым, – вовсе не главный, и даже не один из главных компонентов воздуха, а всего лишь смехотворная в количественном отношении примесь, «нечистота», которой в воздухе в тридцать раз меньше незаметного аргона, а именно 0,03 процента. Если бы Италия была воздухом, то число итальянцев, способных создавать жизнь, равнялось бы, скажем, числу жителей Милаццо – сицилийского городка неподалеку от Мессины с пятнадцатитысячным населением.

Irina73 16.04.13 в 14:33

По нашим меркам – это мелочь, пустяк, ерунда, фокус-покус, необъяснимая демонстрация всесилия на том основании, что из этой постоянно обновляемой нечистоты воздуха появляемся мы; мы – растения, мы – животные и мы – человеческий вид с тысячами и тысячами лет нашей истории, с нашими войнам и поражениями, благородством и гордостью, четырьмя миллиардами разных мнений.

Irina73 16.04.13 в 14:34

А в масштабах планеты наше собственное присутствие здесь выглядит смешно: если бы всю человеческую массу, суммарный вес которой составляет примерно двести пятьдесят миллионов тонн, равномерно размазать по поверхности всей суши, толщина полученного в результате слоя составила бы около шестнадцати тысячных миллиметра, так что увидеть человека «во весь рост» было бы просто невозможно.

Irina73 16.04.13 в 14:34

Итак, наш атом задействован; он – часть конструкции, говоря языком архитекторов, он связан и породнен с пятью товарищами, настолько на него похожими, что только допустимый в рассказе вымысел позволяет мне отличать их друг от друга.

Irina73 16.04.13 в 14:35

Конструкция красивой замкнутой в кольцо формы, почти правильный шестиугольник, которому приходится вступать в сложные равновесные обменные процессы с водой, в которой он теперь растворен. Да, теперь он растворен в воде, вернее, в лимфе виноградной лозы, а быть растворенным – долг и привилегия всех веществ, чье призвание (я чуть не сказал «желание») – постоянные превращения.

Irina73 16.04.13 в 14:36

Если кто-то захочет узнать, почему шестиугольник, почему замкнутой формы, почему растворяется в воде, я отвечу, чтобы его успокоить: это один из немногих вопросов, на который у науки есть четкий, всем понятный ответ, но здесь мы его приводить не будем.

Irina73 16.04.13 в 14:37

Чтобы внести некоторую ясность, скажем лишь, что наш атом стал составной частью молекулы глюкозы. Его предназначение – промежуточное, переходное – сделать первый шаг навстречу животному миру, но на более ответственную работу, на участие в строительстве белкового здания, ему права не дано.

Irina73 16.04.13 в 14:37

Вместе с растительными соками он движется от листа по черешку к стеблю, от стебля – к стволу, от ствола – к зреющей виноградной грозди.

Irina73 16.04.13 в 14:38

То, что происходит потом, относится к компетенции виноделов; наша задача – лишь убедиться, что сам он избежал брожения (к счастью, потому что мы не смогли бы описать этот процесс) и, не изменив своей природы, дошел до стадии вина.

Irina73 16.04.13 в 14:38

Предназначение вина – быть выпитым; предназначение глюкозы – сгореть.

Irina73 16.04.13 в 14:39

Но не сразу: выпивший вина хранит ее больше недели в печени, где она, свернувшись колечком, дожидается момента, когда потребуется восполнить непредвиденный расход физической энергии обладателя печени, например, если ему придется гнаться за испуганной лошадью.

Irina73 16.04.13 в 14:40

Прощай тогда, шестиконечная структура! Всего несколько секунд – и колечко разламывается, вновь превращается в глюкозу, которую поток крови доносит до мышечных волокон бедра; здесь она делится на две молекулы молочной кислоты, печальных вестников физических усилий, и лишь несколько минут спустя задыхающимся легким удается заполучить необходимый для их сжигания кислород.

Irina73 16.04.13 в 14:40

Таким образом, новая молекула двуокиси углерода возвращается в атмосферу, и частица той энергии, что солнце уступило лозе, переходит из химического состояния в механическое, а из него – в тепловое, разогревая колеблемый бегуном воздух и кровь самого бегуна.

Irina73 16.04.13 в 14:40

Соединяться, изменяться, извлекать выгоду из изменений, использовать для себя энергию, начиная с ее благородной солнечной формы и кончая тепловой, постепенно охлаждающейся до низких температур, – в этом состоит жизнь, хотя о ней редко говорят или пишут подобным образом.

Irina73 16.04.13 в 14:41

На этом дугообразном пути вниз, к уравновешивающей ее смерти, жизнь вьет свое гнездо.

Irina73 16.04.13 в 14:42

И вот мы снова превратились в двуокись углерода, в углекислый газ, за что просим у вас прощения; но это неизбежность: другого пути, другого варианта здесь, на Земле, не существует.

Irina73 16.04.13 в 14:43

И снова ветер поднимает наш атом в воздух, унося его на этот раз далеко – через Апеннины и Адриатику, через Грецию, Эгейское море и Крит в Ливан, где все повторяется сначала.

Irina73 16.04.13 в 15:13

Атом, который нас интересует, попадает внутрь структуры, обещающей оказаться более прочной. Это ствол достопочтенного кедра, одного из последних в своем роде; атом снова проходит все, уже описанные нами, стадии, а глюкоза, в которую он включен, становится в свою очередь звеном длинной целлюлозной цепи, как бусина – четок.

Irina73 16.04.13 в 15:13

Теперь речь уже идет не об обманчивой твердости скал, не о миллионах лет, но все же о веках, ведь кедр – долгожитель среди деревьев.

Irina73 16.04.13 в 15:14